Глава 8

Шел первый час. В панике я измеряла шагами комнату. Наступил второй час. Уставшая, упала в кресло и схватила первую попавшуюся книгу с полки. Ею оказался Достоевский «Идиот». Было в этом что-то пророческое. Часы над дверью пугали: третий час уже наступил. Именно тогда дверь распахнулась, и в нее вошел Адам. Но не для того, чтобы выпустить меня, нет. Он запер нас изнутри и измученно упал на постель.

— Что все это значит?! — сон как рукой сняло. Нависнув над мужчиной, я требовала немедленных объяснений. — Выпусти меня отсюда! Понимаю, ты испугался Влада. Только скажи, и я уйду. Не надо держать меня в подвале, как какую-то пленницу.

Адам вдруг рассмеялся. Массируя переносицу, он насмешливо хмыкнул:

— Ты серьезно думаешь, что если просто уйдешь из моего дома, то все закончится? Так просто?

— А, что, нет? — внутри с новой силой воскресла тревога. Назревало что-то нехорошее.

— Алла, когда ты уже поймешь — Влад на тебе нездорово помешан. Кто-то сказал ему, что мы спим. И другу башню сорвало, — он замолчал. Тяжело вздохнул. Нахмурился. Уставился перед собой в потолок потерянными обреченным взглядом. — Компания Фролова еще вечером запустила программу по уничтожению моего бизнеса. Все серьезно. Влад готов вложить в это миллионы. Представляешь, как он серьезно настроен?!

Я осела на край постели бездыханным листом. Одно дело уничтожить меня, безмолвную бедную рыбку в одиночном аквариуме. Другое дело — всех, кто хоть как-то мне помогает.

— Что мне нужно делать, чтобы помочь тебе не потерять бизнес? — с мольбой сорвалось с губ. Перед глазами возникла пелена слез. — Мне так жаль…

— Что сделать? — Адам посмотрел на меня со всей серьезностью. — Сидеть здесь!

— Но… — недоумение во мне граничило с подозрительностью, — зачем?

Адам долго молчал. Словно размышлял, что именно можно рассказать мне. Затем вдруг заговорил заготовленной заранее отрепетированной речью:

— Мои люди придумали некую уловку. Мы с тобой будем отвлекающим фактором. Поэтому нам лучше залечь на дно и молиться, чтобы план сработал.

Адам вдруг достал из кармана телефон. Не его. У мужчины был другой. Этот казался совершенно новый, с заводскими наклейками. К гаджету мужчина подсоединил блок, раздающий Интернет. А после, чем удивил меня, включил телевизор. Поставил сотовый на полку у кровати и перевел на меня невинный взгляд:

— Это чтобы отвлечься. Подобное устройство не дает сигнала, а значит безопасно.

Ситуация казалась мне абсурдной, дикой, зашедшей слишком далеко. Мы будто попали в фильм ужасов или триллер.

— А что будет, — ладошки в панике потели, а глаза мокли на ровном месте, — если Влад раскусит твой план?

— Ничего хорошего, — обреченно проговорил мужчина, но после оптимистично заявил: — Но давай пока не думать об этом? В холодильнике много еды, беременным нужно хорошо питаться. Перекуси. Или ложись спать. Но вопросов больше не задавай. Мне просто нечего тебе ответить.

Мы ждали. Не знаю, чего. В голове я прокрутила миллион вариантов развития событий. Ни один не казался мне хорошим. Ни один не решал наши с Адамом проблемы. Утром природа взяла свое, и я отключилась. Мутные, нехорошие сны душили меня, сводили с ума. Я видела лес. Холодный и беспроглядный. Острые ветки кустов рвали одежду, оставляли глубокие порезы. Но я шла вперед. Куда-то к свету. Шла, шла и шла, но свет все никак не приближался. И вдруг капкан. Дикая пронизывающая боль была настолько жуткой, что я проснулась с криком.

— Эй, ты чего?! Кошмар? — Адам напряженно навис над моим мокрым телом. — Сделаю бОльшую концентрацию кислорода. Должно помочь.

С помутившимся от страха взглядом я наблюдала за тем, как Адам покидает свой пост у телефона и направляется к датчикам у бронированной двери. Руки мужчины не успели коснуться переключателей, как по новостям вышел экстренный выпуск.

— Этой ночью в горном Алтае произошла серьезная авиакатастрофа, — скудно отрапортовала ведущая. Адам замер. Повернулся напряженно. Его глаза были расширены. В них плясал адреналин. Он жадно внимал информацию. — В районе горы Маашей-Баш разбился частный самолет главы корпорации «Чистая медь» Влада Фролова. На борту было пять человек: два пилота, стюардесса, личный ассистенте и сам господин Фролов. По предварительным данным взрыв на борту произошел из-за неисправности двигателя. Причина, по которой миллиардер решил среди ночи внепланово отправиться в Алтай, не уточняется. Вопрос, который сейчас волнует учредителей: кому перейдет бизнес, и что будет с акциями компании? Не переключайтесь!

Мое сердце, казалось, перестало биться. Медленно, не дыша, я перевела потерянный взгляд на Адама. Он улыбался. Эта улыбка пугала меня до ужаса: кровожадная и дьявольская. Тогда, не желая это принимать, я с горечью осознала: это и был план Адама. Убить Влада…

— Что ты натворил?.. — казалось, ноги превратились в вату. В беспамятстве я упала на постель, судорожно обмахивая себя рукой. — Скажи, что все это одна большая шутка… Умоляю…

— Не шутка, — впервые за долгое время Адам казался мне расслабленным. Будто камень с плеч упал. — Но я тут ни причем.

— И, — тон мой стал издевательски грубым, — как же Влад оказался на Алтае?

— Все просто! — мужчина сел напротив и по-хозяйски заправил выбившийся локон мне за ухо. Это оказалось настолько неуместно, что я растерялась и не успела оттолкнуть его. — Шпион Влада в моем доме заботливо доложил ему один забавный факт. Что мы с тобой любовники! И хотим скрыться от гнева Фролова в моем тайном доме около горы Маашей-Баш.

— Что же в этом забавного, Адам?! — волком глядя на мужчину, я сцепила зубы до боли в челюсти.

— А в том, — Адам радостно поиграл бровями, — что Фролов приехал ко мне в дом. Его люди перевернули все верх дном, и нас не нашли. Той же ночью мой дорогой друг вылетел на Алтай.

— И его самолет разбился… — в неверии я смотрела перед собой. В памяти всплывали кадры прошлого. И хорошего, и плохого.

— Взорвался, если быть точнее, — поправил меня Адам. — Кажется, неисправность двигателя. Никто выжить не мог, увы.

Оторопь прошла по телу. Приподнявшись на локтях, я посмотрела на мужчину с ужасом:

— Откуда такие подробности?

Ему не надо было говорить этого вслух. Холодный взгляд произнес все сам. Да, это сделал он. Адам. Без вариантов.

— Простая логика. Ничего сложного, — он осмотрел меня медленно и цепко. От кончиков пальцев до темечка. И тяжело вздохнул сквозь стиснутые зубы. — К тому же, разве без Влада нам всем не станет лучше? Ты избавишься от одержимого бывшего… Получишь все наследство…

— ВСЕ НАСЛЕДСТВО?! — в горле пересохло. Сжав шею рукой, я ощутила безумное биение пульса и жажду. — Но, как ты собираешься это устроить, Адам?!

— Твой сын — единственный наследник империи Влада Фролова. Эта пустышка Вика даже не беременна, — Адам закатил глаза и покачал головой. — Ты получишь все, Алла! Все! Деньги, славу, власть… И про своего помощника не забудешь, верно?

Стальные пальцы сжали мое бедро. В ужасе я отшатнулась. Горечь подкралась к горлу.

— Ты знал, что Вика не беременна? — поняла я вдруг. — Не предполагал, а знал наверняка.

— Конечно. Эта идиотка ходила в мою больницу, — Адам рассмеялся так звонко, что голос эхом разлился по комнате. Мое сердце от шока пропускало новые и новые удары. — А Влад… Он превращался в полного идиота, когда дело касалось тебя. Достаточно было дать ему повод для ревности и все, логика самого умного мужчины напрочь отключается!

— Что сказали Владу, — сквозь зубы отчеканила я напористо, — что он так быстро бросился на Алтай! Говори!

Немного поколебавшись, Адам сдался.

— Возможно, — мужчина пытался спрятаться за ширмой из оправданий, а-ля «произошедшее не имеет ко мне никакого отношения». — Какой-нибудь добрый человек в красках описал ему, что я силой забрал тебя в домик на горе. Потому что узнал про беременность. И хочу шантажировать ребенком. Вот Влад и сорвался, даже не дав времени проверить самолет.

Внутри произошел самый настоящий взрыв! Вскочив на ноги, измеряя шагами комнату, я сгрызала остатки маникюра в кровь. Но все это было ничем в сравнении с той боль, от которой ныла моя душа.

— Что ты натворил, боги… — шептала я снова и снова в бреду. — Я не хотела его смерти… Нет! Нет-нет!.. Только не так! Только не Влад…

Влад не должен был умирать так глупо, еще и по моей вине. Несмотря ни на что.

— Эй, Алла, — Адам сжал мои щеки, заставляя замереть на месте. — Ты теперь серьезная фигура в мире бизнеса. Думай лучше о том, кого назначишь своей правой рукой.

Он имел в виду себя. Теперь я прекрасно понимала, зачем помогал мне Адам. Я была лишь пешкой в его главной цели: устранение конкретна. Адам, наверняка, спал и видел, как доберется к деньгам Влада. Сделает их своими. И жену тоже заберет. Не из любви, нет. Из жадности.

— Ты чудовище… — искреннее воскликнула я, отвесив мужчине пощёчину. Тот даже не шелохнулся. — Самый жестокий человек в мире. Знаешь это?

— Мне плевать, — с нежной улыбкой мягко прошептал он мне прямо в губы. — Цель стоит затраченных усилий.

И он поцеловал меня. Грубо прижался своими губами к моим. Стиснув зубы, я не дала Адаму углубить поцелуй. Мужчина все понял и отстранился. С таким видом, будто ничего не произошло.

— Сейчас мои люди помогут тебе правильно отвоевать наследство Влада себе в кротчайшие сроки. От Вики они избавятся сами, без твоей помощи, — поставил меня перед фактом тот. — К концу месяца ты будешь одной из самых богатых женщин мира.

Омерзение… Вот, что испытала я в тот момент. От себя, от Адама. Жуткая, грязная ситуация. Которая повлекла за собой смерти невинных пяти человек.

— Тех людей кто-то искал? — вдруг странные мысли закрались в голову…

— Нет. Это бессмысленно, дорого и опасно, — без промедлений ответил мужчина. Он все прочитал. В глазах уже вертелись деньги.

— Значит так, — деловито сев в кресло, я поглубже вдохнула кислорода. То решение, что приняла, требовало много мужества, — я не буду заявлять свои права на наследство, пока ты не дашь мне сделать кое-что важное.

— И, — Адам напрягся, — что же это?

— Полномасштабные поиски, — сглотнув ком, я пыталась представить, сколько это будет стоить. Горы, настоящий дикий лес и неизведанные дали… — Я потрачу на них столько, сколько посчитаю нужным.

Адам облегченно выдохнул, хохотнул и махнул рукой. Мол, играй, как захочешь. Мужчина был убежден, что в живых найти мне не удастся никого. И это удручало.

****

— Сто. Тысяч. Долларов! — грозно и раздраженно отчеканил Адам, скинув руки. — Ты с ума сошла тратить такие деньги на поиски?!

Теперь Адам не отходит от меня ни на шаг. Я была носителем наследника Влада. Буквально таскала за собой тонны бумажных купюр. Так видел это Адам и везде таскался следом. Даже на Алтай поехал, бросив все дела.

— Если ты не заметил, на себя я ни копейки не потратила! Сама я снимаю комнатку у бабушки, — многозначительно обведя ладонью маленькое пространство, я тыкнула в это носом мужчину. — В горах можно искать только на вертолётах. Аренда, топливо, волонтеры и специальное оборудование…

— Ну и дура, — Адам плюхнулся в кресло, и то едва под ним не развалилось, — могла бы люкс в лучшей гостинице снять. Здесь отличное СПА. Советую попробовать акупунктуру.

Я смотрела на Адама и не верила своим ушам. Каждый день последней недели был нервным и полон надежд. Я и сотня работников тратили все силы на поиски потерявшихся людей. Удалось найти лишь останки двух пилотов. Но никто не терял надежды.

— Я останусь здесь, а ты поезжай домой, — присев рядом, я нежно погладила мужчину по ладони. Следовало расположить его к себе. Внушить доверие. — Зачем тебе эта глушь?

— А ребенок? — недоверчиво переспросил тот. — Мало ли что случится!

— Я чувствую себя отлично. А в платных клиниках, наверняка, лучшие врачи. Сюда ведь приезжают отдыхать миллионеры, — Адам смотрел на меня недоверчиво. Будто пытался найти подвох. — Поверь, я хочу этого ребенка больше всего на свете. И сделаю все возможное, чтобы он родился здоровый и невредимый.

Адам, уставший от глуши, сразу облегченно вздохнул. Я видела по мужчине, что тому не терпится вернуться в столицу и лично заняться темой столицы.

— Одно условие, — приказал мне тот перед отъездом, — Ты переедешь в лучший номер самой дорогой гостиницы. И я приставлю к тебе врача!

Я кивнула, улыбаясь. Но это давалось с трудом. Теперь было ясно — Адаму нужен лишь ребенок. Ни я. Пока малыш во мне, я в безопасности. Меня окружат заботой и любовью. Но что будет после родов? Пощадит ли меня старый друг? Влада не пощадил.

Из-за Влада я и отослала подальше Адама. Внутри я была убеждена: если мы найдем бывшего мужа живым — Адам не даст ему дожить до приезда скорой. Слишком сладкие на вкус деньги. Слишком желанной была победа.

Тем же вечером, ровно в восемь, возглавляющий поисковой отряд Дмитрий сообщил неутешительные новости:

— Была найдена стюардесса. В километре от нее помощник Влада Фролова. Благодаря вам мы можем передать тела семьям родных.

— А сам Влад? — сердце в груди барабанило, как сумасшедшее. Адреналин застилал глаза.

— Только это… — Дмитрий протянул мен сверток. В нем было мое обгоревшее фото. Детский комплект украшений. Такой же, как у меня, только маленький. Я не имела ни малейшего понятия, как и почему это оказалось в самолете у бывшего, но слезы сами по себе встали пеленой перед глазами. — Госпожа, нам очень жаль. Скорее всего, мужчину утянули и растерзали дикие животные. Стоит завершить…

— Нет! — мой раздраженный рык прервал его скорбную речь. — Продолжаем.

— Выжить неделю в лесах на горе — это чудо. Без еды и воды. А две просто невероятно, — настаивал на своем Дмитрий. — Вторая неделя поисков будет стоить вам вдвое дороже. Потому что все простые способы мы уже испробовали. Вы уверены, что хотите терять так много денег?

Влад не был прекрасным человеком, и брак наш закончился ужасно. Но именно в тот момент я поняла, что никогда не смогу поступить с ним плохо. Переступить через его тело, пойти дальше, будто ничего не случилось. Что-то внутри меня уверенно шептало: «Иди до конца!».

Я не знала, зачем это делаю. И, главное, не ждала за это благодарности.

— Это разве ваши деньги? Продолжайте! — разражено выкрикнула я, сама себе удивляясь. Внутри будто бес вселился.

Ночами спать было невозможно. Я видела Влада. Который снова и снова шептал: «Ты убила меня!». Я просыпалась в холодном поту. Хотела есть и не могла. Ведь где-то там был он. Без воды и еды. Если еще был…

Еще три дня прошли, как во тьме. Пока среди ночи мне вдруг не позвонил Дмитрий.

— Нашли! — прокричал он так удивленно, будто сам себе не верил. — Без сознания, в критическом положении, но живой! Что делаем?

Я не успела обрадоваться. Стало страшно, до чертиков. Что первым до него доберется Адам и придушит собственными руками. Этого нельзя было допустить!

— Под вашу личную ответственность я доверяю вам перевозку Влада до больницы. Все должно быть анонимно. За это вы получите хорошие деньги. Настолько, что ваша семья заживет по-новому, — суетливо прошептала ему я в трубку, нервно оборачиваясь. — Затем я сама вас сменю. Все понятно?

По ту сторону послышалась гробовая тишина.

— А как же ваш друг Адам? — настороженно протянул Дмитрий.

— Он не должен знать в первую очередь! — на ходу натягивая одежду, я придумывала план, как пробраться мимо расставленной Адамом охраны незамеченной. — Поспешите. На кону ваше благосостояние.

Дмитрий отключился. Теперь можно было только молиться.

****

— Состояние крайне тяжелое, — монотонно произнес врач. — Если он переживет эту ночь, то все будет гораздо проще…

Мне хотелось облегченно вздохнуть, но не получилось. За стеклом, подключённый к аппаратам, лежал мой бывший муж. Когда-то казавшийся непобедимым мужчина сейчас выглядел беспомощным.

— Что за черт, Алла?! — раздраженный крик за спиной заставил меня съёжиться и скривиться. Адам… Как и ожидалось, прибыл первым же самолетом. — Кто разрешил тебе этот произвол?!

Медленно обернувшись, я испытала дикое желание прикрыть своим телом дверь в палату Влада.

— Я оплачиваю все за свои деньги, — процедила я, глядя прямо мужчине в глаза. — Тебя это не касается.

— Меня не касается? — Адама перекосило так, что по спине прошел холодный пот. Клянусь, казалось, еще секунда и он достанет из-за спины знакомое мне охотничье ружье и пристрелит на месте. Только люди вокруг его останавливали от расправы. — Где бы ты была, если бы не я и не моя помощь, а? Мыла бы полы в доме этого ублюдка? Ты как была идиоткой, так и осталась!

— Пусть… — в чем-то мужчина был прав. Влад никогда меня не желал. При всем при этом я не желала ему ничего плохого искренне. Готова была сражаться с Адамом за его жизнь. — Но Влада я тебе тронуть не дам.

Схватившись за голову, Адам осел на пол:

— Идиотка… Боги, с кем я связался…

— Так не связывайся.

— Ты хоть понимаешь, что сейчас он придет в себя, и весь наш план рухнет? — Адам посмотрел на меня с мольбой. Все ждал, что я одумаюсь. Наконец-то соглашусь на его ужасный губительный план, включающий в себя смерть человека!

— Плевать, — равнодушно пожав плечами, я пыталась показать Адаму свою непоколебимость. — Никакие деньги не стоят такого греха.

— Нашлась тут святая! — запрокинув голову назад, мужчина рассмеялся. Чем испугал и шокировал людей вокруг. Они оборачивались на нас в недоумении. Во взглядах читалось осуждение. — Алла, ты потратила кучу денег на поиски Влада. Оставшаяся часть уйдет на реабилитацию. И как только мой дорогой друг придет в себя, то даст тебе отворот-поворот. Будешь с протянутой рукой ходить и собирать мелочь ребенку на пропитание!

Нагнувшись к уху Адама, я четко и внятно поставила все точки на «и»:

— Вот какая между нами разница. Спасая свою задницу, ты готов идти по трупам. А я, идиотка, никогда ничего подобного не сделаю. Знаешь, почему?

Адам саркастично выгнул бровь. Он не просто меня не понимал… В каждом движении его читалось: «Алла сошла с ума!».

— И, — закатил глаза мужчина, — почему?

— Если на тебя лает злая собака, а ты становишься на четвереньки и лаешь ей в ответ, то именно ТЫ становишься злой собакой. Мама всегда учила поступать меня так, как велит совесть. Именно так я и планирую делать всю оставшуюся жизнь. Даже если придется остаться нищей.

— Мама, говоришь… — Адам встал с места и сровнялся со мной ростом. Его глаза обещали мне погибель. Самую жестокую, какую только можно представить. — И как твоя мама закончила, а, Алла? Мечтаешь повторить ее судьбу?

Не осознавая себя, рука сама взметнулась в воздух и отвесила Адаму пощечину. Он замер. Я задохнулась от испуга. В коридоре, казалось, все дышать перестали.

— Да, моя мама умерла глупо до идиотизма! Побежала спасать чужого ребенка, выбежавшего на трассу, и ее переехал грузовик. А папа еще глупее! Пытался ее вытащить, и следом сам угодил под колеса! — слезы выступили на глазах, крупными каплями стекая по щекам. — Я стояла на обочине и все видела. Мне было пять. И, знаешь, что? Даже тогда я своим маленьким умом понимала, что проблема не в маме и папе. Они поступили правильно.

— Да-да-да! — Адам театрально стер соленые дорожки с моих щек. Мои чувства его забавляли. Он питался слабостью. — Мир не справедлив, сладенькая. Хороших девочек переезжает грузовик, а плохие мальчики рулят миллиардами. Так на чьей ты стороне?

Это звучало, как самая настоящая угроза. По лицу Адама стало очевидно: это она и есть. Он дает мне выбор: отступить или угодить в ящик.

— Ну же, — торопил он меня, — решай здесь и сейчас!

Его охрана окружила меня. Взяла в плотный круг. Никто вокруг и слова не мог пикнуть самому Адаму Шахину. Сейчас, в отсутствии Влада, он был местным богом, которому все вокруг поклонялись.

— Решение свое я не поменяю. И на убийство отца своего ребенка не пойду, — гордо вздернув подбородок, я нервно оглядывалась по сторонам ища лазейку. Конечно, никто прямо сейчас меня не уберет. Адаму нужен мой ребенок для получения наследства. А значит, запрут в подвале до родов, как какую-то пленницу.

— Ладно, решение твое… — равнодушно пожав плечами, Адам повернулся к своим людям и холодно произнес: — Шамир и Юсуп, займитесь прямо сейчас…

— Простите, господа! — громкий голос лечащего врача прервал мой судьбоносный рок. Все замолчали, обращая свой взор на доктора. — Это чудо какое-то! А ваш родственник оказался куда крепче, чем мы все предполагали. Несмотря на обширные травмы, пришел в себя и уже ведет беседы! Думаю, вам стоит войти к нему.

С довольной облегченной улыбкой я повернулась к Адаму. Убивать было уже поздно. Его страшный сон очнулся. И наказания мужчина боялся больше всего на свете. Я видела ужас в его широко распахнутых глазах.

Но стоило мне присесть рядом с бывшим мужем на койку и коснуться своей рукой его ледяной, как он растерянно прошептал сухими губами:

— Вы кто такая? — я потерянно повернулась на Адама, стоящего в проходе. — А это кто?..

— Вы не узнаете свою родню? Интересно…— переспросил Врач. — Назовите свое имя.

— Я… — открывая и закрывая рот, Влад не мог произнести и слова. А после наконец признался: — Понятия не имею.

Я внимательно разглядывала лицо Влада. Пыталась раскусить обман. Не верилось, что мужчина, выживший в лесу совершенно один, вдруг позабыл всех вокруг. Такие, как Влад, так просто не сдаются. Но бывший казался искреннем. Потерянно осматривался вокруг. Будто видел этот мир впервые.

— Я все расскажу! — ожививший Адам радостно присел с другой стороны постели. Махнул рукой доктору. Мол, уходи. Тот послушно скрылся за дверью палаты, оставляя нас одних.

— Внимательно слушаю, — Влад с интересом уставился на Адама. В его взгляде читался интерес.

— Это… — Адам ткнул в меня пальцем. — Моя дорогая жена Алла. Она беременна. Мы ждем первенца.

Не веря своим ушам, я с выпученными глазами уставилась на мужчину. Что за ерунду он нес? Ладонь сама по себе упала на живот, пытаясь скрыть ребенка от того мрака, что нагонял мужчина.

— Так уж вышло, что вы работали у нас садовником по официальному договору. Полезли подстригать высокую тую у дома. Лестница не выдержала и поломалась. Паденье было не самым удачным. Конечно же мы вас не бросили, — Адам вдруг сжал мою руку и тепло улыбнулся. Будто мы и вправду какая-то счастливая семейка. От шока горло сдавило, и сказать даже слово стало совершенно невозможным. — Привезли в лучшую больницу. Я лично не пожалел бы и всех денег мира ради вашего выздоровления.

— У меня есть семья? — холодно спросил Влад. — Родители, жена, дети?

— Кажется, нет… — Адам выглядел так, будто старательно пытался вспомнить то, чего в помине не было. — Одно время вы крутили роман с нашей уборщицей, но та ушла к другому. Это было около двух лет назад.

— «Двух лет назад»… — мужчина свел брови на переносице. — Давно же мы знакомы.

В глазах Адама зажглось что-то демоническое:

— Да… Давно…

Сглотнув, наконец, ком, я резко вскочила с места. Мой подбородок многозначительно указывал на дверь:

— Идем, нужно кое-что обсудить.

Адам понимающе кивнул. Он казался добродушным мужчиной с распахнутым сердцем. Ровно до того момента, пока мы не пересекли периметр палаты и не закрыли за собой дверь.

— Слушай сюда, курица… — резкий удар и я оказалась придавлена к стене его локтем. Красные от злости глаза Шахина поистине вселяли ужас. — Мне больше не важны ты и твой выродок. План меняется! Повезем Влада к себе домой. Я сам в нужный момент подсуну ему документы о передаче всего имущества мне. А до тех пор пусть работает садовников. И если ты хоть слово тявкнешь не по сценарию, то завтра тебя по частям будут в Альпах собирать. Я понятно изъясняюсь?

Только в тот момент я впервые увидела истинное лицо Адама Шахина. Совсем не тот изысканный веселый мужчина, что развлекал нас в Владом разговорами о классике когда-то. Настоящий бандит, в душе которого нет ничего святого.

Когда его сильные руки вжимали меня в стену, я вдруг подняла, что никогда в жизни так сильно не боялась. Никогда еще погибель не была настолько близкой. Адаму ничего не стоило подать знак своим головорезам, и мир для меня и моего нерожденного ребенка померк бы навсегда.

Я не хотела подставлять Влада. Не желала, чтобы его труды перешли этому моральному уроду. Но Адам не тронет бывшего, пока тот не подпишет документы. Устроить это не так просто. А значит, какое-то время Влад и я будем в безопасности. За это время Фролов сам все вспомнит.

— Я сделаю все, как ты скажешь, — медленно сквозь зубы процедила я. — Только не трогай ребенка.

— Умница… — Адам потрепал меня за щеку, как послушную собаку. И потянулся к губам. Я с омерзением отвернулась. Его язык мерзко провел черту с шеи до щеки. — Будешь хорошей девочкой, я поделюсь с тобой наваром…

«Наваром»… Сленг Адама звучал так, будто он не из Америки, а из мест не столь отдаленных.

— Отлично, — сжав руки в кулаки, я терпела. — Что мне нужно делать?

— Следить за ним. Постоянно. Каждый шаг контролировать! — удивил меня мужчина. — А за тобой будет следить мой человек. Так сказать, чтобы ты тоже хорошо себя вела.

Что-то странно защекотало под ложечкой… Внутренний голос говорил, что Адам не доверит меня незнакомцу. Кроме того, он, как настоящий садист, не упустит момент поиздеваться. Наверняка, на скорую руку уже придумал в голове что-то неприятное для меня.

— Кто же он? — напряженно прошептали мои онемевшие губы.

— Есть один молодой мужчина, которому я как-то помог избавиться от Влада. Теперь он готов ради меня на все, — отступив в сторону, Адам достал телефон, порылся в контактах и открыл для меня одно любопытное фото. — Знакомься! Ох, о чем это я? Вы ведь и так знакомы…

Я обомлела. Это был Дэн. Мой друг Денис Скворцов! Только с отросшей бородой, озлобленным взглядом и высшими мускулами. Больше он не походил на молодого миловидного юриста, нет… Бездушная машина. Как и все остальные охранники Адама.

— А теперь иди к своему бывшему, бегом! — Адам грубо толкнул меня в дверь палаты. — Будь милой и обходительной. Пусть он с ума от тебя сходит. Только помни одно, милая… — я ощутила, как что-то холодное коснулось моей шеи. И замерла в ужасе. Это был настоящий карманный ножик! Им Адам «заигрывая» провел черту по позвоночнику и остановился на уровне живота. — Одно неверное слово — конец для тебя.

Перед глазами появилась пелена слез, горечь затмила разум:

— Я все сделаю, сказала же! Отвали. Понятно?

— Какая у меня умненькая и понимающая жена! Просто сокровище! — отвесив грубый шлепок по пятой точке, Адам распахнул дверь и провел меня к Владу. — Побудь с нашим садовником, любовь моя. А мне нужно уладить кое-какие дела по перелету домой.

Глава 9

Уткнувшись лбом в панорамную стену, я нервно кусала ногти. Внутреннее напряжение и волнение не покидали ни на миг.

— Работает? — насмешливо поинтересовался Адам, возникший призраком за спиной.

Я вздрогнула от испуга. Затем взяла себя в руки и холодно прошептала:

— Работает, да…

Мы оба уставились в сад. На долгие минуты зависло молчание. А затем Адам снова рассмеялся. Повелевающе и надменно. Как барин, наблюдающий за своими холопами.

— Кто бы мог подумать, что Влад может делать что-то своими руками. Всю жизнь ведь головой работал, — издевался мужчина.

Посмотрев на Адама, как на падаль, я саркастично усмехнулась:

— Он во всем всегда был лучший. Тебе не понять.

Резко, словно по щелчку, добродушие мужчины отступило на задний план. Вперед вышел монстр — его истинное лицо. Он сжал мои предплечья с такой силой, что еще немного и хрустнули бы кости. То, что останутся синяки — сомнений не оставалось.

— Слушай ты, падаль. Ты тут только потому, что я добрый человек и люблю помогать всяким смазливым девицам. А будешь слишком много раскрывать свой рот там, где не надо, подмешаю тебе в еду средство для аборта. Вот умора будет смотреть на твои припадки! — каждое слово из уст Шахина пестрило самым концентрированным и едким ядом. Жалило прямо в самое сердце. Заставляло дрожать в опаске за свою жизнь.

И все же, преодолевая страх, я набралась смелости и гордо вздернула подбородок, уверенно ответив ему тем же тоном:

— Ты меня совсем за идиотку держишь, Адам? Я прекрасно знаю, что денежек Влада без меня тебе не ведать. Целыми днями водишь меня по всяким интервью, заставляешь врать о его смерти. Заявления всякие от моего имени подаешь… Если так случится, что ребенка не станет, я умру, Адам. Но заберу с собой и тебя. А Владу перед этим верну все награбленное!

По лицу мужчины прошла тень праведной ярости. Сжимая зубы, он дышал, словно бык — с пеной у рта. Сжимал челюсти до хруста. Из груди вырывались рыки…

Вдруг он отпустил меня. Но не успела я облегченно вздохнуть, как мужская рука обрушилась мне на щеку.

— Слишком много рот свой открываешь. Следи за базаром, — размяв руку после пощечины, он достал из кармана платок и собирался вытереть им каплю крови на разбитой губе. Но вовремя осекся. В глазах заплясало что-то по-детски игривое. Обернувшись, он обратился не ко мне: — Дэн, дорогой. Позаботься, чтобы наша дорогая и любимая Аллочка вышла к Владу чистая и красивая.

Дэн… Когда он снова появился в моей жизни, я надеялась обрести хоть одного друга и соратника. Но Скворцова будто подменили. Он не видел меня, напрочь игнорировал. И равнодушно смотрел всякий раз, как Адам позволял себе распускать руки.

Вот и сейчас Дэн спокойно подошел и вытер мне рот влажной салфеткой. Буквально растёр всю помаду по лицу. Намеренно больно и жестко. Так, чтобы кожа ныла и пылала.

— Убери. Свои. Руки, — я ударила его по кисти и отшагнула в сторону. Посмотрела на двух мужчин с пренебрежением, а потом развернулась и пошагала прочь. — Хотите, чтобы я больше проводила времени с Владом? С радостью!

Зайдя ненадолго в уборную, я закрасила следы недолгой встречи с «любимым мужем» и вышла на солнце.

— Занят? — я подошла к бывшему со спины, когда тот уверенно и ловко орудовал специальной бензопилой для тонких деревьев. Но мой голос он услышал и развернулся. — У тебя хорошо получается…

Влад и вправду старался. Для человека, который никогда не занимался садом, он кое-как смог выстричь деревья и подстричь газон.

— Смеетесь? Не знаю, как господин Шахин меня еще не уволил… — отложив пилу в сторону, Влад почесал голову и улыбнулся цветам, которые все испортил и перекопал. — Уверен, рано или поздно я вспомню, как это правильно делается.

Каждый раз, когда Влад говорил о своей жизнь садовника, мне до ужаса хотелось прокричать ему: «Это не твоя жизнь! Беги!». Но потом я оборачивалась и видела, что вокруг нас не менее десяти вооруженных охранников. Им ничего не стоило прикончить Влада. Меня они, может, и пощадят… До рождения ребенка-наследника.

— Он, — хмуро указав пальцем мне за спину, Влад лишний раз напомнил мне, что Дэн всегда на расстоянии десяти шагов, — всегда преследует?

Я прикусила губу, чтобы не сдаться и не показать слабину. Просто кратко кивнула.

— И это не напрягает? — не унимался Влад.

— Нет. Я ведь беременна, а он меня оберегает от всякого рода разных проблем… — соврала я то, что придумала заранее. Нельзя ведь сказать, что последние недели моя жизнь держится на волоске. И Дэн в случае чего будет тем, кто отдаст приказ о моей кончине. В такое никто не поверит. Такое и я сама до конца не осознавала.

— Беременны, да… — мужской взгляд опустился на заметный округлый живот. Теперь я могла его не скрывать и спокойно надевала обтягивающие платья. Влад странно усмехнулся. — Как малыш? Мальчик или девочка?

— Каждое УЗИ показания разные. Но я думаю, что мальчик, — внутри появилось странное желание подарить бывшему мужу снимок. Но вряд ли это вписывается в легенду Адама…

— Господин Шахин, наверное, очень счастлив, — выгнув голову в бок, Влад уставился на меня в оба глаза.

— О, да… Сейчас он на пике своего счастья! — без лжи нервно рассмеялась я. А после вдруг испытала странное желание признаться Владу во всем. Что он отец ребенка. Это его дом, его деньги и его работа. Что весь мир сейчас считает, что господин Фролов мертв. И только поэтому его «друг» Адам смог начать процедуру наглого посягательства на имущество. Голос охрип, а сердце больно сжалось. Ступив вперед, я не сдержалась: — Влад, я…

Влад бросил странный беглый взгляд на Дэна. Я даже не заметила, что бывший друг приблизился настолько, что смог положить руку мне на плечо.

— Госпожа, — предупреждающе проговорил Скворцов, — Вам плохо? Отвести вас к Адаму?

Я вспомнила пощечину, разбитую губу, и вдруг на глазах против воли возникли слезы. Осев на траву, сжав виски ладонями, я захныкала в голос, не в силах себя остановить.

— Госпожа… — Влад первый бросился ко мне.

— Алла! Боже… Я ведь миллион раз просила называть меня Аллой! — прокричала я. Какой абсурд! Мой собственный муж миллиардер называет меня по фамилии… А потом идет стричь деревья… — Я схожу с ума!

— Беременна, гормоны… — пояснил за меня непринужденный Дэн. — Я отнесу ее в спальню. Уверен, присутствие Адама быстро приведет Аллу в чувство.

— Нет! — выставив руки перед собой, я испуганно посмотрела на Влада. Тот казался мне озадаченным и даже встревоженным. Внимательно и цепко пытался прочесть по лицу мысли. Совсем, как в прошлой жизни… — Влад, прошу… Не отдавай меня ему… Я не хочу в дом… Не хочу!

Секунда молчания. Дэн почти взял мое тело на руки насильно. Вдруг Влад потянул меня на себя. И вежливо улыбнулся Дэну:

— Кажется, Алла не хочет в душный дом. Может, вы позовете ее мужа сюда, и он здесь ее в чувство приведет? Как это обычно делается у супругов: объятиями и поцелуями, да?

— Мне велено быть всегда с Аллой! — бывший друг напрягся. Схлестнулся взглядами с Фроловым.

Влад многозначительно выгнул бровь и призадумался:

— А что, у хозяина дома есть основания бояться оставлять меня с его женой наедине? Какие-то проблемы?

— Я… — Дэн попятился в растерянности. Не мог же он рассказать всю правду. — Это не мое дело. Приказ есть приказ!

— Значит, — в голосе Влада прозвучали стальные нотки. Он буквально давил бывшего друга взглядом. — Пойди за господином Шахиным и приведи его сюда. И чем быстрее, тем лучше для всех нас.

Немного подумав, Дэн неожиданно кивнул и встал на ноги. Перед этим послав мне очень красноречивый взгляд. Мол, если сделаешь что-то не так — я за себя не ручаюсь.

Как только Дэн отошел достаточно далеко, Влад повернул мое зареванное лицо к себе и отчеканил по слогам:

— Казалось, что вы очень счастливы с мужем, Алла.

— «Ты!» «Ты», Влад! Перестань мне выкать! — я со всех сил пыталась успокоиться, но ничего не выходило. Будто тот комок нервов, что скопился внутри, наконец вырвался наружу. — Вот именно, что казалось…

— Они… — мужчина неопределённо мотнул головой вокруг. — Заставляют тебя делать то, чего ты не хочешь?

Я посмотрела на него, и слова застряли в горле. Внутри я кричала: «Да! Да, боги! Я не хочу предавать тебя! Никого не хочу подставлять!». Но не смогла произнести. Что сделают с моим ребёнком после этого? А с Владом? А со мной?.. Мы все угодили в огромную яму, и выхода из нее я больше не видела.

— Ясно, — вдруг неожиданно произнес Влад и нахмурился. — Тебе не надо ничего говорить. Все написано на лице.

— Я… — нервно улыбнувшись, я почувствовала, как рана, которую мне создал Адам, снова треснула, и по новой хлынула кровь. — Я правда выглядела счастливой?

— Более чем довольной жизнью, — без колебаний прошептал мужчина, а после вдруг с прищуром провел пальцем от щеки до разбитой губы. На пальце остался слой штукатурки, которым я замазала новый синяк. — Это?..

— Упала, — слишком быстро ответила я. Слишком… Он все понял. И в глазах почернело.

— Упала на Дэна или Адама? — выгнув голову в бок, Влад внимательно ожидал моего ответа.

— Дэн… Он грубый, но меня никогда не трогает, — призналась я, опустив голову. Стало стыдно и больно из-за того, что не могу постоять за своего ребенка и врезать Адаму в ответ. Точнее, могу, но не хочу последующих действий.

— Ясно… — вдруг голос Фролова показался мне чернее тучи. Я даже испуганно посмотрела на него. Подумала, бывший вспомнил свою прошлую жизнь. Потому что таким решительным и кровожадным он был только тогда. Сейчас же он казался мне добрым и отзывчивым. Единственным, кто был добр ко мне последнее время. Но потом Влад резко улыбнулся: — Не хотите говорить, так не надо.

— Что? — я растерянно нахмурилась. — Я ведь не…

— О, любовь моя! Что же с тобой случилось? — Адам прибежал так быстро, что я и опомниться не успела. Подхватил на руки и понес в дом. Холодно кивнув Владу, к которому вообще старался не приближаться: — Занимайтесь делом. Я теперь сам.

— Ты, — приближаясь к дому, Адам кивнул на Дэна, — на испытательном сроке за кретинизм. И молись, чтобы эта психичка не успела никому ничего рассказать!

****

Отнять миллиарды было не так просто, как представлял себе Адам. Шел восьмой месяц моей беременности, а мужчина все еще занимался бумажной волокитой. С каждым днем Адам становился все злее, а срывал гнев на мне. За мной и раньше ходила толпа охранников, теперь же их численность удвоилась. С таким количеством меня перестали пускать даже к врачу. Заперли дома, словно пса на цепи.

— Боишься, — съязвила я, — что сбегу с твоим наследником?

— Не сбежишь, — самодовольно усмехнулся Адам. — За тобой следит больше людей, чем за гребанным президентом!

— Не боялся бы — пускал бы меня хоть куда-то, — усмехнувшись, я встретилась взглядом с мужчиной. Это была ошибка. В нем всегда просыпался зверь. В такие моменты я реально боялась за свою жизнь. Боялась, что Шахин просто не совладает с приступом гнева и нанесет непоправимый вред ребенку.

И снова Адам ушел из моей спальни, оставив напоследок жгучую щеку. Сквозь пелену слез я увидела перед собой улыбку… Это был Дэн. Мой старый добрый друг Дэн!

— За что ты так меня ненавидишь? — искреннее не понимала я.

— Все очевидно, Алла, — Скворцов пожал плечами. Бросил на мой живот взгляд, полный призрения. — Я ради тебя готов был снять звезду с неба, а ты? Засадила меня в тюрьму со своим психопатом Фроловым!

От шока слезы высохли, а губы задрожали в хриплых оправданиях:

— Дэн… Все не так! Я ведь согласилась быть домработницей только ради того, чтобы скостить тебе срок! Влад ведь обещал нам, что…

— Знаю я, какой ты была домработницей… — парень бросил взгляд на мой живот. Хоть и прекрасно знал, что забеременела я, будучи в браке. — Адам рассказывал мне, что Влад каждый день имеет тебя во всех доступных позах! ШЛЮХА!

Тело передернуло. Меня покосило. Осев в кресло, промокнула взмокший лоб салфеткой.

— Ты заслужила все, что получила, — ступив вперед, Скворцов ткнул в меня пальцем. Только в тот момент я поняла, насколько безгранично его призрение. — Когда Адам предложил мне это место, я согласился без раздумий. Знаешь, почему? Это ведь отличная возможность поквитаться. И когда появится возможность, именно я буду тем, кто прибьет тебя и твоего ребеночка.

Дэн почти вышел из комнаты, когда я не сдержалась и окликнула его:

— Никто не виноват, что ты достал мои серьги из помойки и попался с ними на границе. Именно ты решил бежать прочь под чужим поддельным паспортам. Я делала все возможное, чтобы вытащить тебя из тюрьмы. Но я не волшебница. Не могу повернуть время.

— Знаешь, кто оправдывается? Виновные! — он рассмеялся. Будто победил. Хотя я и не оправдывалась, а просто поясняла положение вещей. — Я выйду на минуту. Только попробуй уйти из комнаты!

Как только дверь в туалетную комнату захлопнулась, я встала с места и быстро пошла вон из дома. Всегда, когда на душе было плохо, я шла в домик прислуги. Там можно было найти Влада. Он стал спокойный. Мы говорили с ним о погоде и всякой ерунде. Порой я читала книгу, а он лежал рядом и слушал. Или наоборот. Всегда где-то рядом были Скворцов и толпа охранников, «затерявшаяся» поблизости. Но сейчас Дэн оставил меня, и я могла провести несколько минут в одиночестве.

— Алла? — Влад сидел на крыльце дома, внимательно изучая газету. Его встревоженный взгляд пробежался по моему телу: — Что-то случилось?

Я отрицательно помотала головой. Про пощечину говорить не стала. Было стыдно. Да и оправдываться придется. Мужчина не успел расслабиться, как снова напрягся больше прежнего:

— Роды начались так рано?!

Что-то в лице Влада промелькнуло тогда странное. Какая-то непонятная мне готовность. Неужели он собирался бросить все и бежать на помощь? Ведь все мы здесь заложники ситуации.

— Пока нет. Еще две недели, — махнула рукой я и попыталась присесть рядом. Но оказалось, что слишком низко. Влад неожиданно поднялся сам и присел на уличное кресло, чтобы я могла тоже разместиться в соседнем.

Влад оглянулся по сторонам. Словно убеждаясь, что Дэна вправду рядом нет. Это было для нас в новинку.

— Ты никогда не рассказываешь, как тебе живется с… мужем? — вдруг спросил он, и цепкие глаза взяли меня в плен.

Я не могла и не хотела озвучивать многое, о чем самой хотелось забыть. Поэтому стыдливо опустив взгляд, я ощутила, как стали влажными глаза.

— Не очень… — тихо шепнула я в пустоту перед собой. — Давай не будем об этом?

Вдруг мужская рука коснулась моей щеки. Заставила посмотреть прямо на мужчину. Он хотел видеть мою реакцию, когда задает вопрос:

— Адам заставляет тебя делать то, чего ты не хочешь?

Я не сразу поняла вопрос. Но потом до меня дошло… Влад хотел знать, не требуют ли у меня «супружеский долг» против воли. Тут я могла облегченно вздохнуть и честно признаться:

— Он пытается соблазнить меня. Думает, это возможно… Но не особо настаивает. То ли беременные ему не особо нравятся, то ли сопротивляющиеся не заводят.

— А, — мне показалось, что горячая мужская ладонь на моей щеке стала более напряженной. Голос Влада стал грузным и глубоким, — это возможно?

Перестав дышать, я смотрела прямо в глаза Влада. И улыбнулась… Было странно видеть своего бывшего, который стал совершенно другом человеком. В буквальном смысле! В больнице оказалось, что Фролов всегда носил линзы для улучшения зрения, делающие цвет глаз черными. Но настоящие были голубыми. И сейчас я могла их наблюдать. Взъерошенный, в простой одежде, с монотонным расслабленным голосом он нравится мне гораздо больше, чем тот суровый владелец корпорации, за которого я когда-то вышла замуж. Простой садовник, читающий книги вслух, пока я вяжу будущему ребенку пинетки — вот мой рай. Без бизнесменов и их жестоких игр.

— Нет… Невозможно, — призналась я почему-то. — Между мной и Адамом ничего нет.

Наверное, это звучало дико в контексте нашей легенды… Плевать. Пусть Влад думает, что у нас кризис в браке.

— Тогда, — не унимался наш садовник, — роман с личным охранником? Кажется, Дэном?

— Не-е-ет… — я даже рассмеялась. Это даже звучало абсурдно.

Влад заметно напрягся:

— Странно, что такая красивая молодая девушка никого не любит.

Воспоминания вскружили голову. По щелчку пальцев стало зябко внутри и мерзко:

— Когда-то я любила… Очень любила. Он изменял меня… Еще и с лучшей подругой… Бывшей подругой…

Влад выгнул голову в бок, скривился и цокнул языком:

— Вот идиот. Он, наверняка, не понимал, кого теряет. Ведь иногда, чтобы понять ценность человека рядом с тобой, нужно его потерять. А потерю тебя невозможно не ощутить.

Было так тепло и приятно рядом с этим новым для меня человеком. А я до головокружения нуждалась в доброте и поддержке. Как жаждущий в пустыне! Кто-то должен был обнять меня и сказать, что все хорошо. Что я справлюсь. И выиграю в эту игру с жестокими правилами, где на кону людские жизни.

И Садовник стал этим человеком. Не осознавая себя, поддаваясь слабости, я нагнулась и кратко поцеловала мужчину в губы. Это было незапланированно, неожидаемо. И так неправильно! Ведь даже если Влад потерял память, внутри него сидел холодный монстр. Так же, как Адам. Такой же, как все вокруг.

— Алла… — Влад сжал мои щеки, не давая шевельнуться. Ровно тогда, когда я пыталась сбежать. — Не надо. Побудь еще немного…

— Нет! — резко отстранившись, я встала на ноги так быстро, как только могла. И буквально рванула обратно к дому. Корила себя. Проклинала.

На пороге меня встретил Дэн. Он улыбался, как какой-то псих.

— Я все видел, — ужаснул меня тот. — Адама нет дома. Но когда он приедет… Я все расскажу ему и тебе конец.

****

Резко одеяло пропало. Холодные руки скользнули по атласной ночной сорочке, сминая ее под собой и задирая до самой груди. Мой сон пропал по щелчку пальцев. Распахнув глаза, я пыталась понять: наяву все, или воображение рисует страшные картины?

Чья-то щека коснулась бедра. Легла на него. Пощекотала колючей щетиной. Пальцы по внутренней части бедра скользнули за трусики.

Резко поджав под себя ноги, я села и одновременно включила ночник. Перед мной был Адам. Абсолютно голый.

— Что ты творишь?! — от шока дышать было нечем. Легкие сжимались. — Опять напился до беспамятства?

— Почему же? — он заигрывающе улыбался. — Ни грамма не пил. И мне не нравится это твое «опять». Я ведь не алкаш какой-то!

Встав на четвереньки, Адам начал наступать на меня, как какое-то дикое животное. Кровь забурлила по венам с бешенной скоростью. Резко вскочить с постели я не могла из-за большого живота.

— Остановись, — молила я его. — Прошу тебя, не надо…

Набрав полные легкие воздуха, Адам властно сжал мои бедра. Давая понять, в чей я сейчас власти.

— Я не хотел тебя трогать до рождения ребенка. Считал, ты ни о чем другом думать не можешь, — Адам хмыкнул, задирая скатившийся подол сорочки обратно наверх. Обнажая нижнее белье. — Но Дэн рассказ мне про поцелуй… Значит, ты все же хочешь.

— Не хочу! — закричала я во весь голос. Хотела, чтобы кто-то услышал и пришел на помощь. Но это было глупо. В этом доме каждый плясал под дудку Шахина. Меня даже за ворота не выпускали. — Не тебя!

— Это поправимо, — мужчина потянул за лодыжки. Заставляя неповоротливую меня скатиться вниз. — Аппетит приходит во время еды.

Быстро пораскинув мозгами, я в панике воскликнула:

— Мне врач запретил!

— Врешь, — его руки по-хозяйски поползли по моему телу. — Твой врач сперва все докладывает мне, а только потом тебе. Ты еще не поняла?

— Я… — слезы градом текли по щекам. Отбиваясь, я получала отпор втрое сильнее. — Я напишу заявление в полицию!

Адам так искреннее засмеялся, что стало дурно. Мы оба понимали, что полиция на его стороне. Она давно подкуплена. Но даже если так, до нее сперва надо добраться. А я в золотой клетке. Из нее не выпускают. Тут я заложница уже долгие месяцы.

— Всегда хотел тебя трахнуть… — охрипшим голосом прошептал мужчина. В глазах горел огонь. Против воли я увидела, что член его готов и направлен туда, где пока еще были трусики. — Влад всегда умел подбирать сучек. Но ты… Ты единственная, которую я не поимел.

— Подбираешь за другом? — съязвила я. Думала, его это отрезвит. — Найди себе кого-то получше, чем у Влада.

— Я поступлю иначе, — он вдруг так посмотрел на меня… И я все сразу поняла. Мне не уйти отсюда. Адам не поменяет курс. Либо я буду его, либо мертва уже к утру. — Заберу у Влада все, что у него осталось. Деньги, бизнес, тебя, ребенка…

Словно в замедленной сьемке я видела, как рука Адама тянется к моим кружевным трусикам. Чтобы сорвать и взять меня против воли. Инстинкты включились раньше мозга. Не глядя сорвав со стола подсвечник, я кинула им в голову Адаму. Он не мог нанести особого вреда взрослому сильному мужчине, но заставил отклониться. Сжать голову руками.

— Какого черта?! Ты вообще что ли?.. — прорычал он, но тут же осекся. Согнулся по полам. Завизжал и застонал одновременно. — А… О… Йё…

Со всей доступной силы я врезала мужчине по яйцам. Задела стоявший колом член. Тот неестественно выгнулся. Пока мужчина выл, я вскочила на ноги так быстро, как только могла. По пути к двери стянула со шкафа железную статую йога. Как раз вовремя. В комнату залетел Дэн. Который, судя по всему, караулил около двери. И когда понял, что крики уж слишком бурные для секса, решил проверить босса.

— У вас тут нормально?.. — он успел сделать лишь пару шагов в сторону постели, когда я кинула ему статуэтку на голову. Тот опал на землю.

— Фух… — пощупав пульс, я облегченно вздохнула. — Дышит!

Пока Адам корчился от боли, не замечая ничего вокруг в жуткой агонии, а Дэн лежал без сознания, я бегло натянула первые попавшиеся кроссовки и накинула курточку.

Как чувствовала, что по основной лестнице будут ходить люди. Выбрала заднюю, скрытую, для прислуги. И уже между вторым и первым этажом вдруг налетела на мужчину.

— Ох, черт, простите, я просто… — с губ срывались глупые несвоевременные фразы вежливости. До тех пор, пока не увидела, что этот мужчина — Влад. — А что ты в доме делаешь? Ночью?

Бывший осмотрел меня с ног до головы. Брови его все больше сгущались, а кулаки сжимались.

— Это сейчас важно? Говори, что произошло.

— Я… — было сложно в панике, с дрожащими от страха руками, выпалить жуткую правду. Увы, не страшный сон...

— Говори! — прорычал Влад.

Бегло, глотая слова и умываясь слезами, я рассказала ему все. И про то, что дом его. И про то, что никакой он не садовник. И про «мужа» Адама, который чуть не изнасиловал. Закончилась история двумя поверженными мужчинами, оставленными в закрытой спальне.

— Ладно, — одно слово. Больше ничего. Холодно и сдержанно. Так отреагировал Влад на мой рассказ. Просто кивнул. Сжал мою руку и потянул прочь из дома. — Пойдем.

— Стоп! Куда?! — в панике я попыталась вырваться. — У Адама охрана на каждом шагу. Нас не выпустят. И забор пять метров. А сверху него электрическая проволока с разрядом в двести двадцать.

Влад посмотрел на меня с удивлением. Да, я проверяла. Потому что ни раз пыталась сбежать из этого жуткого дома.

— Будет сложно, но у меня есть пару вариантов… — начал было мужчина деловито, но вдруг его взгляд опустился куда-то вниз. Глаза мужчины помутнели. В них читалась паника. Впервые в жизни Фролов растерялся. — Это все усложняет…

Пытаясь понять, о чем он говорит, я опустила взгляд и задохнулась. У меня отошли воды. Стресс сделал свое дело. И ребенок, уставший сидеть в вечно стрессующей маме, просился на волю.

— Жди здесь, — Влад указал мне рукой на угол для прислуги. — И отвернись. Я позову тебя, когда наступит подходящий момент.

Ждать мне совершенно не хотелось. С минуты на минуту кто-то обнаружит скрюченного от боли Адама и включит сирену. Местная охрана начнет осматривать территорию по протоколу. У них было оружие. Не уверена, что это вообще законно!

А ребенок внутри меня уже готовился появиться на свет. Где? Как? И, главное, что ждет его? Мысли вызывали мигрень. От нервов я шагала из стороны в сторону.

Тем временем, Влад направился к забору. Сегодня в одном из светильников по периметру перегорела лампа. Работник не успел приехать и починить уличное освещение. Но охранник все равно стоял во тьме, осматривал территорию вокруг цепко и внимательно.

— О, Влад! — мужчина радостно пожал руку, когда к нему приблизился бывший муж. — Какими судьбами?! Чего не спишь?

И тут по мне прошла оторопь. Глаза стали влажными. Я вдруг осознала, что Влад тоже предаст меня… Как Адам… И Дэн… И лучшая подруга Вика… Сейчас просто сдаст охране и скажет: «Сделай что-то с этой больной на голову! Какой-то бред несет, еще и воды отошли!».

— Нет-нет-нет… — в ужасе я начала искать что-то тяжелое под рукой. — Я не отдам им моего ребенка! Не отдам!

Маленькая еловая ветка, отвалившаяся под грузом своего веса, валялась за мусорным баком. Я схватила ее и пошла на мужчин. Наивно надеялась, что смогу уложить двух здоровяков самостоятельно. А иначе как? Сдаться без боя?

— Эм… — охранник весело переговаривался с Владом, когда заметил меня, выходящую из сумрака. — Погоди, друг. Надо срочно сообщить на пост. Нечего тут делать госпоже…

Влад оценил меня недовольным взглядом. Сцепив зубы, закатил глаза. Мол, я ведь тебя просил не высовываться.

— Закрой глазки, детка, — приказал тот.

Но я не слушалась. Потому что не считала себя его «деткой». Один поцелуй совсем ничего не значит. Минутная слабость.

Но не успела я ничего осмыслить, как Влад сделал выпад вперед и вырубил охранника один умелым ударом в кадык. Тот упал пластом на землю. Влад нагнулся, проверил пульс и кивнул. Жив.

— Идем! — снова наши руки переплелись. Инициатором был Влад. Он тащил меня к забору. — И палку свою выкинь. Я бы посмотрел, что бы ты сделала этой веточкой…

Получается, Влад не заодно с людьми Адама? Он… Все равно хочет помочь мне? Несмотря ни на что? В замешательстве я замерла перед забором. Неужели один поцелуй побудил в нем тягу к самоубийству? Ведь Влада, несомненно, прибьют, если заподозрят в пособничестве.

— Будем взбираться наверх, — ужаснул меня Фролов. В недоумении я разглядывала высоченную стену. С губ сорвался нервный смех. — Будет рисково, да. Но надо немного постараться. По ту сторону другая жизнь. Оно того стоит, Алла.

Да… Там, за забором, была свобода. Все знали это. Даже Адам. Поэтому не выпускали ни меня, ни Влада на волю. Мы правда были в тюрьме, только очень дорогой.

— Лезь первой. Я снизу подстрахую, — Скомандовал Влад. А затем вытянул припрятанную за туей высоченную лестницу. Широкую, но не особо устойчивую. Дрожа от страха, я ступила ногой на первую ступень, и тут же случилась первая схватка. Скручивая по швам, парализуя. — Дыши, Алла! Я сам буду считать интервалы! И, поторапливайся, прошу. Знаю, сложно… Нужно немного постараться, а затем я обо всем позабочусь…

Влад говорил уверенно и заботливо. Разминал мою спину. Поглядывал на часы. Выглядел, как самый настоящий заботливый будущий папаша. Я уже было хотела спросить, откуда он знает, что надо считать интервалы, как в доме начал мигать свет.

— Вот, черт… — прохрипел мужчина. — Ускоримся!

Секунда, вторая, третья… По территории дома разлился противный краткий, постоянно повторяющийся гудок. Сигнализация — поняла я. Включили тревогу.

— Хорошо, — сглотнув ком, я заставила себя собраться. Огромный живот, отсутствие нормального света и высота забора вызывали панику и бесконтрольный страх. Шаг за шагом, до боли сжимая пальцами лестницу, я поднималась вверх. Пока не достигла проволоки. Это был придел… — Влад?..

Не сразу я нашла в себе смелость обернуться и посмотреть, почему Фролов молчит. Но когда я делала это, то мужчины позади не было. Его отдаленную тень получилось уловить около столба, за которым скрывался щеток. Откуда у мужчины от него ключи? И кто ему сказал, где именно находится источник питания для забора?

Вглядываясь во тьму, я увидела, как Влад что-то воткнул в панель, и свет по периметру участка пропал. Вместе с тем острая леска перестала жужжать от напряжения и была обесточена. В два быстрых шага Влад преодолел разделяющее нас расстояние. Поднялся наверх. Потянул мне какой-то инструмент.

— Тебе надо разрезать леску, — приказал мне тот серьезно.

— Нет, — я нервно замотала головой. Где-то неподалеку уже слышались голоса. Загорались мощные фонарики. — Для этого нужно перестать держаться. А я беременная и упаду, расшибусь!

— Выдохни, Алла. Снизу я подстрахую. А ты делай, — Мужчина подпер мое тело своим. Якобы защищая от падения. Было очевидно, что это не поможет. Тогда бывший муж прибег к более жестокой мотивации: — Они заберут твоего ребенка ровно в тот момент, когда он издаст свой первый крик. Ты этого хочет?

Нет. Я не хотела. Больше всего не хотела!

Сцепив зубы, вдохнув кислорода. Я расставила ноги пошире и приготовилась резать леску. Первая долго не поддавалась щипцам. Провозившись пять минут, я ее с трудом оборвала. Руки ныли от боли.

— Молодец, — Влад держал меня снизу крепко и надежно. — А теперь еще три раза проделай такой же маневр. Чтобы мы могли пролезть. И поторопись, детка. Скоро они отремонтируют генератор.

Отремонтируют? Откуда Влад знал, что с запасным генератором что-то не так?

И снова сил не хватало. Вдруг случилась схватка. В приступе боли, когда нельзя кричать, я вылила эмоции в дело. Перерезала еще два деления. Схватка закончилась. Но оставался еще один прут.

Влад мягко коснулся моего бедра. Я обернулась. Буквально в двадцати шагах от нас проходило двое охранников. Еще немного и они увидят на земле бессознательного коллегу. И все кончится.

— Последний раз… — прошептал Влад. — Ну же, Алла!

Пальцы дрожали от боли. Ноги ныли. Лестница ходила ходуном. Слезы градом текли из глаз.

— Не нашли? — услышала я голоса где-то совсем рядом.

— Ничего, — отвечал другой. — По рации передали, свет будет через пару-тройку минут. В полном освещении им никуда не уйти. Вернем цыпочку хозяину.

— Ох, представляю, что сделает с ней господин Шахин после того, как она сломала ему член! — зашипел третий. — Я бы ее розгами выпорол. И плевать на беременность.

Мужчины заржали, как кони. Влад заскрипел зубами.

Услышанное окрылило злостью. И я наконец-то перерезала последнюю леску! Проход был открыт! Радость от проделанной работы не продлилась долго.

— А… — я нервно повернулась к Владу, — что дальше? Ведь забор высокий. Прыгать не вариант.

Словно какой-то опытный заключенный, ни раз сбегающий из тюрьмы, мужчина уверенно и спокойно отдавал краткие приказы:

— Сядь на самый край. Упрешься ногами в тую. Да, она слишком тонкая. На нее прыгать нельзя. Прямо среди листьев нащупай руками зеленую складную лестницу. И разложи. Не бойся, дергай за края. Она до самой земли… Вот та, да! Теперь прислони ее к забору, не туи. И спускайся. Молодец… Коснулась земли?

Не веря себе, я огляделась. Под четким руководством Влада, на адреналине, я оказалась по ту сторону дома Адама. На свободе! А вокруг пустынная улица элитного загородного района.

— Да! — я махнула мужчине рукой. — Спускайся ко мне. Скорее!

Влад ловко и умело перекинул ноги, только коснулся ими ступени и… Загорелся свет. Он резко одернулся от прутьев, которые по-прежнему должны были бить током. Но оказалось слишком поздно. Один из них коснулся рукава мастерки. Мужчина инстинктивно попятился назад. Лестница пошатнулась. Полетела вниз. Все, что я могла сделать — направить ее в дерево и смягчить падение.

— Они здесь! — закричал кто-то во весь голос. — Быстрее!

Глава 10

— Влад… — я нервно дергала мужчину за рукава мастерки. — Ну же, вставай! Влад…

Фролов дезориентировано оборачивался по сторонам и болезненно морщился. Он пытался вернуться в реальность. Но падение и удар током дезориентировали его собранное сознание. Ветки туи разорвали одежду, поранили кожу. Но глубоких травм внешне я не наблюдала.

— Ах! — меня согнуло на пополам в новой схватке. — Вот же черт!..

— Ключи… — прохрипел Влад невнятно. — Ключи в моем кармане брюк…

Все еще пожираемая агонией схваток, я потянулась, принялась судорожно и суетливо лапать мужчину. И, действительно, нашла. Толстая и увесистая связка ключей от простого недорогого автомобиля находилась ровно там, где и говорил Фролов.

— Где машина? — сжимая щеки Влада, я пыталась сосредоточить его внимание на себе. Да, я видела, что мужчине плохо. Но будет еще хуже, если люди Адама доберутся до нас быстрее. — Влад, прошу! Где. Машина?!

Потерев переносицу пальцами, он сглотнул ком. А после показал мне рукой куда-то в сторону. Я обернулась. Буквально в метре от нас располагалась небольшая временная парковка. Видимо, для тех гостей, машины которых парковать на территории дома не было смысла.

Мазда там была одна. Выделялась на фоне дорогих внедорожников. Я побежала к ней так быстро, как только могла. Дрожащими руками вставила ключ, и замок поддался. Села внутрь и сразу начала пытаться завести двигатель.

— Черт… — ласточка все никак не поддавалась. — Я не умею ездить на механике!

Много лет назад во время обучения мне и в голову не пришло, что данный устаревший навык поможет спасти жизнь!

Резкими рваными движениями я двигала автомобиль туда-сюда. Пока не увидела, что охрана уже почти перелезла через забор. А с другой стороны, пока еще на приличном отдалении, виделись другие люди, направляющиеся к нам в полном обмундировании.

— Плевать! Справлюсь, — откинув страхи, я двинулась с места рвано и опасно. Затормозила около Влада, который все еще не мог встать на ноги. Все-таки удар выбил его из колени гораздо сильнее, чем я могла представить. Возможно сотрясение. Мужчина уже успел опустошить желудок. И едва стоял на ногах. — Быстро, в машину!

Он сделал шаг и споткнулся о воздух. Повалился на колени.

— Уезжай, Алла, — слабо, но уже более похоже на себя прошептал он. — Это автомобиль барбера Адама. Я попросил его припрятать у себя в бардачке ключ. Он от ячейки в моем банке. Денег хватит тебе и ребенку на безбедную жизнь.

Я смотрела на Влада с выпученными от шока глазами. Ком рыданий застрял в горле. Когда он успел все это придумать? Зачем деньги? Откуда? Столько вопросов… И совсем нет времени на них отвечать.

— Живо в машину! — прорычала я сквозь зубы. — Идиот, они тебя убьют!

— Убьют? — Влад улыбнулся, будто оскалился. По моей спине прошли мурашки. — Я давно уже мертв. Так что езжай. Я их задержу. Меня не жалко.

Стало дурно и тоскливо. Почему все так сложно? Пока другие живут себе счастливо, не борясь каждый день за собственное выживание!

— Я сказала, соберись и садись внутрь! — обхватив пальцами руль, я испепеляла мужчину взглядом. — Иначе я никуда не поеду, Влад. И тогда нас обоих убьют. И неизвестно, что сделают с ребенком.

— Глупая, — прошипел он себе под нос.

— Нет. Это называется «справедливая»! — я позволила себе саркастично усмехнуться. Лишь на мгновение. А потом за спиной Влада появился охранник. Лестницы не было, ему пришлось прыгать. Из-за высоты он получил травмы и не смог напасть сразу. — Влад, быстрее!

Фролов медленно обернулся. Сцепил зубы и встал на ноги. Явно каждое движение давалось ему крайне тяжело. Возможно, там еще и перелом…

И, все же, он дошел до авто. Я открыла ему дверь. Мужчина буквально упал в салон пластом. Может даже сознание временно потерял. И когда я закрывала дверь, то придавила руку охраннику, пытающемуся выхватить Влада. Охранник застонал от боли и упал на землю.

— Ох, пожелаю себе удачи! — вдавив педаль газа, я успела двинуться с места ровно за двадцать секунд до того, как основная масса людей Адама успела обойти вокруг забора.

Взглянув на приборные часы, я ахнула. С момента, как я столкнулась с Владом на лестнице дома, прошло всего двадцать минут. Двадцать! А по внутренним ощущениям три часа. Еще никогда время не текло так медленно…

Когда я подняла взгляд, то в горле застрял ком. По среди дороги, преграждая мне путь, стоял Дэн. Я сворачивала влево, и он шагал налево. Я вправо — он направо. «Ты никуда не денешься! Я не отпущу!», — читалось в его насмешливом взгляде.

Немного поколебавшись, я втопила газ на полную. Дэн замер. Я не сворачивала. Он был уверен, что я никогда не причиню ему вред. Такое дозволяется только самому Скворцову.

Чем ближе была машина от мужчины, тем быстрее билось мое сердце, и громче пульс отбивал битами в ушах. В конечном итоге я затаила дыхание и зажмурилась.

— Сумасшедшая! — закричал Дэн. Я распахнула веки и с облегчением обнаружила мужчину в стороне. Он струсил в последний момент. И правильно сделал. Не прошло и пяти минут, как мы выехали с района и смешались с очередью автомобилей на трассе. — Больница Адама первая на пути, но в нее мы заезжать не будем. Дотерпишь до государственного приемника?

— Не надо в государственный. Черт, глаза просто раскалываются… — Влад выровнялся. Я увидела струйку крови из его головы. Выглядел мужчина более чем паршиво. — Частная клиника «Гармония». Помнишь адрес? Она моя. Там никто не посмеет тебе навредить.

«Она моя»… Что-то внутри щелкнуло ровно в тот момент, когда Влад потерял сознание. Со слезами на глазах и новой схваткой я вдруг поняла кое-что важное. Влад не терял никакую память. Ну, или та давно вернулась. Слишком много он знал…

— Это Влад Фролов, — кратко отдавала я приказ выбежавшим медсестрам. Те с удивленными глазами разглядывали мужчину. — Он упал с высоты. Неудачно. А я… рожа-а-аю!

Новая, особо сильная схватка, заставила меня закричать во весь голос. При упоминании фамилии бывшего на улицу вылетел и сам врач. Его я помнила. Когда-то он лечил нам с мужем пневмонию.

— Это не может быть Фролов, — засомневалась медсестра. Оценивая машину и наш внешний вид. — Он мертв и вообще…

— Нет. Это точно он, — поторопил врач, перекрывая раз и навсегда все споры своим авторитетным временем. — Ускорьтесь, девочки! Судя по всему, до появления ребенка осталось совсем немного…

****

Я распахнула глаза резко. Сонливость как рукой сняло. Хоть действие препаратов еще хорошо ощущалось. Живот ныл и тянул. Общая слабость и недомогание не дали резко сорваться с места. Я медленно повертела головой. Слабый луч света немного освещал палату.

— Ребенок… — мой собственный сиплый голос казался чужим и далеким. — Где мой ребенок!..

Происходящее после приезда в больницу смазалось. Суета… Уколы… Темнота… Я не помнила даже, как родила… Но ребенка во мне точно больше не было. Эта пустота заставляла сердце обливаться кровью.

— Ребенок! — прокричала я уже более уверенно. — Верните ребенка!

Пульс на экране монитора пискляво засигналил. В палату ворвалась девушка-медсестра. Она включила фонарик и принялась светить им мне прямо в зрачки:

— Как чувствуете себя, госпожа Фролова?

Фролова? Я давно была не Фролова…

— Прекрасно! — отмахнулась я, хоть это было и не так. По мне будто поезд проехался, а потом припарковался где-то на уровне бедер. — Я родила. Принесите мне моего ребенка.

Она странно замялась. Внутри меня в этот момент что-то больно сжалось.

— Завтра утром на смену заступит главный врач клиники. Он с вами поговорит, — произнесла она самые страшные слова в моей жизни и развернулась, чтобы уйти.

Я успела схватить девушку за кисть:

— Постойте! Вы не смотрите мне в глаза. Нервничаете. Мой ребенок… не жив?

Каждое слово разрывало душу на части. Слезы градом стекали по щекам. Вдруг все вокруг показалось таким не важным! Лишь бы мой малыш был жив. И больше ничего не надо.

— Что вы, он жив. Но… — девушка потупила взгляд и виновато прошептала. — Я знаю мало, вам доктор все завтра сам расскажет.

Что-то явно не так. Это было очевидно. Тревога сжирала изнутри живьем. Превозмогая дикую боль, я все же приподнялась на локтях и прошипела сквозь зубы:

— Послушайте, я носила его почти девять месяцев! И имею право знать, где мой ребенок и что с ним!

Видимо, медсестре велели ничего не говорить. Потому что та нервно кусала губы. Наконец, решилась и прошептала:

— Ребенок родился недоношенный и сейчас находится в специальной колбе жизнеобеспечения. Кроме того, ему необходима небольшая операция. Когда ее делать — решение принимает главный врач больницы. Он уважаемый академик и вы вполне можете положиться…

— Это просто не может быть… — рука упала на живот. Еще вчера я ощущала связь с ребенком. Ждала его появления на свет. А сейчас мне говорят о критическом состоянии. — Это ложь!

— Мне очень жаль… — медсестра бегло рванула к выходу. Ее смущали мои страдания. Бедняга, еще не так давно в медицине. Не научилась абстрагироваться от чужих бед.

— Это мальчик или девочка? — тихо шепнула я в пустоту.

— Мальчик, — удивила меня та. А ведь я ждала девочку…

Ноги тряслись от слабости, когда я медленно и неуверенно скинула их на пол. Попробовала встать, но едва не свалилась. Но потом справилась с головокружением и выровнялась.

— Отведите меня к сыну, — потребовала я медсестру, которая тут же подскочила и испуганно взяла меня под руку.

— Нельзя, — отмахнулась девушка. —Дождитесь утра. Вам все расскажут.

Дождитесь утра…

Часы показывали шесть часов. Разве это уже не утро? Каждая минута неведения заставляла проживать свой собственный ад. Будто кто-то снова и снова кидал в тебя дротики.

— Я пойду, — отмахнувшись, едва переставляя ноги, я решила найти по пути другую медсестру. Попросить именно ее отвести меня к ребенку. Ведь не бывает такого, чтобы малыша не давали матери хоть на миг.

— Там санитарная зона! Никого не пускают! — решив проявить характер, та буквально закричала на меня. — А ну-ка живо в постель! Иначе я прикажу привязать вас!

Что за черт? В голове не укладывалось происходящее… Я родила ребенка. Самый желанный и счастливый момент. Должен был быть. Но я совершенно ничего не помнила. Держала ли малыша хоть раз на руках? Чувствовала ли его запах? Где он? Что с ним?

— Кажется, я все поняла… — злость придала сил. — Адам Шахин не приходил?

— Нет. Господин Фролов поставил всех на уши. Никто господина Шахина внутрь не пустил, — на удивление уверенно ответила мне медсестра. Видимо, только в этом она и была компетентна.

И тут все встало на свои места. Это все Влад… Он помог мне сбежать не по доброте душевной. Решил вернуть себе не только деньги и положение, но и наследника.

— Влад пришел в себя? — медсестра напряженно кивнула. Мой боевой настрой ее пугал. — К нему хотя бы я могу пройти?

— Вам не желательно двигаться и… — она попятилась и, сдаваясь, вскинула руки. — Хорошо-хорошо, идемте!

Палата Влада была совсем рядом. Мне хотелось ворваться в нее и разнести все вокруг. Но сил было мало. Ноги с трудом двигались. Каждое движение отдавало ноющей болью.

— Алла? — при виде меня Влад резко проснулся. — Какого черта ты ходишь?!

Все оказалось не так страшно, как я думала. У Фролова была забинтована голова и левая нога. Мужчина выглядел более бодрым, чем ощущала себя я.

Не размениваясь на сантиметры, я раздраженно прошептала:

— Где. Мой. Ребенок?!

Влад перевел взгляд с моего лица на медсестру, застывшую в дверях.

— Где наш ребенок? — спросил он довольно спокойно. И все же по мне прошли мурашки…

— Мне нельзя ничего говорить до прихода доктора Иванова… — девушка нервно сглотнула и попятилась назад. Влад пугал ее. И не удивительно.

— Ребенок. Где, — каждое слово было резким, как выстрел. Попадало в цель. Не ранило. Убивало. — Я хочу знать сейчас же.

Я удивленно посмотрела на Влада… Как я могла столько времени верить в его амнезию? Холодный решительный взгляд, повелевающий голос, убийственная грация… Все в нем было, как раньше. Неужели мне казалось, что Фролов изменился? Неужели он остался таким же, каким и был?!

— Я уже все объяснила вашей жене Алле! — медсестра аккуратно указала на меня пальцем. Владу этот жест не понравился, он сцепил зубы. И девушка руку опустила. — Ваш ребенок родился недоношенный и сейчас наблюдается. Более подробно может сказать только доктор.

— Такого просто не может быть! — прокричала я, падая на мужчину и ткань его больничного халата. Не знаю, откуда взялись силы, но я смогла встряхнуть бывшего. Брови Влада удивленно взметнулись ко лбу. — Это мальчик, а не девочка! И моя девочка была здорова! Признайся, ты спрятал ребенка?! Заменил его на чужого!

— Алла, — спокойно прошептал Влад, — присядь.

— «Присядь»?! — меня обуревал дикий необузданный гнев. — Как я должна сидеть спокойно, если мне даже не дали его подержать! И посмотреть тоже не разрешают!

Влад нахмурился. Скривившись, явно от приступа боли, он сурово посмотрел на все ту же медсестру:

— Это правда? Все то, что сейчас сказала моя жена.

Опять это странное обращение «жена»… Я уже ничья жена! Но это самое не важное. И беспокоило меньше всего.

— Поймите, ребенок слаб и… — замямлила та невнятно, виновато глядя себе под ноги.

— Я не просил вас оправдываться. Мне плевать на причины, — прорычал Влад сквозь зубы. — Это. Правда?!

Сглотнув ком, молодая девушка нервно заправила локон себе за ухо и стерла слезу:

— Да, правда. Госпожа Фролова отключилась во время родов. Затем ребенком сразу начали заниматься. По протоколу я просто не могу дать вам разрешение на посещение ребенка.

— Значит, — Влад с каждой секундой казался все опаснее, — звоните врачу. Если он не будет здесь в течении получаса — он уволен. И я уж побеспокоюсь, чтобы на этом его громкая карьера так же громко и закончилась.

С выпяченными от страха глазами девушка выскочила из палаты и прихлопнула за собой дверь. Мы остались с Владом наедине.

— Не делай вид, будто сам не в курсе! — слезы градом текли из глаз. Меня всю трясло от страха за ребенка. Где он? Что с ним делают в мое отсутствие? Насколько страшное у него положение.

— Мое падение вышло не очень удачным. И я только что очнулся, — Влад смотрел на меня с немым укором. Но вся жестокость, с которой он только что общался с девушкой, куда-то испарилась. Будто передо мной снова был простой садовник. — И, если ты не забыла, это и мой ребенок тоже! И я не меньше тебя заинтересован в его жизни и безопасности!

В это я охотно верила и согласно кивнула. То, что бывший убьет за своего наследника — сомнений не было.

— Но не в моей… — хрипло прошептала я, засмотревшись в пустоту. В ней я видела свое жуткое будущее. — Ты заберешь ребенка, если еще не забрал. И я сойду с ума… Сойду с ума, Влад! Но ты, уверена, только этого и ждешь… После всего произошедшего. Ненавидишь меня… Презираешь…

— Боги, Алла… — мужчина устало поморщился. Потер переносицу свободной рукой. А потом вдруг начал двигаться на самый край своей огромной больничной койки класса люкс. — Давай не будем сейчас ничего обсуждать. Просто помолчим.

— Что ты?.. — я напряглась, когда Фролов похлопал ладонью по освободившемуся месту рядом с собой.

— Разве тебе не тяжело стоять на ногах? И сидеть, думаю, будет неприятно… — что-то странное промелькнуло в глазах Влада. И я поняла. Он тоже переживает. Так искренне и глубоко. Это просто невозможно было подделать… Любовь к ребенку, которого еще ни разу не видел. Только потому, что это твоя плоть и кровь. — Сейчас мы родители, Алла. А все остальное не важно. Я просто не хочу, чтобы ты была одна до приезда врача. И… тоже не хочу оставаться один.

Кусая губы, я смотрела на мужчину долгую минуту и только потом, задыхаясь от боли, аккуратно упала на постель. Теплое мужское тело окутало меня объятиями. И я разрыдалась. От боли. От незнания. От того, как все неправильно получилось…

— Я ждала девочку… — прошептала я, ощущая, как рука отца моего ребенка монотонно гладит мои спутанные мокрые волосы. Это успокаивало на удивление.

— Ну, у девочек бывает вырастают яйца, — прошептал Влад, тихо усмехнувшись. — Тебе ли не знать.

Я кратко улыбнулась. Но тут же ощутила себя виноватой.

— Если он умрет, я просто… — мысли сами по себе сорвались с губ.

— Тс-с-с… — пальцы мужчины упали на мои губы, не давая закончить фразу. — Этого не произойдет.

Минуты текли пугающе долго. Я вспомнила все месяцы беременности… И вдруг в памяти всколыхнулась Вика и ее странный ритуал на перекрестке. То, с какой уверенностью она обливала мое фото воском и желала никогда не иметь детей… А потом это фото прилипло к ноге, и бывшая подруга радостно улыбнулась. Будто выполнила задуманное.

— Влад… — я резко посмотрела на мужчину в ужасе. — Это все Вика! И ее черная магия!

— Алла, — он произнес мое имя так, будто я окончательно сошла с ума, — ты устала. Я тебя понимаю. Осталось буквально пара минут и доктор…

— Послушай, — взмолилась я, пытаясь призвать Влада к понимаю, — знаю, я звучу странно. Но если есть хоть доля того, что Вика замешана… Почему бы нам не решить этот вопрос?

Влад немного подумал, прикинул, а потом кивнул:

— Чего ты хочешь?

Не веря своим же губам, я сглотнула внезапно образовавшийся ком и уверенно ответила:

— Чтобы она пришла сюда. Хочу поговорить с ней.

— Не думаю, что это хорошая идея… — Фролов раздраженно отвернулся к окну. Если к нему вернулась память, то он, наверняка, уже знает, что девушка разводила его на предмет беременности. Подделывала справки. Заложила ради этого все имущество своих родителей. Надеялась, залететь до третьего месяца липовой беременности, а потом свести все к поздним родам. Но, не получилось.

— Прошу, — почему-то разговор с Викой вдруг показался мне чертовски важным, — найди ее!

И снова этот взгляд… Раньше его никогда у Влада не было. Я поняла, что сморит он на меня теперь, как на мать своего ребенка. С каким-то особым уважением.

— Ладно, — наконец произнес он. — Она будет здесь до обеда.

Не успела я сказать и слово, как дверь распахнулась, и в комнату буквально влетел запыхавшийся старик. В уличной одежде. На ходу накидывал больничный халат.

— Я ваш врач — господин Иванов. Именно я занимаюсь вашим ребенком, — мужчина улыбнулся мне и присел напротив постели. — Что бы вы хотели знать?

Я посмотрела на Влада. Он согласно кивнул. Будто точно знал, что именно я скажу.

— Все!

****

— Входите…

Мой собственный голос растворился в монотонных стуках в дверь. Та медленно открылась. На пороге стояла Вика. Вдруг память унесла меня обратно в прошлое… Когда-то мы были подругами. Ходили вместе в кино, по магазинам, обсуждали новости за чашкой чая. Только сейчас я понимала, что не было в этом настоящей дружбы. Все поверхностно и не искренне.

— Привет, — девушка застыла на пороге. На ней был спортивный безразмерный флисовый костюм и кроссовки. Гордо вздернув бровь, она не собиралась проходить. — Чего надо?

— Ты… — ком застрял в горле. — Ты желала зла моему ребенку.

Доктор Иванов быстро разъяснил нам с Владом положение вещей. Отругал медсестру за то, что была грубой и не пустила нас к ребенку. А потом сопроводил к капсуле и заученным тоном все рассказал. Я действительно родила мальчика. Отключилась при родах. Из-за того, что родила раньше времени, ребенок оказался меньше размером, чем должен был быть. И теперь ему предстояло развиваться дальше в новом техническом «животе». На вопрос про операцию мужчина ответил неопределенно. Сказал, что время покажет. Когда малыша достанут из капсулы, будет видно: нужно вмешательство или нет.

— Не ребенку конкретно, — Вика закатила глаза. Ее голос вернул меня в реальность из страшных воспоминаний. — А тебе, Алла. Тебе!

— Что же я тебе такого сделала? — внутри было самое настоящее непонимание. — Я ведь помогала тебе всегда, чем могла… Деньги давала, если не хватало… Вещи отдавала…

— Вот именно! Это все делала ты. А я себя ощущала ущербной, — в глазах девушки плясала самая настоящая ненависть. — Не претворяйся. Ты специально самореализовывалась за мой счет.

Без колебаний и сомнений я кратко покачала головой:

— Нет. Я любила тебя. И считала лучшей…

— И я себя считала лучшей! — перебила меня девушка громким криком. Почти визгом. — Почему тебе — серой мыши — все, а мне — красивой, ухоженной, образованной — ничего?! Это несправедливо. И Влад тебя на руках носил. Все желания исполнял. Хочешь самую последнюю модель машины? Держи, дорогая! Колечко за миллион с аукциона? Без вопросов! Только я сразу поняла, в чем загвоздка: он так свои измены заглаживает.

— Ты все знала… — ком застрял в горле, перед глазами встала пелена слез. Слова Вики самый настоящий удар. — Знала об изменах и молчала…

— Знала. Молчала, — согласно кивала та на каждое мое слово. — Ты же у нас принципиальная. Сразу бы его бросила. А как мне тогда было к Владу подобраться?

— «Подобраться»? — я скривилась от жуткого слова. Как долго лучшая подруга пыталась залезть к моему мужу в постель? Почему я упорно этого не замечала?!

— Я бы стала для него идеальной женой, Алла. Заботливой, понимающей. Прощала бы его измены. Плевать мне на других! Ведь главная та, у кого его зарплатная карточка, — улыбка девушки вдруг сменилась стиснутыми зубами. — Ты бы знала, как тяжело оказалось провести Фролова с ребенком. Даже при поддержке этого скользкого Адама Шахина!

По спине прошла дрожь… Я дышать перестала. Знакомое имя ударило молнией по позвоночнику. Заставило выровняться по швам.

— Адам Шахин помогал тебе? — спросила я так спокойно, как могла. Лишь бы не спугнуть желание девушки выложить мне всю подноготную.

— Я бы сама такое не провернула, увы… — цокнула Вика с сожалением. — А Адам помог мне затащить Влада в постель. Сказал, как надо нарядиться, где появиться, напоил мне его до нужной кондиции… А потом все само как-то… Только я не забеременела, увы. А вот ты — да.

Вдруг в моей голове все сложилось в единый пазл. Неужели Адам специально свел Вику и Влада, чтобы развести нас с мужем? А потом провернул свой план, забрать все его имущество с помощью обиженной меня. Влада это никак не оправдывало, но ситуацию проясняло. И у Шахина почти получилось… Почти.

— Поэтому, — я скривилась от воспоминаний, — надо было проводить тот жуткий обряд? Тебе самой не мерзко?

— Мне-то? А мне плевать! И на тебя, и на твоего ребенка. Сдохните оба, — вдруг девушка шагнула вперед ко мне и подняла вверх безразмерное огромное худи, обнажая живот. — А мне Владика оставьте. Нам нужен папа без багажа.

Я перестала дышать. Вика была беременна. Не понятно, какой срок, но живот сформировавшийся, округлившийся.

Стало мерзко, горько, больно. Волна негодования проскользнула по телу. Вика все-таки забеременела…

— Сними эту свою порчу, — отмахнувшись от кровоточащего сердца, я вернулась к делу. — Я заплачу тебе.

— Заплатишь? Серьезно?! — она громко заливисто расхохоталась. — У тебя нет таких денег. А у Владика есть. Так вот я хочу все, Алла. Все, что должен был иметь твой малыш.

Вдруг дверь позади меня скрипнула. Вика пошатнулась назад испуганно. Видимо, девушка совсем не заметила, что палата, в которой мы говорим, двухкомнатная. И совсем рядом находился Влад. Который не хотел оставлять меня одну со злобной и неуравновешенной бывшей подругой.

— Как мило, — мужчина за моей спиной звучал саркастично. А глаза Вики становились все больше и больше. — Беременна. И от меня.

Почему-то стало горько осознавать, что у Фролова будет ребенок на стороне. Еще одно подтверждение его бесконечной неверности.

— Да, — сглотнув ком, облизав губы, Вика вжалась в дверь. — Твой!

— Отлично! — Влад хлопнул в ладоши. Я содрогнулась. А после шагнул к беременной, заслоняя меня собой. — Я дам тебе миллион долларов. Устроит?

— Нет, — Вика совсем не видела краев. — Я хочу два. И только в таком случае не буду поднимать шумиху. Уяснил?

Я видела только спину Влада. Но даже по ней было понятно, как сильно мужчина напрягся.

— Уяснил. Выпишу тебе чек прямо сегодня, — Вика расцвела. В ее глазах уже плясали купюры. Но не успела она примерить на себя роль обеспеченной женщины, как Фролов пренебрежительно схватил ее за кисть и куда-то потащил. — Только сперва ты сделаешь тест.

— Тест?! — Вика всеми возможными и невозможными способами пыталась устоять на месте. — Разве его делают не после рождения ребенка?

— Нет. Во время беременности тоже можно узнать, кто отец, — Влад бросил на меня уверенный взгляд и подмигнул. — Вика, не переживай. Через час ты поедешь обналичивать чек в банк на личном автомобиле. Главное убедиться, что ребенок мой.

Я опешила. Ведь на лице бывшей подруги появилась самая настоящая паника. Даже слезы!

— Я никуда не пойду! Все узнаешь после родов! — закричала она, вырываясь. — И вообще, это насилие. Я разрешение не давала!

— Паникуешь? Правильно делаешь! — Влад отпустил девушку. Она бросилась к двери. Но та была заперта. Она барабанила, но никто не открывал. Фролов же тем временем наступал. Даже у меня кровь в жилах застыла. — Я ведь не спал с тобой после развода.

— Ты просто не помнишь, — фыркнула она, закатывая глаза. — Мы вообще трахались, только когда ты был до остервенения пьяный. Вот и забыл!

Я замерла. При мне Влад в браке никогда не пил…

— Я знаю точно, — прорычал он прямо в лицо Вике, — потому что после развода единственная, с кем я спал, была моя Алла. И я уже не напьюсь настолько, чтобы снова лечь с тобой в постель.

После развода… Почему не до? Почему в браке у Влада не было табу на измены? Почему раньше он не заботился о таком «незначительном» пункте и разрешал себе спать с другими? И, главное, к чему такие жертвы сейчас? Когда между нами больше ничего нет и он свободен, как ветер…

Кусая губы, Вика смотрела на Влада и ничего не говорила.

— Я все равно сделаю тебе тест, — отчеканил Влад от зубов. — Так что говори правду.

Вика в слух ничего не сказала. Но по ее лицу было все видно. Она сдалась. Опустила взгляд и тяжело вздохнула:

— Мне все равно нужны эти два миллиарда.

Я поперхнулась от наглости девушки! Влад же рассмеялся. Звонко и заливисто.

— С чего бы? — подала голос я. Он прозвучал звонко и холодно. От самой себя не ожидала, что способна так злиться.

— А ты порчу снять хочешь? — девушка улыбнулась. И от улыбки этой меня чуть не стошнило. — Не сделаешь этого — ребеночек твой не выживет. Я ведь на смерть наследника Влада от тебя делала… Так что выбирайте: деньги или смерть ребенка!

Вика выглядела, как победительница. Гордо сложив руки на груди, она явно ждала чека. И плевать, за что. За не пойми, чьего ребенка, или магический обряд. Ей просто нужны были деньги.

— Проваливай вон, — неожиданно для меня отчеканил Влад. — Мои люди проводят тебя на поезд. Ты уедешь на север. И, Вика, если я узнаю, что ты покинула город: пеняй на себя.

— Но, — девушка вдруг горько расплакалась, — у меня нет денег!

— Мне плевать, — фыркнул Влад.

— Дай хоть пару тысяч на ребенка. Тебе жалко? — и она протянула мне ладонь, как будто просила милостыню. Было горько на это смотреть, и я отвернулась.

— Нет. Проси у отца ребенка, — Влад последний раз посмотрел в лицо Вике, а после три раза постучал по двери. Зашли люди и вывели Вику под локти прочь из комнаты. Кусая костяшки, я щурилась. Пыталась не слышать ее криков и проклятий. Вдруг совсем рядом оказался Влад. Его ладонь упала мне на щеку, привлекая внимание. Подняв взгляд на мужчину, я увидела его сведенные брови на переносице. — Злишься, что прогнал Вику? Ты ведь веришь во всякие порчи… Но она бы все равно не помогла.

Не то чтобы я особо верила в порчу… Больше в злых людей, которые намеренно или нет могут навредить. Но все равно заинтересованно выгнула бровь:

— А кто может?

— Я поднял все счета Вики за то время, когда она жила в нашем доме. Она посещала ведьму, как та себя называет. Именно она сказала Вике, что и как делать. А сама Вика ничего не умеет и просто хочет денег. Если хочешь снять порчу… — Влад едва заметно закатил глаза. Ему с трудом давалась беседа об эзотерике. — То стоит обратиться к ней напрямую. Хочешь?

Я не знала, чего именно ждать. И вообще, магии боялась. Но когда на кону жизнь ребенка, хотелось задействовать все возможные способы помочь. Да что там! Я землю готова была есть, чтобы мой малыш поправился. Поэтому откинув скептицизм, я умоляюще прошептала:

— Да, прошу!

— Вижу, ты не веришь ни мне, ни мужу… — риторически заявила та самая ведьма при встрече. После того, как тридцать минут что-то крутила у себя между пальцами. Похожее на маленький клубок веревок.

— Вас я не знаю, — холодно пожала плечами я. — А мужа у меня нет.

— Муж есть. Этот Фролов, который меня привез и платит. Он твой мужчина. У вас ребенок, — произнесла Тамара с таким видом, будто получила данную информацию из космоса, а не из любой ссылки поисковика интернета. Каждая собака теперь знала про наш мексиканский брак.

Тяжело вздохнув, я налила себе и женщине по чашке чая. Пыталась заглушить скептика внутри ромашковым сбором.

— Вика, ваша клиентка, делала какую-то порчу по вашему наставлению. Это правда? — я с прищуром уставилась на женщину средних лет. Выглядела та вполне себе по-человечески. Разве что глаза зеленые и пронзительные. Будто насквозь тебя видит. Аж мурашки по телу!

— Делала, да, — кивнула та без стеснений. Меня тут же затрясло от злости. — Ты позвала меня сюда, чтобы отчитывать, как ребенка?

Я тут же заставила себя успокоиться. Раз уж пришла, пусть отрабатывает уплаченные деньги. Между прочим, не маленькие.

— Снимите порчу, — не сказала, а будто приказала я. Тамара изумленно выгнула бровь. Тогда я тяжело вздохнула и измученно прошептала: — Умоляю вас…

— Но, — женщина, словно насмехаясь надо мной, оскалилась, — не веришь мне.

— Когда твой ребенок болен, — рука сама по себе нашла живот. — Во все поверишь.

Ведьма кивнула. Будто только такого ответа и ждала. А после протянула мне клубок из своих рук, равнодушно пожав плечами:

— Порчу я уже сняла. А веревки эти повяжешь на запястье себе и сыну. Вам многие завидуют. Они от сглаза уберегут.

От растерянности я обернулась по сторонам. Не верила собственным ушам. Даже растерялась:

— И, это все?..

— А ты ждала свечи, жертвоприношения и кровь? — Тамара рассмеялась, а после закатила глаза. — Насмотритесь своих сериалов, а потом в сказки верите. Не всегда все надо усложнять.

— Получается, — я все еще не до конца понимала происходящее. Просто в голове не укладывалось, — это стоит сто тысяч?! Вы серьезно?

Вдруг я ощутила себя обманутой. Той самой, которую обвели вокруг пальца, воспользовавшись безвыходным положением. Я уже начала придумывать, как буду оправдывать перед Владом свою странную неадекватную прихоть. Ведь он теперь просто отец моего ребенка, не муж. И не обязан платить за подобное.

— Он любит тебя, — вдруг произнесла ведьма, выдергивая меня из задумчивости. Я напряженно перевела на женщину испуганный взгляд. Та будто влезла мне в мозг. — Муж. Умереть за тебя готов, если надо

Я фыркнула и отвернулась к окну:

— Если бы любил, то не изменял. Так не любят.

— А как правильно любить? — женщина откровенно надо мной насмехалась. Мне это не нравилось. — Он вел себя с тобой так же, как его отец с его матерью. И его дед с его бабушкой. И так далее… Но теперь все будет иначе.

— Конечно, будет, — я свела брови на переносице, — мы ведь не вместе. И никогда не будем.

— Да? Как знаешь… — Тамара вдруг нагнулась и буквально силой вырвала мою руку, переворачивая ладонью к своему лицу. — Хочешь погадаю?

— Не хочу! Просто спасите ребенка! Все остальное меня не интересует! — я всеми силами пыталась вырваться, но женщина оказалось на редкость крепкая. Я уже начинала жалеть, что выгнала Влада на время «сеанса». Он, наверняка, любовался сыном. А я ерундой мялась с шарлатанкой.

— Я ведь уже сказала, с ребёнком все наладится, — раздраженно прыснула она. А потом ее взгляд заскользил по линиям моей руки. Эмоции менялись с такой скоростью, будто она книгу читала. — О, вижу, твоя жизнь только начинается! Учеба, работа, курсы… Ребенка два будет. Этого на ноги поставишь и с любимым нового заведете. Наконец-то долгожданная девочка. Именем матери ее назови — Елизавета — ей приятно будет. Ведь мама твоя ее ангел хранитель.

— Хотите сказать, — злость во мне прогрессировала с каждой секундой, — что я останусь в Владом?!

— А у тебя выбора нет, — повела плечами та. — Он тебе по судьбе. Кто тебя еще так полюбит?

А вот это уже полный абсурд и бред! Резко вскочив с места, я все же вырывала свою руку и указала Тамаре на дверь:

— Простите, но вам пора. Сеанс окончен.

Женщина встала, пожелала мне удачи и испарилась. Так называемая ведьма доверия не вызывала. Поверить в нее могла только такая девушка, как бывшая подруга Вика. И все же я повязала младенцу верёвочку на руку. И себе. Так на душе спокойнее…

Глава 11

— Влад… — меня трясло от напряжения. Я судорожно пыталась узнать вывески за окном. — Куда мы едем?

— Домой, — наконец обмолвился мужчина. — Домой, Алла…

Но паника не прошла, а стала лишь сильнее. Что для Влада есть «дом»? Для нас с ним это два разных места.

На руках сладко спал малыш. Наш маленький мальчик по имени Александр наконец-то подрос, и врачи отпустили нас домой. Никакая операция уже не требовалась. Прижимая ребенка крепко к груди, я нервничала все больше и больше. Знакомая дорога заставляла съёжиться.

— Нет, Влад… — взмолилась я со слезами на глазах. — Только не туда… Прошу…

— Да, Алла, — Влад тиранил меня строгим уверенным взглядом. В мужчине не было и капли сомнений. — Это наш дом. И мы вернемся туда.

Мы проехали знакомое месте, где еще совсем недавно Дэн преграждал собой путь автомобилю, не давая нам с Владом покинуть загородный поселок. Во рту резко пересохло… Проехали участок забора, где я беременная умудрилась через него перебраться… Сейчас это казалось нереальным, жутким сном…

Наконец, автомобиль остановился перед воротами.

— Нет, Влад! — я нервно задергала ручку. — Прошу… Умоляю…

Этот дом был синонимом боли. Там меня держали в заложниках. Не выпускали. Позволяли себе поднимать руку. Унижали. Ни во что не ставили. Я не могла вернуться туда. Не хотела!

— Все будет хорошо, — пообещал Фролов, но его слова растворились в моей панике. Я не могла его слушать. В голове словно заезженной картинкой крутились жуткие кадры пережитого. Наконец, ворота распахнулись. И бывший муж завез нас в этот кромешный ад. — Расслабься, Алла. Доверься мне.

— «Довериться»?! — я нервно рассеялась. — Ровно так же, как доверяла в браке? Не дождёшься!

Влад едва заметно поморщился, но ничего не сказал. Мужские пальцы до хруста сжали руль. Тело стало больше, напряглось.

Я тяжело задышала. Лишь Александр на руках не давал мне раствориться в панической атаке.

— Выходи, — приказал мне Влад, открывая пассажирскую дверь. Я не шевельнулась. — Выходи, Алла!

Он буквально силком вытянул меня на улицу. Приобнял за талию и потащил в дом. Самый страшный кошмар сбывался на глазах!

Я представляла, что там внутри меня ждет Адам Шахин. И Фролов отдаст меня ему, а ребенка заберет себе. Губы дрожали от страха. Ноги не слушались. Реальность казалась сном.

— Ничего не бойся, — шепнул на ухо бывший муж. — Просто смотри и слушай.

Я не понимала, о чем он. Но и не хотела знать. Если бы не ребенок, давно бы вырвалась и убежала. Лишь страх причинить боль младенцу сковывал движения.

Вдруг дворецкий открыл нам дверь. Влад втащил меня в прихожую и… Остановился. В огромном помещение собрались все работники дома.

— Ты собрался снова сделать меня уборщицей? — с изумлением спросила я у мужчины. Но он, казалось, меня не слышал. Смотрел перед собой строго и сосредоточенно.

— Дорогие друзья, у меня родился сын, — громко воскликнул Влад, и тут же посыпались поздравления. Не прошло и минуты, как мужчина вскинул ладонь в воздух и тут же сжал ее в кулак. Все затихли. — Это день должен был быть самым счастливым, но кое-кто испортил веселье. И этот кто-то заслуживает наказание.

На лицах работников дома появилась тревога. Я сама напряглась. Малыш на моих руках сладко сопел и совсем не подозревал о драме, что разворачивалась вокруг.

— Можно, — Влад махнул рукой одному из своих охранников.

Я не сразу поняла, что именно происходит. Люди расступились, и два человека поднесли к нам некое обезображенное избитое тело мужчины. Тот явно не мылся и ходил под себя. Стойкий аромат человеческих фекалий смешался с запахом крови. Не сразу в побитом опухшем лице я узнала недавнего коренастого красавца Адама Шахина.

— Этот человек, — Влад равнодушно указал на тело пальцем, — собирался обвести вокруг пальца весь мир. Обманом завладеть капиталом семьи Фроловых. И все это, дорогой друг, я бы мог тебе простить. Той информации, которой я завладел за время работы приближенным садовников, хватит, чтобы засадить тебя на десять жизней. Но Алла и то, как ты вел себя с ней…

— Влад… Прошу… — я пыталась сказать мужчине, что меня тошнит не только от вида Адама, но и от ужасного запаха… Но не смогла. Меня едва ли не вывернуло.

— Сперва я думал, — Влад все продолжал свою публичную казнь. И все вокруг, на удивление, Влада поддерживали. Молчали, но злорадно поглядывали на Шахина. Так, будто он все это заслужил, — что Алла счастлива с тобой, Адам. И только поэтому затягивал с разоблачением моей «амнезии». Чтобы ребенок сформировался и родился здоровым. Только. По. Этому.

Влад кратко взглянул на меня и поменялся в лице. Стал белый и злой. Видимо вспомнил тот момент, когда впервые заподозрил, какой кошмар творится в доме на самом деле. А потом еще и попытка изнасилования беременной.

— Заканчивай, Влад… — взмолилась я, с мольбой глядя в глаза Фролову. Он кивнул.

— Ты не достоин обычной тюрьмы. Даже самая ужасная камера для тебя мягкое наказание, — наконец произнес мужчина свою финальную речь. — Умрешь, как плешивая подзаборная собака. Только собаку жалко, а тебя нет.

Вдруг Адам поднял взгляд. И я поняла: он в сознании. Он все слышит. Влад не давал ему уйти в себя. Не давал отключаться. И Шахин вдруг посмотрел на меня так жалостно и измученно, что неожиданно для себя самой я пустила слезу.

— Нет, — громко подала голос я, поворачиваясь к бывшему мужу. — Прошу, не нужно решать, кому жить, а кому умирать. Да, Адам натворил много ужасного… Но ты ведь сам сказал, что ему светит пожизненное. Так посади его. Но не убивай. Прошу…

Шли минуты. Внутри Влада шла борьба. Жажда мести сражалась с другим чувством. Это другое чувство я распознать не могла.

— Ладно, — наконец хмыкнул тот. — Сделаю, как ты сказала.

Не поворачиваясь, бывший махнул рукой, и Адама унесли. Работники дома разошлись, кто куда.

— И, — я нервно запыхалась на ровном месте, — что же дальше?

Вдруг мужчина зарылся во внутреннем кармане и достал маленькую бархатную коробочку. А потом опустился на одно колено и протянул мне кольцо.

— У нас два варианта, Алла. — В глазах Влада было одно лишь отчаянье и надежда на чудо. — Ты выйдешь за меня? Тогда я смогу доказать тебе, что прошлое позади. И мы воспитаем Александра, как семья. Или… — он замолчал. Слова застряли в горле. Отведя взгляд, он с трудом выдавил из себя: — Ты можешь уйти прямо сейчас. Я не буду тебя останавливать. И, конечно же, забирать ребенка не стану.

С рождением ребенка что-то во мне щелкнуло, переменилось. Повышенная ответственность вышла на первый план. Поэтому не было возможности ошибиться.

— Я не выйду за тебя, прости. И семьей мы не будем. Но у Саши есть отец и это самое главное, — виновато потупив взгляд, я шагнула назад. — Я ушла бы прямо сейчас, но мне надо хотя бы пару месяцев, чтобы встать на ноги и заработать денег. Я уже проштудировала подработки для мам с младенцем, но все это не просто…

Влад медленно встал. Пошатываясь, развернулся и оперся ладонями в подоконник.

— Я уйду. Живи в этом доме, — прохрипел он гортанно.

Я обернулась по сторонам и вздрогнула от ужаса:

— Нет, я не хочу здесь оставаться! Слишком много плохих воспоминаний.

— Тогда, — Влад достал из кармана телефон и быстро написал кому-то сообщение, — другой вариант. В городе есть квартира. Помнишь? Я покупал ее ребенку.

— Спасибо, — я двинулась к выходу. Хотелось поскорее убраться из ада. — В самое ближайшее время я съеду и…

— Это квартира ребенка. Я, как отец, могу обеспечить Александра жильем? — с напором отрезал Влад. Я промолчала. Он мог, да. А вот мне еще предстояло только доказать всему миру, что я на что-то способна. — И, Алла… Я помогу вам финансово. Столько, сколько потребуется.

Я удивленно посмотрела на спину мужчины. И не верила в то, что услышанное не причудилось. Куда подевался жестокий тиран, пытающийся заковать меня в цепи и привязать к постели? Это Влад давал выбор. Этого Влада я не знала…

Четыре года спустя

— Ты уверен, что сможешь посидеть с Сашей целый день? — на всякий случай повторно уточняла я у Влада.

— Да, Алла! — он в очередной раз закатил глаза. — Да! Иди уже.

Сразу после очередного совещания он ринулся к нам в квартиру. Все еще в строгом костюме и в переднике в сердечко Фролов смотрелся более чем комично. Никогда бы не подумала, что владелец крупной корпорации станет лепить с сыном пельмени.

— Меня не будет долго. Возможно, даже всю ночь. — Натянув сапожки на шпильках, я в очередной раз покрутилась перед зеркалом. Черное платье идеально сидело по фигуре. Смотрелось и повседневно, и нарядно одновременно. Идеально подходило к моей белой шубке и вечернему макияжу. — Сможешь уложить ребенка спать без меня?

Решила проверить макияж. Вовремя. В некоторых местах все смазалось. Саша успел вымазать меня тестом. Я принялась все поправлять. И только когда закончила, поняла — бывший молчит.

— Влад?..

Я перевела взгляд на Фролова. Заснул что ли? Но, нет… Он не спал. Смотрел на меня внимательно, с прищуром. Изучая. Почему-то от взгляда этого мне стало не по себе.

— Тебе… — прохрипел тот низко, — начали в кафе ставить ночные смены?

Я с ужасом вспомнила, как в начале своего пути работала официантом. С ребенком на руках это был тот еще квест! Но когда Саша пошел в сад, меня повысили до администратора. И тогда стало проще. Можно было учиться и работать одновременно. Да и на ребенка время оставалось.

— Нет, — почему-то неосознанно я сжалась. — Просто…

Ком в горле застрял. Я продолжить не смогла.

— Просто?.. — Влад поторопил меня. Взглянул на дверь. Я поняла — пока не расскажу ему все, меня никто не отпустит.

— Сегодня вручение дипломов. Ну, ты знаешь… А потом выпускной. Мы с ребятами в кафе идем. Это я тебе тоже говорила. Не вижу причины не пойти. Я уже лет пять никуда не ходила, — нервно затараторила я. Будто оправдываюсь. А потом плюнула. Я ведь не должна ничего Фролову. Мы не вместе. И стыдиться нечего. — Есть один парень в моей группе…

Я остановилась. Потому что Фролов почернел. Его глаза вдруг округлились. В них читался шок. Будто я сказала ему нечто невероятное. Вроде того, что я теперь по девочкам.

— Парень? — мужчина старался говорить ровно, но все равно бас получился пугающим. — Вы встречаетесь?

— Нет, — поспешила заверить его я, но тут же осеклась. — Но надеюсь, что будем.

Зависла тишина. Долгая и тяжелая. Этот разговор неизбежен, если вы с отцом ребенка в разводе. И я наивно считала, что Владу плевать на меня. Он погряз в работе с головой. Выныривал из авралов, только чтобы наведаться к сыну. Меня бывший, казалось, вообще не замечал. Это казалось к лучшему.

— Вы… — от поморщился. Оттянул галстук. Потом с рыком сорвал его и откинул на тумбу. — У вас уже что-то было?

В подробности вдаваться не хотелось, поэтому я просто кивнула и скромно шепнула себе под нос:

— Вроде того…

И снова тишина. Она была пугающей. Я не выдержала первой:

— Влад, к чему этот драматизм? Мы развелись так много лет назад… Уверена, через тебя уже столько девушек прошло, что пальцев рук и ног не хватит. А мне, значит, надо уйти в монастырь?

И снова стоит, смотрит. Как статуя. Будто мир его пошатнулся и перевернулся. А внутри меня сердце задрожало, и дышать стало нечем, будто легкие судорога свела.

Я вздрогнула, когда Влад резко потянулся ко мне рукой. Зажмурилась. Оказалось, что не ко мне, а к плечикам в прихожей. Сорвал пальто, раздраженно распахнул дверь и сбежал.

— Мама! — тут же выбежал взволнованный сын. Огляделся по сторонам испуганно и бросился меня обнимать. — А куда папа пошел? Он вернется?

С трудом сдерживая слезы, я принялась разуваться:

— Нет, малыш. Не вернется. Зато мамочка никуда не идет, и будет с тобой рядом все время.

— Ты всегда рядом… Сегодня я хотел папу… — горестно вздохнул малыш. Удивительно! Мальчик, который родился маленькой крохой развился в самого настоящего богатыря. Интересовался всем, чем только мог. Тратил половину моей зарплаты на развивающие игры. Знал на порядок больше своих одногодок! — Если я пообещаю ложиться спать раньше, он вернется?

Я смотрела на Сашу и… Не могла сказать ему «нет». Какое дело ребенку до недопониманий взрослых?

— Знаешь, его срочно вызвали на работу и… — начала оправдываться я неуверенно. Выдумывая причины на ходу.

Вдруг дверь открылась. Влад появился на пороге. Спокойно снял обувь, повесил верхнюю одежду на прежнее место. Подхватил с пола радостного сына и уставился на меня.

— Иди, Алла, — он напряженно указал мне на дверь. — Иди…

Не давая ему передумать, я быстро собралась и убежала прочь из дома.

****

Ночь. На часах три. Медленно просунув ключ в замок, я старалась провернуть его тихо и неуловимо уху. Казалось, словно задуманное вышло. Зайдя на порог, прислушалась… Вокруг тишина. Влад и Саша спали. Это и к лучшему.

Стянув пальто, я закинула его в прихожую. Обувь бросила при входе. На носочках прошла по коридору. Намеревалась спрятаться в ванной. Смыть следы вечера.

Вдруг свет в гостиной включился. Осветил меня всю, словно прожектором. Я вынуждено замерла.

— Привет, — краем глаза заметила, что в кресле сидит Влад. Интересно, давно ли… — Как все прошло?

— Н-нормально… — тихо прошептала я. Пыталась оптимистично, а вышло потерянно. Еще зуб на зуб не попадал.

— А чего дрожишь? — Влад насторожился. Привстал. — Почему не смотришь на меня, Алла?

Увидев, что бывший движется ко мне, я отвернулась к нему спиной. Панически окоченела.

— Просто замерла. На улице холодно. Метель…

— Алла? — Влад попытался развернуть меня лицом к себе. Я вырвалась. Побежала в ванную. Но не успела. Он догнал и прижал спиной к двери. — А ну-ка погоди…

Не отпуская меня ни на секунду, Влад включил свет в коридоре. И увидел все… Я знала, что мой макияж потек. Потому что шла домой и плакала. Потому что думала, что этого никто не увидит.

— Что случилось? — потребовал от меня ответов тот. Лицо Фролово при этом казалось чернее тучи. — Отвечай.

— Просто снег падал и таял…

— Нет! — рявкнул он. Я радовалась, что в доме звуконепроницаемые стены. — Правду. Говори правду, Алла!

Вдруг я поняла, что хочу кому-то это рассказать. Поделиться. И рыдания душили. Собрались в горле ужасным комом, который все же вырвался наружу:

— Это тот парень… Иван Васильков… Он обещал меня после празднования отвезти домой… А потом остановился в каком-то закоулке и начал приставать… А я вдруг поняла, что не хочу…

— И? — мужчина шипел. Требовал ответов. Но из последних сил пытался выглядеть спокойным. Пытался разговорить. — Он не остановился?

— Говорит: «Чего ты себе цену набиваешь?». А я не набивала, Влад… Я не хотела. Правда не хотела… — дрожа от страха и внезапно возникшего озноба я не могла шевельнуться. Так сильно прижимал меня к себе Фролов. — Я вырвалась. Потом еле домой дорогу нашла. Час плелась по улицам. У него мой диплом остался и сумка с документами…

Мягкие сильные руки сжали мое лицо нежно, как будто это настоящий фарфор. Нежные губы коснулись щеки, уши защекотал шепот:

— Девочка моя…

И я заплакала. Почему-то так горько стало и больно на душе. Так хотелось, чтобы кто-то обнял и пожалел.

— Я убью его! — прорычал Влад и резко дернулся к выходу из дома. — Просто разорву на части!

— Нет! — я испуганно запаниковала. Утирая слезы, напрочь размазывая весь макияж, я с мольбой уставилась на бывшего. — Прошу, не оставляй меня сейчас одну…

Я боялась за жизнь Ивана Василькова. Боялась за себя. В пустой темной квартире в голову лезли глупые депрессивные мысли…

Влад посмотрел на меня так нежно, что в душе все перевернулось. Этот взгляд… Когда мы были в браке — видела ли я его хоть раз? Уже и не вспомню…

— Идем, — он сжал мою руку и потянул на кухню, — вина попьем.

Я пила вино на выпускном. Но пока шла домой по морозу — протрезвела. Глуша ноющее сердце в алкоголе, я почти сама приговорила шампанское. Влад со своего бокала отхлебнул лишь пару раз.

— Ну, — осмелела охмелевшая я, — сколько девушек у тебя было после развода?

— Алла… — Влад закатил глаза, нервно растёр переносицу.

— А что? Признавайся! — подобрав под себя ноги, я села вплотную к мужчине. И заглянула тому в глаза. Так сложнее увиливать. По крайней мере, мне. — Клянусь, ревновать не буду!

— А лучше бы ревновала… — он косо усмехнулся краешками губ. Глаза оставались печальными. — Ни с кем я не спал. Я ведь тебя люблю и только тебя хочу.

Желудок скрутило в жгут. Все выпитое подкралось к самому горлу. Затрясло… Зазнобило… Обняв себя руками, я выпалила первое, что в голову пришло:

— Ты никогда не говорил, что любишь меня…

— Да. Не говорил, — не стал отрицать тот. Мужской взгляд заскользил по моему лицу. — Это что-то меняет?

— Нет, — глаза наполнились слезами. — Ведь когда Я любила тебя, ТЫ трахал всех подряд. Включая мою лучшую подругу.

— Это было глупо с моей стороны. Прости, — прошептал он хрипло, заправляя выбившийся из моей прически локон. — Знаешь, хорошо, что ты вернула свой естественный цвет волос. Блондинкой тебе хорошо… Ты как ангел.

С губ сорвался смех. После таких откровений мы поговорим о краске для волос?

— Я не ангел, — прошептала я. Хотя воздух в комнате будто куда-то пропал.

Влад поддел кисть правой руки и нежно поцеловал каждую костяшку:

— Вижу… Все руки сбила… Боевая моя.

И тогда он посмотрел на меня так… Больше ничего не было нужно. Я осознала себя сидящей на столе в диких, безудержных объятиях. Обнимая ногами талию. Тая от горячих поцелуев. Таких жадных и голодных, будто не у одной меня почти пять лет не было секса…

— Вот черт… — застонал Влад мне в ухо. Он только вогнал в меня свой член и тут же кончил. Раз и все. — Погоди…

А затем он нагнулся вниз. Его руки обхватили бедра, раздвинули их в разные стороны. Давая место лицу протиснуться ближе к эпицентру возбуждения. Стоило ощутить мужской язык на клиторе… Так умело скользящий по самым эрогенным зонам, что не прошло и нескольких минут, как тело вознеслось на небеса.

Я перевернулась на бок, собираясь слезть со стола. Но не успела этого сделать. Влад увлек меня за собой обратно.

— Куда это ты собралась? — потянув меня к себе по столу, он буквально насадит меня на свой каменный поршень. — Я слишком долго ждал, и все не закончится так быстро…

Четыре… Пять… Шесть… Семь… Восемь часов… Этот безумный секс все не заканчивался. Как сладкая дымка. Сон, из которого все не хотелось просыпаться. Новые и новые шлепки тела об тело… Сдержанные стоны… Рыки… Новые и новые оргазмы… Как наркотик, с которого сложно слезть…

— Скоро сын проснется… — шепнул Влад нехотя, сквозь зубы. — Нам пора остановиться.

Я тоже не хотела. Потому что утром наступит реальность. Но Влад отнес меня в постель. Уставшую, но расслабленную. Его голое тело было великолепно прекрасным. Накаченные мышцы придавали ему особенной сексуальности. А все еще раскачивающийся налитый кровью член пробуждал внутри самые животные фантазии.

— Спи, детка… — шепнул он, жадно целуя. — Спи. У нас все только начинается.

— Нет, — с трудом выдавила из себя я. Влад посмотрел на меня ошарашено. — Это просто секс, Влад. Разрядка. Ты ведь спал со своими любовницами и знаешь, что такое разовое развлечение, — он только было открыл рот, чтобы что-то сказать, как я накрыла его губы своей ладонью. — Нет. Прошу. Ничего не говори. Я не знаю, как простить измену. Ты умеешь? Научи меня. А потом поговорим.

И я закрыла глаза, пытаясь сбежать от Влада. От объяснений. И быстро провалилась в сон. А утром на постели меня ждал диплом и пакет с документами. Не знаю, что именно сделал Влад с Иваном, но капли крови с ручки смыть так и не вышло.

— Эй! — Влад крепко сжал мою кисть и быстро поволок из кухни в коридор. Плотно прикрыл за собой дверь. Оставил нас наедине. — Что ты творишь?!

Сердце мое билось с утроенной силой, выпрыгивало из груди. Голубые глаза бывшего мужа прожигали во мне дыру.

— Откуда взялся этот… — мужчина подбородком указал куда-то неопределенно. — Максим?

— Не знаю. Взялся и все. Видимо, судьба, — я задыхалась. Адреналин зашкаливал. Голова шла кругом на нервной почве.

— А поконкретнее! — потребовал Влад. И, немного подумав, решил надавить на больное: — Ты привела его в дом, где живет мой сын! Я имею право знать!

— Он… Ухаживал за мной все время учебы. А сейчас я решила ответить на флирт. Устала быть одна, — я резко отвела взгляд, когда Влад показался мне уж слишком настойчивым. В негодовании мужчины буквально читалось: еще три недели назад мы делили постель, а сегодня ты приводишь в дом нового мужчину. — Я не против, чтобы ты пробил Максима. Все же так будет спокойнее.

Измученный и потерянный, Влад молчал. Вдруг я поняла, что сделала ему больно. Настолько сильно, что бывший даже не смог этого скрыть. Его глаза буквально шептали: «ТЫ МОЯ! Никого другого тут быть не должно!». Он ждал… Явно ждал все эти годы, что я приму его обратно. И мы станем семьей.

— Я проверю, — отчеканил он по слогам. Гневно сжал кулаки. Заскрипели зубы. — Он точно как-той псих. На лице написано.

— Псих — потому что повелся на меня? — сложив руки на груди, я нервно хохотнула. Ситуация нервировала все больше. Хотя чего-то подобного я и ожидала.

— Псих — потому что посмел прикоснуться к моей женщине, — вдруг ладони Влада ударились в стену по обе стороны от меня.

Я резко отвернулась. Горячее мятно-кофейное дыхание уткнулось в щеку. Влад тяжело задышал. Как дикий зверь, сорвавшийся с поводка. Нос мужчины медленно, но с напором нарисовал на мне знак бесконечности.

— Алла… — прохрипел он в пол голоса. — Нам ведь было хорошо вместе. Я думал, ты пока не готова к отношениям, а ты просто не хочешь быть со мной.

— Не хочу… — призналась так же тихо. Во рту пересохло. Язык едва шевелился.

— Но, — мужчина измученно уткнулся мне носом волосы. — Почему?

— «Почему?!» — резко оттолкнув от себя Влада, я перешла на кричащий шепот: — Ты помнишь, как ты вел себя после развода? Как издевался надо мной? Кичился своей властью? Ты правда думал, что я смогу когда-то это простить?

И снова этот взгляд… Рвущий душу на части… Оставляющий от сердца лишь клочья… Боги! А ведь я так хотела бы просить его. И любить. Ведь не уверена, что смогу так сильно полюбить кого-то другого. Дурному сердце не прикажешь. Оно не спрашивает, кому подчиняться и к кому тянуться. Но я сама решаю: слушать его или нет!

— Алла… — Влад откинулся на стену. Нервно провел рукой по волосам. — Мне жаль… Жаль, что не смог совладать с эмоциями.

— В твоей голове я была той серой мышью, которую ты вытянул из грязи. И эта серая мышь не смела открывать рот. Перечить. Говорить тебе «нет». И ты решил проучить меня. Я этого никогда не забуду. Слышишь? Никогда, — по щекам текли горячие слезы. А Влад все смотрел на меня, бледнея на глазах. — А теперь забери ребенка. Я хочу остаться наедине со своим женихом.

— Женихом?! — Влад закашлялся, поперхнулся. Пошатнулся и, опираясь на стену, опустил голову вниз. Его будто сбила машина. Распластала по магистрали. — Быстро ты сказала «да».

— А чего тянуть? Мы люди взрослые… — набравшись побольше смелости, я направилась в ванну. Чтобы привести себя в порядок окончательно. — А теперь забирай ребенка и веди его в парк аттракционов, как обещал. Саша заждался.

Я заперлась. Считая секунды… Одна, вторая третья… Влад позвал Сашу. Буквально оторвал его от игры с новым другом дядей Максимом. Четвертая, пятая, шестая… Громко хлопнул за собой дверь и ушел.

Я выдохнула.

Все было правильно. Так, как должно быть… Почему тогда так плохо?

***

Белое платье… Не думала, что надену его еще когда-либо. И вот теперь я, мой жених Максим и сынок Саша стоим у ЗАГСа в ожидании своей очереди. На улице отличная погода. Солнце светит. Птицы поют.

Я оглядываюсь вокруг. Изучаю множество незнакомых лиц… Вдруг в толпе гостей вижу одно знакомое… По спине бегут мурашки. Дэн… Денис Скворцов. Стоит и смотрит прямо на меня. Улыбается странной, ненормальной улыбкой. Словно какой-то психопат.

Я испытала дикое желание притянуть к себе ребенка, спрятать за спиной. Так и сделала. А когда подняла взгляд — Дэна уже и след простыл.

— Алла, привет. — Откуда-то взявшийся Влад появился из толпы. Схватил за руку и потянул вглубь ЗАГСа. — Идем, срочно надо поговорить… — бросил строгий взгляд на Максима, существование которого напрочь отвергал, и пригрозил: — Если хоть волосок упадет с головы моего сына…

— Я понял! — Максим испуганно вскинул руки. — Все будет лучшим образом.

Макс был такой. Простой, как пять копеек. Ни к чему не стремился, но оказался добрым незамысловатым мужчиной. Надежный, без сюрпризов. Вечерами смотрел футбол, избегал по жизни конфликтов, складывал нижнее белье по алфавиту и любил запах ванили. Порой его присутствие в доме я даже не замечала. Тише воды, ниже травы.

— Постой… — Влад тянул меня за собой. Заставлял бежать. А потом и вовсе затолкал в комнату, запер дверь шваброй. Грудь Фролова тяжело вздымалась. Волосы взъерошенные. Мятый вонючий костюм. Перегар за километр. Больше похож на бездомного, чем на бизнесмена из списка самых успешных. — Что с тобой?!