Глава 33. Кровь не обманешь

— Может, я и не имею морального права предъявлять тебе претензии, но у меня все равно не укладывается в голове, что ты все это время врала мне, — тут же начал Влад, стоило мне вернуться в комнату.

Мне бы сказать ему, что все это неправда, что это какой-то бред, но я понимала, что сейчас это попросту бесполезно. Все факты на лицо.

— Ты, знаешь, но все-таки моральное право у меня есть, — продолжал Влад. — Если бы ты обвиняла меня во всех смертных грехах, будучи сама по уши в дерьме, если бы ты не говорила все эти высокопарные слова, тогда да, я бы и предъявить тебе ничего не мог.

— Влад…

— И попала ты в меня, когда выстрелила точно не случайно, как говорила. Ну, все, в принципе, понятно, муженек отравляется на тот свет, а ты живешь дальше со своим хахалем долго, счастливо, припеваючи. Странно, что промазала, — перебил он меня.

— Ты несешь чушь, — это все, что я смогла ответить на его обвинения.

— Теперь я понимаю, почему, когда держал Данила на руках, не чувствовал к нему того же самого, что чувствовал, когда держал сына от Линды. Все теперь понятно. Кровь не обманешь.

Влад продолжал что-то там бурчать, но у меня крутились в голове только эти его слова — «кровь не обманешь».

«Что-то здесь не так, слишком все нарочито, как в дурном сериале». Я начала судорожно соображать, что вообще происходит. Но мне не давал ясно мыслить этот внутренний страх от холода, который веял от Влада.

Он был в таком растрепанном состоянии, что я не знала, чего от него можно ожидать. Хотелось, чтобы он поскорее ушел. Но тот не собирался. Его будто прорвало, он словно отыгрывался за все те слова, которые сказала ему я. И тем самым, наверное, избавлялся от своей вины, гложущей его так долго, что сейчас эта ситуация видится ему, как своего рода освобождение.

— Ты все сказал? — спросила я, когда он замолчал.

Влад посмотрел на меня и ничего не ответил. Поднялся с места и молча пошел к двери. На него страшно было смотреть. Но, вроде как, злость его прошла.

Я открыла дверь. Он замер на пороге, прислонившись спиной к откосу, не выходя и не давая мне закрыть дверь.

— Скажи хоть что-нибудь. Соври, я не знаю, но скажи хоть что-нибудь, — в его глазах сверкала та же мольба, что и в словах.

— Я не знаю, что сказать. Ты же не поверишь. И я понимаю, уж поверь, понимаю, что ты сейчас чувствуешь.

— Черт! Я сам во всем виноват. При любых раскладах. Если ты знала о Линде с самого начала и мстила мне — я сам виноват. Если не знала, так все равно виноват. Прислушивался бы к тебе, учитывал бы, чего хочешь ты, и не поступила бы так.

— Я не изменяла тебе, Влад. Не знаю, как тебя в этом убедить. И, если честно, убеждать не хочу. Думай, что хочешь. Я не понимаю, что за чушь с тестом на отцовство. Все это какой-то кошмарный сон.

Он глянул на меня, и я поняла, что, конечно, не поверил ни единому слову. Но все же было что-то еще во этом взгляде, словно он очень хотел поверить, изо всех старался, но ничего не выходило.

— Иди, Влад, — прервала я затянувшееся молчание.

Он вышел, я закрыла за ним дверь и сползла спиной по этой двери на пол. Я поджала ноги, обхватила колени руками, словно хотела занимать как можно меньше пространства. Мысли по-прежнему были вязкими и не ясными. Меня потряхивало словно от озноба. Хотелось согреться несмотря на то, что на дворе жаркое лето.

«Кровь не обманешь», — сказал Влад. Я все крутила эти слова в голове и пыталась разгадать, что меня в них так зацепило. Словно в этих словах были все ответы, но я никак не могла ухватиться за суть.

Я прошла в комнату, где лежал в кровати Данил, едва передвигая ватные ноги. Я смотрела, как спит мой сын. Это немного успокаивало, но в той мере, чтобы я прекратила думать о словах Влада, да и обо всей этой чертовщине в целом.

Мне нужна была помощь, мне был нужен человек с холодным разумом, который мог бы все взвесить, узнать то, что не могу узнать я и разобрался, наконец, во всем.

Сама я не справлюсь. Мне было настолько плохо, что хотелось просто лечь и умереть. Я представляла, как все это выглядит для Влада. И, вроде бы, нужно было позлорадствовать. Уж я-то точно знала каково это, точно знала, чего стоит не сойти с ума от предательства того, кому безоговорочно верил. И прекрасно понимала его состояние, с одной только поправкой на мужское и женское.

Но злорадствовать мне не хотелось. Мне было искренне жаль, что Владу придется все это пережить. Если бы я действительно ему таким образом мстила, если бы и правда обманывала его, тогда, конечно, нужно было бы злорадствовать и усмехаться над ним. Но я этого не делала.

У меня даже в мыслях не было никогда другого мужчины, да даже во сне, черт возьми, даже в самых развратных эротических снах мне снился только Влад. Не только мое сознание не допускало измены, даже подсознание, сама душа не могла себя этого представить.

Вот какова была правда. Только вот что делать сейчас с этой правдой я понятия не имела.

Не знаю сколько я так просидела, погруженная в самые черные мысли, перебирая все возможные варианты, но, наконец, я нашла, как мне показалось единственное верное решение.

Я взяла телефон и набрала номер начбеза:

— Игорь Сергеевич, нужно поговорить, вы же рядом где-то, видела в окно, поднимитесь ко мне, пожалуйста, — сказала я, когда он ответил на звонок.

— Что-то случилось, Лиза? — разволновался Игорь Сергеевич.

— Случилось. Я вас жду, — ответила я и отбила звонок.