15

Увольнять меня босс, конечно не стал. Но с того дня обходил десятой дорогой. И я скрипела зубами, понимая, что впервые ощущаю свое положение шатким.

А потому старалась работать в десять раз лучше. И никак не пересекаться ни с шефом, ни с его истеричкой-женой.

Даже сама пошла убирать президентские апартаменты, когда девочка-горничная чуть не грохнулась в обморок, работая третью смену подряд.

Напялила короткое и не по размеру тугое фирменное платье, взяла в руки ершик и пылесос, и отправилась в номер.

Уже успела забыть, что такое тяжелый физический труд. Зато выписать горничным премию в этом месяце точно уже не забуду.

Пропылесосила, вычистила ванную комнату, перестелила кровать, убрала везде пыль.

И встала посреди роскошной спальни, чтобы результат труда оглядеть, когда дверь номера распахнулись.

Я подпрыгнула от неожиданности. Клиент обещал быть не раньше трех ночи! Сам заказывал точное время уборки!

Резко обернулась, сжимая ершик для пыли в руке.

С губ сорвалось поспешное «Извините»… А голос тут же померк в тишине апартаментов, ставшей вдруг вязкой, тяжелой.

Потому что в дверях стоял он.

Мой бывший жених.

Мужчина, предавший меня. Искалечивший душу. Сломавший что-то внутри навсегда.

Отец моего сына.

– Булат… – выдохнула я на грани истерики.

– Полина… – он тоже был удивлен. Так и застыл, сжимая ручку двери, и не отводя от меня темных глаз, будто боялся что я тут же растворюсь в лунных сумерках, льющихся в номер через большие оконные стекла. – Полина… – выдохнул он, и решился сделать шаг ближе.

Я на этот же шаг отошла.

– Что ты тут делаешь?… – ошарашено выдохнула.

А бывший жених растерянно огляделся.

– Живу…

Я поправила платье.

Не верилось, что вижу его. Спустя пару лет бывший жених почти не изменился. И в то же время стал каким-то другим. Будто ушла легкость движений, и бесконечно самоуверенное выражение глаз.

Словно Булат стал более взрослым, хотя возраст безусловно ему был к лицу.

По-прежнему высокий, широкоплечий, мой бывший жених вероятно производил такое же впечатление на девушек, как и раньше. Годы не мешали ему оставаться великолепным мужчиной.

Я смутилась, вспомнив, что стою перед ним в платье горничной. Да еще и неприлично обтягивающем. И нервно улыбнулась, когда поняла, что наша первая встреча произошла в похожих обстоятельствах.

– Поля, я… – Вдруг отмер Булат, а я вспомнила о профессионализме.

– Я уже закончила здесь. Номер полностью убран. – Перебила его.

Подхватила пылесос и планировала выскочить за двери президентского люкса, когда Булат поймал меня за руку.

– Полина, подожди.

– Извини. У меня работа еще. – Зачем-то придумала, лишь бы сбежать поскорее.

– Я знал, что ты тут работаешь. – Внезапно признался, и я сверкнула глазами. Вырвала руку. – И специально остановился в этом отеле.

– Зачем ты приехал?

– Хотел увидеть тебя, Поль.

Я развела в сторону руки.

– Всё? Посмотрел? Могу я идти?

– Поль, зачем ты так?…

– А ты?! – Вспыхнула я. – У меня давно своя жизнь! И вдруг ты являешься!

Я не хотела быть такой грубой. Но страх за свою прошлую ложь про ребенка заставил меня возвести стену между нами.

– Я здесь… – Он замялся чуть-чуть. – По делам бизнеса. Честно. Я не преследую тебя. Но очень рад видеть…

Я шумно сглотнула, не зная, как реагировать на такую обескураживающую прямоту. Смотрела в глаза бывшего жениха, а сердце молотило уже где-то в горле.

Перед внутренним взором проносились картинки из прошлого. Наша первая встреча. Поцелуи. Дикая страсть. Две полоски на тесте. Узи. И роскошный дом, который жених купил, чтоб свить там семейное гнездышко. Он так и не стал «нашим». Остался только «его».

И будто погрузившись в кошмар, я опять окунулась в воспоминания самого ужасного дня своей жизни. Ощутила ту боль с новой силой.

– Я не рада тебя видеть, Булат. – Вздернув подбородок, сказала. – И никогда рада не буду.

Быстро развернувшись на низких каблучках, почти побежала по коридору.

Прочь от своего прошлого!

А на сердце невыносимо саднило острое не забытое чувство.

Душа рвалась обратно, к единственному мужчине, которого я когда-то любила.