Глава 24

Я достала из пакета увесистую упаковку сливочного сыра, аккуратно поставила ее на стол. Оглядела свою любимую кухню, залитую теплым, солнечным светом, и задумалась.

Передо мной помимо сыра, лежали остальные ингредиенты для ягодного чизкейка: пачка печенья для основы, сметана, яйца, сахар…

Рецептов и видов в сети этого быстрого и вкусного тортика было великое множество. Вот и сегодня мой выбор пал на него. С чем-то заморачиваться всерьез, и на несколько часов не было сил и желания.

Свой кулинарный блог я вела уже около двух лет, поэтому с каждым разом придумать что-то новенькое, интересное и легкое в приготовлении становилось всё сложнее.

Я открыла холодильник, проверяя, есть ли у меня лимон для цедры.

Одно время для меня это был настоящий азарт — поиск новых рецептов, возможность пробовать что-то необычное, удивить своих домочадцев вкусными блюдами. Мы всегда садились все вместе за стол… Я с улыбкой вспомнила наши семейные ужины: торжественные, с предвкушением, из красивой посуды. Мы раскладывали новшество по тарелкам и дегустировали.

Я чувствовала поддержку родных, и это меня подзадоривало. Моя семья всегда старалась похвалить мою стряпню, даже если иногда я, бывало, попадала впросак… Пересаливала, переперчивала или добавляла слишком много соды — вспоминала я свои кулинарные неудачи…

Я достала из шкафчика форму для выпечки, поставила ее на стол рядом с продуктами. Взяла пачку печенья, начала аккуратно разворачивать.

Родные не ругали меня и не подрезали крылья, а наоборот, подбадривали. Я же, в свою очередь, смеялась и говорила, что, к сожалению, блюдо несъедобно, хоть и выглядит красиво.

«Как хорошо, что интернет не передает реального вкуса!» — шутила я.

Я не могла назвать себя кулинаром от бога, но мой кулинарный навык за эти два года, конечно же, сильно прокачался. Мне часто помогала бабуля с советами, иногда и сынок помогал…

Я начала крошить печенье в миску.

…Но в этом году Антон поступил в институт… Я вздохнула… и совсем забросил помощь по дому и наши общие дела… пропадал на учебе, а потом общался с новыми друзьями. Мелькнула грустная мысль: «И, похоже, дообщался. Отдалился… Теперь будет с Женей этой…»

Хотя о чем это я? Словно у сына был выбор…

Съемки раздражали. Все мысли мои были не здесь, нужно работать на публику. Комментировать процесс. Сегодня я решила снимать вид сверху, чтобы не нужно было улыбаться и шутить. А озвучить уже при монтаже. Но даже эта задача казалась непосильной…

Я отставила миску, подошла к окну. Задумчиво посмотрела на играющих во дворе детей. Неужели Антон скоро станет папой? Не могу поверить. Он ведь сам еще ребенок… Для меня так уж точно!

Из разговоров с его девушкой Евгенией я поняла, что от ребенка она избавляться не собирается. Да и я бы не осмелилась о таком говорить. Это очень опасно! Ведь после аборта девушка могла больше вообще не забеременеть и утратить способность стать матерью. Такого кошмара я бы не пожелала даже врагу…

Может быть, ее вызывающее поведение — это тоже своего рода юношеский максимализм? Став матерью, родив ребенка, она станет мягче, более домашней, более уютной, более доброй и заботливой женой.

Я нервно теребила край кухонного полотенца, бесцельно глядя в окно. За стеклом раскинулся привычный пейзаж — детская площадка, зеленеющие деревья, яркое пятно клумбы.

Но я ничего этого не видела, мысли вихрем кружились в голове. Молодая семья моего сына, Антона, заботила меня очень сильно.

Моя ссора с мужем, его ледяной тон и натянутые отношения, возникшие между нами после новости о беременности Жени, тоже не давали мне покоя.

А еще этот скандал, когда муж наорал на Антона, узнав новости… Я вздрогнула, вспомнив искаженное гневом лицо мужа. Сжала кулаки, пытаясь справиться с подступающей дрожью.

Вздохнув, я подошла к столу, где лежали продукты для чизкейка. Механически начала перекладывать их, словно пытаясь навести порядок хотя бы здесь, на кухне, в своем маленьком мирке.

Но мысли то и дело возвращались к проблеме, накручивая самые мрачные сценарии. А что, если Женя решит… Я резко отмахнулась от этой мысли, не желая даже допускать такую возможность. Но страх уже поселился внутри, холодным комком сжался в груди.

Я достала из холодильника яйца, одно за другим разбила их в миску, стараясь не думать о том, что теперь я даже не могу положиться на мужа, что эта пропасть между нами будет только расти. И как раньше уже не будет никогда.

Вся моя беззаботная жизнь, казалось, закончилась, и теперь начиналось что-то новое, еще непонятное, пугающее.

— Хватит! — прошептала я, ударив кулаком по столу. — Надо брать себя в руки!

Единственное, что я знала точно и наверняка — мне нужно работать еще усерднее, развивать свой блог, снимать горы контента, хвататься за любые рекламные интеграции, прокачивать свой канал, увеличивать доход, добиваться успеха.

Потому что сейчас, как никогда, остро вставал вопрос денег. Мне нужны были деньги, нужна была подушка безопасности. Без нее я поняла, расслабиться я не смогу. Это было не просто желание независимости, это была необходимость, мой спасательный круг в этом бурлящем море неопределенности.

Я вздохнула, чувствуя, как внутри зарождается решимость. Я справлюсь. Я должна справиться. Ради себя. Ради Антона. Ради будущего внука.