Глава 27 (Стёпа)

— Мам, что ты здесь делаешь? — пытаюсь говорить сдержанно, но голос предательски вибрирует гневом.

Знаю я её. Вслед за отцом прибежала от развода меня отговаривать. Как только адрес Кристины нашла, я же вроде бы не делился им?

— Ой, Стёпа! — Кристина всплёскивает ручками, стремительно закрывая расстояние между нами. Её голос звучит сладко, как карамель. — Не сердись так! Это я пригласила твою маму в гости. Хотела познакомиться…

Хмурюсь и бросаю на девушку вопросительный взгляд.

— Стёпка, а ты чего в одних тапках? — мамин голос звенит ехидными нотками. — Или жена уже всё забрала?

— Мы ещё не развелись, мама, — бросаю сквозь зубы, швыряя тапки в угол и прохожу в гостиную.

— Я сейчас еду сюда принесу! — Кристина мельтешит на пороге, нервно вытирая ладошки о розовое полотенце. Глаза — два испуганных оленёнка. — В гостиной просторнее…

— Да хватит суетиться, — обрубаю, плюхаясь на диван. Пальцы автоматически взъерошивают волосы.

— Ну что ты, Стёпа, — мама усаживается рядом, сладко растягивая губы в улыбке. Диван скрипит под её весом. — Кристиночка такой вишнёвый пирог приготовила…

Прикрываю глаза, откинув голову на спинку дивана.

И за что мне всё это?

— Не надо было тебе приходить, — говорю, только Кристина скрывается за дверью.

— А что же ты от нас свою беременную любовь скрываешь? Стыдно? — с грохотом ставит чашку с чаем на кофейный столик и упирает руки в боки.

Твою мать! Она уже и при беременность растрепала. Ну кто её просил…

— Знаешь, Стёпа, я тебя совсем не так воспитывала, — мама подключает свой фирменный нравоучительный тон. — Нормальные мужчины, если уж и заводят любовниц, то от жён не уходят. А ты тут устроил чёрт знает что.

— Нормальные мужчины? — тру виски, стараясь снять жгучую головною боль. — Что ты несёшь такое?

— Понимаю, мяса свежего захотелось, — вздыхает. — Молодого смеха, сладкого запаха цветущей энергии, других разговоров, сочного, юного тела, — смотрит на меня исподлобья. — Всем мужчинам в этом возрасте этого хочется. Но, чтобы разводиться… Стёп, да это же как собаку свою любимую, но больную на мороз выставить.

— Ну у тебя и фантазии, — нервно улыбаюсь и взгляд к окну отвожу. — А ты зачем сюда пришла? Нотации читать или с невесткой будущей познакомиться?

— Невесткой, скажешь тоже, — презрительно фыркает.

— Да, мам, с Алиной кончено, — хлопаю себя по коленям и встаю с дивана. — Кристина носит моего ребёнка, и я женюсь на ней, как только разведусь с женой.

Я взрослый мужчина. Мне сорок лет. Но отец и мать все еще смотрят на меня так, будто я мальчишка, осмелившийся перечить. Голос отца, каждый раз как наждак по старой ране, — все тот же громоподобный рык, от которого когда-то замирало сердце. В детстве мы с сестрой научились дышать тихо, говорить шепотом, прятать свои мысли, будто они — запретный плод. Его слово было законом. Его гнев — стихией, которой мы боялись больше, чем бури.

Я больше не хочу его нравоучений. Не хочу, чтобы кто-то решал, что для меня правильно. Я устал от этого. Устал от того, что даже сейчас, когда в зеркале смотрят на меня взрослые глаза и морщины у висков, он все еще пытается держать меня на поводке.

Хватит.

Я не прошу одобрения. Не жду благословения. Я просто беру то, что должно было быть моим давным-давно — право выбирать самому как мне жить.

— Разводиться из-за тупых потрахушек, — кривится мама. — Сынок, тебе сколько лет? В твоём возрасте спокойно живут с жёнами и воспитывают детей, а не развлекаются на стороне. И никому. Слышишь! — повышает голос. — Никому в голову не приходит разводиться! Это что ещё за бред?!

— Мама, ты не слышишь меня?! — подхожу к ней ближе. — Я сказал, что с Алиной покончено. Я женюсь на Кристине и будет у меня жена, и буду я и дальше воспитывать детей.

— Ох, сынок, — грустно вздыхает мама и головой качает. — Брак после определённого возраста не про удовольствия, да. Но ведь я уверена, что ты мог поговорить с Алиной, обсудить все проблемы, а не бежать налево.

Слова мамы больно бьют по мозгам. Частично она права. Я мог поговорить с женой… И никакая она не больная собака. Я любил её. Но оступился… И теперь понимаю, что никогда не заслужу её доверие вновь.

— Ты же любишь Алинку, — голос мамы спокойный и холодный.

— Да, я любил её. Но всё в прошлом, — тяжело вздыхаю.

— А вот и пирог, — Кристина заносит поднос с аппетитной выпечкой и ставит перед нами. — Стёп, поможешь мне чашки с чаем донести?

— Ой, я что-то уже засиделась у вас, — перебивает её мама и встаёт с дивана, расправляя подол длинной юбки. — спасибо, Кристина, за приглашение.

— Но вы же только пришли, — Кристина растеряно разводит руками и смотрит, то на меня, то на маму.

— Пусть идёт, — бросаю холодно.

Проводив маму, я с облегчением выдыхаю.

— Котик, ну почему ты её не остановил? — обиженно поджимает губы девушка.

— А ты зачем её позвала? Какого хера ты вообще лезешь к моей семье?

— Я хотела, как лучше, — хнычет она.

— Кому ты сделала лучше своей выходкой? На хера этот цирк устроила? А про беременность зачем рассказала?

— Я просто думала, что если твои родители узнают, что у них будет ещё один внук, то они смягчаться.

— Кристина, я тебе запрещаю думать. На тебя гормоны как-то неправильно влияют, — яд из меня так и плещется.

Она всё испортила своим дебильным поступком! Теперь отец точно вышвырнет меня из фирмы.

Изначально я думал скрыть наличие у меня третьего ребёнка и жить на две семьи. Но теперь никаких вариантов…

— Прости, милый. Я, правда, хотела как лучше.

Кристина начинает ко мне ластиться и меня немного отпускает. Ладонью ведёт по моему торсу и опускается ниже к паху.

— Я готова как следует отработать свою провинность, — глазками хлопает и на колени передо мной падает, стягивая мои спортивные штаны вниз.

— Возьми его в ротик, сладкая. Покажи, как раскаиваешься, — длинные волосы девушки на кулак на матовую и блаженно глаза прикрываю.

Через час бурного секса я стою под струями прохладного душа и смываю тяжесть сегодняшнего дня.

Люблю наш секс после ссоры. Всегда страстный, дикий, с перчинкой.

Вытирая волосы махровым полотенцем, тихонько выхожу из ванной комнаты и подхожу к спальне.

— Я же просила мне не звонить, пока я не скажу, — слышу голос девушки и прикладываю ухо к двери. — Беременность подтвердилась. Всё идёт по плану.

Чего? По какому ещё плану?