Тридцать шестая глава

Вопреки тому, что я увидела в его глазах, он вдруг нежно, едва касаясь костяшками пальцев, проводит по моей щеке.

— Я же ведь и правда любил тебя, — произносит он, глядя мне прямо в глаза.

— Ага, так любил, так любил, что изменил с моей… — я вдруг осекаюсь, потому что язык не поворачивается назвать её сестрой.

— Да брось, это же просто физическое влечение, — отмахивается он.

— Давай не будем. Ты предпочёл мне другую женщину…

Его рука, продолжающая медленно скользить вниз, вдруг напрягается, и он вновь хватает меня за горло.

— Отпусти, — я пытаюсь вскочить, но он не даёт мне этого сделать.

— Ты, моя дорогая, слишком много на себя взяла. Захотела забрать того, что тебе не принадлежит? — он наклоняется так близко, что я чувствую его дыхание. — А я своим делиться, знаешь ли, не намерен.

— Да о чём ты талдычишь? — несмотря на то, что все мои внутренности сковал страх, мозг работал на полную мощность, ища возможности для спасения.

— О том, что ты не получишь ни копейки моих денег при разводе, — зло произносит он, а потом резко поднимает меня и начинает тащить в сторону спальни.

Я хватаюсь рукой за край стола, но он дёргает меня так, что её мгновенно обжигает болью. Когда он толкает меня на кровать, я готовлюсь отбиваться до последнего, вплоть до того, чтобы начать кусаться и плеваться. Но неожиданно из подъезда раздаётся громкий крик: «Пожар!» и в мою квартиру влетает всклокоченная девушка.

— Помогите, пожалуйста, — она едва не падает и тяжело дыша, продолжает говорить. — Я не знаю, как так получилось. Но всё вдруг вспыхнуло, а я…

Оттолкнув от себя Василия, я тут же бросаюсь к ней.

— Какая квартира?

— Напротив, — её трясёт, и она хватает мою руку так, что я с трудом сдерживаю вскрик. — Простите, у вас была открыта дверь и…

— Я посмотрю, — тут же говорит мой муж, чем немало удивляет меня.

Он уходит, а я помогаю девушке присесть на стул, и, наконец, замечаю свой телефон. Хочу подняться, чтобы взять его, но она не отпускает меня.

— Нужно вызвать пожарных, мало ли что, — пытаюсь успокоить её. — Я возьму телефон и сразу же вернусь.

— Оно так полыхнуло, — вдруг всхлипывает она. — А я так испугалась, что бросила всё и убежала.

А затем она и вовсе принимается рыдать. Вот только её истерика сейчас совсем не помогает. Я встряхиваю её за плечи, чтобы хоть немного пришла в себя.

— Это может быть опасно, нужно вызвать…

— Всё хорошо, — перебивает меня Василий, заходя в квартиру. — К сожалению, совсем без ущерба не получилось, но угрозы больше нет.

Девушка вдруг расцвела на глазах, а от истерики не осталось и следа.

— Вы мой спаситель! — вскрикивает она и бросается к нему в объятия. — Не могли бы вы сходить туда вместе со мной? Я боюсь…

— Конечно, он сходит с вами, — я тут же поддерживаю её инициативу.

Василий бросает на меня пристальный взгляд, но отказывать повисшей на нём девушке не стал. И стоит им только покинуть мою квартиру, как я тут же закрываю за ними дверь на все имеющиеся у меня замки. Я даже не знаю, что я испытываю в этот момент, но не дав себе окончательно раскиснуть, бросаюсь к телефону и тут же набираю номер дяди.

Я сбивчиво рассказываю ему о произошедшем, на что он говорит мне собрать всё самое необходимое и никому и ни при каких условиях больше не открывать дверь. А он наберёт, когда будет возле квартиры. Пока я делаю то, что он мне сказал, взгляд цепляется за бумаги, которые требовал подписать Василий.

«Соглашение о разделе совместно нажитого имущества» — читаю я, но углубиться в изучение бумаг у меня не получается, поскольку я слышу громкий требовательный стук в дверь. Я замираю и боюсь лишний раз вздохнуть, понимая, кто это может быть. Стук повторяется ещё несколько раз, а потом наступает тишина.

Несмотря на то что мне было любопытно, действительно ли Василий настолько наивен, и решил, что я открою ему после всего произошедшего, я ни на миллиметр не двигаюсь со своего места. Зазвонивший телефон заставляет меня вздрогнуть, но увидев имя дяди, я выдыхаю от облегчения.

— Ты в порядке? — первым делом спрашивает он, внимательно осматривая меня.

Я лишь кивнула ему, и он тут же ведёт меня к выходу. Стоит нам только сесть в машину, дядя тут же трогается с места.

— Мы с Олей решили, что пока ты поживёшь у нас.

— Я и так причиняю вам сплошные хлопоты, — возражаю я. — Я вполне могу снять себе квартиру.

— И где гарантии, что он снова не найдёт тебя? У нас ты хотя бы не будешь одна.

Здесь мне нечего ему возразить, и я молча отворачиваюсь к окошку.

— Ты только представь, а если бы он успел хоть что-нибудь с тобой сделать? — говорит дядя, а меня всю передёргивает, от нахлынувших воспоминаний. — Я связался с Вовой, он ждёт подробностей.

Когда мы оказываемся у них в квартире, тётя Оля тут же сажает меня отпаивать крепким чаем, несмотря на то, что я уверяю её, что со мной всё хорошо. А в итоге мы все сидим за столом, слушая Владимира Сергеевича.

— И ведь хорошо подготовился твой муженёк, — доносится его голос из динамика телефона. — Но зато он нам буквально в клювике принёс полную перепись всего, чем он обладает. Кажется, Инна, ты даже понятия не имеешь, с кем жила всё это время.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍