Двадцать шестая глава

— Конечно. С ним что-то случилось? — взволнованно спрашиваю я.

— По имеющимся у меня сведениям — это с вами кое-что случилось.

Я немного смутилась от такого резкого перехода от Никиты ко мне.

— Не совсем понимаю, что вы имеете в виду?

— Десять дней назад сотрудниками ГИБДД был остановлен автомобиль гражданина Романова с кровавыми отпечатками ладоней на капоте.

Я не сдержала судорожного вздоха.

— Нет, это чистая случайность, вы не понимаете, он не в чём не виноват, — тут же принялась объяснять я.

— Гражданка Скоробогатова, вам не нужно его выгораживать. Он должен понести наказание за совершенное им преступление, — с каким-то нажимом в голосе произнёс сержант.

— Какое преступление? Вы вообще с ума сошли? Да если бы не он, не известно что бы со мной было! — выпалила я.

— Разумеется, именно поэтому у него на капоте появились ваши кровавые отпечатки, — то, как он это произнёс, заставило меня вздрогнуть. — Я сегодня был в больнице, но мы с вами немного разминулись.

Меня почему-то всё сильнее охватывал какой-то иррациональный страх.

— Послушайте, мой муж ударил меня, а Никита Фёдорович помог мне добраться в больницу.

— Как тогда ваши ладони оказались у него на капоте?

— Убегая от мужа, я выбежала на дорогу, хорошо, что он успел затормозить…

— Значит, вы не отрицаете, что в отношении вас был совершён наезд транспортным средством, принадлежащим гражданину Романову?

— Никто не совершал на меня наезд, что вы такое говорите? — складывалось впечатление, что ему отчего-то было очень важно найти в моих словах повод обвинить Никиту в том, чего он не совершал.

— Послушайте, Инна, — несколько смягчившись, произнёс он. — Вы в абсолютной безопасности и можете рассказать мне правду о событиях того дня.

— Так, я и говорю вам правду, меня ударил муж так, что из носа сильно текла кровь, отчего мои руки были в крови, а Никита помог мне, — паника постепенно охватывала меня.

— Поймите, вам не нужно его выгораживать, он должен ответить за своё преступление.

— Да какое преступление? — я сорвалась на крик. — Что вы несёте? Он спас меня, понимаете, спас!

— То, что вы выгораживаете его сейчас, даёт ему возможность продолжить совершать подобные злодеяния. Неужели вам не жалко девушек, которые могут, как и вы, пострадать? — он продолжал давить на меня, полностью игнорируя то, что я ему говорю. — Я знаю, вам сейчас тяжело, но вы должны понимать, что своей ложью вы покрываете преступника.

Я больше не могла это слушать и нажала кнопку сброса звонка. У меня тряслись руки и даже возникло желание отбросить телефон как можно дальше, словно он представлял для меня опасность. Что за странный звонок? Почему он так хотел, чтобы я сказала, что во всём виноват Никита? Обилие мыслей доставляло мне физическую боль.

Чтобы хоть немного снять напряжение, я принялась ходить из стороны в сторону. Если всё так серьёзно, то почему этот звонок произошёл только сейчас? В конце концов, чтобы хоть немного прояснить ситуацию, я набрала номер своего адвоката.

— Добрый вечер! — бодро ответил он. — Как самочувствие?

— Здравствуйте, Владимир Сергеевич, вы можете уделить мне несколько минут? — и хоть я старалась говорить бодро, мне не удалось скрыть волнения в голосе.

— Инна? Что с тобой? Тебе плохо?

— Нет, нет, всё хорошо, — быстро ответила я. — Подскажите, пожалуйста, вам что-нибудь известно о мужчине, который помог мне в день, когда меня ударил мой муж?

На том конце на некоторое время повисло молчание.

— Игорь сказал, что тебе было плохо и он не стал тогда беспокоить тебя, — в итоге произнёс он. — Поскольку его номер был указан для экстренной связи, на следующий день с ним связался адвокат твоего спасителя. Тот попросил у него подробный рассказ о произошедшем, и он перенаправил его ко мне. Как оказалось, Романова в тот день задержали сотрудники ДПС из-за кровавых отпечатков на его капоте.

Я едва не выронила телефон из рук. Получается то, что говорил тот человек, правда?

— Я подробно объяснил ему произошедшее. Ко всему прочему отправил копии заявления на твоего мужа и результатов медицинского освидетельствования. А почему тебя это вдруг заинтересовало? Насколько мне известно, эта ситуация довольно быстро разрешилась без каких-либо последствий для твоего спасителя. Или у тебя к нему есть какие-то претензии? Но из нашего с тобой разговора в тот день…

— Нет, вы что, конечно, у меня к нему нет никаких претензий, — перебила его я. — Более того, я безмерно благодарна ему, если бы не он…

— Прости, но я тогда ничего не понимаю.

— Буквально несколько минут назад мне позвонил некий сержант Сенцов и в довольно грубой форме требовал, чтобы я перестала покрывать преступника и рассказала правду о том, что произошло в тот день. В какой-то момент он начал говорить о том, что это Никита совершил на меня наезд, — я старалась объяснить всё как можно подробнее, но, кажется, получалось не очень.

— Подожди, ты хочешь сказать, что тебе позвонил некто и, представившись сотрудником полиции, и требовал, чтобы ты дала показания о том, что в произошедшем виноват Романов?

— Верно.

На том конце вновь повисло молчание.

— Значит так, — спустя несколько минут ответил он. — Перешли мне номер звонившего тебе. И далее, если тебе ещё будут поступать подобные звонки, ты отвечаешь, что со всеми вопросами они могут обратиться к твоему адвокату и, как бы тебя ни уговаривали, кладёшь трубку. Ты меня поняла?

— Это что-то серьёзное?

— Есть у меня пара мыслишек на этот счёт, но нужно сначала во всём убедиться. Немедленно сообщай мне обо всём, что ты считаешь странным или неправильным, даже если тебе покажется, что это какая-то ерунда. Всё понятно?

— Да, спасибо.

Мы с ним попрощались, но я долго не могла отключить телефон, слушая короткие гудки, а в голове крутился лишь один вопрос: что происходит?