Глава 25. Алиса

Я не знаю, сколько прошло времени. Сколько мы так сидим. И чем больше вот так, совсем близко, тем сильнее я осознаю свою вину перед Максом. Куда я смотрела? Как проглядела? Не помогла… Он же болен. Очень болен. И теперь не понятно, чья это вина. Все же, наверное, моя. В болезни же не бросают ни людей, ни животных. Какая бы она ни была, не бросают. Я касаюсь его осторожно, глажу по волосам, как ребенка. Чувствую, как они стынут словно на морозе. – Давай я найду тебе хорошего специалиста, – тихо проговариваю. – Никто ни о чем не узнает. Можно сделать все анонимно. – Я хочу уехать, Лис, – так же тихо говорит он, удобнее укладывая голову на моих коленях, прижимая меня крепче. – Я не могу здесь оставаться. Я думал… и все пройдет. А стало только хуже, детка. – Уедем, да, – бормочу, мысленно прощаясь со старой жизнью, с новой жизнью, в которой был Игорь. Так правильно. Для него. А для меня? Наверное, тоже… – Ты не поедешь со мной, – он чуть поворачивается, целует мою коленку. – Не надо. – Я хочу тебе помочь, – я с трудом сглатываю комок, распирающий горло. – Поеду, если обещаешь, что начнешь лечиться. – Я не хочу, чтобы ты видела меня таким, – его большой палец поглаживает мою кожу. – И так… наворотил. Хватит. – Макс… – замолкаю, не знаю, какие подобрать слова. – Я уже все видела. Жалко, раньше не поняла, что ты очень болен. – Прям очень? – усмехается он, и тут же улыбка сползает с его лица. – Мне очень жаль, что видела. И мне очень… Я не хочу так больше. Я убью ее когда-нибудь, если останусь здесь. – Уедем, – проговариваю и зажимаю рот ладонью. Всхлипываю сдавленно. Боже… боже… я его совсем не знала. Я не хотела узнавать. Мне всегда хватало той глянцевой картинки, которую он мне показывал. Я, бедная сиротка, хотела принца. Он был принцем… Старался таким быть для меня. – Детка, я боюсь быть… таким, как сегодня. Я не хочу тебя больше обижать. И контролировать это… всё сложнее. Поэтому сейчас я… позвоню, чтоб он тебя забрал, – он снова крепче прижимает меня. – Подожди, – выдавливаю я с трудом, просто отпихивая от себя возможность быть спасенной прямо сейчас из этого кошмара. – Мы же справимся с этим. Я помогу… Позволь помочь… Я же тоже перед тобой виновата. Просмотрела это за своими проблемами и страданиями. – Алиса, – вдруг называет полным именем, поднимается, обхватывает ладонями моё лицо. – Я не хочу быть твоим… палачом. А тебе не нужно быть жертвой. Он прижимается губами к моим и судорожно вздыхает. – Я не всегда себя держу, как ты понимаешь. Собирайся, Лис. Возвращаемся. – Каким еще палачом?.. – у меня кровь в жилах стынет от его слов. – Что с тобой происходит, Макс? Ты же всегда был таким спокойным, таким… – я перебираю в голове воспоминания, разгребаю все замыленное, наконец, замечая все его странности. – Ты всегда был для меня хорошим. Почти всегда. – Только для тебя, – усмехается. Качает головой, морщится. Прослеживаю за его взглядом и вижу это кресло. Опускает глаза, поднимается, переплетает наши пальцы, тянет меня к себе. Обнимает и шепчет в висок: – Поехали. – Ты всегда был моим лучшим другом, – мне вдруг становится его так жалко, и так горько оттого, что я ничего не сделала, чтобы ему помочь. – Прошу тебя, позволь мне помочь. – Ты не можешь, – его пальцы перебирают волосы на моём затылке. – Прости, что втянул тебя во всю эту… – Макс, что у тебя с Викой на самом деле? – поднимаю на него глаза. Хочу во всем разобраться. Так хочу, что все мои собственные проблемы меркнут и съеживаются. – Я… Лис, прошу, поехали, – тушуется, отстраняется, делает вид, что что-то ищет. – Все хорошо, – кладу руку ему на плечо. – Мы со всем справимся. – Нет! – оборачивается, хватает меня за запястья так, что ладони почти на уровне его лица. – Я пытался. Я нашёл тебя, максимально непохожую. Я люблю тебя, и любил всегда. Но она абсолютно такая же! Я думал, что я теперь сильнее, что… но ни хера это не так… – переводит взгляд на мои запястья и тут же разжимает хватку, целует руки. Я прижимаю его голову к груди, глажу по голове. – Пойдем, я возьму телефон из машины и напишу ему, что со мной все в порядке, – как бы мне ни было жутко, я просто не могу его так оставить. – Чтобы у тебя не появилось еще больше проблем. – Иди, пиши, – опускает голову он. – Я подожду. Я выхожу из дома поспешно – не могу это больше терпеть, мне нужна передышка. Бреду к машине, открываю ее и достаю из-под сиденья свой телефон. Не читая сообщений, записываю Игорю голосовое, чтобы он точно знал, что это я, а не кто-то другой: – Привет… у меня все хорошо, прости, что напугала. У меня дела сейчас, я чуть позже позвоню. Прости… Засовываю телефон в карман кофты и медленно иду обратно. Тропинка к дому почему-то берёт чуть левее, и из-за этого видно кусок заросшего огорода. И там стремительно удаляющаяся спина Макса. – Максим! – зову я отчаянно громко. – Не надо так! Он оборачивается, глядит на меня почти с ужасом во взгляде, отворачивается и ускоряет шаг. Я зависаю на месте, не зная, как поступить, что делать со всем этим, и даже с собой. А потом ступор заменяется бешеной злостью на ситуацию и желанием бороться. Я несусь за ним, рву колготки не пойми обо что, царапаю щиколотки, почти не замечая этого. – Да подожди ты! – ору ему вслед. – Прекрати уже всегда и все за меня решать! Останавливается резко, и я чуть не врезаюсь в его спину. Дышит так тяжело, что плечи вздымаются, а почти чёрные волосы треплет ветром. – Считай, что в этот раз ты сама решила, – говорит глухо, одним движением разворачивается, притягивает меня за шею и врезается в мои губы глубоким поцелуем. Я хватаюсь за его плечи и шею – земля из-под ног стремительно уходит. Клялись же всегда быть вместе, что бы ни случилось, даже на крови, когда были совсем “зеленые”. И похоже, от этого реально не уйдешь. – Я останусь с тобой, – шепчу, едва отдышавшись. Какая-то часть меня плачет и отчаянно протестует, ведь я так хотела быть счастливой с Игорем. Но… я привыкла поступать правильно, а это правильно не бросать твоего лучшего друга и близкого человека, когда ему так тяжело. Прощай, душа моя.