Глава 11

Не знаю почему, но сидя в коридоре перед кабинетом гинеколога, я ощущаю сильное волнение. Порой, кажется, будто это снова тошнота, но нет. Я испытываю стресс и сильно нервничаю. Произошедший в ту ночь выкидыш больно отзывался во мне самой. Подкосило знатно. Но внутри дурацкий маячок, который бесит, который наводит смуту, все еще мигает. Маячок странной и бессмысленной надежды, если смотреть на мое самочувствие. Но я ведь женщина, желающая забеременеть, имею право на сумасшествие, не так ли?

– Здравствуйте, что тут у нас? – не поднимая головы спрашивает женщина, что-то там заполняя в большом журнале и протянув на автомате ладонь ко мне.

– Здравствуйте, Роза Юрьевна. Направление на повторное УЗИ было, но я пришла раньше, – подаю карточку и бумажку, которую мне написала врач с утра в больнице.

– Почему? – цепкий взгляд.

– Самочувствие не очень хорошее, беспокоит.

– Хорошо, – открывает карту, читает все, что ей интересно может быть, а после поднимает на меня глаза, странно смотря. – А че сидим?

– Простите? А что мне делать?

– Раздеваемся и на кресло, Майя, посмотрим вас сначала, девушка. А имя то, какое красивое, – улыбается, цокая.

Быстро справляюсь с одеждой, стелю пеленку и отвечаю попутно на ее вопросы о самочувствии и прочем происходящем за эти дни.

– Так, а кровотечение когда прекратилось? Какая у нас там сейчас ситуация?

– Прекратилось почти сразу. Были мази постепенно светлеющие. Я еще удивилась этому, думала, что будут ну… как бы месячные после выкидыша, но ничего такого.

– Ага, ясно.

Звонко шлепает перчатками о руки и начинает осмотр.

– Как интересно, – говорит вслух, но как бы сама с собой. – Сделайте вдох и задержите. Отлично. Хм… Так, одевайся и расскажи подробно, что там случилось у вас, Майя.

Пересказываю кратко, мою «историю болезни» и жду с колотящимся сердцем ее вердикт.

– Пять лет значит не могла, а тут внезапно случилось, – она задумчиво посмотрела в окно.

– Не молчите, пожалуйста. Я уже боюсь, присаживаюсь на стул, одернув кофту.

– Не бойся. Сейчас моя ассистентка придет, пойдем УЗИ сделаем. А там скажу, что да как.

Через пять минут, которые были сравнимы с пятью часами ожидания, девушка сменяет врача, и мы идем в соседний кабинет.

Женщина снова молча все делает, иногда что-то тычет на своем приборе, щелкает мышью. Периодически ухмыляется, а я ощущаю, как мои уши медленно сгорают.

– Ну что, Майя, – наконец заговорила. – Не знаю, что там у тебя за чемпион такой внутри зародился, или зародилась, тут уж не скажу так рано, но расставаться с тобой он так просто не захотел. Мамку напугал, конечно, как погляжу, но присосался глубоко и высоко. О, какой, – поворачивает ко мне монитор, и я смотрю на бело-черное кино, с отчетливой горошинкой чуть правее и высоко, не понимая, о чем вообще речь.

Ну не может же она говорить о… Господи…

– А вы… А это… Что это? Я не поняла вас, Роза Юрьевна, – во рту пересохло так, что язык тряпкой висел где-то в горле.

– Ну чего не поняла, то? Че непонятного, Майя? – улыбается, хлопнув на своим коленям ладонями, словно я несмышленыш. – Беременна ты. Никого никуда не смыло и хорошо, что не стали чистку делать сразу же в тот день, хоть я и дам нагоняй еще. Но в данном случае иначе бы получилось, если все по правилам было. А так, поздравляю, мамочка. Остается самая «малость»: выносить, родить, воспитать, выучить, ну, в общем, ладно до этого тебе рано пока что.

Но я, кажется, не слышала ее вовсе.

Я сосредоточилась на том моменте, когда прозвучало одно-единственное важное «беременна».

Как такое может быть? Как?

Я сплю? Я в другой реальности? Или может это вообще не со мной?

Мой малыш остался со мной? Наш… он наш…

Чувствую, как у меня за спиной расправляются крылья и абсолютное счастье кружит меня на своих руках. Счастье материнства. Такое ласковое и изумительное, что я, не сдерживаясь плачу.

– Ну чего ты расплылась? Озера мне тут наливаешь. Вижу, что рада.

– Скажите… Скажите, это ведь точно? Не ошибка? – сипло спрашиваю, потому что слезы заглушают звуки, произносимые мной.

– Нет. Не ошибка, – сдабривает доброй улыбкой.

– А как же кровь? Ее было так много…

– А вот с этим разберемся. Но на первый взгляд скажу так, что была отслойка после прикрепления плода к стенкам матки. Либо плод, как я уже сказала, все глубже закреплялся, а кровь слишком медленно свертывалась. Мы с этим разберемся. Это не диагноз. Сейчас отслойки я не наблюдаю. И я полагаю, ты понимаешь, что прямо сегодня нужно сдать все анализы, встать на учет по всем правилам, будем наблюдать. И надо бы сделать еще один в лаборатории на Фрунзе. Это генетический. Чтобы быть ко всему готовыми.

– Да, конечно. Разумеется.

– Готовьтесь Майя и к тому, что возможно придется полежать недолго. И самое главное, если вдруг хоть розовое, когда чуть-чуть крови на белье сразу мне на телефон звонок, а сама с чемоданами в больницу.

– Разумеется. Сразу же… сразу к вам.

Шок никак не проходил. Медленно сменяясь осознанием, которое, в свою очередь, срывало замки на сердце и обволакивало счастьем его.

Я беременна.

Внутри меня крошечный малыш. Самый любимый и драгоценный. Долгожданный мой…

– Сейчас полный покой. Как физический, так и эмоциональный. Нам нервы в принципе ни к чему, – мда, с этим будут проблемы, учитывая, где я работаю и ситуацию с мужем. – После результатов анализов пропишу витамины, необходимые лекарства. Пошли за направлениями, прямо сейчас сдашь кое-какие. Ты сегодня ела? – встает и уходит из кабинета, а я быстрым шагом семеню за ней.

– Нет, меня сильно тошнит. Мало что задерживается внутри.

– Поняла. Так, Карина, выпиши нам по беременности весь набор анализов и составь направление на генетику, – обращается к ассистентке, которая тут же начинает все выполнять. – Давай пока заполним карту, вставай на весы…

Провела я в больнице еще час, пока справилась со всеми поручениями врача. Все это время я не до конца осознавала ситуацию и свое положение. Моя тошнота, грудь, самочувствие в целом обрели смысл и причину. И ею оказался маленький ребенок. Наш с Ильей малыш.

Как выразить словами свое счастье? Как вообще это оказалось возможным? Но боже, я в невероятном восторге.

Впервые прикасаюсь к плоскому животу выйдя из больницы и словно чувствую большую силу жизни. Силу, которую мне дарит еще такой маленький, но важный человек.

– Нужно все рассказать Илье, но для начала решить с ним все вопросы, между нами.

Мы можем не быть вместе и в итоге развестись, но наш ребенок… Он будет знать и маму, и папу.

Пишу сообщение мужу, что пришло время поговорить и еду обратно на квартиру. Вот только он его даже не читает, и оно в принципе к нему не доходит. Ни сразу, ни спустя несколько часов, тогда как я успеваю приехать с другого анализа, который успела сдать.

Илья

Убежала. Опять. Не хочу на нее давить, пугать. Но смотреть в спину жутко раздражает. Как бы мне ни хотелось все ей высказать, схватить и сжать крепко, а после проговорить все в лицо, я не могу этого сделать.

Я не могу даже на половину ее вопросов найти вразумительные слова.

«Хочешь сказать, что ты с ней не спал?» – и я сразу затыкаюсь. Скажу «нет», а выяснится, что «да», что я буду делать в таком случае. Может мне и правда не стоило к ней все эти дни приезжать вообще?

Зря я стал навязываться. Надо было ответы искать, а не ей на мозг капать. Майя, итак, выглядит слишком бледной. И попробуй спроси, как здоровье, вообще испепелит. По всем фронтам облажался перед ней.

Недолго стою на улице и глотаю поднявшийся ветер. Осматриваюсь немного, замечаю камеры, которые стоят на магазинах, на входе в ее подъезд и немного успокаиваюсь. Смогу отслеживать ее в случае чего, плюс мобильный.

Уезжаю домой и ложусь спать, потому что чувствую себя обессиленным. Про еду вообще молчу. Потом поем.

Просыпаюсь только на следующий день по будильнику и встав собираюсь на работу. В холодильнике почти ничего нет. Поэтому пью кофе и уезжаю голодным.

По дороге заезжаю в кафе и покупаю завтрак навынос. Забираю свои коробки и, доехав до отдела, первым делом запираюсь в кабинете.

Пока ем, решаю послушать запись разговора снова. Может быть, мысль придет или неожиданный факт сложится в голове.

Снимаю блокировку. Открываю диктофон. Нахожу файл, датированный вчерашним днем, и включаю. А там какая-то хрень шипучая.

Слов не разобрать. Ни единого. Словно я включил старый телевизор, и он не ловит ни один канал.

– Вот же сука, – ору и бью кулаком по столу от злости.

Как такое возможно сделать?

Когда?

Или… Стоп…

Быстро выключаю мобильный. Переворачиваю его и начинаю разбирать до основания. Ни черта не понимаю в этом. Что тут в норме, что нет, что лишнее.

Сам не разберусь.

Набираю с рабочего Егору. Думаю, он и в этом может понимать, уж точно лучше меня.

– Следственный отдел? Серьезно? Мы настолько близки? – отвечает спустя время со смешком.

– У тебя записаны все важные номера телефонов?

– Нет, у меня стоит определитель. Мало ли. Привет, Илюха.

– Привет. У меня к тебе вопрос.

– Валяй, – слышу, как потягивается, видно, опять не спал ночь.

– Может ли быть такое, чтобы я записывал разговор телефонный, а попытавшись прослушать его там просто булькающая хрень была вместо него.

– Ничего себе вы игрушками там в ментовке балуетесь. Может, конечно. Либо чип в мобиле, либо рядом типа помехи искусственные кто-то создал. Но это, если ты был, например, в небольшом помещении.

– Типа машины? – даю себе пинок под зад, что не проверил сразу автомобиль.

– Ага. Тогда возможно, но верняк будет с телефоном промутить. Надежней. Не может ведь человек, это замышляющий, знать, что ты станешь говорить именно там. А вот телефоном уж точно воспользуешься.

– И как мне вытащить эту хрень из него?

– Блин, поищи там черный или светло-серый квадратик. Очень тонкий и небольшой, около сантиметра. Он может быть в отделе второй сим-карты или ща, погоди… – слышу, как он начинает в чем-то копошиться.

– У меня на одну карту телефон.

– Тогда, – тут же возвращается в разговор, – наверняка на место флешки сунули. Это быстрей сделать. Хотя могли в схему протолкнуть, – задумчиво добавляет.

– Черт, – пытаюсь понять, что за зверя ищу и ни фига не выходит. – Слушай, ты сильно занят?

– Ну типа того. Я не в городе. Буду примерно к семи дома.

– Давай я к тебе заеду лучше, и ты сам все сделаешь?

– Не вопрос. Приезжай.

– Спасибо, давай.

Кладу трубку и на всякий случай телефон не включаю по совету друга.

Мне теперь интересен их следующий шаг.

По телефону этот козел сказал, чтобы я написал рапорт в понедельник. Что ж, дождемся вторника. Если думают, что я так просто пасовать буду, не дождутся.

Неужели все дело в том, что именно я занял эту должность? Стоит с Матвеем Ивановичем поговорить и спросить, кого он планировал на свое место. Потому что тут половину отдела можно в таком случае подозревать и фиг докопаешься до сути так скоро, потому что они все сейчас, как крысята только работают. Будто даже есть перестали, выжидают, черти.

И все же я думаю, что тут другое. И потом та девушка. Ее мать сказала, что посадили отца и уверен речь о недавнем заключении. Кто-то кого посадил я? Но это никак не может быть связано с должностью. Да и с тем, что в клубе шлюху подсунули. Такие в отместку действуют иначе. Им до фени работа твоя, подставы эти. Они тупо действуют.

Занимаюсь работой и пытаюсь уйти в нее с головой. Потому что обязан выполнять ее правильно без претензий и накладок. Должен следить за результатом своих подчиненных. Раз уж дело в этом, стоит постараться показать всем, что я тут не просто так.

Домой после работы не еду, сразу к Егору.

– Ты посмотри, еще усовершенствовали, фиг найдешь, – показывает мне маленькую пластиковую полоску.

– И вот эта штука как-то помешала? – рассматриваю ее и понимаю, что мир шагнул далеко вперед.

– Ну, это микросхема, а не просто кусок. Могу рассказать, как она работает.

– Не надо, мне это ни к чему. Лучше скажи, можем ли мы восстановить запись?

– Не, без вариантов Илья. Считай, что ты записал просто шум.

– Вот же суки, – разозлившись вновь сжимаю телефон.

– А че там, важное что-то?

– В том и дело, что это было очень важно.

– Сорри, я здесь бессилен.

– Ладно, проехали. Спасибо за помощь, – жму руку и ухожу.

– Будешь должен, – кидает в спину смеясь.

– Рассчитаюсь, ты же меня знаешь.

В дороге пока еду домой на телефон приходят разные сообщения, так как сеть ожила, но я не смотрю их, потому что движение сегодня интенсивное. А уже оказавшись в квартире, начинаю разбираться.

Правда, пара минут, пока стоял на пороге, в очередной раз проклял это место.

Ненавижу быть без нее… без моей Майи… Нигде.

Среди вызовов вижу входящие от жены и смс.

– Поговорить значит.

Почему-то это приводит в бешенство.

Нет, конечно, хорошо, что она все же решилась, но твою ж мать…

Чувствую злость, поэтому разговаривать с ней не решаюсь. Не хочу на нее выливать свои проблемы в тех же интонациях. Просто пишу текстом, что встретимся завтра. Только Майя решает иначе и тут же звонит.

– Привет, – отзываюсь, разминая виски.

– Привет, – молчание воцаряется звенящее. Видимо, позвонила в порыве того, что не могла дозвониться весь день, и разволновалась. Это радует в какой-то степени.

Как же хочется все откинуть, схватить ее свалить к черту отсюда. Но это ни нам с ней, ни в работе не поможет.

– Все в порядке? – первый нарушаю эту угнетающую паузу.

– Да. А у тебя? Ты весь день был недоступен.

Слышу ее дыхание, ощущаю тоску по жене, по своей любимой женщине.

– У меня была работа, Май. Телефон выключил, потому что он немного поломался. Вот починил.

– Ясно.

Ищет слова. Собирается что-то сказать, но замолкает. И так несколько раз.

– Увидимся завтра, я устал, малыш, – пытаюсь быть нежным, но не выходит и получается в какой-то степени грубовато.

– Да, конечно. Извини. Пока.

– Пока, – говорю в ответ на трубящие в ухо гудки.

Не знаю, как буду все исправлять, между нами. И дело, кажется, уже не только в том, что произошло. Дело в том, что, посмотрев назад, я понял, о чем она говорила. Работа поглотила, а я этого не заметил. Раньше бывало такое, но я о жене не забывал.

Что же произошло в этот раз?

Может, я просто устал сильней, чем обычно? Ведь я знаю, что я ее люблю. А, может, решил, что она никуда не денется. Вот только делась… И я всерьез боюсь потерять ее окончательно.

Листаю все звонки и натыкаюсь на номер той девчонки, как ее? Диана, кажется.

Нахожу фото обладательницы и снова рассматриваю, пытаясь вспомнить ту ночь. А когда не удается, звоню. Правда, телефон оказывается выключен.

Готовлю себе поесть по-быстрому и сев за стол включаю записи с камер. Начав по второму или уже третьему кругу с тех, что у подъезда стоят.

Подмечаю одну машину. Которая на парковке появляется еще с семи вечера. Кажется, эта иномарка была и у бара, но позже. Быстро нахожу те видео и оказываюсь прав. За домом следили. Вот почему знали, что Майи нет. Вот почему мы оказались именно у нас дома. Значит, план мог быть другим. Но отсутствие жены помогло усугубить ситуацию.

Записываю в блокнот все что нужно на доработку, дополнительные факты и иду дальше.