Глава 62. ОНА

Следующие три недели будто сказка. Медовый месяц, которого у нас не было в прошлый раз.

Герман не отходит от нас с Лерой. Поменял наши документы. И теперь мы обе Князевы, чем сам Герман невероятно гордится.

А я в свою очередь рада, что его зрение, как и предсказывала тетя Вера, начало восстанавливаться. Эпизоды слепоты стали случаться все реже. Но мы на всякий случай выбросили из дома все съестные запасы и затарили новой провизии. А охрану заменили сразу в день нашей свадьбы.

Так что ходу в дом Свете не осталось. Слава богу. Мне так хочется сейчас для нас несколько дней тихого счастья. Ведь счастливей и спокойней чем в эти дни, я еще себя никогда не ощущала.

Осталось только с нашей малышкой разобраться.

Осторожно опускаю спящую дочку в кроватку, и потихоньку покачиваю люльку. Только бы она здоровая была…

Все получится. Получится!

Я верю, что связи Германа помогут нам.

Мне довелось пообщаться с другом Германа, доктором. Он заверил меня, что для Леры уже нашли лучшего врача, у которого есть доступ к базе доноров. Он уже получил аванс и в ближайшее время, вылетает к нам, как только разберется со своими делами заграницей. Предупредил, что дело все равно не быстрое. Но теперь оно хоть как-то сдвинется с места. До этого я успела окончательно впасть в отчаяние.

Именно оно ведь привело меня к Свете…

Теперь я осознаю, какой дурой была, что так долго не решалась рассказать Герману о дочери. И мне страшно. Вдруг мы не успеем. Из-за… меня.

Я себе не прощу.

И эту суку Свету никогда не прощу! Она все больше подкидывает мне поводов для ненависти. Мало того, что увела у меня мужа, — я не оправдываю Германа, но эта тварь явно оказалась стервозней других его любовниц, — еще и эта кровь…

Герман рассказал мне теорию Валеры, мол скорее всего Света отказалась от нашей сделки только потому, что не может ее исполнить — ребенок не его.

И я молюсь, чтобы это было так! Я знаю, что мальчик не виноват, что его мать сука, разрушившая нашу семью. Однако…

Герман не сможет отказаться от собственного сына. А значит этот мальчик будет вечным напоминанием мне о предательстве мужа…

А мне так хочется простить его. Забыть, все что было. И начать новую жизнь с ним. С чистого листа.

Ради Леры. Ради... нас.

— Может хочешь в путешествие? — тихо говорит Герман, обнимая меня сзади.

Я вздрагиваю от неожиданности:

— Что? Я не заметила, как ты вошел.

— О чем ты так крепко задумалась? — утыкается носом в мое ухо. — Фантазируешь о предстоящей ночи?

Тихо смеюсь:

— Да, фантазирую, что если бы у меня сейчас были месячные, то я могла бы отдыхать хотя бы раз в месяц. Но кажется они так и не собираются восстанавливаться после родов.

— Правда рассчитываешь, что это меня остановит? — стискивает меня в объятиях, подхватывает на руки и несет к кровати. — Даже не надейся.

— Герман, перестань, — он все еще находит как меня смутить. — Лучше расскажи, о каком ты путешествии?

— Свадебное, конечно, — опускает меня на кровать, нависает сверху, целует. — Полетели?

— Сначала дождемся доктора, — напряженно отзываюсь. — Хочу знать какие у нас шансы.

— А еще мать моя, —напоминает Герман.

— Да, тетя Люда убьет меня, за то, что я скрыла от нее внучку, — кажется, я сжираю себя изнутри чувством вины. — Боюсь, за эту тайну мне придется долго извиняться перед ней.

— Ничего не бойся. Я возьму всю вину на себя. Да и потом, она не сможет долго злиться, когда познакомится с Валерией Германовной, — усмехается он. — Я вот так и не смог.

— Именно потому я и не захотела рассказывать ей о Лере по телефону. Пусть сразу увидит, — улыбаюсь я, искренне надеясь, что внучка смягчит ее обиду. — Кстати она обещала прилететь еще на той неделе. Ты звонил ей?

— Аэропорт Израиля бастует, она не может вылететь. Может и хорошо. Ты пока с силами соберешься. Не могу видеть как ты нервничаешь из-за этого.

— Как тут не нервничать, — устало вздыхаю я. — Она всегда так за меня волновалась. Даже сейчас, когда узнала, что мы снова поженились, оборвала мне телефон расспросами, как так вышло, что я снова повелась на тебя мерзавца. Волновалась, что ты меня шантажировал. Представляешь? — усмехаюсь.

— Это был мой план Б. Но сработал и план А.

— Это какой же?

Герман наползает на меня, утыкается лбом в мой лоб:

— Затрахать тебя настолько, чтобы ты просто физически не смогла от меня уйти.

— Ооо, согласна, — смеюсь тихо. — Этот план блестяще сработал.

— А если серьезно? — он хмурится. — Устала от меня?

— Нет.

— Если ты устала, я потерплю. Если надо, готов дрочить на тебя.

— Я правда не устала, — честно отвечаю. — Просто боюсь, что…

Прячу взгляд. Не могу договорить.

— Скажи. Чего боишься?

— Боюсь, что не всегда смогу удовлетворять твои потребности.

— Я же тебе сказал: месячные меня не пугают.

— Кроме месячных, — мнусь я. — Вдруг тебе придется воздерживаться. Месяц. Два. А может и дольше?

— Зачем? — он явно недоумевает.

— Герман, — поднимаю на него взгляд. — Кажется мой план Б сработал.