Глава 21

Настя.

Ужинаем без свечей, и выходит очень даже романтично.

Делимся своими историями о том, как пришли в мир фотографии. У Кира явный талант превращать в золото всё, к чему прикоснется. Все его начинания успешны, проекты – востребованы.

Молча им восхищаюсь.

А он – мной, судя по мечтательным взглядам в мою сторону. Это очень приятно.

Кир пьёт сок, к вину не прикасается. А вот я уже слегка пьяненькая, и мне хочется притормозить. Расшевелить ватный мозг. Потому что ещё пара-тройка бокалов, и замаячит некондиция – состояние, в котором женщины обычно поднимают тему разводов и неудачных отношений, поднимая архивы памяти вплоть до школьной скамьи. Обсуждают бывших, неминуемо приходя к выводу, что все мужики – козлы.

Это не то, о чём я хочу говорить с Киром.

– Не возражаешь, если я от тебя сбегу?

– Бежать устанешь. – Улыбается, но пальцы сильней обхватывают горлышко стакана.

– Да нет, я до магазина. У меня к завтраку ничего нет.

– Пиши список, я сам схожу.

– Мне нужно немного прогуляться.

– Иди на балконе прогуляйся. – Не слушает, встаёт. – Куда ты пойдёшь по темноте?

– Магазин на углу дома. Два шага. Ну, кто меня украдёт? А я знаю такую штуку вкусную… Сыр Бри, помидоры черри, розмарин… Ммм…

Рисую кривой узор пальчиком по его плечу и грудной мышце. Глаза Кирилла вмиг мутнеют.

– Хитрая фея. – Мурлычет он, перехватывает мою руку и касается губами подушечек пальцев. – Иди. Только быстро.

Ускользаю, пока он не придумал для нас какое-нибудь развлечение. Накидываю пальто прямо на футболку.

– Телефон! – Кричит вдогонку Кир.

– Я мигом!

Выхожу на улицу, кутаюсь поглубже в пальто. До магазина пара шагов, но я успеваю продрогнуть под пронизывающим ветром.

Покупаю по мелочи: сыр, черри, палку колбасы.

Выбегаю обратно.

– Эй, красотка! – Окрикивает знакомый голос. – Настён!

Вот же блинский блин.

Машина мужа, и из открытого окна торчит его мрачное лицо.

– Марат? Ты здесь откуда?

– Прыгай, поговорим. – Кивает в салон.

– Поговорили уже. Мало тебе?

– Давай нормально поговорим. Ну что ты, как маленькая? – И смотрит на меня действительно, как на неразумного ребёнка.

Чертыхаюсь.

Кошусь по сторонам: людно, фонари яркие, магазин и камеры над крыльцом. В принципе…

Да и что может случиться? Это же Марат.

Сажусь в машину.

Марат окидывает взглядом мои покупки, которые я прижимаю к груди, как щит. И он прекрасно знает, что я собралась со всем этим делать. И для кого – тоже знает.

– Мм… Веселитесь? С этим, да?

– Не твоё дело.

– Почему? Я пока ещё твой муж, так что очень даже моё.

Хочется огреть его палкой колбасы по башке за эти посягательства на мою частную жизнь. Потому что я мысленно уже нас развела и разнесла на разные планеты.

– Откуда ты знаешь, где я живу?

Этот адрес я ещё нигде не светила, и даже Лика его не знает.

– Пф! – Фыркает самодовольно. – В наше время вообще очень сложно сохранить что-то в тайне.

– Марат, давай без этих игр. Говори, что хотел, и я домой пойду.

– Настён… – Кусает губы. Смотрит куда-то мне через плечо, избегая прямого контакта глаза в глаза.

Молчит.

Кадык нервно дёргается. Руки до побелевших костяшек сжимают руль.

– Насть, ты знаешь, как мне сложно в открытость.

– Я не настаиваю. – Отворачиваюсь к своему окну.

Ещё совсем недавно я бы всё отдала за его открытость, но теперь этот разговор выглядит, как вскрытие на живую. Я не хочу видеть то, что он собирается из себя извлечь. Меня пугает то, что он прячет внутри.

– Я настаиваю. Нам давно нужно было обсудить то, что между нами происходит.

– Марат, да ничего уже не происходит.

– Ошибаешься. – Награждает меня слегка безумной улыбкой. – Ты удивишься, Настён, но все мужики изменяют. Просто не все попадаются. Вот твой Кирилл… Думаешь, он весь такой хороший? Повелась на смазливенького? Наведи справки и удивишься, сколько женщин проходят через его постель за год. О, да, светская хроника любит смаковать подробности чужой личной жизни, за что ей спасибо.

– У всех есть прошлое.

– Но ты наивно думаешь, что станешь его будущим? Тебя жизнь ничему не учит?

Меня словно тыкают носом. Не знаю, как защититься и оправдаться. Да и нужно ли?

Я сейчас чётко чувствую, что Марат ломится за черту. Раньше этой черты не существовало, и он мог с ногами лезть мне в душу. А сейчас вот она, разделяет нас, как колючая проволока под напряжением.

– Всё, ладно. Не знаю, зачем я с тобой это обсуждаю… – Собираюсь уходить.

– Короче, слушай меня. – Марат заводит машину. Блокирует двери. – Мы будем разговаривать столько, сколько я посчитаю нужным.

В его голосе лёд. И меня прошибает первая волна страха.

– Марат?

– Всё, поехали. Вещи потом заберём. На этот раз я сам помогу тебе с переездом.

– Обалдел? С переездом куда? – Дергаю судорожно ручку дверцы.

– Домой. Ты возвращаешься в наш дом, потому что там тебе место. Рядом с твоим законным супругом, который любит тебя и готов ради тебя на всё.

– Даже на похищение?! Ты совсем поехал крышей? Я напишу на тебя заявление!

– Да? – Дергает насмешливо бровью. – И что скажешь? Что муж забрал тебя от любовника и вернул в семью? Ну, вперёд! Пиши! Расскажешь потом, как над тобой поржали в полиции.

– Какой же ты урод!

Стараюсь выровнять дыхание, но меня трясёт от эмоций.

Как он может вот так со мной поступать? Словно я мешок с картошкой, который можно закинуть на плечо и уволочь туда, куда вздумается!

Зачем я вообще в чёртову машину села…