Глава 23

— Тебя это не касается. И что ты вообще здесь делаешь?

— Я же сказал, что мы с тобой не договорили, — его губы растягиваются в многообещающей улыбке.

— А я, кажется, сказала, что плевать хотела на твои разговоры, — вешаю дамскую сумочку на вешалку. Входную дверь специально не запираю на замок и оставляю чуть приоткрытой.

Вижу по горящим глазам мужа, что мой ответ его совершенно не устраивает. Он ходит по дому как его хозяин и, судя по всему, за те дни своего отсутствия уже придумал план, как не допустить развода.

Отхожу к кухонному столу, на котором стоит увесистый стеклянный графин с водой. Пусть только попробует применить ко мне силу. Огрею по голове, пусть поваляется на полу. Подумает над своим поведением.

— Алин, я ведь по-хорошему пришёл. Завтрак приготовил, — в сторону сковородки с жаренными яйцами и сосисками кивает. — Сядь, поговорим спокойно. Как взрослые люди.

— Стёпа, — закатываю глаза. — Все обсуждения будут в зале суда при свидетелях, и адвокатах. А сейчас иди к своей тёлке, у меня голова болит.

— Никакого суда не будет, милая, — делает шаг ко мне, заставляя меня вжаться в стену. — Я нанял адвоката, и мы убедим суд отложить рассмотрение дела.

Хмыкаю и качаю головой. Он просто идиот.

— Степан, не занимайся глупостями. Взрослый мужик, — отмахиваюсь рукой и совершаю фатальную ошибку, повернувшись к нему спиной.

Стёпа хватает меня за плечи и привлекает к себе крепко прижимая.

— Я сделаю всё возможное, чтобы ты отказалась от иска, — говорит ровным, но холодным тоном.

— Силой заставишь? — смеюсь, а у самой по спине пробегают неприятные мурашки.

Я уже в тисках мужа и мало что могу сейчас сделать. Если он говорит, что заставит меня отказаться от развода, значит он хорошо подготовился и пришёл в дом не просто так.

— Если нужно будет, то да.

— У тебя ничего не получится!

— А ты готова стоять на своём, даже если лишишься детей?

— Что?? — вскрикиваю и смачно ударив ногой ему по яйцам, вырываюсь из цепких лап. — Да как у тебя только совести хватило это сказать? Я надеялась, что ты не опустишься до такого.

— А с тобой не получается по-другому, — плечами пожимает. — Ты же, Алина, сама нарываешься, на то, чтобы я начал действовать грязно по отношению к тебе.

— Скотина, — цежу сквозь губы и замахиваюсь, чтобы дать ему пощёчину, но Стёпа перехватывает мои руки и заводит за спину. Муж приближается к моем лицу и языком проходится по шеи. Фу! Морщу нос и отворачиваюсь.

— Не нравится? — хищно улыбается и накрывает мои губы поцелуем.

Плотно сжимаю рот, не позволяя его проворному языку проникнуть внутрь. Вот же гад! Как мерзко…

— Такая дерзкая ты у меня, — на ухо шепчет.

— Отпусти, — чуть ли не плачу от своей беспомощности.

— Забери иск, Алина, — цедит сквозь зубы.

— Ты изменил мне, Стёпа. Я никогда не прощу тебя и жить с тобой больше не буду. С детьми общайся, имущество поделим, а меня в покое оставь.

— С Кристиной всё в прошлом, — говорит как-то неуверенно и глаза отводит. — Ты и сыновья моя семья и я не хочу вас терять.

— Серьёзно? Нас или бизнес своего отца? — надменно улыбаюсь, чувствуя, что попала в яблочко.

— Бизнес отца здесь не причём. Я тебя люблю и хочу, чтобы у нас всё было как раньше.

— Любишь, — грустно повторяю его слова. — Если бы любил, за своим дружком в штанах следил и не тыкал бы им в другую. — отвечаю сквозь зубы, чувствуя, как всё тело сотрясает от гнева.

— Это был просто секс, родная.

— Ах просто секс? — вскрикиваю. — Серьёзно?

— Я против развода, Алина.

— А мне глубоко похер на тебя и твои желания, — отвечаю максимально грубо и стараюсь вырваться из его цепких лап, но он крепко прижимает меня к стене.

— Значит будем по-плохому, — рычит и достаёт что-то из кармана и впечатывает мне в левое плечо.

Чувствую расползающуюся по всей руке боль и краем глаза вижу… Шприц!

— Ты что делаешь? — смотрю испугано на мужа и быстро моргаю глазами.

— Не переживай, жить будешь, — зло ухмыляется и отпускает меня.

Чувствую, как перед глазами всё плывёт. Меня куда-то уносит. Сползаю вниз по стене и оседаю на пол.

Сквозь шум в ушах слышу мужские голоса…

Крик…

Тяжело дышать…

Хочу поднять руку, но она меня не слушается. Всё тело будто налилось свинцом…

— Что происходит, — шепчу, но губы меня не слушаются.

Секунда и я проваливаюсь во тьму.