- 34 Амина -

Рамиль отвечать не торопится. Да и нет у меня уверенности, что он не уйдет от вопроса как обычно.

- Скажем так, мы разошлись во мнениях, - уклончиво отвечает муж.

Ну, конечно. Кто бы сомневался. Разочарованно вздыхаю.

- Достаточно было сказать, что не станешь отвечать.

- Мне бы хотелось… - он замолкает. - Амина, тебе нельзя лишний раз нервничать, а разговор про твоего отца, скорее всего, этим и закончится.

- И ты правда думаешь, что после этого я буду спокойна?

Салманов вздыхает и отходит к окну. Он стоит ко мне так, что я вижу его профиль и в очередной раз замечаю, как сильно он устал. Вспоминаю слова врача о том, что муж дежурил здесь все эти дни.

- У нас с твоим отцом был некоторый договор. Речь не о том, что ты подписывала. Мы договорились объединить некоторые финансовые потоки и направления в бизнесе. Естественно, нужны были гарантии, и так появилась идея нашего брака.

Мне крайне неприятно осознавать, что я просто лишь пункт в договоре между мужчинами. То есть я знала это и раньше, но слышать еще раз подобное оказывается больно.

- Я согласился - это была отличная возможность усилить позиции на рынке. Аслан потребовал прописать конкретику касательно пола будущего ребенка.

- Мальчик, да?

Он едва заметно кивает.

- Мне казалось это странным, но твой отец был буквально одержим этой идеей.

Я лишь горько усмехаюсь. Конечно. Ведь у него так и не родился сын, о котором он мечтал.

- Когда ты сбежала, я искал тебя. Не поверил, что это и правда… - Рамиль замолкает. А я боюсь даже дышать, чтобы не спугнуть внезапное откровение мужа. - Анализ переделывали три раза. Таир считал, что я поехал крышей, хотя… В чем-то он был прав.

Муж поворачивается, и мы встречаемся взглядами. Неясное чувство вины начинает маячить, но я упрямо отмахиваюсь.

- Ты сам сделал этот выбор. Я просила тебя.

Салманов мрачнеет, но не спорит.

- Ты права, Амина. Это полностью моя вина, что всё так обернулось.

Он вновь отворачивается и больше ничего не говорит. Потому я решаюсь первой нарушить затянувшееся молчание.

- Что было дальше?

- Дальше я решил, что, может быть, тебя покрывают родители. Я готов был цепляться за самую безумную идею. Поэтому приставил к Аслану круглосуточную слежку в надежде, что он знает, где ты прячешься.

У меня холодеет в груди. Выходит, Ильяс не настолько хорошо все устроил, раз муж столько времени продолжал хвататься за любую зацепку?

- Почему ты думал, что они меня прячут?

- Слишком уж спокойны они были для тех, кто потерял дочь, - отстраненно отвечает Рамиль. - Это позже я узнал, почему.

Он вновь поворачивается ко мне:

- Ты не родная дочь Аслану.

- Что?

- Мне жаль, Амина, и я бы не стал тебе рассказывать это, если бы не твое желание докопаться до правды, - с искренним сожалением произносит муж.

- Подожди, это неправда. Не может быть. Мама же… Она бы не изменила папе!

- Все было не совсем так, - морщится он. - Если я правильно понял, он женился на ней, когда она уже была беременна.

Пока я пытаюсь как-то уложить в голове такую невеселую новость, Рамиль возвращается ко мне, присаживается рядом и осторожно привлекает к себе. Я настолько погружена в мысли, что даже особо не сопротивляюсь.

- Ты думаешь, им поэтому было плевать? - тихо спрашиваю, смаргивая слезы, которые вот-вот польются.

- Не знаю, Амина.

Его незримая поддержка помогает мне окончательно не расклеиться.

- Хорошо, отец, но мама?

- Что она тебе наговорила? - Я молчу. Стыдно повторять эту грязь. - Амина? - Салманов мягко вынуждает меня поднять голову и посмотреть ему в глаза. - Она ведь не просто так пришла?

- Сказала, что я опозорила их, - сдаюсь под его пристальным вниманием. - Ты ведь тоже так думаешь?

- Нет, не думаю, - тяжело вздыхает Рамиль и наклоняется ко мне так, что вот-вот поцелует. А я резко отворачиваюсь, испугавшись, что все сейчас и случится.

- И что, теперь у вас будут проблемы в бизнесе? - спрашиваю, лишь бы как-то замять неловкость.

- Не волнуйся, тебя они больше не побеспокоят, - уверенно заявляет муж. - А еще я договорился - завтра ты сможешь пойти в детское отделение.

- Правда? - тут же вскакиваю, отчего внизу живота чувствую острый болезненный укол. - Ох.

Рамиль реагирует мгновенно - поддерживает и помогает прилечь обратно.

- Что? Шов?

- Дернулась неудачно. Это точно? Мне можно будет их увидеть? - с надеждой спрашиваю. - Врач сегодня строго запретила, пока анализы не станут хорошими.

- Точно, - усмехаться Рамиль. - Хочешь еще посмотреть?

- Новое видео?

- У меня целый архив, - мягко улыбается Рамиль, и я на пару мгновений зависаю, разглядывая его лицо, пока муж достает телефон и запускает еще одну видеозапись наших малышей.

Он так на них смотрит, что у меня сердце сжимается от нежности. Кажется, что вся его жизнь сейчас сосредоточена там, на экране мобильного телефона.

- Смотри, вот сейчас он дернет ручкой, - говорит между тем муж. И точно, кроха забавно двигается. - Что? Прости, я пересмотрел их уже столько раз…

Сглатываю ком в горле, натянуто улыбаюсь и опускаю взгляд, чтобы не выдать своих эмоций.

- Ты уже думала над именами? - спрашивает Салманов чуть погодя.

- Если честно, то нет. Но хочу что-то красивое и мужественное.

Он кивает, а я запоздало понимаю, что, возможно, этот вопрос был не просто так.

- У тебя есть варианты? Ты хочешь сам решить?

- У них будет моя фамилия, - весомо роняет муж. - Имена выбери те, что тебе больше нравятся.

Вот мы и подошли к теме документов. Признаться, я не успела подумать о них, но понимаю, что вопрос статуса встанет рано или поздно.

- Послушай, у мальчиков, конечно, будет твоя фамилия, но мы с тобой…

- Женаты, - чеканит муж. - Все еще женаты.

- ОФициально я погибла, - возражаю, припоминая, что говорил по этому поводу Ильяс.

- Уже нет. Мы муж и жена. Как и должно быть.

Тон Салманова жесткий и дающий понять - будет так, как он сказал.

- Я ведь уже объяснила тебе, - начинаю злиться. - Я больше тебе не жена. Да, у нас общие дети, но это не значит…

- Амина, ты собралась снова замуж?

Взгляд у Рамиля сейчас действительно пугающий - темный, мрачный. Аж мурашки по коже.

- При чем тут это? И я уже отвечала, что мне хватило одного раза. Больше я не хочу.

Салманов шумно выдыхает.

- Тогда какая разница, что будет в официальных документах?

- Но я же объяснила тебе…

- А разве я тебя к чему-то принуждаю? Ты сказала, что хочешь сосредоточиться на детях. Отлично. Я буду рядом и помогу. Это и мои дети тоже.

- И что, ты не будешь требовать от меня каких-то… - замолкаю, не зная, как получше выразиться.

- Я буду рядом, Амина. И уж поверь, сделаю все, чтобы ты меня простила. Мне нужен всего один шанс.

- Ты просишь слишком много, - качаю головой. - Я не хочу быть снова зависимой от тебя, Рамиль. Однажды я уже обожглась, и больше тебе не верю.

Он стискивает зубы, не спорит.

- Значит, не хочешь зависимости? - цедит он, поднимаясь на ноги. - Ты и дети - моя семья. У каждого из вас будет моя фамилия. И я буду рядом каждый день. Я готов ждать, сколько потребуется, чтобы ты простила меня. И сделаю для этого все, уж будь уверена.

Бросив эти слова, муж уходит, даже не прощаясь. Я растерянно смотрю ему вслед, запоздало понимая, что без него мне куда более одиноко. Но с другой стороны - так будет лучше. Мне нельзя вестись на его красивые слова. Однажды он уже причинил мне боль, хотя я раз за разом делала все, чтобы спасти нашу семью.

Слишком поздно. Теперь мужу придется смириться, что нас связывают лишь дети.

О том, как сильно я заблуждаюсь, узнаю уже на следующий день, когда Рамиль начинает ту самую полномасштабную осаду, которую пообещал.

Да так, что практически загоняет меня в угол.