Глава 10

Парковка постепенно заполняется родителями и родственниками мальчишек, которые подают большие надежды в футболе.

Мне дико неуютно собирать их любопытные взгляды, стоя перед ненавистным мужчиной с хмурым выражением лица.

Ненавистным…похоже, я откровенно лгу сама себе.

У меня под сердцем его малыш или малышка.

Я прикусываю кончик языка до боли, прогоняя желание рассказать ему о беременности.

– И что ты хочешь обсудить? Меня дети ждут, если что.

– За пять минут с ними ничего не случится.

– Расскажи это мамам и папам, которые отвлекается на секунду и их ребенок выпадает из окна десятого этажа.

Владимир Николаевич, так мне хочется назвать его сейчас, растирает переносицу большим и указательным пальцами. Ощущение борьбы с самим собой. Постоянное.

– Как ты уже знаешь от Гены, китайцы в Москве. Через два дня состоится званый ужин на котором я должен присутствовать с женой. Понимаешь, к чему я веду?

– Извини, это розыгрыш?

Смотрю на машину. Тёмка снова задирает Еву. Негромко напоминаю о себе, и сын прекращает тянуть ее за хвостики.

– Нет, это не розыгрыш, – Вова поворачивает голову, – Вот это неудачная шутка.

Намекает на Еву прямым текстом. И тут он прав. Судьба сводит меня с Машей и Евой за тысячу километров от России, подталкивает подружиться с ними, а потом вонзает нож точно в сердце.

– У тебя больше некого пригласить?

Никогда не умела плавно переводить разговор в другое русло.

– Они все будут с женами. Мне не нужна фиктивная. Только ты.

От напористости, резкости фраз и приказного тона я захожу в тупик. Меня загоняет в угол красивый мужчина с черными глазами, смуглой кожей, надушенный французским одеколоном.

Ядовитое лакомство под приторным конфитюром.

– Мне надо подумать.

– Напиши до полуночи.

Вова проводит рукой по волосам, укладывая их назад. Шумный людской гвалт вокруг усиливается. Сквозь него прорываются сигналы автомобильных клаксонов.

На город ложится приятный, освежающий вечер. А я боюсь прикоснуться к себе, находясь в этом неспокойном окружении. Горю. От одного невинного жеста Золотарёва.

Во всем виновато притяжение, которое никак не отпустит со дня нашего расставания.

Закон Ньютона. Любые два тела притягиваются друг к другу…Только к нам это не должно относиться. Мы скорее исключение из правил. Не подвластны физике.

– Не командуй, пожалуйста.

Фырчу сквозь зубы. Вова шагает ко мне. Я полностью концентрируюсь на детях, нутром чувствуя мощную мужскую энергетику в опасной близости.

– Почему ты не была такой раньше?

– Какой? – мне совершенно неинтересно, но вопрос задан.

Обманщица. Трусливая лгунья. За ложь накажут.

– Дерзкой, острой на язычок, немного сумасшедшей.

Его губы почти задевают мой висок, опаляют волосы.

– Значит, я склонна меняться. Как и ты. Только я в лучшую сторону, а ты в худшую.

Опешивает от моих нелестных слов.

– Напишу, когда смогу. – Наконец, говорю я, опережая его с возражениями. – Всего хорошего.

Хорошо, я в удобных кроссовках и быстро дохожу до машины. Тёма и Ева без умолку болтают о новом мультфильме, который я им вчера нашла на платном онлайн–кинотеатре.

– Ну что? Чего хотите на ужин? Учтите, повар к нам сегодня не заглянет. Готовить буду я. – Размещаю и застегиваю ремень безопасности. – Принимаются любые пожелания.

Поглядываю в боковое зеркало. Владимир Николаевич завис у своего джипа. Буравит нас гневным взглядом, сжигает хрупкие мосты между нами.

Я завожу двигатель, переключаю передачу и выезжаю на дорогу, оставив следы шин на асфальте. Бедные колеса принимают всю мою боль.

Благодарю саму себя за то, что не разревелась при нем. Это было бы полное фиаско. Настоящий провал.

Подавлять чувства, не давать им просачиваться наружу одно, а воочию столкнуться с тем, кто беспощадным образом искромсал сердце в клочья, другое.

Я просто не могу совладать с собой, когда он рядом. Вспоминаю счастливые моменты в браке и до него. Сравниваю, перебираю, мучаю себя.

Но сегодня я собираюсь в неприступную крепость. Наверное, капля силы во мне все–таки есть. Маленькая, слабенькая, но очень концентрированная.

***

На часах почти полночь. Дети сытые и довольные спят в своих комнатах. Мне пришлось заказать им пиццу, потому что мое коронное блюдо под названием «куриные ножки в сметане» сгорает. Но я не виновата. Я сразу предлагала им варианты для выбора.

Они же решили дать мне шанс проявить свой кулинарный талант. Увы, кулинар умирает во мне еще задолго до моего рождения. Каша с комочками, а теперь и обугленные голени тому подтверждение.

Я включаю сериал «Друзья», жую мармеладных мишек и думаю, стоит ли мне писать Вове.

Для него очень важен этот ужин с китайскими партнерами. Компания «Альфа–Инвест» развивающийся организм, ему нужны «витамины», «минералы» и «микроэлементы» для успешного роста.

Но я как представлю вечер в компании малознакомых людей и Вовы, так меня начинает тошнить. Конечно, моя тошнота еще и с беременностью связана. С Тёмкой меня выворачивало от всего. От еды, от запахов и даже от собственного отражения в зеркале.

Видать и сейчас не надо надеяться на лучшее. Завтра у меня прием у доктора Аракишвили. Анализы готовы и я обязана ему показаться. Расскажу ему о начинающемся токсикозе, попрошу выписать какие–нибудь лекарства. Не хочу похудеть еще сильнее.

Эта беременность для меня должна стать подарком, а не наказанием.

На почве размышлений о своем будущем, беру телефон и набираю сообщение Вове.

«Я согласна»

Коротко и ясно.

В сериале раздается закадровый смех, и я включаюсь в реальность. Но ненадолго.

После отправки послания, ищу клинику, в которой без проблем сделают ДНК–тест. Москва огромна. Клиник предостаточно. Выбираю подходящую по отзывам.

На расположение мне все равно. Я доберусь даже до Тибета, лишь бы узнать правду. Нет, не так. Лишь бы доказать Вове, что он много лет убегал от родной дочери, откупаясь от нее деньгами.

«Спасибо, моя любимая»

Читаю и не верю своим глазам. Даже тру их руками. Не помогает.

Любимая?

Ядреная кислота подкатывает к горлу, и я бегу в ванну. Несколько минут меня выворачивает наизнанку.

Потом, я открываю шкафчик, беру зип–пакет с щетками и уверенно несу его в гардеробную, запихиваю в сумку, которую завтра возьму с собой и возвращаюсь в гостиную.

В финале тринадцатой серии, я уже не против частного детектива, предложенного Крис. Кстати, почему она мне не звонит? Неужели Гена затаскивает ее в отель после ресторана?