Глава 24. Она
— Что?!
Смотрю на маму, ее глаза слезятся, губы трясутся, лицо исполнено страданием.
— Кира… Его дочь… Дочь твоего отца! Родная! — повторяет мама четче и снова говорит. — Прости! Прости…
Я оторопело выпрямляюсь, не в силах даже поднять руки, чтобы вытереть слезы с маминого лица. Сама она сделать это пока не в силах, но видно что она старается шевельнуться. Но не может!
— Девочки? — заглядывает в комнату отец.
Вероятно, он что-то услышал или был настороже все это время? Неважно! Я совсем не хочу сейчас его видеть. Меня просто оторопь взяла.
— У вас все хорошо?
Не могу даже вымолвить ни единого звука.
Обеспокоенный взгляд отца мечется между моим лицом и лицом мамы.
— Что случилось?
Отец протискивается и торопливо начинает ухаживать за мамой, пытается вытереть ей лицо, но она кривится и делает такой вид, что становится ясно — маме неприятны его прикосновения.
Все ясно!
Прямого подтверждения у меня нет, но я по реакции мамы понимаю, что именно так сильно ее подкосило.
Какие новости…
Очевидно, она узнала обман отца, и слегла.
— Папа, хватит. Иди смотреть за Марком, — обрываю его, забрав салфетку из его рук.
— Марк играет. Жень, я же говорил, мама иногда…
— Заговаривается, ты хочешь сказать?! Несет всякую чушь?! — спрашиваю я. — Может быть, хватит врать?
— Женя…
— Я знаю, что меня зовут Женя. Папа, хватит! Зря суетитесь, уже ничего не исправить! Выйди, пожалуйста? — прошу я. — Не оставляй Марка без присмотра.
Отец обреченно кивает несколько раз и уходит в зал. Я провожу время с мамой, пытаясь развлечь ее болтовней, пока она не заснула.
Потом еще несколько минут пытаюсь прийти в себя, собраться с мыслями…
На уме вертится только одно — сколько горя нашей семье принесла Кира! Даже таким способом…
Из задумчивости выводит голос Марка. С тяжелым сердцем иду на голос сына.
— Может быть, перекусим? — отец поднимает на меня взгляд, в котором плещется чувство вины.
— Давай, соглашаюсь. Включи Марку мультики.
***
Удаляемся на кухню. Видно, что отец сильно нервничает.
— Маме стало плохо после того, как она узнала о Кире? — прямо спрашиваю я. — Все было именно так?
— Женя… Все не так-то просто!
— Папа, чего ты добиваешься?! — повышаю голос. — Скажи, чего?! Неужели ты не видишь, к чему привела твоя ложь! А ведь ты уже оговорился. Упомянул, мол, выбирать между дочерьми… Потом спохватился, когда понял, что сболтнул лишнего! Еще тогда во мне поселился червячок сомнения. И вот, пожалуйста. Мама дала знать, что Кира — твоя родная дочь. Какой же ты…
— Ну, какой?! Какой, скажи!
Если бы этот разговор состоялся несколько лет назад, злой голос отца и брови, сурово сдвинутые к переносице, возможно, заставили бы меня замолчать.
Но только не сейчас!
— Подлец. Обманщик и подлец… И ты не только сболтнул лишнего в разговоре со мной, ты боялся, что правда будет открыта! Ты заранее подсуетился и сказал, якобы мама говорит всякую чушь, заговаривается… У меня просто нет слов, до чего же противно мне с тобой находиться…
— Я не хотел! — отвечает он, побледнев. — Не хотел, чтобы ей плохо стало. Просто она кое-что увидела и прочитала… И я не ожидал, что он произведет на нее такой эффект. Думаешь, я не раскаиваюсь? Я потерял жену, теперь никто не дает прогнозы, как долго она так протянет… Это тяжкая ноша!
— Значит, Кира — твоя родная дочь. Как так вышло?
— Я любил ее маму. Очень любил. Но мы сильно поссорились, я уехал на время. Когда вернулся, она замужем за моим братом. Вышла замуж мне назло, а я… Я пытался забыться, много разных женщин сменил. Потом в итоге встретил Наташу. У нас закрутился роман, она быстро забеременела, и я решил жениться, — скрипит зубами. — Но ту, другую, любить не переставал! — закрывает руками лицо. — И однажды мы сорвались. Незадолго до аварии… У нас случилась близость, мы поняли, что чувства живы, она призналась, что Кира — моя дочь. Тогда я предложил ей… уйти от брата и хотел развестись. Ничего не случилось. Они с братом поссорились. Всю дорогу ссорились.
— Откуда ты это узнал?
— Она отправила мне смску. Так я и узнал, что они ссорятся прямо в дороге. Я чувствую вину за произошедшее. Может быть, братишка отвлекся? — плечи отца вздрагивают, слезы текут по лицу, испещренному морщинами.
Я внезапно понимаю, что родители сильно постарели за эти годы. В буквальном смысле, сильно сдали! Но мне его точно не жаль…
Как можно было столько лет врать?!
Теперь мне многое стало ясно.
Отец никогда не любил мою мать, женился на ней по залету, всегда желал другую женщину. Поэтому и к Кире у него было особое отношение.
Всегда!
Мало того, что он обманывал маму, брата… Так он еще и вел себя так, что его слову нельзя было перечить! Мама всю жизнь его слушала, жила его умом, в рот отцу заглядывала…
И вот, каков результат…
— Как мама узнала?
— Я сто лет не пользовался тем телефоном и номером. Но недавно… На годовщину мне все они приснились, я включил старый телефон, на зарядку поставил. Наташа нашла и какого-то черта полезла в открытые переписки. Смски прочитала… Нашу переписку… кхм… Все стало ясно, и ей стало плохо.
Столько лет жить во лжи… И потом узнать, что всегда была нелюбимой женщиной?! Неудивительно, что сердце такого обмана не выдержало!
Кира в курсе? Не потому ли она так нагло себя вела?!
— Я не хотел. Никому не хотел причинить зла… Просто запутался. Обманывался… Я раскаиваюсь, что все так вышло.
— Поздно, пап. И я не понимаю, зачем ты пытался мне соврать! Не хотел, чтобы я узнала?
— Не хотел… Мне жаль, Жень… Мне так безумно жаль, ты и представить себе не можешь, как тяжело сейчас, спустя столько лет получать ответные удары судьбы…
Мне же его не жаль. Ни капли не жаль!
Теперь мне просто становятся понятны мотивы его поступков и все-все предстает в ином свете.
Дочь от любимой женщины и дочь от женщины, которая просто забеременела… Выбор очевиден! Господи, он и нас с мамой бросить хотел… Если бы не та авария, он бы нас бросил!
А потом решил, дай-ка усыновлю Киру, и жене ничего не скажу.
— Неудивительно, что ты принял сторону Киры в прошлом конфликте и поддержал ее. А тебе не приходило в голову, что маме лучше не становится, когда Кирочка ходит и появляется перед ней, напоминает о кошмарном обмане одним лишь фактом своего присутствия?!