Глава 29

Неспешным шагом и вроде бы уверенной походкой приближаюсь к Вове, мельком оцениваю его идеальный облик.

Вова же облизывает меня взглядом с ног до головы. Я в коротком платье, удобных босоножках на устойчивом прозрачном каблуке. Вот только на душе океан и я в дрейфующей шлюпке.

– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю с ровной интонацией, но голос все равно выдает мою тревожность.

– На меня вышла твоя подруга. Сказала, я срочно должен подъехать в отель.

– Что? В каком смысле?

Мои брови взлетают и пикируют к переносице.

– Если б я знал.

Телефон зажат в руке. Быстро набираю Крис, а она не реагирует. Только длинные унылые гудки.

– Буона сэра!

Сразу узнаю в показавшемся из дверей мужчине Геворга. Его фото на сиденье в моей машине.

– Привет. – Поглядываю на раздосадованного мужа. Его карие глаза стреляют пренебрежением.

– Какого черта? – выдает Вова, приставив руки к бокам.

– Рад с вами познакомиться, Зоя. – Геворг словно нарочно не обращает внимания на Вову. – Кристина очень много рассказывала о вас.

– Взаимно. И…взаимно.

По моему лицу несложно понять, в каком недоумении я нахожусь. Ситуация из разряда: улыбнитесь, розыгрыш! Однако шутками в данный момент и не пахнет.

– Простите, Геворг, но я не понимаю, что происходит.

Вова напрягается, когда загорелый черноволосый мужчина делает ко мне шаг.

– Моя будущая жена переживает за вас и подготовила этот небольшой сюрприз.

– Сюрприз? – заикаюсь, глядя ему в глаза. – Какой?

– Владимир, верно? – Геворг моментально переключается на Вову. – На сегодняшнюю ночь весь пентхаус ваш. Думаю, вы сможете удержать в нем одну хрупкую девушку?

– Что?! – я вспыхиваю, прикладываю руку к пришпоренному сердцу.

– Ты что несешь? – наступает на Геворга Вова. Битва будет кровопролитной, если Золотарёв сорвется с цепи.

– Всё, я ухожу. Ключ от номера у девушки на ресепшен. Буэно ноче!

Мы с Вовой синхронно поворачиваем головы вслед уходящему Геворгу. Теплый ветерок с ароматами весенних цветов ласкает кожу. Я растираю плечи, будто могу избавиться от мурашек.

Крошки пузырятся с новой силой, внутренности раскаляются, и я пробую жар на вкус.

– И что всё это значит?

Вова наводит на меня квадратный подбородок. Смотрит с вызовом.

– Я ничего не знаю. Крис попросила меня поговорить с Геворгом…ой…

До меня постепенно доходит вся суть ее ловкого обмана. Крис надо было в актрисы идти, а не в бухгалтера.

– Ой? – Вова в полушаге от меня. – Что за ой? Какого хрена?

– Кажется, Крис заманила тебя и меня в отель, чтобы мы выяснили отношения. Но, не беспокойся, я сейчас же уеду.

Машу ручками перед Вовой, создавая динамику. Он неподвижен. Осмысливает? Переваривает? Или придумывает план мести?

– Твоя, – вешает кавычки пальцами. – Подруга, сорвала меня с важной встречи. Я ужинал с Юн Лао, который согласился уделить мне полчаса в своем плотном графике, благодаря бесчисленным уговорам. Я никогда так не унижался, твою мать!

– Прости, я не знала, что она задумала. И я тоже поверила ей. Она рыдала у меня на плече.

– Ей повезло, что прямо сейчас не могу добраться до нее.

Сглатываю от нашей магнетической близости.

– Ладно, я поеду. Уже поздно и Тёма не уснет без моего поцелуя на ночь.

Вова не дает мне двинуться. Колючая щека сдирает последнюю храбрость. Я закрываю глаза, позволяя ему вдыхать мой запах, касаться моей спины и мурчать в ухо.

– Ты никуда не поедешь.

– Вов…

– Моя. – Прикусывает мочку уха. Разряды тока подбрасывают меня к луне, излучающей оранжевое сияние. – Хотя бы так.

Упираюсь, когда ведет в отель, но сопротивляться в полную силу не могу. Мое бренное сердечко распевает акапельные песни, а ватные ноги заплетаются друг за друга.

В лифте Вова набрасывается на меня с поцелуями, и я не защищаюсь. Может быть, всему виной душный июнь, а может быть, преданность первой любви.

Пока добираемся до номера, избавляемся от ненужных мыслей. Только у самой двери я упираюсь руками в грудь Вовы и произношу:

– Это же будет очередная ошибка, да? Как те две, что случились раньше.

– Просто отбрось сомнения, Зой.

Нависает надо мной горящей глыбой, упираясь локтями в дверные косяки.

– Как?

– Ты меня любишь, я тебя люблю. Легче легкого.

Хмыкаю, опустив голову. Он прав, я не перестаю его любить, не стираю из памяти наше совместное прошлое, но…

– Именно поэтому, лучше остановиться сейчас.

– Зой, – ловит за руку. – Я изменил, не отрицаю, но извинения не мой конек. Я могу лишь пообещать, что никогда больше не сделаю тебе больно.

– А мне и не нужны твои извинения.

Во внешних уголках глаз светятся слезинки. Ресницы не дают им сорваться.

– Мне нужна другая жизнь. – Добавляю, морщась от сердечных сокращений. Кровь перестает проходить через сердце, а на губах повисает несказанная вслух фраза «я все равно буду счастливой».

– Зой!

Я на значительном от него расстоянии, в минуте от лестницы, которая слева от лифта.

– Зоя! – прикрикивает Вова, срываясь с места за мной.

Молнией спускаюсь по ступеням, лавирую между людьми в холле, выбегаю на улицу и слышу:

– Машина!

Мой взгляд летит в направлении Вовы. Страх, неприкрытый ужас застывают на его лице.

Я взвизгиваю, оступаясь при перепаде высоты, каблуки, сговорившись, подворачиваются.

До падения на асфальт всего миг. Вова ускоряется и успевает поймать меня перед Шевроле с открытым багажником. Водитель не глушит двигатель, а наоборот играючи давит обороты.

– Рехнулась?! Ты, мать твою, рехнулась?!

Трясет меня в своих руках, а я глотаю слезы. Окно Шевроле опускается и теперь в глазах Вовы смертельная ненависть. Я медленно оборачиваюсь и вижу Генку. Он в стельку пьян.