Глава 54

— Хватить нести ересь! — рявкнула я, слишком поздно осознав, что этот разговор ведёт нас в никуда.

Я слишком распалилась, выпитые коктейли успокоению моему никак не помогали, а Воронов только и делал, что подзуживал меня на конфликт.

А ещё — и я бы не стала в этом признаваться даже себе — меня бесила сама ситуация. Ситуация, в которой даже вопреки моим намерениям мне всё-таки не могло быть абсолютно всё равно, когда я услышала, с какой циничной холодностью Катаев абсолютно открыто и без купюр заявил моему мужу, что я совершено его не интересую.

Вдвойне паршивее было то, что Воронов это слышал. Он стал свидетелем моего невольного унижения.

И чем дольше я раздумывала об этом, тем паршивее мне становилось. На эти мысли наслаивались другие, которые уже мало отношения имели к реальности и просто растравливали эту рану.

— А что тут такого еретического? — муж прожёг меня взглядом. — Катаев, как ни крути, видный мужик. На такого заглядываться не зазорно.

— Вот как? — фыркнула я. — Благодарю за экспертную оценку. Ну так и пользуйся моментом, Воронов. Мешать не буду. Я и так тут застряла на непозволительно долгий срок. Пропусти!

— Сбегаешь, — хмыкнул супруг, но не это меня на самом деле взбесило больше всего, а то, что он самым наглым образом не дал мне пройти.

От дверей меня отделяло каких-то несколько шагов, но Воронов совершено неожиданно загородил собою проход.

Я подняла на него обалдевший взгляд.

— Это… как понимать?

— Свет…

— Не вздумай, — оборвала я его со свирепыми нотками в надломившемся голосе. — Я тебя тогда на всю оставшуюся жизнь возненавижу. Не смей меня жалеть, Воронов! Ты думаешь, меня действительно так глубоко ранили его слова? Что ты там себе навоображал про меня и Катаева — твоё личное дело, но не нужно действовать исходя из собственных выводов! Ты поздно пытаешься строить из себя джентльмена. Тем более что об этом тебя никто не просил. Пропусти!

Но муж даже не шелохнулся.

— Погоди, — сказал уже куда мягче. — Погоди. Ты же не собираешься встретить Новый год у себя в номере?

— А тебе какое до этого может быть дело? Даже если и собираюсь, то что?

— Это было бы большим упущением.

— Для меня это…

— Для меня, — прервал он мою отповедь и заглянул мне в глаза.

С запоздалым шоком я увидела, как в его тёмном взгляде мелькнуло нечто очень знакомое. Но поверить в то, что не ошиблась, было слишком уж сложно. Практически невозможно, если уж на то пошло.

Увиденное было просто эхом из прошлого. Воспоминанием о человеке, которого нет. С тех пор и он, и я слишком изменились. Нет, мне показалось. Наверняка показалось.

— Воронов, ну вот что ты несёшь?

Я очень хотела, чтобы мой голос прозвучал требовательно и строго, вместо этого он прозвучал бесконечно устало.

— Свет, я, может, впервые за очень долгое время свободно говорю то, что у меня на душе.

— А мне больше не нужны твои откровения. Ты ими можешь делиться со своей новой подружкой. Уверена, её порадует твоя искренность.

Я видела, что его задели эти слова. Не могли не задеть. Я их только потому и озвучила. Но реагировать он на мою «шпильку» не стал. Во всяком случае не так, как можно было от него ожидать.

— Если не хочешь возвращаться в общую залу и компрометировать себя нахождением в моём постыдном обществе, — безо всякой издёвки предложил супруг, — мы можем уйти куда-нибудь подальше от основного празднования.

— Я н-не понимаю, что происходит, — нахмурилась я. — Зачем это всё? Нет, правда. Зачем? Это потому что твоя Алина оставила тебя в Новый год одного?

И только когда я произнесла эти слова, в голове зазвенел новый вопрос.

— А… для чего ты вообще тут остался? Бизнес-мероприятия завершились, ты мог бы уехать. Уехать к ней и…

— Не смог, — Воронов пожал плечами, будто эта короткая фраза всё объясняла.

— Почему?

— Потому что не хотел тебя оставлять.

Ощущение нереальности происходившего накатывало на меня всё мощнее. Я-то надеялась разобраться в ситуации, а происходило всё ровно наоборот. Слова мужа ещё сильнее всё запутывали.

— Стоп. Стоп, Воронов. Вот тут давай остановимся. Тебя явно заносит куда-то не туда.

— Ты не права.

Всё, вот теперь точно пора уходить.

— Как угодно. Будем считать, что каждый останется при своём мнении, — согласилась я и попыталась обойти его, чтобы наконец добраться до вожделенных дверей.

— Не уходи, — его пальцы обхватили моё запястье, и я едва не подпрыгнула от неожиданности.

Развернулась, чтобы потребовать меня отпустить, но муж рывком притянул меня к себе и склонился над моими губами.

От соприкосновения наших губ всё моё тело прошибло разрядом. Такого потрясения я не испытывала, даже когда Воронов целовал меня в первый раз.

Где-то внутри будто сверхновая взорвалась. На мгновение реальность перестала существовать, и я забыла кто я и где нахожусь. Слишком много эмоций сплелось в одном ощущении.

Спустя тысячу лет наши губы разъединились, и я вернулась в реальность. Ощущение было сродни пробуждению из сюрреалистичного сна.

По моему телу до сих пор пробегали, щекоча кожу, невидимые глазу электрические искорки.

А когда я наконец осознала, что на самом деле произошло, уткнулась руками ему в грудь.

— Ты… что ты натворил? — задохнулась я. — Что ты натворил, Воронов?!