Глава 16. Катя

Искать какую-либо информацию о Гордее с одной стороны легко, с другой – непросто. Легко – потому что он видный бизнесмен, владелец крупной фирмы, периодически даже мелькает на обложках журналов. Благо, внешность позволяет. Непросто – потому что какую-либо связь с моим прошлым на основе этой информации установить довольно сложно. По сути, бездумно поглощаю любые факты о нём в поисках тех самых ниточек. Трачу на это всю ночь… И всё-таки что-то в итоге получаю. Причём в момент, когда нахожу информацию на работников Гордея. Вице-президент кажется знакомым… Да и имя с фамилией тоже. Феликс Серебряков. Я определённо его где-то видела. И это не флешбэк из прошлого: довольно недавно натыкалась на его лицо. Кажется, когда усердно ковырялась в соцсетях своих подруг в поисках хоть каких-то намёков на моё прошлое… Точно! Снова захожее на страницу к Вале – да, вот он, Феликс собственной персоной. Фотка из ресторана, где мы сидим в компании: я, Валя, ещё одна девчонка, незнакомый парень и вице-президент компании Гордея. Хм… Любопытное совпадение. Сначала встречалась с вице-президентом, теперь меня берёт в оборот президент и владелец? «Это и есть мой бывший, тот самый Феликс?» – пишу Вале, прислав ссылку на фотку. «Да, это он, но напомню, что он тебя бросил. Так что симпатичный, конечно, но пошёл бы он нафиг», – сразу отвечает подруга. Тоже не спит ночью. Вздыхаю, постукивая пальцами по столу, Возвращать Феликса меня, конечно, не тянет – да я его даже не помню – но есть ощущение, что какие-то ответы по Гордею дать мне может именно бывший. «А почему он меня бросил?» – спрашиваю, взвешивая возможности. «Вроде бы из-за карьеры. Типа там как-то встал выбор, деньги или ты, и он выбрал деньги. Забудь о нём, Кать», – судя по убеждениям Вали, расстались мы с Феликсом некрасиво. Подруга прямо-таки хочет уберечь меня от него. «Да как бы уже», – подшучиваю над своим состоянием, прислав ржущий смайлик. Валя отвечает смеющимся стикером. Улыбаюсь. Если воспринимать проще и даже со стёбом своё состояние, оно не кажется таким уж стрёмным. Хотя ответы всё-таки нужны… «Мне надо было удалить эту фотку, извини, не подумала», – снова сокрушается Валя. «Да ладно, как бы стрёмно мы с ним ни расстались, у меня никаких чувств по этому поводу нет. Не заморачивайся. Просто стало интересно, мы тут с ним вместе держимся, а я всё-таки хочу побольше о себе вспомнить», – успокаиваю подругу. Мы ещё немного говорим о моём состоянии и о жизни в целом. Про свидание с Гордеем не рассказываю… Не могу о нём говорить, пока сама не определюсь, что из себя представляет. Поцелуй меня всё-таки не отпускает, фантомно ощущаясь на губах даже когда уже ложусь спать. А потому окончательной решительной мыслью, прежде чем провалиться в сон, становится обещание себе всё-таки связаться с Феликсом. Я, конечно, ещё раз в переписке обещала Вале не делать этого, но уж лучше немного обману излишне волнующуюся за меня подругу, чем буду жить в неизвестности. Мне надо знать, насколько искренен Гордей. Конечно, я не буду спрашивать об этом у бывшего, но с помощью него постараюсь выведать побольше информации, получить ещё несколько ниточек. Кстати… Интересно, а Феликс вообще знает, что я потеряла память? ************ Проходя в ресторан, сразу ищу взглядом… Да, Феликс здесь. Напряжённо и задумчиво смотрит меню. Пришёл всё-таки… Хотя я совсем спонтанно ему написала. И чуть ли не жалея об этом. Но не стала удалять – раз уж узнать его номер мне стоило немалых трудозатрат, то пусть хотя бы результат будет. Никакой переписки с Феликсом у меня в телефоне не было. Контактов его тоже. Но я нашла через поиск по словам сообщений: оказывается, у меня когда-то кто-то по работе спрашивал номер мужа, и я скидывала какой-то, добавив его имя, фамилию и отчество на всякий случай. И да… Слово «муж» стало чуть ли не основным толчком к тому, чтобы разобраться. Про этот немаленький нюанс мне почему-то никто не говорил. Да у меня даже в паспорте не стоит ни штампа о браке, ни о разводе! Хотя я его делала девять лет назад, в свои двадцать. А судя по довольно свежей фотке Вали, на которой мы с Феликсом выглядим вполне себе парочкой, развелись мы недавно. Ощущение, что меня обманывает не только Гордей, порядком напрягает. Да и телефон… Всё чаще не покидает чувство, что кто-то просто вычистил неудобные переписки. Никому не доверять? Уехать вообще ото всех и пробовать строить жизнь с нуля? Почему-то одна мысль об этом щемит тоской. Сделав глубокий вдох и медленный выдох, подхожу к Феликсу. Раз я была за ним замужем, значит, ужасным человеком его не назвать точно. Я всегда умела выбирать. – Привет, – с лёгкостью здороваюсь, садясь напротив. – Спасибо, что пришёл. Обращаться к человеку, который был важной частью моего прошлого, но которого даже не помню – с одной стороны, довольно странно, с другой, интригует. Негатива и каких-либо чувств к нему и вправду нет совсем. Как незнакомец. Но при этом знакомый… Смотрит на меня безотрывно. Грустно, виновато и жадно в то же время. Аж сразу вспоминаю, что расстались мы совсем недавно. И если я из-за потери памяти успела «остыть», то Феликс явно нет. Но что ж – выбор он сделал сам. – Привет, – его голос низкий и довольно приятный, но ничего не вызывает в душе. И как так получается, что Гордей одним своим видом пробуждает во мне гораздо больше, чем человек, который был моим мужем? – Был слишком заинтригован просьбой, – такое ощущение, что он слова подбирает. – Учитывая, как мы расстались? – понимающе ухмыляюсь. Не собиралась вообще это упоминать, но вырывается само. Даже не знаю – чтобы обстановку разрядить или для чего-то другого? Вряд ли я была бы рада, если бы очнувшись, обнаружила себя замужем за человека, которого не помню. Феликс хмурится. И снова отвечает только через ощутимую паузу: – Что ты знаешь? О, так значит, он в курсе моей проблемы. Это немного напрягает – получается, может обманывать в разных фактах. А вот если бы думал, что я их знаю, выдавал бы автоматически. Ладно… Я просто послушаю, а выводы сделаю сама. – Помню тебя только с разговоров подруг. Мы были вместе, а потом ты меня бросил из-за карьеры. Я не в обиде, ведь ничего не помню. Может, потом и начну тебя ненавидеть, но вряд ли, мне это несвойственно, – со смешком перечисляю факты, которые в своё время, наверное, вызвали немало моих эмоций. Феликс вздыхает. – Это уж точно, несвойственно, – в его голосе слишком ощутимая грусть. А во взгляде на меня чуть ли не нежность. Застаёт меня врасплох. И если в подобном взгляде Гордея я чуть ли не купалась, ощущая томление и тепло по всему телу; то сейчас, когда так смотрит Феликс… Мне не по себе. И неловко почему-то. Нам уже приносят напитки, когда я решаю, что пора бы перейти к сути. Отвлечённые разговоры с Феликсом всё равно не дали расслабиться. Ни мне, ни, наверное, ему. – Я хочу поговорить о Гордее, – решительно сообщаю, отпив глоток из своего коктейля. – Твоём боссе. Реакция следует мгновенно: Феликс мрачнеет, заметно ожесточается. Напрягается всем телом. – Поконкретнее? – у него теперь даже голос давящий. Гордей жестит как босс, потому о нём неприятно говорить? Или… Феликс всё-таки что-то знает? – Он познакомился со мной недавно и кажется влюблённым в меня, – осторожно начинаю, думая вовсе не о чувствах бывшего мужа, а обо всех эти грёбаных загадках. Стоит ли вот так прямо? – Но… – вздыхаю. Всё-таки стоит. Узнать хоть что-то и хоть как-то нужно. – Он меня обманывает. Я видела его и раньше. Вспомнила, что мы как минимум ссорились на мосту. Меня это напрягает. А ты мне вроде как не чужой человек. И раз я была с тобой, то и неплохой. Помоги мне, пожалуйста… Что он из себя представляет? Сердце ускоряет удары от собственного вопроса. Меня совсем не волнует, как всё это воспримет Феликс, но вдруг становится страшно услышать ответ. Очень-очень страшно… Как будто мир вот-вот разрушится. Странное ощущение. Давно не чувствовала себя такой беспомощной – даже проснувшись в больнице и считая себя девятнадцатилетней. Теперь и амнезия – серьёзнейшая проблема – не так напрягает, как то, что Феликс сжимает челюсть и отводит взгляд. Вздыхает протяжно… Точно что-то знает. – Если я скажу тебе, он меня уничтожит, – спустя долгие тяжёлые секунды выдавливает бывший муж. Офигеть начало. Сердце падает, словно рушится на части. Понятия не имею, почему так тяжело воспринимаю подтверждение обмана Гордея. Неужели… Я настолько к нему привязалась? – Я клянусь, что не подам виду, будто знаю, – уверяю Феликса со всей серьёзностью. – Если тебе нужные какие-то гарантии, обещаю придумать, как их дать. Но мне надо знать. Это моя жизнь, понимаешь? – Гордей – твоя жизнь? – невесело усмехается Феликс. Будто обвиняет… – Нет, всё это, – отвечаю серьёзно и даже невозмутимо, будто ничего такого в этом вопросе нет. – Бесконечные тайны, люди, которых вижу впервые, но которые знают меня, прошлое… Оно всё равно на меня влияет. А я даже не могу понять, как. – Гарантии я себе обеспечу сам, но с твоей помощью. Если ты согласишься подписать документы, по которым всё моё – и твоё тоже, включая и привилегии, и ответственность, я расскажу правду. Ты ничем не рискуешь. Мы будем в одной связке, но я тебе достаточно доверяю, чтобы на это пойти. Я тебя знаю… И это обезопасит меня от Гордея. Он не сможет уничтожить меня, не уничтожив попутно и тебя. Хмурюсь, вглядываясь в Феликса. Внезапно он такие гарантии себе прикинул… Слишком уж вышибающие. Как между по-настоящему близкими людьми. – Я подумаю, слишком уж серьёзно это всё, – выдавливаю, толком даже не в силах сообразить плюсы, минусы и возможные последствия такого предложения. Может, меня вообще сейчас в какую-то махинацию хотят затянуть. А если и нет, то что там за правда о Гордее такая страшная? Причём настолько, что требует такой перестраховки? Кстати, о самой сути перестраховки… – Ты говоришь про гарантии. То есть ты уверен, что Гордей не захочет уничтожить меня? – спрашиваю без особых эмоций, но сердце неожиданно сжимается от волнения. Феликс ведь реально предложил это как стопроцентное прикрытие для себя. Ни на секунду не сомневаясь и не колеблясь. Не это ли ответ, что Гордей не задумал ничего плохого в отношении меня? Успокаиваю своё предательски забившееся и готовое принять такой ответ сердце. Плохое бывает разным. – Он тебя любит, – поморщившись, неохотно выдавливает бывший муж. – Не буду это скрывать. Но если ты согласишься на моё предложение, ты узнаешь, на что способна его любовь. И я имею в виду худший смысл, – чуть ли не давит последними словами и тяжёлым многозначительным взглядом. Судорожно цепляюсь разумом за его слова, пытаясь уловить намёк, пока Феликс поднимается с места, бросив на стол несколько крупных купюр из бумажника. Да, салаты нам ещё не принесли, но в любом случае, у официанта будут очень хорошие чаевые. Но совсем не эта мысль бьётся у меня в висках так, что в крови болезненно пульсирует. Бывший муж говорит о своём боссе так… Слишком напряжённо. Убеждённо в своих словах. Гордей меня любит? Причём так, что его любовь несёт что-то страшное? С ума со всем этим сойти можно. – А если ты не согласишься на моё предложение… – вдруг вкрадчиво проговаривает Феликс, остановившись возле меня и слегка наклонившись, проговаривая мне почти на ухо. – Всё равно держись от него подальше. Это я тебе как не чужой человек говорю. Растерянно смотрю на него, а Феликс уже выпрямляется, ловя мой взгляд. Снова у него в глазах лёгкая грусть… И даже нежность. – Рад был увидеться, – вымученно вздыхает. – Правда… Не дожидаясь ответа, резко разворачивается и уходит. Впрочем, я как будто и не собиралась ему ничего говорить. Меня как пришибло. Только и сижу тут отрешённо, мало что вокруг себя замечая. И понимая ещё меньше. Из оцепенения меня не выводят даже снующие туда-сюда официанты, убирающие столы рядом. Ко мне тоже подходят несколько раз… Стакан Феликса забирают, деньги пока не трогают, салаты приносят… Отрешённо ем. Сначала свой, потом и бывшего мужа. Вкусные, кстати. Хотя это скорее рецепторы улавливают, мозги ещё в отключке. И остаются там ровно до момента, как раздаётся телефонный звонок. Вздрагиваю от него, а сердце пропускает удар, когда вижу имя на экране. Гордей… Вчера после нашего свидания, когда я вспомнила про мост и искала ниточки прошлого, писал мне только ближе к ночи, традиционно желая приятных снов. Ответила скорее по инерции, слишком увлечённая поисками. Больше он не писал – как чувствовал, что не стоит меня дёргать. Утром пожелал хорошего дня, ответила пустым: «И тебе». Прочитал сразу, скинул какую-то нежную мелодию. На это не ответила, но послушала и не раз. Понравилось. И вот теперь звонит… В целом оно и логично: уже обеденное время в самом разгаре, у него там на работе перерыв, да и сам себе босс. А я пока как бы в отпуске, мне в любое время можно набирать. Несколько дней назад сама ему так сказала… Вздыхаю, колеблясь. А потом всё-таки принимаю вызов. – Привет, Катюш, – Гордей говорит так ласково, что я с трудом держу телефон дрожащими пальцами. Хочется одновременно и сбросить, и слушать… – Как ты? Боже, слышать его голос и поддерживать с ним непринуждённый разговор – это что-то с чем-то. Несколько дней назад и представить себе не могла, что буду едва дышать от его звонка. Феликс просил его не выдавать… Да и вообще ни к чему вызывать подозрения Гордея – уж точно пока не выясню всё наверняка. – Привет, всё отлично, – бодро говорю, мысленно ругая себя за заминку. – Как у тебя? – Услышал тебя и намного лучше, – Гордей не в первый раз флиртует подобными фразами, говоря их каждый раз так серьёзно и чувственно, что аж смущаюсь, как девочка. Но сейчас… Сейчас это слышать одновременно и дико, и по-особенному как-то. – Ещё бы увидеть… Очевидный намёк на повтор свидания. В мыслях сразу вчерашний поцелуй… И на губах как будто тоже. – Давай не сегодня, – выдавливаю необдуманно. Ещё и вздох срывается… – Что-то не так? – Гордей чувствует, слышу же. Он вообще всегда меня удивительно чутко считывает. Может, потому что слишком хорошо знает? – Просто у нас слишком сильный разгон, – нахожусь с объяснением, к тому же, очень подходящим к тому, что у нас теперь за непонятки будут. – Притормозить бы. Я пока не готова ни к чему… Машинально прислушиваюсь к себе – а если бы не тот флешбэк на мосту, была бы готова? В поцелуй нырнула с головой, да и вообще тянулась к Гордею… Это что же, я могла вляпаться непонятно во что? – Я не буду лезть, – мягко обещает он. Понимающе. Зато сама я с каждой секундой понимаю всё меньше, и это сводит с ума. – Ты одним взглядом на меня источаешь всё то, к чему я не готова, – вдруг решаю прощупать Гордея и уверенно выпаливаю ему то, что уж точно не осмелилась бы утверждать без подкрепления странными воспоминаниями и словами Феликса. – Иногда я сомневаюсь, что ты только недавно меня знаешь. Сердце тут же берёт разгон. Может, последние слова всё-таки были лишними? Гордей вздыхает. Каким-то образом улавливаю его напряжение. И без того в курсе, что знает он меня и раньше, но становится чуть ли не страшно. – У тебя нет причин бояться меня, – вздрагиваю. Гордей улавливает и это? – Я не сделаю ничего из того, что ты не захочешь. И двигаться будем с подходящей тебе скоростью. А ведь не сказал ничего по поводу моего ощущения, что знает меня раньше… Неужели он всё-таки не хочет мне врать? Или догадывается, что я могу уже знать? Так, стоп. Последнего точно быть не должно. Да и как тут вообще возможно догадаться? Скорее всего, Гордей просто понимает, что я могу вспомнить в любой момент и что раз уже начала сомневаться, это возможно. Вот и знает, что нет смысла врать на каждом шагу. – Сейчас для меня подходящая скорость – стоять на месте, – наконец выдавливаю. – Ну хотя бы не убегать, – мягко усмехается Гордей. – Ты не против доставки? Внезапный вопрос. Сердце гулко отбивает удары чуть ли не в висках. А в голове неожиданно не предположения, о чём он может говорить, а другое – моё утверждение про его слишком далеко заходящий взгляд. И то, что Гордей не отрицал, как смотрит. Да и Феликс тоже считает, что его босс меня любит… И что это – проблема для всех. – Не против, – всё-таки соглашаюсь. И не столько ведь потому, что мне не стоит продолжать выдавать своё смятение перед возможно опасным Гордеем. А потому, что даже интересно, что он пришлёт. И ведь не сказать, что я ему так уж не доверяю… Даже после воспоминаний и намёков от бывшего мужа, явно почищенных переписок в моём телефоне и многих других непоняток я скорее напоминаю себе; что надо быть осторожнее, чем в самом деле боюсь Гордея. – Хорошо. Спасибо, – кажется, он действительно аж расслабляется такому моему ответу. – После восьми вечера будешь дома? – Да. – Я напишу тебе, когда ты получишь доставку, – Гордей снова говорит уверенно и в то же время с ласковыми нотками. – Хочу знать твои впечатления. – Хорошо, – кажется, я только и способна, что выдавать односложные ответы. Но Гордея явно не напрягает это больше. Как будто получил все свои ответы и теперь понимающий дофига. Я вот только совсем ничего не понимаю уже… – До связи тогда, – он даже разговор сворачивает вовремя. – До связи, – чуть ли не эхом повторяю. Некоторое время ещё сижу в ресторане, доедаю салат, который уже не кажется вкусным. Потом поднимаюсь, даже не попросив счёт – деньги на столе уже лежат, официанты это видели и в любой момент убедиться могут. Доставка в восемь вечера… Что там за сюрприз готовит мне Гордей?