10

– Ты… точно решила? – Сашка волнуется за меня. Вижу. Меня и саму вновь бьет нервная дрожь, но по другому поступить не могу.

Смотрю на собранную дорожную сумку. В ней мои документы. И чуть-чуть новой одежды, что купила сестра. Я не хотела возвращаться или отправлять ее в дом Булата, чтобы забрать мои вещи, поэтому все необходимое сестра мне купила. Благо документы в тот день были с собой…

Я вздыхаю, кусая губы до крови.

– Милая, ты так сильно нервничаешь. Может, не стоит?

– Я не могу, понимаешь?… – оседаю на край больничной кровати. Прямо из клиники мы должны были уехать в аэропорт, но… – Саш, я просто не могу уехать, и не посмотреть ему в глаза. Думала, что смогу, но нет.

– Оно того стоит? – сестра устало опирается о косяк на двери. Да, ее эта неделя вымотала не меньше, чем меня. Сашка хочет скорей вернуться в столицу, соскучилась по их детям с Русланом. Они ведь не думали, что моя «свадьба» на неделю затянется, и им придется застрять так надолго, и оставили крошек дома на армию многочисленных нянек.

Но им пора возвращаться. А я приняла решение тоже ехать в столицу. Что мне тут делать? Жить и каждый день бояться встречи с Булатом? А когда живот станет больше? Он все узнает. Поймет, что я обманула его. Станет претендовать на ребенка, и мне придется смириться.

Но я не хочу. Не хочу наделять его правом быть частью нашей с ней жизни. Потому что он на это права теперь не имеет. Не после того, что он сделал.

И вновь в голову забираются гадкие слова бывшей подруги: «После вашей несостоявшейся свадьбы у нас тоже все было. Просто держи это в голове. И не позволяй больше себя обмануть»

И я держу это в голове, хоть и желания нет. Но слова там занозой засели, раздирая меня на куски.

Раз за разом представляю все это. Мучаю себя. Извожу. Зачем? Для чего? И так тошно.

И поехать к нему мне сейчас надо, чтоб что?…

Ну посмотрю я в эти глаза. Что там увижу?

Переживает ли Булат после всего, что случилось? Конечно. Я в этом не сомневаюсь, и монстра делать из него не хочу. Любой бы нормальный человек переживал.

Но его же есть кому утешить? Моя дорогая подруга наверняка справляется со своей ролью жилетки.

А я все равно продолжаю стоять на своем, и уговариваю сестру меня отпустить увидеться с ним.

На подергивающих коленках забираюсь на заднее сиденье такси, и стеклянными глазами смотрю на знакомые пейзажи, через которые пролегает путь до дома Булата. Мы тысячи раз ехали с ним этой дорогой.

Когда машина плавно тормозит возле загородного коттеджа, огражденного высоким кованым забором, у меня холодеют ладошки, а вдоль позвоночника ползет липкая капелька пота.

«Просто попрощаться» – твержу себе в голове. И наконец понимаю, чего так боюсь.

Не закрыть эту историю. Не поставить в ней точку.

Наверное, для того и рвалась последний раз увидеться с ним. Чтобы потом не жить горькими воспоминаниями, а ступить в новую жизнь без оглядки на прошлое.

Смогу ли?

Странно. За все это время я даже ни разу не задумалась – простить ли его. Такого выбора просто не стояло в моей голове.

Наверное, когда мы увидимся, он попросит прощения. И я даже сделаю вид, что мне больше не больно. Но лишь для того, чтобы не позволить Булату растоптать остатки достоинства, которое он и так уже разбил в пух и прах.

– Выходите? – немного ворчливо обрывает мои мысли таксист.

– Да, да, – дергаю ручку двери. – Вы подождите меня, пожалуйста, тут. Пять минут. Не дольше.

Дольше я с ним говорить не намерена. Да и о чем? Пяти минут будет достаточно, чтобы точку поставить.

И я уже почти покидаю машину, когда вижу, как дверь особняка открывается. Кожу рук холодит утренняя прохлада, а моя душа леденеет отнюдь не от свежего ветра.

А от того, что я вижу.

Наташа поспешно, и как-то нелепо движется, прихрамывая на одну ногу. И застегивает на ходу свою блузку. Я даже цвет ее бюстгальтера могу разглядеть – ярко-розовый. Пошлый.

Таксист это тоже без внимания не оставляет. И глумливо присвистывает.

– Интересно тут у вас, – фыркает он, не спуская глаз с моей бывшей подруги.

А я тут же сажусь обратно в машину, и хлопаю дверцей.

– Поехали.

– А что? Вы не идете, куда собирались? – назойливо спрашивает.

– Поехали. Скорее. Пожалуйста.

И машина плавно трогается с места. А я не поворачиваю больше головы, чтобы увидеть что-то еще.

Большего мне и не надо. Я и так много увидела.

Утешила, Наташ? Молодец. Надеюсь, он там не сильно страдал, и твой розовый лифчик справился с горем?

Кончено, разговаривать с Булатом желание вышибло напрочь.

Но вот расставить все точки над «и» все еще нужно. Потому я достала своей телефон, и извлекла его номер из черного списка.

«Это ты виноват в том, что я потеряла ребенка. Я ненавижу тебя, Булат. И всегда буду. Я уеду, начну новую жизнь, и буду счастлива несмотря ни на что. И надеюсь, что больше никогда тебя не увижу. Прощай»

Смс было прочитано, стоило только загореться галочке о доставке. А следом абонент с подписью «Любимый» начал что-то набирать мне в ответ.

Но я судорожно впихнула его номер обратно в ЧС. Не хочу даже знать, что он мне может сказать.