Глава 33

Проснувшись, как обычно раньше всех, я пошла на кухню, чтобы приготовить завтрак. Вчерашний вечер, а потом и ночь не оставили никаких сомнений в том, как будет дальше продолжаться наша с Ванькой жизнь.

Конечно же, так как раньше уже не будет, но и вот так всё бросать… Коней на переправе не меняют, а стараются сохранить уже имеющихся. Вот и я решила сохранить свою семью, если только мы не разведёмся уже по совсем другим причинам.

Простила ли я мужа? Скорее нет, чем да, хотя, я так и не могла точно определить, как относиться ко всему, что произошло. Смогу ли я доверять мужу, как и раньше? Не знаю. Хотелось бы, но как? Забыть? Не смогу. А как жить с этим дальше? Принимать действительность такой какая она есть и поступать по обстоятельствам?

Ванька всю ночь клялся и божился, что он никогда больше ничего подобного себе не позволял и не позволит. Если бы тогда он был немного опытнее, увереннее в себе и своих силах и возможностях, то ничего бы подобного не произошло. Он даже пытался оправдаться за поспешную покупку квартиры и обещал, что ребята не останутся обделёнными и он больше не будет вестись на Аришкины «хочу». А я ещё и никак не могла успокоиться по поводу тайных подковерных игр с квартирами. И эта обида за ребят уже перекрывала ту другую обиду за ту давнюю измену мужа.

Ну, не разводиться же из-за этого? Глупо.

Но всё оставлять как есть и пускать на самотёк я не собиралась.

Надо же, даже и ребят уже обработали папочка с дочкой. Папочка сегодня получил своё, а с дочкой я поговорю сегодня же. Вот накормлю всех завтраком и сразу поеду внучков навестить.

Проходя мимо комнаты сыновей, я решила заглянуть и проверить дома ли они. Конечно, им уже скоро восемнадцать, и они совсем не дети, но… Видимо, я какая-то не современная мать, вот и стараюсь постоянно держать на контроле, где они и с кем.

Осторожно открыв дверь их комнаты, я не увидела привычную картину спокойно спящих близнецов. Вошла и осмотрела всё в комнате. Ребята тут сегодня не ночевали.

Быстро, почти бегом, отправилась на кухню, где остался мой телефон и нервно стала проверять сообщения и звонки. Облегчённо выдохнула, открыв сообщение от Сашки, с коротким «мы у Фёда». Сообщение было отправлено вчера, вернее уже сегодня в час ночи.

Странно. Так поздно? Интересно, они там и ночевали что ли?

Набрала сына, даже не думая о том, который сейчас час и что я могу кого-то там разбудить. Сашка ответил не сразу. Пришлось набирать ещё несколько раз.

— Да, мам. Мы в больнице с Фёдом. Извини, потом перезвоню.

Что это такое? Какая ещё больница и почему они там? Что там с ними произошло?

Я набрала ещё и ещё, сначала Сашке, а потом и Тимке, но так никто и не ответил.

— Ванька, вставай! Ворвалась я как сумасшедшая в спальную и стала тормошить мужа, который спал как младенец и никак не хотел просыпаться.

Конечно, снял стресс! Из дома его не выгоняют, за продажу и покупку квартиры не убили — значит можно спокойно дрыхнуть пока дети не понятно где!

— Ааанька, — наконец соизволил проснуться муженёк и потянулся ко мне, улыбаясь со сна.

— Вань, перестань! Сейчас не до того! Дети в больнице, а ты тут никак не успокоишься!

— Какие дети? — буквально подскочил на кровати муж.

— Твои дети и наши! Они сегодня дома не ночевали, а когда я позвонила утром Сашке, он сказал, что с Фёдом в больнице.

— С каким ещё Фёдом? В какой больнице? — недоумевал Иван, уже окончательно проснувшись.

— С твоим Фёдом! Сашка сказал, что они с ним в больнице.

— С каким таким моим Фёдом? У меня нет никакого Фёда. Это что ещё за шарады такие? Игра, что ли?

— Вань, — я уже начинала злиться. — Они там с Фёдором — твоим… сыном! Сыном Марины… В больнице!

— А… Это они так Федьку зовут. Что-то случилось?

— Вань, проснись! Конечно случилось! Если они в больнице! Надо ехать!

— Да, конечно. Раз надо, то поедем.

Пока Ванька одевался, я пыталась дозвониться до близнецов, чтобы узнать в какую больницу ехать. Узнав, наконец-то, адрес от Тимки, мы помчались туда, чтобы уже на месте всё выяснить.

Что же всё-таки произошло? Тимка так и ничего не объяснил, потому что он не мог долго говорить.

Радовало одно — я слышала голоса и Сашки, и Тимки. Значит с ними всё более-менее нормально, а в остальном… Это уже потом… Разберёмся.

Приехав в больницу и кое-как отыскав близнецов, мы узнали не очень радостные новости. Бабушке Фёдора стало плохо вчера поздно вечером, а сегодня утром она умерла. Узнав о смерти жены, у деда случился сердечный приступ и сейчас он в реанимации.

Фёдор так и сидел в приёмном, видимо его дальше не пустили, в ожидании новостей и не хотел возвращаться домой. Ребята и Рита были рядом и не оставляли его одного, поэтому всю ночь и пробыли в больнице.

Ванька, переговорив сначала с ребятами, а потом и с врачами, вернулся и твёрдым, не принимающим никакие возражения тоном сказал, что все едем домой.

— Нужно отдохнуть и поесть, потому что сейчас никто ничего сделать не сможет, а если будут какие новости, то нам позвонят.

— Ты сказал, что это твой отец, поэтому тебе и удалось поговорить с врачами? — спросила я мужа, когда мы выходили из больницы.

— Нет. Он дед моего сына. Какой ещё отец, Ань? Мой отец уже давно… Ну, ты знаешь где.

— Пётр Мареич Майнич, который сейчас в реанимации, твой настоящий отец.

— Что? Какой…

— А ты разве не знал? Он со мной вчера в кафе встречался и всё рассказал. В общем, он твой наст… ну, биологический отец.

— Не может быть! Это же… Нет!

Он посмотрел на меня и понял по моему выражению лица, что я не вру. Да и кто будет врать о таких вещах, тем более сейчас.

Я видела, как муж отшатнулся и побелел, видимо, подумав о том же, о чём и я, когда в первый раз услышала то же самое.

— Вань, — я посмотрела ему в глаза. — Марина его приёмная дочь. Она не… не твоя сестра. Извини, я думала ты знал.

Иван стоял неподвижно какое-то время, затем выбежал из больницы, спустился вниз, зачерпнул большую пригоршню снега и протёр им лицо, а затем он резко вскинул голову и так и стоял какое-то время неподвижно, глядя в серое небо.

Домой мы вернулись в мрачном молчании.

Я ушла на кухню чтобы что-нибудь подготовить поесть, а Ванька с ребятами сидели в гостиной и не громко о чём-то разговаривали.