Глава 75

Я надеюсь, что исход этого поединка не приведет к чьей-либо смерти, — робко говорю я, чувствуя, как от безысходности у меня перехватывает дыхание. Я ощущаю, что с Айвеном что-то не так, но не могу понять, что именно, и от этого чувствую себя беспомощной, несмотря на всю свою новую силу.

Нужно узнать, что сделала с Айвеном Сильвия, и сделала ли что-то.

— У меня нет выбора, Джейн. Это ситуация, в которой нет хорошего исхода, при котором все будут довольны.

— Я понимаю.

— Если вы скажете мне не убивать его, и я поступлю так, останется только надеяться, что он пощадит меня. В чем я сильно сомневаюсь. Ваш муж, простите, кажется мне предельно жестоким.

— Он не был таким…

Я молчу какое-то время, пытаясь справиться со своими чувствами.

И наконец говорю:

— Нельзя отдавать престол Айвену, нельзя позволить, чтобы он победил. Потому что тогда всем будет управлять Сильвия. А эта женщина — настоящее зло.

Я говорю уверенно и с нажимом, понимая, что на самом деле способствую тому, чтобы император вынес Айвену смертный приговор. Смертный приговор отцу моих детей. Но другого выбора нет.

— Он вас не пощадил, как и она, — говорит император, и я слышу в его голосе необычную теплоту, которую совсем не ожидала услышать. — Он не подумал о том, что его дети останутся без матери. Похоже, ему было достаточно, чтобы им заменила мать Сильвия.

— Боюсь, что все обстоит еще хуже, — говорю я. — Он попросту хотел убить их, и это был её изначальный план. У нее едва не получилось это, там, внутри вулкана, куда она заманила меня.

В ответ Николас качает головой.

— И вы все равно, зная все это, не желаете наказания для него?

— Дело не во мне… Все, чего я хочу, узнать правду. Я чувствую, что все это дело рук Сильвии. Она как-то подговорила его, навела на него какие-то чары, или что-то еще…

— А быть может вы просто хотите так думать? Быть может вам просто больно осознавать, что люди могут быть настолько ужасными, как ваш муж?

— Может быть и так. Но что, если я права, и моя догадка верна? Что если во мне говорит не только разбитое сердце, но и интуиция?

— Тогда нам нужно точно узнать, на что она способна и чем она удерживает его, если то, что вы говорите, правда. И чем быстрее, тем лучше.

— Я действительно не могу поверить, что мой муж мог бы вести себя так, не будучи под чарами. Это звучит нереально, я отдаю себе в этом отчет, но не может человек так быстро измениться за какие-то считанные дни. В нем появилась жестокость, которой не было раньше. Жестокость по отношению ко мне и детям. Этого я даже в самом страшном сне не могла бы себе представить. Я прожила с этим человеком несколько долгих лет, и ничто в нем не выдавало того, кем в итоге он показал себя теперь.

— Но что, если на самом деле он все это время притворялся по каким-то своим, ведомым только ему причинам?

Я вспоминаю его глаза там, в подвале, когда нашла монетку. Он смотрел на меня страшным взглядом, явно враждебным. Это длилось недолго, но я почувствовала тогда, как холод пробегает по спине. Человек с таким взглядом мог бы и убить. И, скорее всего, он сделал бы это, но ему что-то или кто-то помешал. Возможно, это была любовь ко мне, пробивающаяся через чары Сильвии? А возможно, я просто хочу так думать, принимая желаемое за действительное.

— Просто скажите мне, что пощадите его, если будет такая возможность, — говорю я Николасу, глядя в его честные глаза, в которых в эту минуту вижу только доброту и участие, проливающиеся на меня подобно солнечному свету в теплый весенний день. Так смотрит человек, который любит. Так на меня смотрел когда-то Айвен.

От этой мысли, от этого взгляда, я чувствую себя неловко и тороплюсь отвернуться, глядя в темнеющее небо.

— Я постараюсь, — наконец говорит он. — Но вы должны понимать, что в пылу боя может случиться что угодно, и я не могу ничего обещать вам.

— я понимаю, — склонив голову, говорю я, — но если будет возможно, проявите милость ради меня.

Какое-то время мы стоим молча, и этого молчания достаточно. Как ни странно, оно не кажется неловким. Я чувствую Николаса рядом с собой и мне кажется, что я без слов понимаю мысли, которые сейчас занимают его голову. Они понятны мне так же, как если бы это были мои собственные мысли. Это я успела так хорошо узнать его за столь небольшой срок, или это мои способности позволяют мне читать чувства других драконов, как открытую книгу? А может быть, дело совсем в другом, и я придумываю все это?

Так или иначе, это чувство мне нравится. Оно приносит в мое сердце тепло и уверенность хоть в чем-то. Потерянное чувство после предательства Айвена, я уж думала, что никогда не испытаю это снова.

— Вам нужно готовиться, — говорю я. — Я буду завтра с вами, во время поединка. Надеюсь, вы позволите мне присутствовать.

— Если я вам не позволю, ведь вы же меня не послушаете? — на его лице появляется едва заметная улыбка.

— Конечно, не послушаю. Если вы попросите.

— Даже если я прикажу вам, как ваш император?

— Я ослушаюсь приказа, если речь будет идти о вашей жизни и смерти.

— Ваши глаза, они теперь стали еще ярче, я чувствую внутри вас еще больше силы… Когда Сильвия увидит вас, она будет в ярости, — говорит Николас.

— Если она будет в ярости, она будет совершать ошибки, — говорю я. — А значит, она будет слабее. Именно это нам и нужно. Где они сейчас?

— В имперском дворце, в столице. Они прибудут сюда завтра утром, — говорит Николас. — Поединок состоится на высокогорной площадке, зрителями будут только золотые драконы. Они уже слетаются со всех уголков империи. То, что должно произойти, не случалось сотни лет. Но что вы собрались делать, Джейн?

— Я вернусь до утра, — говорю я. — А сейчас я должна выяснить то, что в моих силах. Вы верно сказали, что нужно выяснить все как можно быстрее.

— Я не имел ввиду, что это будете выяснять вы…

— А кто если не я?

— Постойте, — останавливает меня он, когда я уже собираюсь перевоплотиться в дракона.

— Да? — говорю я, готовясь к тому, что сейчас он прикажет мне остаться здесь и ждать. Готовясь начать спорить и убеждать...

-- Вы слишком рискуете.

-- Времени совсем мало. Исход поединка решит все, и мы должны знать с чем имеем дело.

-- Я больше не отпущу вас одну. Я прикажу Родрику следовать за вами и помогать.

— Хорошо, — говорю я. бросая прощальный взгляд на императора, — Пусть догоняет меня.

Я распахиваю крылья и взмываю в небо, чувствуя холодный ветер на лице и шепот ночи в ушах, думая в эту минуту только об одном: до утра я должна выяснить, чем Сильвия удерживает Айвена и есть ли на нем какие-то чары.