Глава 32. Она

Нужно было снять большую квартиру.

Вадим предлагал вернуться в дом, и я была бы рада, но не могла себе позволить вернуться в то место, которое было наполнено и счастьем любви, и горечью предательства.

После длительных споров и препирательств я согласилась взять деньги Вадима.

В конце концов, это ради детей.

По большей части, из-за них…

***

Квартиру мы поехали смотреть вместе с Вадимом, изображая семейную пару, которая подыскивает жилье на срок, пока длится капитальный ремонт в своей недвижимости.

Впрочем, нам это далось легко и без проблем. Ведь мы и так были мужем и женой, поэтому и притворяться не пришлось.

Квартира мне понравилась, надо было лишь решить вопрос с кое-какой мебелью: две комнаты пустовали. В остальном все меня устраивало, поэтому мы подписали договор в тот же день и получили ключи.

Я прошлась по будущему жилью, замерла у окна: вид на город даже днем был замечательный. Вечером, наверное, вообще глаз не оторвать.

За моей спиной замерли шаги.

Вадим подошел почти вплотную, я ощущала на своей макушке его горячее дыхание, которое участилось.

Я замерла, ожидая, что он сделает дальше.

Видела нас в отражении стекла и не делала ничего, ждала действий с его стороны.

На миг мне показалось, что он собирается меня обнять, но потом он встал рядом, его ладонь легла на подоконник рядом с моей рукой.

Между нашими пальцами было не больше двух-трех сантиметров расстояния.

Так близко и так далеко друг от друга.

— В прошлом ты тайком сбегала с дома отца, чтобы сходить со мной на свидание, — усмехнулся Вадим. — История повторяется.

— С той лишь разницей, что это не свидание. И впереди нас ждет не «долго и счастливо», а «порознь и в разводе».

— Уверена, что хочешь именно этого?

— Не начинай! — разозлилась я, сделав резкий шаг в сторону.

Вадим схватил меня за руку у локтя, достал телефон.

— Вот что нарыл частный детектив, — показал фотографии.

Там была эта девушка, Рита, и она сидела за одним столом с моим отцом в каком-то заведении.

Они беседовали. Он передал ей конверт.

Вот так разбиваются последние остатки веры.

— Пусть так, Вадим. Но не мой отец заставил тебя увлечься ею. Не мой отец заставил тебя мне изменять. Или ты совал член в эту шлюху под дулом пистолета?! — спросила я, яростно желая, чтобы он меня больше не касался.

Чтобы больше рядом не было ни одного, ни второго…

Предатели и эгоистичные лжецы.

Амбициозные… Зацикленные лишь на себе!

— Я ошибся. Оступился. Это моя вина, и я ее признаю, но прошу тебя лишь о том, чтобы дать мне возможность видеться с семьей. С мальчишками. Я по ним очень скучаю.

— Сначала выполни условия, о которых мы договорились, потом я подумаю над твоей просьбой. И, Вадим… Нет никаких гарантий, что Кирилл захочет тебя видеть. Ты обидел его так сильно, что даже я не могу до него достучаться.

Мы начинали этот разговор снова и снова, слова были теми же…

Я устала повторять. Хотелось вырваться из этого порочного круга, но я не знала, как.

Вадим шагнул ко мне, обняв, я отпихнула его изо всех сил, вырвалась, растрепанной, поправляя одежду.

— Еще одна такая выходка, и я буду настаивать на том, чтобы ты видел детей только в моем присутствии.

— Я не представляю для них опасность, — отвечает он, сжав кулаки. — Ты перегибаешь палку, Люба. Я обидел тебя, но я не представляю опасности ни для тебя, ни для детей. Не делай из нашей семьи — поле битвы, чтобы отомстить мне за свои обиды. Я знаю, что сделал тебе больно. Ударь! Давай же! — предложил он, подставив свое лицо.

Его голос срывался, глаза горели.

Я отвернулась: слезы выжигали дорожки на щеках, а мне еще предстояло вернуться и делать вид, что я классно провела время, гуляя и бездельничая…

— Давай сойдемся на том, чтобы претворить в жизнь план.

***

Я должна была сбежать после первого слушания о разводе…

Старшие дети должны были отправиться со мной. Младшие — с няней.

Вадим придумал план, и я молилась, чтобы он сработал…