Глава 5

Никогда раньше, в прошлой жизни, я не погружалась в такой глубокий сон, как в новой должности домработницы. Валилась с ног после душа. Падала в постель и отключалась. А потом утром подрывалась по будильнику и бежала заниматься своими делами.

В ту ночь что-то изменилось… Впервые за долгое время снился сон. Испепеляюще яркий солнечный день. Зеленая трава. И я в желтом платье босиком гуляю по склону в сторону красивого дома с башнями. За резным палисадом стоял мужчина в белом. Чем ближе я подходила, тем больше узнавала в нем Адама — друга Влада.

— Ты такая красивая, Алла… — прошептал он с улыбкой. Между нами был низкий заборчик. Но это не помешало мужчине нежно провести ладонью по моей щеке. — Настолько, что это причиняет мне боль…

Ласки были приятными. Закрыв глаза, я позволила себе этот водоворот эмоций. Он был все ближе — Адам… Прижимал меня теснее. Обнимал с каждой секундой все более жадно, нетерпеливо, горячо. И я поддавалась. Таяла от шепота его губ… Растворялась в прикосновениях…

— Просыпайся… — вдруг произнес Адам, и я напряженно отшатнулась. Что он имел в виду? Но Адам не останавливался: — Просыпайся, любимая…

Меня резко выдернуло из той, идеальной реальности в черную мглу. Сердце бешено колотилось в груди. Я вдруг поняла, что во сне скинула одежду. Мокрое насквозь тело прилипло к простыням.

Не сразу, спустя пару минут адаптации, я вдруг осознала страшное: в постели я не одна. Чье-то громоздкое тело лежит рядом. Прижимается. Гладит. Нежно щекочет шею поцелуями.

От страха и ужаса озноб пронзил позвоночник. С диким криком я потянулась к выключателю. Дернула за веревку и ужаснулась увиденному. На постели рядом лежал Влад.

— КАКОГО ЧЕРТА?! — прокричала я. Легкие сдавило, каждый глоток кислорода давался с трудом. — Немедленно проваливай!

На мои крики проснулись девочки-уборщицы из соседних комнат. Начали ломиться в дверь, а она заперта. Изнутри. Я была заперта в клетке с диким безумным зверем. Выступили слезы отчаянья…

— Проваливай! — вскочив, трижды упала. Онемевшими руками прижимала к себе простыни. — Прочь!

А он просто смотрел. Лениво. С косой надменной улыбкой. Словно знал больше меня.

— Тебе все нравилось, — он усмехнулся. — Не ломай комедию, Алла.

И тут я поняла, что не Адам во сне шептал все эти слова… И не сон это был вовсе… Только «любимая» причудилось. Такого Влад сказать просто не мог. Он даже себя недолюбливал.

— Ты… — голос дрожал, осип до фальцета. — Чудовище! Самый настоящий монстр! И заблуждаешься, если думаешь, что я хочу делить с тобой постель после всего того ужаса, через который ты заставил меня пройти!

Медленно поднявшись с постели, он встал напротив. К счастью, Влад был одет. В тот же костюм, что и во время встречи с Адамом. Как давно он в моей постели? Как вошел в запертую комнату?!

— Не хочешь делить со мной? — его указательный палец провел черту по моему подбородку. Я отвернулась к стене, зажмурилась. — А с кем хочешь?

Голубые глаза испепеляли. Проникали в самое сердце. Он так смотрел… Будто понял. Залез мне в мысли и увидел там другого. В одну секунду показалось: вот сейчас Влад просто убьет меня. Раз и все.

— Кто. Он? — шипели его губы мне в щеку. — Говори!

Я молчала. Едва уловимо хныкала. А в дверь продолжали биться. Думали, у меня какой-то припадок.

— Ты только моя, Алла! — руки бывшего заскользили по моему телу, пусть и через простыни. Жадно и напористо. Импульсивно и торопливо. Вжимая меня в стену весом тела. — Моя. Моя… Моя!

Странное чувство сковало по швам. Я просто стояла и не могла ничего сделать. Он уже почти стянул с меня простынь, оставил на шее засос, как я прокричала:

— Ненавижу! Господи, как же я тебя ненавижу! Всем станет лучше, если ты сдохнешь!

В слова была вложены все боль и отчаянье. Весь страх и паника, через которые от заставил меня пройти. Слова прозвучали острее ножа. Оглушили комнату громче молнии. Я и сама не рассчитывала на такой эффект.

Влад замер. Как будто программа в его голове зависла. А потом шагнул назад. Опустил меня. Засунул руки в карманы и посмотрел в глаза:

— Ненавидишь?

Боясь получить по заслугам за длинный язык, я нервно кивнула и отвернулась. Готовая ко всему.

— Верю. Теперь верю, — произнес слишком тихо. Будто откуда-то из преисподних. Будь это обычный мужчина, решила бы, что он разбит. Но это был Влад. Демон воплоти. Бывший оказался застигнут врасплох нежеланием женщины раздвигать перед ним ноги. — Ненавидь. Пусть так. Это тоже чувства. Только если увижу рядом с тобой мужчину — убью обоих. Поняла?

От шока с губ сорвался смешок:

— Влад, ты нормальный? Не ты ли переспал с половиной города? А мне на других даже смотреть нельзя?

— Нельзя, — вдохнув полной грудью, Влад провел кончиком носа по моему предплечью. Как какой-то наркоман, получающий дозу. Я вздрогнула и плотнее вжалась в стену. — Глупая Алла. Ты ведь знаешь, как можешь вернуть свою жизнь…

— Никак, — я поморщилась. С трудом подавила желание накрыть ладонью живот. Сохранить комочек от этого чудовища. — Прошлого не вернешь.

Вдруг Влад развернулся и ушел. Равнодушно открыл дверь, позволяя девочкам оценить его перепуганными глазами. Когда хозяин ушел, те вбежали внутрь. Я уже валялась на полу и рыдала. Те молча успокаивали. Решили, что произошло самое страшное.

С того случая, каждую ночь тщательно запирала дверь, окна. Приставляла стул под дверь, а оконные ручки связывала платком. Но каждое утро, просыпаясь, около постели обнаруживала тот самый стул и платок, которым Влад перевязывал мое запястье.

Он будто говорил: от меня не сбежать. Ты всегда пол колпаком.

****

Было около двенадцати часов дня. Я с горничной Светой, молодой трудолюбивой девушкой, тащила огромную двадцатиметровую тюль с гостевой спальни к стиральным машинам. Темный силуэт на пороге дома привлек мое внимание.

— Простите, но господина Фролова нет дома, — дворецкий тактично пытался послать незваного гостя куда подальше. Наверняка, Влад ему это приказал. — И не известно, во сколько появится.

— Ничего. Я подожду. Есть важное дело. Так ему и передайте, — голос Адама заставил меня испуганно замереть. Запнуться о длинную тюль. Запутаться в ней ногами и поскользнуться.

Адам повернулся ко мне и улыбнулся. Я смущенно отвернулась.

— В таком случае, — дворецкий Петр всячески пытался скрыть свое недовольство, — я составлю вам компанию.

Расшифровывается, как: «буду вас караулить, пока хозяин дома не вернется!». Как бы Влад не хотел видеть Адама, персонал просто не имел право выставить его за дверь. Не того уровня гость.

— Вы, конечно, извините, но что мне с вашей компании? — Адам нагло посмеялся. — Пусть Алла посидит со мной. Давно не видел свою старую подругу!

— Такую уж и старую? — я поймала себя на том, что зачем-то флиртую. — Обидно даже.

Дворецкий с горничной Светой напряженно переглянулись. В их взглядах читалось непонимание и нерешительность. Наконец, Петр сдался. Мужчина взял штору, а мне махнул рукой. Мол, иди.

С Адамом мы прогуливались по аллейке в парке около дома. Мужчина мог быть приятной компанией, когда этого хотел. А он почему-то хотел.

— Скажи, — вдруг посреди расслабленной беседы он напрягся, — почему ты здесь?

Вдруг стало стыдно и неловко. Отвернувшись в сторону, я безлико промямлила:

— Всякое бывает…

— Странно слышать это от тебя, Алла! — Адам перегородил мне путь. Внимательно заглянул в глаза. Свел брови на переносице. — Если у тебя по какой-то причине нет денег и нужна работа, то я мог бы дать тебе должность в своей кампании. Уж явно лучше, чем тяжелая уборка.

Боже! Как бы мне хотелось сказать «да»! На языке прямо крутилось… Но что Влад сделает с Дэном, если я сбегу прямо сейчас? Да еще и к его другу-конкуренту? От отчаянья слезы хлынули к глазам.

— Он тебя шантажирует… — Адам понимающе закивал. Его губы сжались в тонкую линию. — Еще бы, упустил любовь всей своей жизни, а потом бесится…

Я нервно рассмеялась:

— Как бы не так. Влад меня не любит.

Адам долго смотрел на меня, оценивал, прикидывал, а потом вдруг выдал:

— Шантажирует забрать ребенка?

Мои ноги приросли к полу. От головокружения я зашаталась маятником. С глазами на выкате, безумно колотящимся сердцем и испаринами пота я тихо прошептала:

— С чего ты взял, что я?..

— До этого момента не знал. А ты подтвердила, — тяжело вздохнув, Адам посмотрел на шикарный огромный дом и недовольно покачал головой. — Ты ведь понимаешь, что Влад все равно узнает о твоей беременности? И ребенка заберет? Даже если эта Вика на самом деле беременна. В чем я очень сомневаюсь…

В тот момент, меня не интересовали Вика и домыслы Адама. Только ребенок. О котором никто не знал. А теперь моя судьба в руках Адама. И никому неизвестно, что у мужчины в голове.

— Ты ведь не расскажешь? — взмолилась я. Не осознавая того, схватила мужчину за лацканы пиджака со всей доступной силой. — Умоляю…

— Нет, не расскажу, — Адам смотрел мне в глаза и чеканил по слогам. Пытался успокоить. — Только это не поможет. Скажи, ты вообще хочешь уйти из этого дома? Или тебя все устраивает?

— Хочу! Нет… Мечтаю! — призналась в сердцах. — Только прямо сейчас это невозможно. Влад не даст.

Немного подумав, Адам отвел взгляд к воде, которая сегодня особенно красиво блестела в лучах обеденного солнца. А потом посмотрел на меня решительно и самодовольно:

— Знаешь, я сегодня в настроении помочь тебе.

— Но, — сердце взволнованно забилось в груди, — как?

Я так сильно хотела узнать ответ, что дышать перестала. А Адам будто намеренно оттягивал время. Заставляя меня нервничать. Интриговал.

— Есть несколько вариантов… — он загадочно повел бровями, засмотревшись куда-то мне за спину. — Но мы обсудим их позже.

Я резко обернулась. Ровно в тот момент, когда Влад был уже в метре. Он быстро и уверенно шагал в нашу сторону с перекошенным от злости лицом.

— Какого черта ты болтаешься тут с… — Влад зашипел, бросая на меня испепеляющий взгляд, — прислугой.

— Это Алла, друг. Просто Алла, — играя с огнем, Адам похлопал Влада по плечу и усмехнулся.

Вдруг они схлестнулись взглядами. Вокруг будто круг образовался. Кто в него попадал — таял под тяжелой угнетающей энергетикой тяжелых мужчин. Я тоже задыхалась.

— Вернись к делам, — не отрываясь, прорычал мне Влад. — БЫСТРО!

Оставаться рядом с мужчинами мне не хотелось. Было физически сложно. Поэтому развернувшись, я ушла в дом, окрыленная надеждами.

Прошло около часа. Я и Света пили чай с ватрушками на рабочей кухне. Повариха Анна Семеновна, веселая добродушная женщина средних лет, рассказывала нам байки из молодости, пока вымешивала огромный шмат теста прямо на широком зелёном островке, предназначенном для массовой готовки. Кажется, через пару дней к Владу и Вике должны были прийти гости. Намечалось что-то вроде гендерной вечеринки для ребенка…

На секунду я забыла о том ужасе, в который превратилась моя жизнь. Лишь на мгновение. Смеялась, веселилась, искренне улыбалась… Была счастлива, но недолго.

Первой замолчала Анна Семеновна. С побелевшим лицом засмотрелась куда-то в проход. Затем Света. Поперхнулась чаем, тяжело задышала. Когда девушка отошла, я увидела Его. Безумно злого, потерянного. Влада.

— Все пошли вон, — он проклинал меня своими черными глазами. — И никому не заходить.

Анна Семеновна, посмотревшая на меня с жалостью, нашла в себе мужество заступиться:

— Простите, господин Фролов, но здесь санитарная зона. Вам не стоит…

— ВОН! — рявкнул он так громко, что у меня барабанные перепонки чуть не лопнули. Зажмурившись, попятилась назад. Забилась в стену. — Если кто-то не согласен — уволен.

Света работала, чтобы оплатить учебу брату в колледже. Анна Семеновна содержала мужа инвалида. Никто из них не мог лишиться прибыльной работы. Каждый считал место в доме Влада блажью. Фортуной! И я поняла, когда те стыдливо опустили голову и убежали.

Мы остались один на один. Я и мой персональный монстр.

— Веселишься? — он чопорно и звонко отбивал шагами по плитке, косо ухмыляясь. — Улыбаешься… Мне ты давно не улыбалась.

По телу волнами скользил страх. Сглотнув его, гордо вздернула подбородок и прошептала:

— А ты этого не заслужил.

Я видела, как мои слова заставили и без того взъерошенного Влада встать на дыбы. Было чувство, будто я бросила камнем в дикого зверя.

— А кто заслужил? — он резко навис надо мной с опасным прищуром. Тяжело дышал, обдавал горячим паром. — Адам?

Его близость давила внутри меня всю решимость. Я снова становилась маленькой мышкой перед огромной анакондой. Чтобы ни делала — он победит. Сила на его стороне.

— При чем тут Адам? — я постаралась сделать неопределенный жест, но, кажется, сдала сама себя. Напрямую врать никогда не умела. — Нас ничего не связывает.

Влад закрыл глаза и зашипел. Его дыхание было утробным, безумным. От энергетики мужчины по моему телу волнами скользили мурашки. Бывшего боялись даже в спокойном состоянии, а в гневе вообще старались избегать.

— Договорились, значит… — шептал он себе под нос. Будто даже не со мной говорил. — Все решили… Только ты кое-что упустила. Знаешь, о чем я?

Он ждал. Нет, требовал от меня ответа. Я вынуждено замотала головой:

— Нет. Понятия не имею, какие черви на этот раз жрут твой мозг!

От колкости было удержаться слишком сложно. И я не смогла.

И снова этот оскал от Влада… От него душа покидала тело и не хотела возвращаться обратно.

— Я напомню… — его лапы, как клешни, обхватили мое лицо, заставляя беспрерывно смотреть в его глаза, напененные безумием: — Ты моя. МОЯ АЛЛА. М-О-Я! И никакому Адама не достанешься!

— К чему все это? Я не понимаю…

Я сохраняла спокойствие и гордость. Не могу побороть силой? Будет слово.

— Не ври! — отклонив мою голову в бок, он зарылся носом в ложбинке на шее. Глубоко и долго вдыхал, издавая утробные гортанные хрипы. — Он предложил мне отличные условия сделки. При одном условии: если я отдам ему тебя.

— Меня? Но я не товар… — сразу вспомнились слова Адама о помощи. Если мужчина действительно думал, что я согласна променять одного «хозяина» на другого, то он сильно опростоволосился.

— О, поверь… Я напомнил ему его место, — с маниакальным восторгом припомнил Влад. Только в этот момент я поняла, почему он такой внешне потрепанный, а костяшки сбиты. Он дрался? За меня? Бред какой-то…

Не веря, что говорю это, я не смогла остановиться:

— Так отдал бы, Влад. Я ведь для тебя просто вещь. Игрушка, не более.

Бывший посмотрел на меня цепко, буквально пытаясь залезть в мозг и прочесть мысли. Волосы на его голове встали дыбом, а пальцы на моей щеке дрогнули.

— Вещь, да, — он кивнул, а душа моя в очередной раз больно кровоточила. Два года брака. Два года моей любви до гроба. Веры в то, чтобы мы состаримся и умрем в один день… Все самообман! — Но моя вещь, Алла. Моя!

Он поцеловал меня. Горячо и напористо. Как раньше, пытаясь разбудить страсть. Я укусила его за язык. Когда Влад, шипя, отпрянул, отвернулась к стене.

— Я не хочу тебя… — призналась ему я, качая головой. — Бедный Влад… Когда же ты поймешь, что убил мою любовь? А мертвые, как известно, не воскресают.

Он замер. Было в этом что-то отчаянное. А потом снова набросился. Руки жадно вжимали меня в его тело. Губы целовали шею, плечи, грудь. Я не сопротивлялась, ничего не говорила. Просто стояла и позволяла ему делать все, что захочется.

Мне хотелось, чтобы он видел: ничего не осталось. Совсем.

— Ты врешь сама себе, — рычал он, пока умелые пальцы касались моего клитора. Распаляли его, пытались завести мое тело. — Ты хочешь меня. Хочешь нас, Алла.

Это был вызов себе. Закрыв глаза, я сосредоточилась на всей той боли, что Влад причинил мне за последнее время. Горечь отдаляла меня от возбуждения на километры. Воспоминания об измене напрочь сбивали желание.

А он касался так нежно, как никогда ранее… Так, как никогда не позволял себе в браке. Потянув за руку, повалил животом на стол, полный муки. Горячие губы мягко спустились по позвонкам к ягодицам, по внутренней части бедра к клитору. Когда зубы Влада сомкнулись на горошине, я замерла в удивлении. В браке бывший никогда не «опускался» до куннилингуса. Как-то я заикнулась на данную тему и получила четкий ответ, что это недопустимо. Не по-мужски.

Сейчас же его руки раздвигали мои бедра, а язык вылизывал плоть, как голодное животное. Будто от этого зависела его жизнь.

— Я ничего не чувствую, — произнесла я. — Ты сам видишь.

Он тяжело задышал. Выпрямился. Звякнула молния. Горячий член ударился о ягодицы. Он вошел в меня резко и быстро. Так, как я раньше любила. Влад делал все, как раньше. Только было уже совсем иначе.

— Ну же, — приказывал он, — кончай! Кончай!

Я контролировала каждую свою эмоцию. Не давала отпустить ситуацию. Он старался. Полчаса, час, полтора… Часы неумолимо тикали.

Наконец, с рыком, он кончил. Вышел из меня. Оделся и быстро направился к выходу. Молча, словно заведенный робот, я выровнялась и собрала на теле лохмотья разорванного платья.

— Как низко ты пал, Влад… — прошептала я вслед удаляющемуся мужчине. — Теперь тебе надо выпрашивать секс. Ты жесток, но слаб.

Он замер на секунду, а потом ускорил шаг. Дверь захлопнулась с грохотом. Крючки со сковородками оторвались, громко падая на пол. Мука столбом стояла в комнате. А я улыбалась. Это была моя первая победа.

****

Праздник в доме Влада был роскошным. Собрались все сливки мира бизнеса со своими красивыми ухоженными женами. Гостиная преобразилась. Там звучала легкая классическая музыка в исполнении известного оркестра. Шарики, розы, флаеры голубых и розовых цветов украшали периметр.

Не думала, что размах события так сильно меня ранит. Ударит под дых. Вызовет слезы. Заставит запереться в туалете, долго и тщательно приводить себя в порядок…

Ведь этот праздник должен был быть моего ребенка. Его должны были ждать и чествовать! Ему петь песни, дарить пинетки, писать милые записки в книге пожеланий... А что теперь? Что ждет маленькое сокровище? Ополоумевший отец. И мать, не способная даже вырваться на простое УЗИ. Что уж говорить о содержании малыша.

— Ты справишься! — прошептала я себе прямо в зеркало. — Все будет хорошо!

А потом вышла из заточения и скрылась на кухне, где всячески избегала торжество. Каждый раз, слыша поздравления, сердце сжималось так сильно, что нечем становилось дышать.

— Алла, — Света одернула меня от мирного натирания тарелок, — нужна срочная помощь! Я уже не справляюсь. Умоляю!

Не дожидаясь согласия, девушка всучила мне в руки кувшин с напитком и убежала раздавать шампанское. Кувшин следовало отнести и поставить в самый центр зала.

— Вот черт… — замерев перед дверью, я ощутила нерешительность. Ноги проросли к месту. А вдруг кто-то меня узнает? Вдруг все придумал Влад, желая в очередной раз поиздеваться?

Но я пошла. Стало стыдно. Другие работали, а я пряталась…

Шаг… Шаг… Еще шаг… Перепуганные глаза направленны в пол. Голоса других сбивают. Отвлекают немного от огня в груди. Я с ужасом ждала, когда кто-то закричит: «Ой, а это ведь бывшая Влада? Та самая неудачница?». Но ничего этого не было. Стены давили, руки тряслись. Капли расплескивались на пол.

Лишь поставив кувшин на нужное место, я выдохнула. И поняла, что не учла одного. Люди из мира Влада были такими же, как он. Наглыми, самоуверенными, дерзкими. Прислуга дня них не человек. Нечто бесполое. Недостойное даже взгляда. На меня никто не смотрел.

Выровняв плечи, я оглянулась. Торт уже разрезали. Шарик лопнули. Салют запустили… Будет мальчик. Наследник, которого так сильно хотел Влад.

Бывшего в гостиной не было. А вот довольная Вика со счастливой улыбкой общалась с репортерами. Купаясь в комплиментах и роскоши, она рукой обвела зал и взгляд ее зацепился за меня. Глаза бывшей подруги почерствели.

— Как думаете, — спросила у нее девушка репортер, — укрепил ли ваш союз с Владом Фроловым ребенок? Как скоро мужчина поведет вас к алтарю.

— Конечно укрепил! — намеренно громко прокричала она. И будто специально посильнее надула живот, демонстративно его наглаживая. — Влад боится вступать в брак. И я его понимаю. Первый союз в его жизни не оправдал ожидания.

— «Не оправдал»? Это вы о чем? — журналистка придвинула микрофон поближе. Ей нужна была сенсация.

— Ну, как же… Влад всегда хотел ребенка. А бывшая жена просто не могла ему этого дать. Сама вселенная давала понять, что этот мезальянс смешит народ. И что Владу надо найти кого-то себе под стать, — бросив на меня многозначительный взгляд, Вика помахала ручкой. — Благо, теперь все на своих местах. Я около Влада. А бывшая у разбитого корыта.

— Вы ведь были подругой Аллы Фроловой? — вдруг журналистка задала неудобный вопрос. Вика стушевалась. — Не считаете ли вы, что поступили подло, уведя мужчину из семьи?

— Влад никогда бы не ушел от Аллы, если бы не любил меня до гроба, — бывшая подруга сморозила такую чушь, что я прыснула от смеха. — Нам пришлось пойти на такую жертву, потому что существовать раздельно было просто невыносимо!

— Правда ли говорят, что в доме Влада вы не имеете никаких прав и живете в отдельной комнате? — снова поставила в тупик Вику репортёр.

— Бред идиота! Все, интервью закончено! — гневно развернувшись, Вика прошла мимо меня и пнула локтем, гневно прорычав: — А ты иди и драй унитазы за гостями, поняла?!

Естественно, Вику слушать я не стала. Ее вообще в доме никто не воспринимал. Влад прилюдно относился к ней, как к пустому месту. Бывшая подруга была самым настоящим инкубатором. Вокруг нее все крутились, вертелись, сдували пылинки... Но никто не уважал и не слушал. Она встала на ту роль, которой я всегда боялась — домашнего питомца. Если Влад после родов заберет у нее ребенка — это никого не удивит. Еще обставят так, будто Вика сама новорожденного младенца бросила и сбежала. Люди в это поверят. Как поверили и в то, что я безмозглая пустышка, которая жила с мужем два года ради денег.

Не задерживаясь в зале, я поспешила вернуться на кухню. Спустившись к коридору, ведущему вниз, я ощутила шаги за спиной. А после кто-то с грохотом захлопнул дверь.

— Влад… — страшась обернуться, я замерла и закрыла глаза. — Что тебе еще нужно?

— Нет, это все лишь я, — голос Адама заставил облегченно выдохнуть. Повернувшись, я оценила мужчину в строгом костюме с широкой улыбкой. Так он выглядел очень даже симпатичным и совсем не угрожающе. — Знаешь, сегодня в доме столько гостей, что даже меня пустили… После той небольшой взбучки, что случилась между мной и Владом, это удивительно.

— Если он увидит нас вместе, то плохо будет мне, а не тебе! — покачав головой, я развернулась и быстро пошагала дальше по своему маршруту.

— То есть, ты не хочешь узнать хорошие новости? — Адам интригующе замолчал. Я остановилась. Выдержав драматичную паузу, он самодовольно выдал шокирующую речь: — Мне тут птичка на хвосте принесла новость про Дениса Скворцова. Вроде он тебе дорог.

— Ну? — повернувшись, я напряженно задержала дыхание. Боялась услышать, что Дэна больше нет в живых. Что Влад с ним все же расправился.

— Семья добилась, и Дениса выпустили. Выкрутили все в ложные обвинения. Вроде как Скворцова подставили, — Адам поиграл бровями, подключая харизму на максимум. Было очевидно, зачем мужчина так старается. Очередной мужчина просто пытается затащить игрушку в постель. — Денис скрылся в неизвестном направлении заграницей. Влад до него не доберется. Поговаривают, твоему другу кто-то помог.

— Ты что ли? — от удивления мои брови вскочили ко лбу.

— Не я. Добрых людей в мире много, — Адам говорил это так загадочно… Кусая губы, я пыталась разгадать тайны мужчины. — В любом случае, разве это не повод тебе собрать свои вещи и уйти из дома Влада прямо сейчас?

Наконец, до меня дошло. И правда! Нет больше страха, что из-за меня кому-то сделают больно. Ничего в доме Влада меня не держит! Не осознавая своего счастья, я улыбнулась. Зарылась лицом в ладони и уже представила, как голосую на трассе, отправляюсь в город, а оттуда на первой маршрутке в неизвестном направлении…

— Или, — Адам перебил мои мысли своим хитрым голосом, — ты можешь задержаться.

— Зачем? — от глупости предложения меня прошибло на смех. В мыслях я уже собирала вещички.

— Влад при разводе забрал у тебя все. Это не законно. Разве ты не хочешь оставить пару копеек ребенку? — он вдруг шагнул вперед, накрывая своей большой горячей рукой мой живот. — Я расскажу, что надо делать. А ты выбирай сама.

Глава 6

Закрыв глаза, я глубоко вдохнула. Заставила себя успокоиться, выровнять дыхание. Затем мягко постучала по двери. Не получив ответа, все равно вошла.

— Что ты тут делаешь? — во тьме пустой комнаты у панорамного окна стояло высокое мягкое кресло. В нем сидел Влад, спиной ко мне. Дым от сигарет стоял в воздухе коромыслом. Голос бывшего непривычно сипел. — Зачем пришла?

Пока толпа гостей веселилась внизу, Влад ни разу к ним так и не вышел. Хозяин дома пропал. А Вика была только этому и рада. Сотнями давала интервью. Рассказывала гостям о неземной любви.

— Есть разговор, — уверенно заявила я, застыв на пороге.

Влад даже не повернулся. Погруженный в свои мысли, он лениво угрюмо прошептал:

— Не сейчас. Все завтра.

Нет. Завтра я струшу. Не решусь на то, что собиралась сотворить. А так было нужно. Не ради меня. Ради ребенка.

— Нет. Это важно, — закрыв за собой дверь, я шагнула к мужчине. Застыла за спинкой кресла. Лениво, едва заметно махнув пальцем, бывший давал мне слово. Мол, говори. Сглотнув ком, я старалась быть уверенной и убедительной, но голос все равно дрогнул и осип в конце:

— Я хочу попробовать все с начала.

В комнате повисла гробовая тишина. Тиканье часов, шелест моей собственной рабочей униформы, тяжелое дыхание — все, что удавалось услышать. Он молчал. Думал. Смаковал слова. Но без того злорадства, на которое я рассчитывала. Нет. Только глухое любопытство.

— Совсем недавно ты считала иначе, — наконец, подал голос мужчина. К тому моменту я почти поверила, что план провалился. Ничего не получится. — Что поменялось?

Наконец, Влад повернулся. В темноте он не мог тщательно разглядеть моего лица. Но очень пытался.

— Мы два года были счастливы. То, что происходит сейчас… Так не должно быть в семье. Пора это заканчивать, — я говорила заученный текст, в который сама всеми силами пыталась поверить. Смотрела перед собой. В окно. И тряслась от адреналина. И страха, окутывающего с ног до головы… — Ты ведь не дашь мне быть счастливой с кем-то другим, я это поняла. Значит, я снова научусь быть счастливой с тобой.

Кресло заскрипело. Он встал и застыл передо мной. Во тьме было сложно изучить мимику Влада, но он пытался просканировать мои мысли. Это очевидно. Наклонив голову в бок, задумчиво протянул себе под нос:

— Что ты задумала?

— Ты доставил мне много боли. Но и я тебе тоже, — сжав кулаки, не рассчитала силы. Ногти проткнули кожу. Кровь выступила, едва уловимо слуху капая на кафель. — Я больше не могу так жить. В страхе завтрашнего дня.

— Ты сама это выбрала. Изначально нужно было принять мои условия, и ничего бы не случилось! — он зарычал. Но не как прежде. В голосе слышались хмель и отчаянье. Он словно злился не на меня, а на мир вокруг.

Влад казался подозревающим неладное. Решив сыграть в ва-банк, я смело развернулась и спокойно направилась к выходу беглым шагом:

— Что же. Я тебя поняла. Прошлого не вернешь. На этом тема закрыта.

Один шаг… Второй… Третий… Мое сердце бешено барабанило в груди. В голове прошла целая вечность. Я уже была готова уйти из дома Фролова ни с чем. С маленьким свертком вещей и копейками денег, которые проиграла мне в карты местная горничная Света.

Как вдруг позади послышался глухой приказ:

— Стой.

Я остановилась, но не повернулась.

— Ты… — он замялся. — На самом деле снова хочешь стать моей?

— Это лучше, чем быть уборщицей у твоей любовницы! — сквозь зубы прорычала я с раздражением. — Я постараюсь приложить все усилия, чтобы все было, как раньше.

Это было невозможно, что-то из ряда фантастики, но где-то на грани подкорки я ощущала незримую связь с моим малышом. Маленькая кроха словно придавала мне сил на всю эту ложь. Не давала свернуть с намеченного пути.

— Что же… Готов начать прямо сейчас, — руки Влада сомкнулись на моей талии, и я испуганно взвизгнула. Отпрянула. Совсем не слышала, как он подошел.

— Нет. Не так! Я не хочу быть одной из твоих шлюх! — смелость взялась, откуда не ждали. Но и страх никуда не делся. Разлился по телу с острыми покалываниями. Глядя в глаза бывшему, я даже во тьме видела опасность. — Теперь на моих условиях.

— «На твоих условиях»… — он смаковал каждое слово с усмешкой, раздражением и напряжением… — Ну, говори? Очень интересно послушать.

— Я не должна ничего знать о других девушках. И их не должно быть в доме, — вытянув перед собой руку, я принялась загибать пальцы. — Никакого секса и тактильных прикосновений, пока я снова не стану твоей официальной женой и не удостоверюсь, что главная в этом бесконечном гареме! — моя рука дрогнула. Ком в горле застрял. Рвано вздохнув, я прошептала последнее условие менее резво: — И, что важно, у нас должен быть не новый брак, а старый.

— Это что-то новенькое, — Влад рассмеялся, но совсем невесело. С каждым моим словом он все больше походил на дикого необузданного тигра. — Как это?

— Вы развели меня с адвокатами. Дэн говорил что-то о состряпанных на коленке документах, которые легко оспорить, и развод признают недействительным. Тебе так раз плюнуть. Сделай это, — выговорившись, я замолчала. Ожидала его реакции. Но Влад молчал. — Что скажешь?

Глава 6

Закрыв глаза, я глубоко вдохнула. Заставила себя успокоиться, выровнять дыхание. Затем мягко постучала по двери. Не получив ответа, все равно вошла.

— Что ты тут делаешь? — во тьме пустой комнаты у панорамного окна стояло высокое мягкое кресло. В нем сидел Влад, спиной ко мне. Дым от сигарет стоял в воздухе коромыслом. Голос бывшего непривычно сипел. — Зачем пришла?

Пока толпа гостей веселилась внизу, Влад ни разу к ним так и не вышел. Хозяин дома пропал. А Вика была только этому и рада. Сотнями давала интервью. Рассказывала гостям о неземной любви.

— Есть разговор, — уверенно заявила я, застыв на пороге.

Влад даже не повернулся. Погруженный в свои мысли, он лениво угрюмо прошептал:

— Не сейчас. Все завтра.

Нет. Завтра я струшу. Не решусь на то, что собиралась сотворить. А так было нужно. Не ради меня. Ради ребенка.

— Нет. Это важно, — закрыв за собой дверь, я шагнула к мужчине. Застыла за спинкой кресла. Лениво, едва заметно махнув пальцем, бывший давал мне слово. Мол, говори. Сглотнув ком, я старалась быть уверенной и убедительной, но голос все равно дрогнул и осип в конце:

— Я хочу попробовать все с начала.

В комнате повисла гробовая тишина. Тиканье часов, шелест моей собственной рабочей униформы, тяжелое дыхание — все, что удавалось услышать. Он молчал. Думал. Смаковал слова. Но без того злорадства, на которое я рассчитывала. Нет. Только глухое любопытство.

— Совсем недавно ты считала иначе, — наконец, подал голос мужчина. К тому моменту я почти поверила, что план провалился. Ничего не получится. — Что поменялось?

Наконец, Влад повернулся. В темноте он не мог тщательно разглядеть моего лица. Но очень пытался.

— Мы два года были счастливы. То, что происходит сейчас… Так не должно быть в семье. Пора это заканчивать, — я говорила заученный текст, в который сама всеми силами пыталась поверить. Смотрела перед собой. В окно. И тряслась от адреналина. И страха, окутывающего с ног до головы… — Ты ведь не дашь мне быть счастливой с кем-то другим, я это поняла. Значит, я снова научусь быть счастливой с тобой.

Кресло заскрипело. Он встал и застыл передо мной. Во тьме было сложно изучить мимику Влада, но он пытался просканировать мои мысли. Это очевидно. Наклонив голову в бок, задумчиво протянул себе под нос:

— Что ты задумала?

— Ты доставил мне много боли. Но и я тебе тоже, — сжав кулаки, не рассчитала силы. Ногти проткнули кожу. Кровь выступила, едва уловимо слуху капая на кафель. — Я больше не могу так жить. В страхе завтрашнего дня.

— Ты сама это выбрала. Изначально нужно было принять мои условия, и ничего бы не случилось! — он зарычал. Но не как прежде. В голосе слышались хмель и отчаянье. Он словно злился не на меня, а на мир вокруг.

Влад казался подозревающим неладное. Решив сыграть в ва-банк, я смело развернулась и спокойно направилась к выходу беглым шагом:

— Что же. Я тебя поняла. Прошлого не вернешь. На этом тема закрыта.

Один шаг… Второй… Третий… Мое сердце бешено барабанило в груди. В голове прошла целая вечность. Я уже была готова уйти из дома Фролова ни с чем. С маленьким свертком вещей и копейками денег, которые проиграла мне в карты местная горничная Света.

Как вдруг позади послышался глухой приказ:

— Стой.

Я остановилась, но не повернулась.

— Ты… — он замялся. — На самом деле снова хочешь стать моей?

— Это лучше, чем быть уборщицей у твоей любовницы! — сквозь зубы прорычала я с раздражением. — Я постараюсь приложить все усилия, чтобы все было, как раньше.

Это было невозможно, что-то из ряда фантастики, но где-то на грани подкорки я ощущала незримую связь с моим малышом. Маленькая кроха словно придавала мне сил на всю эту ложь. Не давала свернуть с намеченного пути.

— Что же… Готов начать прямо сейчас, — руки Влада сомкнулись на моей талии, и я испуганно взвизгнула. Отпрянула. Совсем не слышала, как он подошел.

— Нет. Не так! Я не хочу быть одной из твоих шлюх! — смелость взялась, откуда не ждали. Но и страх никуда не делся. Разлился по телу с острыми покалываниями. Глядя в глаза бывшему, я даже во тьме видела опасность. — Теперь на моих условиях.

— «На твоих условиях»… — он смаковал каждое слово с усмешкой, раздражением и напряжением… — Ну, говори? Очень интересно послушать.

— Я не должна ничего знать о других девушках. И их не должно быть в доме, — вытянув перед собой руку, я принялась загибать пальцы. — Никакого секса и тактильных прикосновений, пока я снова не стану твоей официальной женой и не удостоверюсь, что главная в этом бесконечном гареме! — моя рука дрогнула. Ком в горле застрял. Рвано вздохнув, я прошептала последнее условие менее резво: — И, что важно, у нас должен быть не новый брак, а старый.

— Это что-то новенькое, — Влад рассмеялся, но совсем невесело. С каждым моим словом он все больше походил на дикого необузданного тигра. — Как это?

— Вы развели меня с адвокатами. Дэн говорил что-то о состряпанных на коленке документах, которые легко оспорить, и развод признают недействительным. Тебе так раз плюнуть. Сделай это, — выговорившись, я замолчала. Ожидала его реакции. Но Влад молчал. — Что скажешь?

— С каких пор ты что-то решает, Алла? — он чеканил каждое слово, пока крылья носа раздувались словно у дикого быка на корриде. Влад злился, сжимал в руках сигарету, пока та не разорвалась на две части и не упала на пол, затухая. — Будет, как я сказал. И точка.

— Раз так, — пожав плечами, я развернулась и пошла к выходу. — Предложение аннулируется. Я больше не позволю втаптывать себя в грязь.

Он не шел за мной следом. Это не в духе Влада. Вернувшись в спальню, я сходила в душ и приготовилась ко сну. По анализу Адама, Влад должен был переспать с этой мыслью, а утром вызвать меня к себе в кабинет и озвучить решение. Если нет — я ухожу ни с чем. Если да — остаюсь и приступаю в жестокому, как сам Влад, плану.

Уже лежа в постели, я тихо читала книгу. Но мысли были далеко. Нервы не покидали. Голова шла кругом. Скинутая на пол нога нервно отбивала ритм чечетки на деревянном полу.

Тяжелые резкие шаги донеслись из коридора. За ними шлейфом шла тишина. Рабочие дома молчали.

Удар по моей двери. Еще один… Еще… Я сидела на постели, не шевелилась. Зазвенели ключи. Вставив их в скважину, мужчина множество раз проворачивал замок. Тот не поддавался нервам и резким порывам. Наконец, дверь поддалась. Распахнулась. Луч света озарил темный растрёпанный силуэт.

— Хочешь свои условия? — он был пьяным. Настолько, что едва ворочал языком. При этом прекрасно стоял на ногах. Глаза оставались не мутными. Таким Влада я видела впервые. Опираясь на косяк, он фыркнул: — Ты их получишь! Я согласен, Алла.

****

Стоя на втором этаже, я выглядывала вниз с лестницы. Происходящее в гостиной набирало обороты.

— Что значит «Алла снова будет здесь жить»?! — голос Вики дрожал, срывался на крик. Топнув ногой, она сжала пальцы в кулаки. — С какой это стати?

— Тебя это никак не касается. Это факт, неподлежащий обсуждению. И твое мнение меня интересует меньше, чем кухарки, — пока Вика прыгала вокруг мужчины, Влад спокойно сидел в своем любимом кресле и попивал бокал сухого вина.

— Я вообще-то мать твоего будущего ребенка! — бывшая подруга будто почувствовала мой взгляд. Повернулась и скривилась в раздражении. — Немедленно выгони ее вон, или…

— Или что? — Влад отложил телефон, на котором увлеченно читал новости с биржи. И посмотрел на девушку. Та растерялась, попятилась назад к стене. — Мне нужен ребенок. Ты — нет. Плевать, чего ты хочешь и что чувствуешь. Я дал тебе деньги, связи. Пользуйся. Когда наследник появится на свет, тебя тут не будет.

На глазах девушки выступили слезы. Крупными каплями скатились к дрожащим губам. Голос, который еще минуту назад визжал от недовольства, пищал от неуверенности:

— Но… Как же так… Я ведь много раз говорила репортерам, что мы вместе и любим друг друга… Что ты выбрал меня, а не Аллу…

— Ты вообще мало контролируешь, что вырывается изо рта, — Вдруг Влад поднял на меня взгляд. Посмотрел так многозначительно, будто всегда знал, что я слежу за диалогом. Как бы спрашивал: «Теперь тебе все нравится?». — Вика, твои вещи уже перенесли в спальню дальнего крыла первого этажа дома.

— Это еще почему?! — бывшая подруга вдруг зарычала, схватила вазу и в гневе разбила ее об пол. — Хочешь спать с этой?..

— Она — моя жена. Моя женщина. Не нарывайся, — чеканя каждое слово, Влад наступал на Вику с таким жестоким видом, что хотелось броситься ей на помощь. — Не забывай свое место.

— Еще недавно ты сам сделал ее уборщицей, — ехидно посмеивалась Вика. — Она унитазы за нами мыла!

Я хмыкнула. В мытье унитазов я ничего страшного не заметила. И вообще, уборка большого дома самый утомляющий вид спорта. Тяжелый, но полезный для здоровья.

— Наши дела тебя не касаются. И, еще… — Влад снова послал мне хитрый взгляд и косую ухмылку, от которой живот подтягивался к легким. — Я обещал жене спокойствие. Так что сделай так, чтобы тебя тут никто не видел.

Не дожидаясь очередной истерики от Вики, Влад резко развернулся к лестнице. Я испуганно отпрянула назад. Забежала в комнату и отошла к окну. Влад дал мне соседнюю спальню от себя. Делить с ним постель я не согласилась. А он не согласился оставить меня в домике для прислуги. Пришлось найти компромисс.

— Убегаешь, — не спросил, а констатировал он, врываясь внутрь моего личного пространства без стука.

— Нет, просто… — нервно облизав губы, я потеряла нить мысли, когда руки Влада вдруг обвили мою талию, прижимая к стальной горячей груди. Губы, которые еще недавно шептали проклятия, нежно целовали шею. Совсем, как в браке. Стало не по себе. Давя желание немедленно вырваться, я лишь слегка поерзала. — Разве ты уже сделал, о чем я просила?

Утробно зарычав, он сжал пальцами мою талию жадно и нетерпеливо:

— Мои юристы работают.

— Плохо работают. Прошла целая неделя, а заключения о браке так и нет, — и все же я отшатнулась. Развернулась лицом к мужчине и обняла себя руками, чтобы скрыть дрожь непослушных пальцев. — Я ведь говорила, что не хочу отношений вне брака. Не хочу занимать в твоей жизни такую же роль, как та же Вика. Я не любовница, Влад. И никогда ею не буду.

Я знала, что испытываю судьбу. Влад злился. Играя желваками, испепелял меня черными, пропитанными холодом глазами. Казалось, вот сейчас он сорвется, и весь план канет в пропасть.

Влад шагнул вперед ко мне, заставляя вжаться спиной в холодное окно:

— Значит, от секса отказываешься?

Я нервно закивала. Холодная рука провела черту от скулы к губам. Мужчина тяжело втянул кислород и на секунду прикрыл глаза. Монстр так и рвался наружу.

— Потом, Влад… — тихо прошептала я ласково. Пытаясь достучаться до человеческой части его животного нутра. — Когда все решится, я твоя.

Конечно, это была ложь. Как только документы будут готовы, план вступит в действие, и Влад больше никогда до меня не доберется. Но мужчина должен думать иначе.

Секунда, вторая, третья… Гробовая тишина разрушалась лишь шуршанием его рук, скользящих по моей шее… Тяжелым дыханием из его стиснутых губы и урчанием откуда-то из недр груди.

— Хорошо, — нехотя, сквозь зубы выплюнул мужчина. Злясь на себя. На мир. На всех вокруг. Не успела я выдохнуть, как он развернулся и пошагал к выходу, бросив в приказном тоне: — Жду тебя внизу. Форма одежды вольная.

— Я могу отказаться? — на всякий случай уточнила. Быть милой рядом с Владом с каждой секундой было все сложнее и сложнее. Самой от себя противно, как приходится стелиться.

Влад обернулся в проходе, с прищуром оценивая мое выражение лица, и спокойно протянул:

— Больше одного отказа в день не принимаю. Так от чего ты отказываешься: от свидания или?..

— Или! — спохватившись, я испуганно бросилась в ванну. — Свидание, так свидание!

Вечер с Владом наедине. Это казалось невозможным. Неправильным, после всего пережитого. Абсурдом полнейшим! Но ради ребенка я буду улыбаться. Делать вид, что почти простила предательство и всю ту боль, что он причинил мне за считанные месяцы разрыва! Но почему-то в груди было стойкое чувство: произойдет что-то плохое.

****

— Стой!

Глухой резкий приказ. Как выстрел. Я застыла на пороге дома, не успела переступить ногой за его пределы.

— Вернись на секунду, — более спокойно произнес Влад. Даже в таком тоне он звучал угрожающе.

Сглотнув ком, подавив внутренний страх, я обернулась. Мужчина стоял с бархатной черной коробочкой в руках. Ранее в нашей жизни были синие, красные, розовые и даже золотые... Но не черные.

— Это тебе, — он протянул руку с подарком вперед, выгнул голову в бок и внимательно изучал мою реакцию. — Бери, Алла. Хочешь еще час тут простоять?

Нет. Я не хотела…

Встряхнув руки, привела себя в порядок. Перехватила коробочку и снова стушевалась. А вдруг внутри место на кладбище и записка: «Я все знаю о твоем плане»? Это конец. Полный и беспросветный. Мне и моему неродившемуся ребенку!

— Открывай, — настоял мужчина. Я бросила на него взгляд. Не отходит. Значит, не взрывчатка. — Что с тобой, Алла?

Продолжай я тянуть, Влад начнет задавать вопросы. И что-то подозревать, если по сей момент еще не знает…

Была не была!

Резко распахнув коробку, я зажмурилась. Ничего не случилось. С бешено колотящимся сердцем я посмотрела сперва на удивленного Влада. Его сведенные на переносице брови как бы говорили: «Что с тобой происходит? Странная...».

На мягком бархатном белом одеяле лежал тяжелый чокер из белого золота, усыпанный бриллиантами. По среди него был огромный черный камень в форме сердца. Он отблёскивал в лучах ламп, как настоящее сокровище.

— Это черный бриллиант. Отвоевал его в первозданном виде на аукционе. Я хочу видеть его на тебе, — не дожидаясь одобрения, Влад подошел и сам застегнул украшение на шее. Ошейник захлопнулся с громким щелчком. Казалось, что он душит меня. Не дает вздохнуть. Но это была неправда. Один палец свободно помещался между кожей и украшением. — И, еще кое-что…

Сережки и перстень я даже не заметила. Они затерялись в коробке. Влад сам надел на мои уши огромные черные сердца. Палец теперь оттягивал увесистый камень.

— К-красиво… Наверное... — голос дрожал, когда я смотрела на себя через зеркало. За спиной стоял кукловод. Его улыбка пугала меня. Заставляла съёживаться.

— Я купил его, когда ты перекрасила волосы в черный, — Влад медленно поддел пальцем локон моих волос. Провел по нему носом и задохнулся. — Точно знал, что это не конец.

Его руки мягко скользнули по корсету, но остановились на пышной юбке. Хоть живот и был маленьким, совершенно не отличающимся от остального тела, я все равно старательно прикрывала его от чужих глаз.

Вдруг ладонь мужчины упала на то место, где развивается наш малыш. Меня будто ударило током. Ноги приросли к полу. Голова взорвалась от мыслей. С испуганными глазами, не дыша, я снова и снова повторяла про себя: «Он знает! Знает! Знает!».

— Такой же комплект, только маленький, есть и для нашей дочки, — прошептал он на ухо. По телу прошла оторопь. Я была в шаге от обморока. В шаге от того, чтобы признаться во всем самой! — Когда-нибудь у нас получится.

— Получится?.. Когда-нибудь?.. — губы мои шевелились, но звука не было слышно. Пульс отбивал битами в ушах.

— Да. У нас обязательно будут дети, — резко открыв дверь, он переплел наши пальцы. И потянул меня к машине. — Идем.

В этот раз Влад предпочел быть за рулем. Только я и он в маленьком душном пространстве. Охрана следом, но это не считается.

Я так сильно испугалась, что Влад знает мою тайну, что совсем забыла сказать ему главное. Подарок на самом деле мне не понравился. В нем я выглядела, как украшенное домашнее животное. С ошейником. Дорогим, конечно. Но все же ошейником.

— Влад, я… — только было начав этот разговор, я осеклась. Мы проезжали перекресток перед выездом с района. На нем в полном одиночестве стояла Вика. В руках ее был какой-то сверток. Скрутившись, она что-то монотонно шептала: — Что происходит, Влад?

Мужчина резко притормозил. Ничего не объясняя, выбежал из машины. Я не слышала, что именно он говорил бывшей подруге. Только видела, как он скрутил ее по швам. Из рук дрожащей девушки выпало фото. Мое… С каплями черного воска и следами уколов булавкой.

— Вика, — Влад отчеканил по слогам прямо в ее безумные глаза, — тебе надо обследоваться у врача. Прямо сегодня.

Я было наклонилась. Хотела поднять фото. Но вовремя осеклась и передумала. Что-то будто одернуло меня в сторону.

— Что ты делала, Вика? — растерянно спросила я. Промозглый холодный ветер заставлял дрожать от холода.

— Порчу, — она улыбнулась, а у меня внутри все похолодело. — Чтобы у тебя никогда не было детей! И отношений! Чтобы ты всегда страдала!

Влад посмотрел на меня строго. Как учитель на нерадивого ученика. И произнес приказным тоном:

— В машину.

Мне хотелось что-то сказать, но слова комом сбились в горле. Кратко и потерянно кивнув, я развернулась и направилась к машине. Резкий поток ветра заставил фотографию вихрем подняться ненадолго и прилипнуть к моей туфле. Я нервно отряхнулась и отпрянула в сторону.

— Беги, Алла. Беги. Только то, что хотела, я уже сделала, — облегченно вздохнув, бывшая подруга казалась счастливей, чем когда бы то ни было ранее. Со сверкающими глазами, она послала мне воздушный поцелуй. — У тебя никогда не будет детей от МОЕГО мужчины. Поняла?!

Я бегло запрыгнула в машину. Старалась не слышать, как Влад передает Вику охране. Он отдал им краткие приказы и вернулся ко мне в салон.

— Вику отвезут куда следует, — глядя перед собой, он напряженно двинулся в путь. — Охрана присоединится к нам потом.

Глава 7

Шумная улица. Одна из центральных в столице. И пустота... Ни одного человека! Суббота. Где толпы гуляющих семей? Отдыхающих от учебы подростков? В конце концов, пенсионеры?

— Я заплатил. Для нас перекрыли участок дороги. Не люблю столпотворения, — буднично и лениво отмахнулся Влад. Так, будто это сущий пустяк. Ерунда. Ничего не значащая мелочь. Для него так и было… Для человека, у которого денег больше, чем можно потратить за сто жизней. Людям, наверняка, сказали, что идут какие-то важные работы…

Мужчина нагло припарковался по среди дороги около старинного винтажного кинотеатра. Мы были в нем раньше. В браке Влад часто приглашал меня на свидания именно сюда. Внешне здание было под старину, а внутри полный ВИП. Один билет на сеанс обеспеченному клиенту обходился минимум в пятьдесят тысяч. И это без учета напитков, еды и остального сервиса. Влад всегда арендовал весь кинотеатр целиком. Этот раз не стал исключением.

— Никогда не понимала, — мог собственный голос расходился эхом по пустому коридору. В абсолютной тишине было слышно, как каблуки погружаются в ковер. — Почему ты просто не построишь дома свой кинотеатр?

— Зачем? — Влад посмотрел на меня удивленно. Как на полную тупицу. — Это ведь совсем не та атмосфера.

А разве это «та» атмосфера? Привычная? Нет людей. Смеющихся, что-то громко жующих. Никакого столпотворения и очереди. Массажные кресла, больше похожие на кровать. Персональные столики. Зал максимум на шестьсот персон, нас и то двое…

Все казалось не таким. Неправильным. Раньше я не замечала того, как сильно Влад далек от простых людей. Сейчас вижу. Обычный работяга и Фролов живут в разных измерениях.

— Ты когда-нибудь ел в общественном месте? — вдруг решила спросить я, когда мы сели по местам.

— Что за глупости… — Влад почему-то напрягся. — Конечно же ел.

— Нет, — я негативно замотала головой. Задумалась. Прикусила ноготок неосознанно, подбирая правильные слова. — Это не когда для тебя перекрывают улицу, кафе или гребанный зал... А когда ты сам приходишь, как простой смертный. Например, в фастфуд. Сам что-то покупаешь. Без ассистента. Перед этим стоишь в очереди, нервничаешь и злишься. И принимаешь ответ «нет», если чего-то нет в наличии.

Влад повернулся ко мне всем корпусом. По его лицу было очевидно: эта тема мужчине не нравится.

— Ты прекрасно знаешь, что семья Фроловых уже пять поколений является одной из самых обеспеченных и влиятельных в стране. И что после гибели моего отца с матерью на Амазонке именно я наследовал весь капитал. Мне надо было в экстренном порядке думать, что со всем этим делать. Когда появлялась свободная минутка, последнее, о чем я думал: «А не пойти ли в общественный фастфуд и не отстоять там очередь?», — нервно оттянув галстук, Влад раздраженно повернулся к экрану. Его злость была не явной, едва уловимой. Но я прожила с ним достаточно долго, чтобы распознать перемену в настроении. — А это важно?

— Важно, — тут же ответила я. Потому что правда так думала. Но тут же стушевалась. Может, не стоит спорить с мужчиной? Не навредит ли это моим планам.

Пульт был в руках Влада. Кнопку включения он так и не нажал.

— Почему, Алла? — спустя минутное молчание он поторопил меня. — Говори. Хочу знать.

Мне не стоило этого делать. Не стоило говорить ему. Но какая-то часть внутри предательски нашептывала: «Другого шанса высказаться не будет!».

Втянув побольше кислорода, я задумчиво прошептала:

— Из-за того, что ты живешь в своей золотой конуре и не общаешься с реальными людьми, становишься все меньше похож на человека. Ведь люди с большой буквы никогда не раздевают своих жен при разводе. Не позволяют другим смотреть на это. Не унижают, не оскорбляют. Люди умеют принимать отказ, Влад. А животные нет. Ты будто совсем уже одичал…

Я ждала его ответа. Хоть какой-то реакции. Но мы сидели в гробовой тишине, и ничего не происходило. Наконец, я поняла — он переваривает сказанное мной. Долго, тяжело, но все же переваривает. А значит услышал. Может, глубоко внутри него еще жив человек?

— Мы пришли сюда не болтать на философские темы, — холодно отмахнулся Влад в конце концов. И я поникла. — И, нет. В общественный фастфуд я не пойду. Но, если хочешь, наши повара приготовят тебе дома их меню.

Он все же включил кино. И я отвернулась к экрану. Почему-то пеленой встали слезы. Меня трясло. Снова пришло осознание, что два года я прожила с незнакомцем. Человеком холодным и равнодушным. Живущем в своем мире. Далеком от моей Вселенной.

Вдруг проморгавшись, я начала вникать в сюжет… По телу прошли мурашки. Не веря своим догадкам, я тихо уточнила:

— Не понимаю… Это какое-то новое кино? Не видела рекламы.

— Новое, да, — Влад усмехнулся, оценивая мой потерянный вид. — Только не для масс. Для нашего личного архива.

На экране играли известные в стране высокооплачиваемые актеры. Девушка — худощавая блондинка с пышными формами. Мужчина — высокий брюнет в черном костюме. Это были мы. Мы из прошлого!

— Момент нашего знакомства? — от шока глаза поползи на лоб. Влад воссоздал воспоминания. — Но, как… И, главное, зачем…

Кафетерий уже порядком опустел. Только он и она. Девушка на экране заинтересованно изучала учебник по физике. Настолько увлеченно, что не заметила, как съела две пачки шоколадных конфет и выпила три чашки крепкого эспрессо. А он изучал ее. Даже не притронулся к своему напитку.

Блондинка мило одернулась, когда брюнет сел за ее столик без приглашения.

— Интересная книга «Вино из одуванчиков», — брюнет улыбался, указывая пальцем на валяющуюся на столе книгу Брэдбери. — Она про вино… И одуванчики…

Блондинка заливисто рассмеялась. В этот момент в глубинах глаз брюнета что-то заискрило. Это был интерес. И страсть.

— Вы не читали книгу, — девушка на экране сразу раскусила мужчину. Игриво выгнула бровь и состроила кокетливую гримасу. Брюнет жадно втянул кислород. — Зачем лжете?

— Было бы более глупо лгать про физику. В ней я понимаю гораздо меньше, чем в вине и одуванчиках, — брюнет продолжал нагло клеить блондинку. Его нога уже вовсю гладила ее лодыжку. А девушка на экране не говорила «нет». Ей нравилось происходящее. И мужчина тоже чем-то очаровал. Хотелось подорваться с места и закричать: «Беги от него, идиотка! Беги!».

Но сюжет написанный не изменишь. Та Алла из прошлого была наивна и глупа. Фильм это показывал. На первом же свидании рассказала мужчине, что ее отец умер от рака. Что тетя удочерила ее из жалости, но ее большой семье нахлебница не нужна. Что закончив школу в семнадцать, всячески пытается пробиться на бюджет. Была одна промашка, ну, а у кого ее не было? Скоро новый экзамен. Надо поднажать.

Та Алла говорила, говорила и говорила… А тот Влад слушал, слушал и слушал… Мужчина анализировал. Женщина влюблялась.

Фильм закончился на пышной свадьбе. Я рыдала, не сдерживая эмоций.

— Понравилось? — первым заговорил Влад. — Это был подарок к годовщине брака.

Кто-то дарит цветы, а Влад — кино. Личное, персональное. Страшно представить, сколько оно стоило… Ведь в фильме показали и наш первый секс во Франции... Первое мое признание в любви на яхте во время заката… Медовый месяц на Карибах… Точность диалогов поразительная. Будто Влад конспектировал.

— Жанр «ужасы»? — с губ сорвался нервный смех. — Иначе почему мне весь фильм хотелось закричать: «Идиотка, он убьет в тебе все живое!».

Мужчина встал. Навис сверху. Я стушевалась, вжалась в сидение и неосознанно поморщилась. А он просто протянул мне руку:

— Потанцуем?

Не помню, как поднялась на ноги. Все состояние аффекта. Очнулась, лишь когда Влад щелкнул пальцами, комната озарилась сотней фонариков, а на фоне заиграла тихая романтичная мелодия.

— Ты ведешь себя так, будто… — в голове вдруг случился взрыв. Я больше не смогла играть роль примерной жены. Было слишком сложно. Фильм пробудил внутри воспоминания об иллюзорно счастливом браке. Лжи, в которой я жила. Глаза все не просыхали от слез, а тело знобило. — Так, будто не было прошлых месяцев… Это странно. Не находишь?

Он смотрел мне в глаза так пристально, долго и внимательно… Казалось, проникает под кожу. Читает мысли. Наконец, мужские пальцы нежно коснулись моей щеки, а губы мужчины зашевелились лениво и беззаботно:

— Нет. Не нахожу. Я веду себя так, как должен себя вести с единственным дорогим человеком.

Я задохнулась от шока. Челюсть едва об пол не ударилась. Это так Влад ведет себя с ДОРОГИМ человеком?! Унижает, оскорбляет, ни во что не ставит? Что же тогда говорить за врагов…

На секунду я позволила в голове проскользнуть жалости. Ведь этот властный обеспеченный мужчина понятия не имеет, как надо вести себя с людьми. Но тут же злость сменила иные эмоции. Ведь подобное Влада никак не оправдывает.

— Прости… Мне надо просто… Немного кислорода… — схватившись за горло, не в силах вдохнуть, я бросилась к выходу.

Туфли утопали в ворсе ковра. Не разбирая дороги, я бежала к двери. Пыталась содрать с себя ошейник. Чертов замок, никак не поддавался!

А Влад шел следом. Как немая тень. Даже когда я прорвалась на морозную стужу, стоял за спиной, словно охранник.

— Добрый вечер. Наконец вас дождался, — голос Адама заставил меня резко выровняться по струнке смирно. Мужчина стоял, подперев собой широкую колонну. Людей Влада по-прежнему не было почему-то… А с Адамом приехали три машины. Они как-то преодолели преграды. Адам протянул мне руку, но я не спешила ее принять. — Смелее, Алла. Тебе больше нечего притворяться. Сегодня утром Влад добился того, чего ты хотела. Ваш брак восстановлен, именно восстановлен. Не перезаключен. Победа, дорогая!

Я резко повернулась к Владу. Он просто смотрел то на меня, то на Адама. Ноль эмоций. Лишь пазлы в глазах, что у него наконец сложились. Как констатация факта.

— Это правда? Мы снова женаты? Но… Почему молчал? — голос суетливо сбивался и дрожал.

— Он не хотел, чтобы раньше времени сбежала. Глупый, думал, кино растопит внутри тебя чувства, — Адам снял с себя пальто и накинул мне на голые плечи. А затем шепнул на ухо: — Идем, милая. Мои юристы уже готовы для общения с тобой. Все, как договаривались.

Было страшно. Очень. До одури. Но и оставаться я не планировала. Со страхом еще раз посмотрев на Влада, я быстро пошагала в машину.

— Алла, — звонкий, но тихий голос Влада зазвенел внутри меня громче всего на свете. Повернутся я не решилась, — надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Это звучало, как угроза. Или предупреждение? Я быстро села авто. Так и не решилась посмотреть на Влада еще раз.

****

— Ну, — голос Адама за спиной заставил вздрогнуть. Быстро вытереть слезы. — И чего ты раскисла? Я думал, мы будем праздновать победу!

На руках моих лежали документы о разводе и разделе имущества. Все произошло без шумихи и давления. Адвокаты Адама и Влада молча совещались в закрытой комнате пару часов, а вышли уже с подписанными бумагами. Я получала половину от накопленного Владом за два года брака. Это даже не треть его капитала, но сумма гигантская. Теперь можно ничего не бояться.

— Я ведь выходила замуж не ради денег… — сорвалось с губ само по себе. Зажмурившись, вдохнула полной грудью. Чертовы бумаги обжигали пальцы. — Я любила его, Адам. Очень-очень любила. Не знаю, любил ли кто-то кого-то так же сильно…

Адам присел рядом в беседке. Дом мужчины был огромным. В нем я могла потеряться. Здесь никто не смотрел на меня косо и ничего не требовал. Я была уважаемой гостьей. И все же предпочитала прятаться на улице под ивой, смотреть на закат и ностальгировать.

— Знаю, Алла, — мужчина похлопал меня по плечу. Больше слов он не нашел. Они и не были нужны.

— Влад поступал со мной плохо… — запрокинув голову назад, я пыталась заставить слезы втянуться обратно. — Нет. Ужасно! И все же…

— Все же?.. — поторопил меня Адам, придвинувшись поближе.

— У меня чувство, будто сейчас именно я поступаю с ним ужасно. Будто предаю то редкое светлое, что было между нами, — резко посмотрев на мужчину, я по взгляду его глаз пыталась понять: согласен ли он со мной?

— Не понимаю… — Адам достал откуда-то из-за спины припрятанный сидр. Предложил мне, я отказалась. Тогда он пригубил с горла и продолжил: — Ты беременна, тебе нужна стабильность. По закону имеешь полное право на деньги. Если ты думаешь, что Влад остался у разбитого корыта, то это не так. Его доходы выше нашего понимания.

«Нашего». Это слово больно резануло по ушам… А ведь еще секунду назад я думала, что Адам и Влад зарабатывают одинаково. Мужчины что-то такое обсуждали. Выходит, Влад ушел далеко вперед?

— Все равно, — внутри меня поедал червяк, — это неправильно.

— Алла, — Адам накрыл мою руку своей и сжал. В этом жесте не было ничего интимного, как мне казалось. Простая поддержка. — Не хотел тебе говорить, но его адвокаты каждый день обсуждали, как раздели тебя до нитки. Эта была их местная байка. Сегодня мы умыли их. Они больше не станут самореализоваться за счет хрупкой девушки.

Стало мерзко. Тошнота подкралась к горлу. Сжав рукой шею, я скривилась:

— И, Влад знал об этом?

— Знал, конечно, — без единого сомнения ответил мужчина. — И тоже посмеивался. Для него издевательства над тобой были чем-то вроде хобби.

Мы замолчали. Столько мыслей было внутри! Сердце разрывалось на части…

— Скажи, — тихо прошептала я, — зачем ты мне помогаешь?

— Ради десяти процентов, забыла, — он весело улыбнулся.

Мне же весело не было.

— Этих десяти процентов хватит разве что на адвокатов. Отвечай правду, — я буравила Адама строгим пронзительным взглядом, но этот мужчина казался непробиваемым.

— По доброте душевной, — поднявшись с места, он одним глотком опустошил пол бутылки сидра и направила в сторону дома. — Алла, запомни: каждая красивая девушка просто обязана дать мужчине шанс проявить себя героем. Так мы чувствуем себя нужными и важными.

— И, — я встала следом за Адамом, — в таком случае женщина ничего не должна «герою»?

Адам остановился. Посмотрел на меня загадочно, с саркастичной ухмылкой:

— Разве ты не опаздываешь на обследование?

И действительно. У Адама была своя сеть клиник. Там меня могли принять настолько анонимно, что даже следопыты Влада никогда об этом не узнают.

— Беременность развивается хорошо, по нормам. Анализы пришли отличные. Тринадцать недель, — монотонно объявила врач, скользя аппаратом по животу. — Будет мальчик. Сынок.

Я замерла. Дышать перестала… Сын. Мой сынок! Вспомнился праздник в честь ребенка Вики. Там тоже мальчик. Видимо, Влад никогда не дождется девочку. Но и моего мальчика тоже он никогда не получит!

— Можно мне снимок УЗИ? — стирая слезы, я улыбалась счастливо, как никогда. — Только так, чтобы этот снимок попал только в одни руки. Мои.

Доктор понимающе кивнула. Затем дала мне салфетки и удалилась из кабинета. Ожидая ее у входной двери, я задумчиво уставилась в стену. Вдруг знакомый голос за дверью в коридоре заставил съёжиться.

— Здесь половина суммы, — нервно шептала Вика. Немного распахнув дверь, я увидела, как девушка сует кому-то толстенный конверт денег. Там были только евро. — Остальное принесу через месяц. Или два…

— Виктория, — главврач приспустил очки, смерил ее надменным старческим взглядом, — вы понимаете, что я играю с огнем? Если господин Фролов узнает, нам с вами не жить…

— Сейчас у меня нет такой суммы! Продам квартиру родителей и принесу! — кричала она шёпотом, с испугом оглядываясь. — Все будет хорошо. Влад никогда не узнает.

Доктор кивнул. Вика развернулась и буквально побежала к выходу.

— Как продвигается наша главная задача? — спросил он ее вслед.

Спина бывшей подруги стала каменная. Не оборачиваясь, та закашлялась. И только потом прохрипела:

— Не переживайте. Я всеми силами стараюсь забеременеть. И у меня это получится.

С трудом мне удалось подавить стон удивления, так и рвущийся наружу. Буквально на моих глазах Вика призналась, что вовсе не была беременна!

— И, как же вы потом объясните своему мужчине, что так долго ходили беременной? Насколько я знаю, господин Фролов не значится идиотом, — посмеивался над девушкой доктор. И все же в старике чувствовался страх. Он боялся, что гнев Влада рикошетом заденет и его.

— Это. Не. Ваша. Забота, — отчеканила Вика от зубов, рыча. Затем натянула черные очки, косынку, плащ и скрылась за поворотом.

****

Ночь, кромешная и беспроглядная. Я не могла уснуть. Все сидела в беседке, прижимая к груди снимок ребенка. Мой малыш… Мальчик. Что ждет нас с ним в будущем? Тяжелые мысли не давали сомкнуть глаз.

Все давно спали. Третий час ночи. В доме не горел свет. И на улице работала лишь слабая подсветка по периметру забора. Тяжелые шаги послышались за спиной. Я резко обернулась. Мужской силуэт шел ко мне уверенно и быстро.

— Адам, я мешаю спать, да? — виновато прошептала. Из-за меня горел свет в беседке. Возможно, он прямым лучом бил в спальню хозяина дома. — Уже ухожу... Прости.

Но мужчина не останавливался. Наступал на меня уверенной поступью. Не сворачивая. Чем ближе он оказывался, тем больше я понимала: это не Адам. Тот бы уже давно отпустил какую-то шутку или что-то ответил. Может, дворецкий? Или кто-то из садовников?

— Привет, Алла… — голос эхом долетел до моих ушей, заставляя те скрутиться в трубочку. — Скучала?

Этого не могло быть. Неправда. Сон? Или сонный паралич? Я ведь могла отключиться в беседке от усталости…

— Как… Ты… — слова застыли в горле камнем. Я открывала и закрывала рот, как безмолвная рыба. Не могла вздохнуть. Легкие свело. Тело одеревенело. — Тут столько охраны… Это просто невозможно… Я сошла с ума…

— Просто очередной раз напоминаю тебе, кто главный. Если я чего-то хочу, никто и никогда не сможет сказать мне «нет», — Влад подходил все ближе. Спокойно. Размеренно. Никуда не спеша. Он точно знал, что никто за ним не идет. Никто не собирался его останавливать… Почему-то! А ведь кругом охрана, которая даже ночью дежурит. И камеры, за которыми постоянно сидит человек.

Я смотрела на бывшего мужчину и не верила собственным глазам… Собственным ушам… Как статуя, не способная ни на что. Только страх внутри съедал заживо. И сердце колотилось.

— Зачем ты пришел? — сорвалось с онемевших губ. Мой собственный голос звучал где-то далеко. Будто неправда. — Отомстить?

— Мстить? Тебе? — он застыл прямо передо мной. Засунул руки в карманы и насмехался. — За что, Алла?

— Как же? — сглотнув ком, я пыталась казаться собранной. Какая глупость! Это было невозможно. Влад умел появляться эффектно. — Я обвела тебя вокруг пальца. Забрала половину…

— Думаешь, — он саркастично выгнул бровь, — я не был в курсе? Муха не пролетит мимо меня незамеченной.

Пауза. Шок. Внутри меня что-то встрепенулось. Будто льдом окатило.

— То есть, — пальцы с фотокарточкой задрожали, — ты был в курсе? И, сам позволил?..

— Ты ведь хотела развода? И получила, — Влад махнул руками и обернулся по сторонам. — Теперь у тебя есть деньги, статус, и нет мужа. Ты довольна?

Я настороженно кивнула, не сводя с Влада изучающего взгляда. Он был пугающе навеселе. Что-то явно не так. Он что-то задумал…

— Довольна, — прошептала себе под нос. — Тебе лучше уйти.

Тогда в лице бывшего проскользнуло что-то пугающее, заставляющее мурашки расползтись по телу волнами.

— Хочешь, чтобы я ушел, а ты вернулась в уютную постель Адама? — он скривился от омерзения. Впервые я видела у бывшего настолько яркую мимику. — Жаль разочаровывать. Уже скоро перина станет шипами.

Как поэтично. А ведь Влад Фролов всегда был прагматичным математиком. Признавал только числа и логику. Никакой философии и романов. А теперь сам говорил, как герой драмы.

— Что ты задумал? — встав на ноги, я сложила руки на груди. Вспомнила про снимок ребенка. Пыталась прикрыть его от взгляда бывшего. — В любом случае, Адам не виноват!

— Прикрываешь любовника? — выпалил тот. Я насторожилась. Выходит, Влад считает, словно мы с Адамом пара. Интересно… — Очень мило, Алла. Но ваша история не закончится счастливо. И титров под веселую песню не будет.

Я сразу вспомнила автобиографический фильм Влада И усмехнулась:

— У нас все это было. И где счастье?

— Оно будет, детка… — он нагнулся к моим губам. Ударился лбом о лоб. Вдохнул полной грудью. Голос мужчины осел до рыка. — Только не у нас с тобой. А у меня. Я не прощу тебе предательства. Никогда.

И снова с губ сорвался смех. Нервный, неестественно резкий. Человек, который переспал со всеми доступными женщинами будучи в браке, не прощал меня. Занавес.

— А мне не нужно прощение от изменщика. С того момента, как я увидела тебя в постели с другой, мое сердце было абсолютно свободно, — отчеканила я от зубов неожиданно злобно и раздраженно. — Ты можешь попасть куда угодно, Влад. В дом Адама… Ко мне в голову… Черт, даже засунуть член в вагину! Но не в сердце. Там. Тебя. Никогда. Не. Будет.

Он зарычал. Как настоящее дикое безумное животное. Оглушая голосом пустошь вокруг. Птицы затихли. Ни единого звука кроме его жуткого хрипа:

— АЛЛА… Да я же просто раздавлю тебя… Уничтожу!..

Его рука вдруг сомкнулась вокруг моей шеи. Не сильно. Но достаточно, чтобы испугаться до дрожи. Я закричала. Руками схватила его кисть и попыталась оторвать от себя. К ногам Влада что-то упало. И он это почувствовал. Маленький лист, но такой значимый.

Влад опустил меня. Напряженно нагнулся и поднял снимок УЗИ. Его пальцы грубо вдавились в фото, оставляя на нем следы:

— Что. Это. Алла?!

Такого ужаса никогда ранее я не испытывала. Казалось, все происходящее ранее лишь цветочки. Вот он, тот момент, который поистине определяет мою судьбу.

— Я должна кое-что тебе сказать… — с непередаваемой тяжестью произнесла я.

Его черные глаза требовали от меня немедленно выдать всю информацию разом. Здесь и сейчас. Влад переводил взгляд с меня на снимок УЗИ. Рассматривал его, оценивал, что-то прикидывал.

— Быстрее! — приказал он нетерпеливо и даже суетливо. — Говори!

— Это снимок… — прикусив губу, я замолчала ненадолго. Собиралась с мыслями. Думала о том, как будет лучше ребенку. — …Я украла его из больницы.

— Что?! — на лице бывшего мужа отразилось самое искреннее недоумение.

— Недавно я ходила на профилактический осмотр гинеколога. Ты знаешь, что я всегда следила за здоровьем и посещала врача раз в полгода. Оказалась, что Вика наблюдает беременность в этой же клинике. У нее выпал снимок. Я не смогла не подобрать, — слова лились из меня уверенно, без раздумий. Я заставила себя поверить, что это правда. Иначе бы Влад не купился.

— И, — сомнение в глазах мужчины никуда не делось, — на кой черт тебе такое делать?!

— Моя лучшая подруга беременна от моего бывшего! Естественно, зачем?! — вспылила я, нервно хмыкнув. — Влад, посмотри на снимок… Это мальчик. Срок беременности Вики. Я не лгу. Зачем мне?

Возникло молчание. Влад скользнул взглядом по карточке, ища хоть какие-то опознавательные знаки. Но их не было. Я попросила врача остаться анонимной.

— Несешь какой-то бред! — не так уверенно рыкнул бывший. Сомнение во Владе считывалось все отчётливее. — Это твой ребенок. Ты беременна от меня, Алла. По-твоему, я совсем идиот?

— Он мог быть наш, Влад. Мог… — неожиданно для самой себя я искреннее расплакалась. Горечь душила меня, сжимала легкие. — Мы могли быть счастливы в браке. Завести своего ребенка. Я была бы лучшей женой. Но ты предпочел Вику. Так забирай же этот снимок и иди к ней.

Пусть снимок будет у Влада, а мне останется ребенок. Бывший никогда не увидит его. Никогда не назовет сыном. И меня женой. Мы больше не семья. И никогда не будем. Страшное слово «никогда»… Рвет душу на части, как голодные собаки сочный стейк…

— Правдоподобно. Я верю, — выгнув бровь, Влад припрятал снимок во внутренний карман пиджака. Я едва заметно облегченно вздохнула. Утерла слезы. Но не успела обрадоваться, как он усмехнулся. — Только… Знаешь, дорогая, чему научил меня мир бизнеса? Всегда проверяй.

Он шагнул вперед. Сжал мое запястье и потянул на себя. Влад шагал в сторону ворот, тащил меня за собой. Я уже знала зачем. Меня отвезут к врачу, а там обман сразу раскроется. Я вырывалась, но было бесполезно. Кричала, но никто не хотел слышать.

— Влад! — завопила я из последних сил. — Ты сжимаешь слишком сильно! Мне больно!

Он не слышал меня. Будто с ума сошел. Тащил, как игрушку. И плевать на ее желания и нужны.

Вдруг послышался выстрел. Самый настоящий, оглушающе громкий. Это было настолько шокирующе посреди темной ночи, что Влад остановился. Обернулся. Я следом за ним.

Адам стоял в метре. В его руках было самое настоящее охотничье ружье. И направлял его Адам прямо в голову Владу.

— Не люблю ночных гостей, Влад, — спокойно отчеканил гость дома. — Тебе лучше отпустить Аллу и уйти к себе.

Влад поднял руку вверх, явно собираясь щелкнуть пальцами. На лице бывшего отражалась такая искренняя кровожадность, что в моих жилах стыла кровь. Никто не знал, что именно случится после щелчка, но явно ничего хорошего.

— Твои люди могут сделать что угодно с этим домом, Аллой и мной, — Адам остановил Влада собственным взволнованным голосом. — Жаль, ты этого уже не увидишь. Меня уже ничего не сдерживает от того, чтобы расшибить тебе голову прямо на этом идеальном газоне.

Я видела, что Влад задумался. Долго что-то прикидывал. А потом посмотрел на меня и разжал хватку.

— Ты никогда от меня не сбежишь, Алла. Я с того света тебя достану, — пообещал он улыбаясь. По спине прошли мурашки. Посмотрев на Адама, он небрежно бросил: — Бывших друзей не бывает. Знаешь почему? Они пропадают.

Засунув руки в карманы, насвистывая какую-то неизвестную мне мелодию, Влад спокойно ушел. С ужасом я наблюдала за тем, как мужчина пересекает ворота. За ними его ждало сопровождение из двадцати машин. Одному богу известно, что было бы, щелки он пальцами…

— Идем, — приказал мне Адам, когда машины разъехались, — Живо!

Потерянная, дезориентированная, я молча следовала за Адамом в дом. Но вместо спален мы спустились в подвал. Прошли по длинному коридору и оказались в странной комнате. Странной она была из-за отсутствия окон и огромной бронированной двери. Вместо привычного компьютера, вокруг оказалось множество книг. Вместо телевизора — журналы. Возле кровати стоял холодильник. А возле входа в ванную расположились персональные коммуникации и генератор.

— Эй… — стоило мне отвернуться, как Адам просто вышел прочь и захлопнул дверь. Оставляя меня запертой. — Ты куда?!