Глава 40. ОН

Кажется, она дар речи потеряла. Глядит на меня во все глаза.

Наконец выдавливает:

— Р-Руслан Романыч… но я ведь… не такая, — шепчет смущенно. — Должно быть между нами возникло недопонимание. У вас Кристина Сергеевна. Еще и эта вторая жена… Я так не могу…

— Я знаю, — соглашаюсь. Я ведь еще вчера решил, что Аленка заслуживает большего, чем стать любовницей собственного мужа. Целую ее пальцы: — Поэтому пока я не разберусь со всеми своими вопросами позволь мне просто быть рядом с вами. Ладно? Я не буду просить большего. Просто хочу быть с вами. Заботится о вас.

— Я пока плохо понимаю зачем мы вам…

— Со временем ты все узнаешь. Если не удастся вернуть тебе память, тогда я сам все расскажу тебе. Но сейчас ты должна просто поверить. Можешь?

Кажется, я даже не дышу, пока она не отвечает.

Серьезно смотрит на меня своими потрясающе-голубыми глазами. А я мысленно молюсь, чтобы она приняла мое предложение. Это будет значить, что я для нее тоже не просто призрак из прошлого.

— Я попробую, — кивает наконец.

Прижимаю ее к себе:

— Спасибо тебе.

Чувствую, как она, пожалуй, впервые расслабляется в моих объятиях:

— Руслан, — шепчет мне в шею.

Ебать. Я так долго этого ждал. Нужно было просто вежливо попросить. С самого первого дня. Со дня нашей свадьбы… Мне нужно было просто расслабиться и получать удовольствие. Тогда я бы не потерял ее. Тогда мой сын не рос бы в лесу без отца. Тогда она бы уже давно была моей, и мне не пришлось бы играть в эти детские игры.

Теперь надо побыстрее избавиться от Кристины. И подготовиться к выходу Болота. Рано или поздно он проявится. Потому что теперь у него есть внук — мой законный наследник. Однажды он узнает, я не смогу скрывать их вечно — слухами земля полнится. А значит он попытается меня убрать. И я должен быть к этому готов.

— Смотрите, Бэтмен подарил мне маску! — слышу голос малыша. — Мама так ничего и не поела? — строго говорит он.

— И правда, — выпускаю Алену из объятий. Ее взгляд будто слегка хмельной. — Гляди, оказывается уже и стол накрыли, а мы не заметили.

Усаживаю Аленку обратно за стол. Вкладываю в руку вилку, потому что она выглядит так, будто не знает, что ей сейчас следует делать:

— Ешь, — целую в макушку.

Замечаю, что Рома пристально наблюдает за мной.

— Хочешь еще что-то спросить? — улыбаюсь я сыну.

Кивает:

— Ты теперь будешь жить с нами?

— Рома! — от возмущения Алена даже в себя приходит.

— Ну, а что? — возмущается малец. — Раз ты ему нравишься, значит он должен с нами жить.

— Да с чего ты это взял?! — смущается.

Сынок разводит руками.

— Если мама сама захочет, — улыбаюсь я Роме, обнимая его за плечи. — А еще лучше, чтобы вы ко мне переехали. Хочешь?

— А у тебя большой дом? — любопытствует он.

Киваю:

— Больше этого ресторана.

— Ого, — малыш оглядывается. — И у меня будет своя комната?

— Конечно.

Алена дергает меня за пиджак под столом.

— Но это только если мама захочет, — делаю небольшую ремарку.

Она закатывает глаза. Рома тут же нападает:

— Мам, мы поедем?

— Нет, сынок. Дядя Руслан живет очень далеко. Предлагаешь бабулю и Аню тут бросить?

У меня сердце сжимается, когда я вижу, как мой сын расстраивается:

— Не бросим, — грустно заключает он. — Прости, папа Руслан.

Вскакиваю со стула. Опускаюсь перед ним на колени:

— А давай мы их всех заберем? В моем доме на всех места хватит!

Ромка оживляется:

— Как в теремке что ли?

— Именно. Как в теремке. Ты только не расстраивайся, сынок. Мы их всех уговорим и все вместе уедем, когда они решатся.

— А ты не уедешь без нас?

— Ни за что! Если мама не согласится, то придется мне в вашей избушке поселиться вместе с вами. Лишь бы с вами…

— Ты мне нравишься, — улыбается. — Ты очень похож на моего папу.

Аленка от неожиданного признания сына давится шампанским:

— Вот блин, вся облилась. Я сейчас! — с этими словами она убегает в туалет.

А до меня только сейчас наконец доходит, что ответ на мой вопрос, ради которого я приехал за Аленой в город, сейчас прямо передо мной.

Это же Рома звонил мне. С Алениного номера. Мне не приснилось. Маленький шкода, которому я дал свою визитку.

Что он сказал?

«…папа, я тебя люблю…» — ясно врезается в сознание.

У меня ком в горле встает от того, что я не могу признаться им во всем прямо сейчас.

— И голос у тебя похож на папин, — задумчиво продолжает малыш.

Он поднимает маску Бэтмена на уровень моего лица. И я не смею пошевелиться, чтобы предотвратить свое разоблачение. Вместо этого шепчу:

— И я тебя, сынок. Больше жизни люблю.

У Ромы на глазах слезы:

— Так ты и есть мой папа?! — шепчет восторженно.

Киваю:

— Только маме пока не говори. Пусть это будет наш секрет. Договорились?