Глава 32. Кира

Спустя неделю

— Ольга, добрый день!

Позвав знакомую, я затормозила ее в коридоре.

— Добрый день. Кира Владимировна, добрый, — закивала Ольга.

Я нашла ее для того, чтобы она следила за Натальей, женой моего отца.

Особо не искала. Взяла первую из тех, кто оказывает услуги сиделки и массажистки.

Отзывы о ней противоречивые, откровенно говоря, много недовольных, потому что массаж она делает не очень хорошо. Старается лишь в первую неделю, потом начинает халатно относиться к обязанностям.. Особых навыков и умений у нее нет, что немудрено. Ольга — простая санитарка, ей бы полы мыть, да утки выносить. Какие-то плевые курсы по массажу закончила, и на этом все. Берет она недорого, так что к ее услугам прибегают те, кто хочет делать хоть что-то в отношении своих больных родственников. Но так, чтобы вышло не накладно для кармана. Потому что своя шкура ближе, а с лежачим никогда не угадаешь, как надолго это затянется.

Я знаю, о чем говорю. Много раз видела, как обреченные умирать вытягивали из семьи силы, внимание и деньги… Десятилетиями лежали на кроватях и прованивали своим смрадом воздух, отравляли его и выкачивали силы из живых.

Кто не ухаживал за лежачими, пусть лучше промолчит. А я во время практики чем только не занималась, довелось иметь дело и с такими случаями. Спасибо, мне хватило!

— Как дела у Натальи? На поправку идет? — интересуюсь я участливым тоном.

Знаю, что в ответ не услышу ничего нового. Да и не способна Ольга своими куцыми умениями на ноги человека поставить. Это столько усилий приложить нужно, столько денег…

Ко всему прочему, далеко не факт, что это оправдает себя, не факт… Знаю множество случаев, когда прилагали нечеловеческие усилия, деньги и специалистов, чтобы поставить на ноги больных, но те, будто издевались и не спешили выздоравливать. Время и деньги, плюс силы уходили впустую!

Ольга собирается с мыслями, чтобы дать ответ, но я говорю ей, опережая:

— Загляните ко мне в кабинет. Нам врач укольчики прописал. Внутримышечно. Я уже все купила — и препарат, и шприцы. Поколите десять дней, да? Разумеется, за уколы дополнительно оплачивать будем.

В ответ она бросает на меня странный взгляд.

— Ах, это… — вздыхает Ольга. — А вы разве не знаете?

— О чем? — недоумеваю я.

— Так это…

Во мне взметнулось раздражение. Ольга не очень ловко и понятно формулировала свои мысли, затягивала речь. Хотелось дать ей пинка для ускорения, но я ждала с терпеливой улыбкой.

— Я ведь сегодня на утренние даже не заходила. Вчера вечером у вас была, со мной рассчитались и поблагодарили. Сказали, что в моих услугах больше не нуждаются. Так что вы укольчики передайте тому, кто теперь за вашей мамой приглядывает, Кира Владимировна.

Она мне не мать! Да, я ее так называю иногда, при отце, но это ничего не значит.

— Погодите, Ольга. Вы уверены? Может быть, напутали что-то?

Ольга в ответ поджимает губы.

— Кира Владимировна, я, хоть университетов не кончала, но понимаю, когда мне говорят, спасибо за все и до свидания, дальше пациентом будет заниматься другой специалист. Хорошего дня. И здоровья вашей маме… — прощается.

Я не поняла.

Это что сейчас было?!

Не поверив в услышанное, тороплюсь к себе в кабинет. На ходу отца набираю, он не отвечает!

Несколько попыток проходят впустую.

Он даже перезванивать мне не спешит.

— Старый козел! — шиплю себе под нос. — Паршивый трус!

Как долго я ждала, чтобы он открыто признал, что я — его дочь.

Я жаждала этого… Но в ответ слышала туманное «потом» и «Обязательно, как-нибудь» и ничего не значащее «как выдастся удобный момент!»

Удобный момент все никак не наступал.

И даже после того, как я избавилась от Жени, отец не дал мне то, что я заслужила.

Такой сердитый, грозный с виду, но по факту — жалкий трус! Он был способен только на то, чтобы тайком крутить шашни с женой брата и раздавать обещания, которые ничего не стоят.

Неужели он так сильно боялся потерять эту клушу, которая всю жизнь была при нем тенью?! Было бы за что держаться…

И, как ни странно, сейчас… когда ничего не мешало прямо признать меня своей дочерью и наследницей, отец окончательно размяк.

За каким-то чертом позвал Женю и превратился в полного тюфяка.

Что же проиозошло, а?

Я всего на пару дней выпала из обоймы. После развода. Не могла не уйти в себя, хотелось забыться…

Что произошло за эти дни? Даже представить страшно!

Давид получил долгожданный развод.

Отец уволил Ольгу, не посоветовавшись со мной.

Что, так быстро забыл о любимой дочери?

Как только на горизонте появилась та, что посмела родить?

И что в этом такого? На пузе уважение зарабатывает? Родила она… Люди пачками рожают, ничего такого…

Почему она его оставила?

Я так постаралась, внесла сестре инфекцию. Это было проще простого, как раз до Жени попалась пациентка, которая с партнерами особо не заморачивалась в плане предохранения. Я ту пациентку постоянно то от одного лечила, то от второго. Да по ней можно было учебник по зппп писать!

У страха глаза велики. Мой расчет был на то, чтобы бить, давить со всех сторон, сломать… Сломать так, чтобы от Жени ничего не осталось, и она бы обязательно избавилась от ребенка из страха или скинула его от стресса…

Но вот она здесь, ребенок жив и здоров, и все как с ума посходили.

Я никак не могу повлиять на ситуацию.

Отец как зомбированный, родители Давида всегда меня недолюбливали и даже говорить не стали.

Сам Давид не повелся на идею.

От бессилья я готова сожрать себя!

Контроль ускользает… Что же сделать? Что предпринять?

И, будто вишенка на горьком торте моих разочарований, я увидела, как Давид гуляет рядом с Женей и Марком… Держится на расстоянии, но глаз не сводит с них, и я чувствую, что он весь там, мыслями, сердцем…

Ненавижу их всех. Просто ненавижу!