Глава 6. Дизайнер и айтишник

Она сидела ко мне спиной. Его жена. Или бывшая жена. Паша сказал, они в разводе, и ноги ее в этом доме не будет. Но реальность показывала мне другие факты. Меньше всего хотелось оставаться в одном помещении с этой женщиной и вруном-Пашей. Наверное, было бы весело выйти сейчас и отомстить ей по полной программе. Но первым прорывом было, конечно, убежать. К сожалению, я не обладала грацией и сноровкой. Ноги все ещё не слушались. Я оступилась, заметалась, потеряла равновесие, схватилась за перила и наделала шуму. Паша заметил меня и быстро оказался рядом. Он вообще необыкновенно быстрый тип. Мои заторможённые реакции против его мгновенных отменили мысли о незаметном исчезновении. – Оксан, спасай, – вцепился в меня Скобелев. – От бывшей спасайся сам, – проговорила я, пытаясь сообразить, как прорваться мимо него к выходу. Услышав про бывшую, Паша рассмеялся. – Это не Карина, – сказал он. – Я забыл, что назначил встречу с дизайнером. Из-за тебя, между прочим. – Ой, – я прикрыла рот ладонью и взглянула Паше за плечо. Брюнетка как будто нечаянно тоже обернулась, и наши взгляды встретились. Она была похожа по типажу на любовницу моего бывшего. Но не она. Значит, Паша не врал. У меня отлегло. – Пойдём, – Скобелев потянул меня за руку. – Мне нужна помощь. Ты ведь тоже дизайнер. – А ты откуда знаешь? – удивилась я. Бросив играть в гляделки с дизайнером, я вернула внимание Паше. Теперь он скривил лицо, переступил с ноги на ногу, отвёл глаза и занервничал. – А откуда у меня твой номер? И я знаю твою любимую кофейню у офиса, – напомнил он. Я прищурилась, подозревая, что буду не в восторге от полного ответа. – Просто посмотри её макеты и скажи свое мнение. Чем быстрее все утвердим, тем скорее я отвезу тебя домой. Железная логика. Я могла бы поспорить, но Паша настойчивее потянул за руку. Чтобы не упасть на него, пришлось начать спускаться. Я с трудом убедила себя не паниковать из-за своего потрясающего наряда. Мне сложно давались навыки пофигизма и игнорирование чужого мнения. Тем более дизайнер рассмотрела меня с ног до головы и точно сделала какие-то выводы. "Я тебя вижу первый и последний раз, мне плевать", – проворила я про себя и растянула губы в приветливой улыбке. – Маргарита, это моя подруга Оксана, – представил меня Паша. Маргарита сдержанно кивнула и улыбнулась так же неискренне, как и я ей. – Очень приятно, – проговорила она. – Взаимно. Паша усадил меня рядом на диван и стал показывать варианты интерьерных решений. Маргарита как будто не видела, что я взяла в руки, и просто продолжила свой рассказ. – Вам очень подойдет брутальный интерьер. Сделаем лофтовую стену, имитируя кирпич у камина. – Имитация отвратительна по качеству чаще всего, – сразу влезла я. Маргарита стрельнула в меня глазами, но не стала спорить. Паша склонил голову, давая понять, что мой довод он учитывает. Маргарита продолжила с поправками. – Можно использовать фасадный материал. – Придется класть на штукатурку. Грязи будет тонна, а при следующем ремонте еще больше. Ее очень сложно демонтировать. – Уже не уверен, что хочу лофт в гостиной, – признался Паша. Я заметила, как у дизайнера вытянулось лицо. Нужно отдать ей должное. Мне она подарила только очередной ядовитый взгляд. Взяла себя в руки и… похлопала Пашу по плечу. Он немного отстранился. Явно не ожидал такого панибратства. Маргарита рассмеялась так же ненатурально, как улыбалась мне. – А я ведь предупреждала, что этот тренд быстро надоест. Я не стала говорить, что пихать лофтовый тренд в жилое пространство – вообще паршивенькая идея. – Мы можем вернуться к хайтеку, Паша. Она выложила из папки на стол несколько картинок. Я не сразу разобрала, что там было. Пришлось всматриваться в абсолютно безакцентные решения. Паша тоже долго изучал наброски и в итоге попросил моего мнения: – Что скажешь, Оксан? – После ковида у меня аллергия на стерильные гладкие помещения. Напоминает адские две недели в больнице. – И я валялся в палате дней десять, – обрадовался Паша нашему совпадению. – Ты чертовски права. Не хочу жить в лазарете. – Вы сильно болели? – неожиданно сменила тему Маргарита. – Нет. Хотя успел испугаться. Поражение легких было небольшое, но температура долго держалась высокая. – Ох, как ужасно. Я вам так сочувствую. Она изобразила скорбь и участие, а потом погладила Пашу по плечу и не спешила убрать руку. Ему пришлось отодвинуться от Маргариты и почти сесть на меня. Я попыталась освободить ему немного места, но Паша не дал. Он обнял меня за плечи и откинулся на спинку, увлекая меня за собой. Дизайнер осталась за бортом. Ей пришлось вернуться к ремонту. – Всегда можно добавить акценты и детали, – попыталась спасти второе решение Маргарита. – Нет-нет, давайте другое решение. Хватит с меня хайтека. Он был в старой квартире и напоминает о бывшей. – Как скажете, – прошипела Маргарита. Она достала из папки еще распечатки и сразу оговорилась: – Это все наброски. Мы можем посмотреть на ноутбуке и внести правки. Я покажу, как акценты меняют восприятие почти полностью. Но и эти фокусы не спасли положение. Я больше не влезала, позволив Маргарите и так и эдак раскидать подушки по дивану, сменить обивку и шторы. Но Паше не нравилось. Я видела, что он, мягко говоря, не в восторге. Да и решения его дизайнера были очень типовыми со старыми модными трендами. Как будто она работала в тандеме с поставщиками, которым очень надо скинуть залежалый товар. Паша сдался. – Не знаю. Вроде ничего вот этот синий. Но я не уверен, – и снова обратился ко мне за помощью. – Оксан. Что скажешь? – Ты сам чего хочешь? – спросила я. Скобелев пожал плечами. Я вспомнила о светлом хайтеке, который у него ассоциировался с женой, и решила пойти от противного. – Может, темный интерьер в спальню? Сложный серый с твоей кроватью из темного дерева будет идеально гармонировать. – Спальня и так маленькая, – влезла Маргарита. – Темные оттенки уменьшают пространство. – Это стереотип, – отмахнулась я. – Они создают комфортный обволакивающий эффект. Он будет еще более выраженным, если окрасить темным и стены, и потолок. Чтобы не быть голословной, я воспользовалась ее ноутом и показала прямо через фото поисковика несколько решений. – Оу, интересно, – оценил Паша. – Гостиная у тебя сложнее. Я бы отказалась от открытого пространства и совмещения со столовой. Для уединения и уюта просится зонирование. Столовую я бы попробовала оставить в минимальной отделке, а вот с гостиной хочется заморочиться на фактурах и цветах. Я решила не уточнять про акцентные кресла и сочетании мрамора с деревом и модным текстилем в мадженте. Маргарита и так вся покраснела и дышала огнем. – Зонирование – это интересно, – добил Паша своего приглашенного дизайнера. Он смотрел только на меня. Как будто забыл, что мы тут втроем и мой голос вообще совещательный. Маргарита всхлипнула. Клянусь, у нее глаза были на мокром месте. А Паша продолжал смотреть мне в глаза, как преданный пес. Я кашлянула, чтобы он отмер. Паша встрепенулся и встал с дивана. Он протянул Маргарите руку, намекая, что визит окончен. – Да, Марго, спасибо. Я, кажется, сам не знаю, чего хочу. Мы с Оксаной подумаем, и я вам позвоню. Пришла моя очередь ронять челюсть. Ни о чем думать я с Пашей не собиралась. Маргарита очень быстро собрала макеты в папочку, запихнула ноутбук в портфель и умчалась к двери. – Звоните в любое время, Паша, – пропищала она, стараясь держать лицо. – Я всегда к вашим услугам. – К услугам она, – прошептала я себе под нос, не сдержавшись. Марго не потрудилась со мной попрощаться. Я тоже не встала, чтобы проводить ее. Но с удовольствием наблюдала, как она садится в миникупер и газует со скрипом колес, чтобы резко затормозить у закрытых ворот. Паша задержался, чтобы открыть ей выезд через домофон. Я сразу пожалела, что влезла со своими рассуждениями и оценками. Теперь Паша будет искать нового дизайнера, или ему придется долго общаться с Марго, которая ни черта не смыслит в своей работе. Извиняться за свою несдержанность было глупо, но я собиралась сделать именно это. Не успела. – Ты обязана курировать мой ремонт под ключ, – выдал Паша, вернувшись ко мне. – Ты с ума сошел? – выпалила я. Паша захохотал. – Не так давно ты уже интересовалась моим душевным здравием. В итоге мы оба развелись и… – Переспали зачем-то, – закончила я за него. – Скорее, это у меня поехала крыша. Я не звоню незнакомым мужчинам, не сплю с оными и не занимаюсь ремонтом. – Ну… нарисуй хоть проект, – попросил Паша. Стоит признаться, что его предложение мне очень нравилось, но отдельно от заказчика. – Я могла бы и с мастерами помочь, но это не очень этично. – Почему? – А ты не понимаешь? – Нет, – Паша пожал плечами и улыбнулся. Он такой наивный и милый или прикидывается? Я уже разок сегодня заподозрила его в неискренности и ошиблась. Второй раз делать скоропостижные выводы не стала и честно объяснила. – Нам придется видеться, Паша. – Это хорошо, – он продолжал радостно скалиться. – Я бы хотел увидеться с тобой еще. – А я- нет! – разозлилась я. – Павел Скобелев, очнись. Ты бывший муж любовницы моего мужа. – Ну… Идеальных людей не бывает. Сразу скажу, это мой самый большой недостаток. Я сдавила переносицу пальцами. У меня не осталось сил поддерживать эту импровизацию абсурда. – Так, все. Хватит. Ты обещал меня домой отвезти. Он сник, но спорить не стал. – Обещал – сделаю. Паша пошел за машиной. Я быстренько собрала белье в спальне, нашла свою сумочку и попрощалась с платьем. Блестящая черная машина ждала меня у дома. Я сунула ноги в туфли и вышла на крыльцо. Обувь сразу захотелось снять. Я вспомнила, что редко хожу на каблуках. Выглядела в них и Пашиных вещах совсем нелепо. – Заедем позавтракать? – предложил Паша, едва мы выехали за ворота. Он надел очки и выглядел теперь еще привлекательнее и горячее. – Нет, – сразу отказалась я. – А почему? – Я выгляжу как чучело. – Ты отлично выглядишь, – отвесил он мне комплимент вполне искренне. Я простонала, махнула на него рукой и решила сменить тему. – Не против, если я скину туфли? Они мне еще вчера надоели до ужаса. – Снимай, конечно. Вчера мне показалось, что платье надоело сильнее. Мы от него избавились первым делом. Я надулась и отвернулась к окну. – Оксан… – Паша потрепал меня по колену. – Не обижайся, пожалуйста. – Не обижаюсь, – вздохнула я. – Ты имеешь полное право издеваться. Он вроде собирался что-то еще сказать, но не стал. Мои ноги сразу замерзли. Я пыталась потереть их, но не помогало. На светофоре Паша перегнулся через меня, залез в бардачок и достал мне носки. – Надень. Замёрзла совсем. Он еще и температуру в машине прибавил и взглянул на меня так, что отказаться от носков было невозможно. Они оказались какими-то универсальными по размеру и сели на ноге очень хорошо. Мы ехали в тишине. Паша посматривал на меня время от времени. А я только у подъезда своего дома вспомнила, что не задала кучу вопросов. – Ты знаешь мой адрес! – выпалила я. – Ты снова знаешь мой адрес, хотя я не говорила. Ты знаешь мой номер телефона, знаешь, что я дизайнер. – А еще знаю, что ты уволилась и работаешь сама на себя. Но почему-то отказываешься взять мой дом. – У тебя уже есть дизайнер, – напомнила я про Маргариту. – Ты обещал ей позвонить. – Я соврал. – Мы с ней очень некрасиво поступили, – запоздало раскаялась я. – Она первая начала меня трогать при моей подруге. Это за гранью добра и зла. – Согласна. Хотя я не твоя подруга. – Я тебя так ей представил. Она была обязана держать дистанцию. – Где ты ее вообще нашел? На авито? – Почти. На форуме услуг. – О боже, Паша. Никогда так не делай. – Я уже понял. Но у меня нет времени заниматься домом, а жить в черновой отделке быстро надоело. Я почти все время провожу в гостиной. – Не в офисе? – уточнила я. – У меня удаленная работа. – Какая? – Тимлид, – ответил Скобелев. – Это что такое? – Айтишник, – запросто пояснил Паша. Я начала истерично смеяться. – Что смешного в айтишниках? – попытался обидеться Паша. – Ничего, – я пыталась успокоиться и не хрюкнуть от смеха. – Когда ты сел напротив меня в кофейне, я подумала: типичный айтишник. – А я подумал, что ты слишком милая для обманутой жены. Мне тотчас стало несмешно. Паша взял мою руку и прижал к губам. – Твой адрес я достал через детектива, который следил за Кариной. Хотел позвонить или заехать невзначай. Ты живешь теперь совсем рядом. И я не верю в совпадения. – Я не живу здесь, – призналась я. – Пока еще по старому адресу. Моим пальцам в его большой сильной ладони было так тепло и уютно. Я не хотела, чтобы он отпускал. – О, а почему не сказала? – Не знаю. Задумалась. – Тогда снова в путь. Мы выехали на шоссе. – Я, может, слишком напираю? – аккуратно спросил Паша. – Можно сказать, я легко расстался с Кариной. У тебя как все прошло? Я вздохнула. – Не скажу, что это было легко, но сейчас я чувствую облегчение. – Ты еще любишь его? Паша легко называл по имени бывшую жену, но моего мужа звал исключительно местоимениями. – Нет, конечно. Вообще не уверена, что любила его. Очень странное ощущение. – Мгм, – кивнул он. – Понимаю. Как будто жил не своей жизнью. – Да. Не своей жизнью, а его. – И теперь надо вспомнить, что хотел делать до брака, каким был, когда изменился… Я кивала без остановки на каждое слово своего друга по несчастью. – Признаться, я вчера с тобой трахался как в первый раз. Я закашлялась, вспомнила, что Паша нечто подобное говорил еще на кухне. – Да, я тоже. Он улыбнулся, снова взял мою руку и стал поглаживать пальцы. Я смотрела то на наши ладони, то на его руку на руле. Скобелев вел машину спокойно и уверенно. Он успевал следить за дорогой, касаться меня очень нежно и говорить. Неожиданно я ощутила новый прилив чувств к этому человеку. Чувства были ужасно неприличными и стыдными. Однако они радовали меня до эйфории. – Говорят, после развода нужно идти во все тяжкие, – продолжил Паша. – Может, нам стоит оторваться вместе. М? Как считаешь, Оксан? – В каком смысле? – В смысле иногда встречаться. Мне уже за тридцать, и снимать девочек по барам вечерами совсем не тот азартный спорт, что в двадцать. Сморю, ты тоже не нашла никого в ресторане и приехала ко мне. – Да кому я нужна, – выпалила я. – Мне, – не растерялся Паша. – Ты точно больной, Павел Скобелев. – Возможно. А ты взбалмошная. Хотела сказать, что я очень спокойная и трезвомыслящая, но мое поведение говорило об обратном. Я не стала с ним спорить. В словах Паши было много правды. Я толком не знала себя. А ему точно нравились взбалмошные. Ночью мне было чертовски хорошо. Утром – тоже. Предложение Паши звучало заманчиво, привлекательно и горячо. Я думала, что мое либидо в глубокой спячке. Однако одно присутствие Скобелева рядом отменяло зиму в моей душе и трусиках. От одной мысли, что Паша хочет меня снова, стало жарко. Нет, горячо. Мой личный водитель опять замолчал. Наверное, дал время, чтобы я обдумала его слова. Сначала я хотела согласиться, но около дома струсила. Паша как будто почувствовал это. Он остановил машину у въезда на территорию двора, не дал мне и слова сказать, а сразу поцеловал. Его теплые чувственные губы уговаривали лучше слов. Я забыла все разумные доводы против связи с этим человеком. Мои пальцы запутались в его волосах. Я раскрыла губы и коснулась его языка своим. Паша сжал мое бедро и углубил поцелуй. – Ты можешь отказать мне, – проговорил Паша. – Но я все равно позвоню. – Чтобы поменять рубашку на платье? – уточнила я, поглаживая его шею сзади. – Оставь рубашку себе. Мне нужен ремонт дома, Оксана. – Как ты можешь мне доверять? Ремонт – это важно. – Мой член важнее, – парировал Скобелев. – Я вчера его тебе доверил и не прогадал. Я засмеялась ему в губы. Паша, видимо, принял это за одобрение и продолжил. – После минета ощущение, что ты знаешь меня лучше всех. Уж точно лучше бывшей. – Это отвратительный комплимент, Павел Скобелев, – прыснула я. – Прости, я паршивый джентльмен. – Не страшно. Зато любовник потрясающий Я притянула его голову ближе, и мы снова целовались, как подростки на свидании. Пашины руки становились все настойчивее. Он проник под рубашку одной. Вторая грозила забраться за резинку шорт. Я все еще была пристегнута и не могла двинуться. – Хочу тебя, – прошептал он. Я застонала и с трудом оттолкнула его. – Не в машине. Пожалуйста, – взмолилась я. – В машине тоже может быть весело. – Не среди белого дня у моего дома. – Согласен, – прохрипел Паша. – Тогда убегай скорее, пока я не увез тебя куда-нибудь в лес. Он сам отстегнул мой ремень и вышел из машины. Пока я возилась с туфлями, Паша обошел авто и открыл мне дверь. Он подал мне руку. В меня вселился бес. Я шагнула чуть шире, чтобы прижаться к нему, встала на цыпочки и шепнула на ухо: – В лес – это скучно. Вот если бы в поле… И потерлась о его торс грудью. – Черт, – выругался Скобелев. Он выдохнул со свистом. Я не сдержалась, куснула его за мочку и побежала к дому. Выглядела глупо до безобразия. На каблуках, в мужской одежде, носках. Кошмар. Но я обернулась, чтобы убедиться. Да, Паша смотрел мне вслед и выглядел ошарашенным. Я махнула ему рукой и, конечно, оступилась, чуть не сломав каблук. Скобелев засмеялся мне вслед. В другой раз я бы переживала, что выставила себя дурой. Но моя самооценка после ночи с Пашей бодренько встрепенулась. Я рассмеялась, принимая себя такой, какая есть. Нелепая, неуклюжая, озабоченная. Вроде бы Паша хотел меня именно такой. Мне это нравилось. Я вошла в прихожую и посмотрела на себя в зеркало. Никакой наряд не красил меня сильнее красной клетчатой рубашки. Глаза горели, а с губ не сходила улыбка. Я сняла шорты, но оставила носки и рубашку. В таком виде и села за ноутбук. От меня немножко пахло парфюмом Паши. Я вдыхала его запах и ловила мощные волны вдохновения. До конца дня и еще половину ночи я набрасывала примерные решения интерьера для Пашиного дома.