Глава 22. Гордей

Панорамное окно во всей красе предъявляет мне рассвет. И как я так рано умудряюсь проснуться? Катя вот спит ещё, потому что совершенно затраханная. Я за период нашего отдыха на Сейшельских островах словно с цепи сорвался, иногда даже не выпуская её из нашего номера с видом на море. А когда мы всё-таки добирались до прогулок по островам и до разных тропических развлечений, то и там где-нибудь находил укромное местечко. Просто невозможно оторваться от этой девчонки, тем более, она наконец моя. Что ж… Хотя бы сегодня можно и расслабиться: устроить пикник на крыше отеля, любоваться видами, наслаждаться свежим воздухом, вкусняшками и шумом прибоя. И друг другом, конечно. Кстати, об этом… Мне ведь стоит только вспомнить обрывки ночи, как член снова стоит. Не зря я закупился чуть ли не ящиком презервативов. Нависаю над Катей, целую в шею, опускаюсь ниже… – Ой нет, я уже не могу, – сорванным от вчерашних стонов и сонным голосом возражает. – Правда… Так и сознание потерять можно, – и как Катя умудряется говорить жалобно и одновременно довольно? Посмеиваюсь, но сбавляю обороты: просто трогаю такое любимое нежное тело. Почти невесомо провожу по нему кончиками пальцев – по груди и ниже, ниже… Но тут же поднимаясь снова. К горлу аж ком подступает, когда вспоминаю, как потерял её всю на целых пять долбанных лет. Да как это вообще возможно? Как мы продержались друг без друга? Невыносимо думать о том, что что-то в этой жизни могло пойти так, что нас бы разорвало друг от друга. Мы могли бы и не встретиться… Блять… Нет. Вот просто нет, и всё тут. Я отказываюсь жить без неё. А ведь когда-то Катя говорила мне эти слова. А я, идиот, не придал им значения, когда принял решение отказаться от нас. Вернее, придал, но неправильное. И только сейчас в полной мере осознаю весь смысл этих слов, всю их правильность, искренность и глубине. Да… И в горе, и в радости. И я чертовски хочу произнести эти слова вместе с ней, подтвердить их клятвой. Так и будет, а пока… Пока я глажу всё более расслабляющуюся Катю, уже шумно дышащую и явно куда более возбуждённую, чем когда проснулась. Да, малышка моя. Ты тоже хочешь меня постоянно вопреки возможностям организма. Впрочем, он с этим смиряется снова и снова, подстраивается. Чувствую, как быстро-быстро бьётся её сердце… – Ты умеешь быть убедительным, – томно выдыхает Катя, уже сама притягивая меня к себе. С удовольствием поддаюсь. Шумно выдыхаю, почувствовав, как её пальчики обхватывают мне член. Вот только её рука способна доставлять такие крышесносные ощущения обычным, казалось бы, касанием. А девчонка ещё и давит мне на плечи, укладывая так, чтобы самой сверху оказаться. Не возражаю… Обожаю её инициативу. Тем более что тут же оказываюсь вознаграждён за податливость: Катя опускается вниз, и вот её мягкие с силой сжатые губы обхватывают головку члена. Язык при этом кружит вокруг… О да. Подаюсь бёдрами верх, чтобы глубже проникнуть в горячий рот. Она сразу понимает, чего я хочу и начинает двигать головой сама, с каждым разом глубже и быстрее. О да… Обожаю, когда Катя ласкает меня так. Всегда самозабвенно это делает, забота обо мне и моём удовольствии в каждом действии. И от этого только сильнее крышу сносит… Сначала мне, а через это и ей. Её влажный рот не выпускает мой член даже через продолжительное время движений, во время которых мои пальцы уже в её волосах. Сжимаю их, глажу, периодически нажимаю на затылок, направляя Катю. Блять, это что-то с чем-то. Особенно, когда она ещё и довольный стон издаёт прямо через член, посылая по нему приятную вибрацию. А потом ускоряется, непроизвольно причмокивая и очень даже намеренно втягивая щёки. Обожаю этот вакуум – но в том-то и дело, что об этом говорил ей лет пять назад. Не в эти дни, хотя минет за время нашего отпуска уже не первый. Меня срывает довольно быстро: оргазм уже вовсю подступает и наплевать, что так рано, толком кайфануть не успел. Зато сейчас делаю это сполна, быстро двигая бёдрами навстречу податливому горячему ротику и уже не отпуская голову Кати. Она больше не задаёт свой темп – принимает мой. Кончая, дышу настолько громко и хрипло, что даже через мощные волны удовольствия себя слышу. Ещё некоторое время подержав член во рту, Катя медленно выпускает его, поднимает голову и облизывает губы. Блять… Какой же горячий взгляд. У меня и без того упасть не успел, а сейчас так вообще без шансов. Тем более что она проглотила. А теперь дышит часто, дрожит от возбуждения, смотрит чуть ли не хищно. Глаза сверкают, волосы растрёпаны от моих удерживаний. Готов снова кончить от одного только вида этой девочки. А уж от её слов… – Господи, как я тебя хочу, – Катя говорит жарко и порывисто, нетерпеливо. – Где презервативы… – ёрзает, оглядываясь по сторонам. – Ну же… Усмехаюсь. И это она утром меня останавливала? Моя чувственная страстная девочка. – Потом устроим романтичный пикник на крыше отеля, – хрипло обещаю скорее себе, пока к херам об этом не забыл и не превратил сегодняшний день в продление секс-марафона. Катя ничего не отвечает и как будто не соображает. Ну и не надо: притягиваю её к себе, в манящие губы своими впиваюсь, зарывшись пальцами в мягкие волосы. Срывает мгновенно, а вроде бы удовлетворённое утреннее возбуждение накатывает снова. Причём как будто даже с большей силой. Целую голодно, глубоко и настырно. Наш медовый месяц продолжается. Снова глажу любимое тело, сжимаю пальцами. Губами втягиваю губы, зубами чуть прикусываю, языком щекочу. Катя улыбается через поцелуй, жмётся крепче. Совершенно мне доверяет, даже не помня… От этого каким-то особенным щемящим ощущением колет, с примесью горечи. Девчонка всё равно вспомнит… С жадностью двигает по мне руками, ноготками приятно проходится. Переворачиваю нас так, что теперь сверху я. Тут же опускаюсь к её часто поднимающейся и опускающейся груди. Соски уже твёрдые… Чуть прикусываю один и тут же зализываю, поднимая взгляд на Катю. Она тоже смотрит на меня совершенно ошалелым взглядом. – Хочешь, чтобы сразу вошёл? – с ухмылкой уточную, снова нависнув над ней. Вижу же, что девчонка изнывает. И хотя распалять её до совсем уж безумства тоже бывает занятно, но сейчас я едва ли способен на это. Слишком долго её хотел, слишком резко потерял и слишком счастлив теперь. Так слишком, что даже не по себе от всего этого разом. Обезоруженным себя чувствую. – Да, – всхлипывает Катя, отчего я уже совсем едва на плаву держусь. – Да-да-да, – нетерпеливо. Короткий миг, во время которого смотрит друг другу в глаза и сбито дышим… И всё, никаких больше тормозов. Быстро приподнимаюсь за презервативом. Благо, мы оба уже раздеты и непростительно долгие секунды на это тратить не придётся. Чуть вздрагиваю, когда ощущаю её у себя на члене снова. – Надену его сама, – шепчет Катя, смотря прямо в глаза. Отдаю ей упаковку. Девчонка уже так делала за наш совместный отпуск, но каждый раз как новый. А этот так особенно острым будет, потому что она всё более раскрепощается. С этим и раньше проблем не было – со мной она раскрывается быстро, но чтобы аж требовала её трахнуть поскорее – нет. А сейчас даже когда молчит, продолжает требовать. Взглядом, дыханием, нетерпеливыми и одновременно чувственными действиями, с которыми презик надевает. Двигает рукой по члену, облизывается, издаёт тихий жалобный стон и ложится, широко раздвигая ноги. Что ж, я понятливый. Резким рывком оказываюсь в ней, заполняя до упора. Выдыхаем одновременно. Внутри туго и горячо даже сейчас, несмотря на то, что мы днями и ночами из постели не вылезали. Обожаю её физиологию. Как и всё в ней. Принимает меня легко, ещё и ногами обхватывает, прижимая ими крепче. Постанывает тихонько, почти мне в ухо, и от этого уносит ещё сильнее. Спасает только то, что кончал недавно: так бы и продержаться было тяжело. Зато сейчас можно полностью сосредоточиться на том, чтобы в первую очередь Катю на волнах удовольствия раскачать. Неспешно двигаюсь с упором на самые чувствительные точки, которые знаю наизусть и даже с закрытыми глазами найти могу. Опираюсь о кровать уже одной рукой, другой двигая по телу: так же глажу, как когда разбудил. Ведь именно это мою девочку распалило, разнежило. – Как же я люблю тебя, – через стоны с придыханием почти шепчет Катя, и меня мгновенно ведёт. Каждое её новое признание – как током по сердцу. За это время их было уже несколько, а я как в первый раз воспринимаю. Дурею от счастья, до конца поверить в него не могу. Дышу тяжелее, сквозь зубы буквально, как заворожённый смотрю на приоткрытые губы Кати. Такие манящие… Те самые, с которых слетели эти крышесносные слова, а теперь –  стоны и громкое дыхание. Наклоняюсь, чтобы поцеловать и слегка потереться щекой о щеку. А потом ускоряюсь внутри. Как же мне хорошо, просто охрененно, как никогда ни с кем не было и не будет. Не сразу даже ответ выдавливаю: – Я тоже тебя очень люблю, – прерывистым шёпотом получается. Меняю темп: от нежных плавных толчков до жёстких и грубых. Качаю Катю на контрастах, жадно наблюдая за лицом. Закусывает губу, сильно – как делает, когда уже не может сдерживаться. Вбиваюсь нетерпеливее и резче. С каждым толчком – по самое основание, заполняя до предела. Ещё немного, и на грани будем уже оба. Её надрывные стоны в сочетании с пошлым звуком шлепков тела о тело чуть ли не эхом в моей голове звучат. С каждой секундой всё ярче, жарче.... И вот уже с меня срывается глухой то ли стон, то ли мычание. А ведь раньше не был громким в сексе, а сейчас само выплёскивается, настолько кайфом переполняет. Ну всё… Теперь ритм окончательно подчиняется дикому желанию: толчки всё более отрывистые, жёсткие, с более глубокой амплитудой. Туда до самых яиц, обратно чуть ли не до головки полностью. Раз за разом… Катя всё сильнее сжимает меня внутри, то открывая глаза, то закрывая их и уже срывая голос. Иногда вторю ей: особенно, когда наконец кончает. Не меняю ритма даже во время её оргазма, лишь ближе к своему вплотную толкаюсь и глубоко в ней замираю, кончая в презерватив. А хочется, кстати, прямо в неё… Без всяких преград и ради зачатия ребёнка в том числе. Сердце щемит, когда представляю, каким он у нас будет… Осторожно выхожу из разомлевшей Кати, снимаю презерватив, отбрасываю пока в сторону. Потому уберу. Всё потом – пока нам обоим в себя прийти надо. Дыхание не сразу приходит в норму, и это у меня ещё быстрее: Катя как будто до сих пор немного в недавнем моменте между нами. – Вижу своё будущее только с тобой, – негромко говорю, решив выплеснуть хотя бы часть переполняющих чувств. – Хочу жениться на тебе, создать семью, воспитать детей… Конечно, так ей предложение делать не стану: в идеале это надо после того, как все подарки откроет, на видео нас прошлых увидит и вспомнит хоть что-то. И, наверное, повторю первое предложение – организую всё максимально приближенным к тому, что было пять лет назад. Как она сияла тогда… Сейчас, кстати, тоже. Раскрасневшаяся слегка, разнеженная, довольная. Глаза лениво открывает.... Ещё и улыбается беспрерывно. Любуюсь ею, тоже улыбаясь. Может, Катя сейчас не так уж меня слышит: глаза прямо-таки сверкают после оргазма. Наклоняюсь, целую нежно, но проталкивая язык в рот. Катя отвечает, но расслабленно совсем. Даже мило… – Так и сделаем, – шепчет в губы, когда поцелуй прерывается. Нежно смотрит в глаза. Но говорит решительно и твёрдо: – Но только после того, как я всё вспомню.