Глава 19

Я зашла на кухню и обнаружила на ней лютый бардак! Продукты достали из холодильника, но назад не сложили. Пустые контейнеры из-под роллов, так и тухли на столешнице. Засохшие крошки хрустели под ногами. Груда немытой посуды высилась в раковине, при этом я не заметила, чтобы кто-то что-то готовил, или чтобы ели нормальную еду.

— Ты ел? — спросила сына, следующего за мной по пятам.

— Ага. Колбасу себе отрезал и чипсы погрыз. Катька роллы заказала. Но они острые были. Фу. Папа их доел.

— Чипсы?

Злость проснулась во мне. Я резко развернулась и едва не столкнулась с мужем нос к носу.

— Ты что, не мог ребенка покормить? В холодильнике суп стоит, гречка, сосиски, — накинулась я первой, прежде чем он вновь ворвется в уши со своими нелепыми обвинениями.

— Мам, я не голодный! — тут же поспешил встать на защиту Олежка, лишь бы мы не ругались.

Но дело было даже не в сыне, да и не только в еде. Все гораздо серьезнее! Моя точка кипения достигла пика!

— Олег уже не маленький. Сам себя может накормить! — прорычал муж. — А вот с тобой другой разговор. — Ты меня слышишь вообще?! Ты для кого расфуфырилась?!

— Я же не спрашиваю, для кого ты каждый день надеваешь дорогой костюм, по полчаса волосы укладываешь и используешь дорогущий парфюм? — отзеркалила я.

— Я занимаюсь бизнесом! Меня встречают по одежде, если ты еще этого не поняла!

— Отлично! Значит, ты меня должен понять. Я тоже хочу выглядеть достойно и внушать уважение. Прикинь? Оказывается, так тоже можно было.

— Кому тебя уважать? Ты че рехнулась совсем? Грядкам и продавщицам в продуктовых? — ехидно и уничижительно поинтересовался Вадим, не скрывая ухмылки.

— Прекрати меня оскорблять! — Подняла на него глаза. — Завтра я приеду к тебе в офис за техникой. Пусть все видят, что я тоже достойна уважения.

— В офис? Зачем? Какая техника? Я же сказал лишней нет.

— Я открываю школу иностранных языков. И ты мне дашь старую технику. Которую ты так старательно до полночи менял.

Вадим нервно хохотнул и зло выплюнул:

— Ты-ы? Школу? Ты насчет футбола для Олега договориться не могла — я ездил. Что ты можешь вообще? Деньги спустить? Ты уже это сделала. На тряпки почти две сотни за день! Совсем обалдела?

— Вы что орете на весь дом? Что делите? Надеюсь, как минимум наследство богатого родственника, и там моя доля самая большая? — На входе в кухню, прислонившись к косяку, стояла Катя, сложив руки на груди.

Вадим отошел, по-клоунски указывая на меня обеими руками, кривя лицо и давай дочери возможность оценить мой новый вид.

Катя прошлась взглядом по мне сверху вниз и поменялась в лице.

— М-о-а-ам! Офигеть! Ну ты даешь! Прикид отпад! Такой градиент на волосах шикарный! Тебе гораздо больше идет, чем все то, что ты носила раньше.

— Спасибо, Катюш, — улыбнулась я.

Тут Вадим взорвался, что никто не разделяет его недовольства, и вновь перешел на ор.

— Вы все охренели?! Катя, твоя мамаша умом тронулась! Говорит, что школу открывает, прикинь? Она и школу! Да ей не по магазинам бегать надо, а в дурке лечиться!

— Ма-а-м, офигеть. Вот это новости. Че правда, что ли? А ты че, умеешь? — удивилась Катя. А мне горче всего стало не оттого, что муж считает меня неспособной на развитие своего дела, не то, что он не рад обновам, а то, что Катя никак не прореагировала на оскорбления Вадима в мой адрес!

Я просто стояла в шоке.

Когда моя дружная семья дала трещину?

Или я раньше была настолько слепа и не замечала всего этого?

Но самый болезненный удар, который отправил меня в нокаут, были слова дочери, сказанные насмешливым тоном, почти как у отца:

— Может, папа прав? Из тебя предприниматель, как из меня балерина. Сидела бы ты дома, ма.

— А я о чем! Она заявила, что уже все решила, — прорычал Вадим, уверенный, что я сдамся.

Я сильно волновалась, но как-то вмиг, взяла себя в руки и успокоилась. Пришло понимание, что теперь мне все равно, кто что думает. Я пойду к цели и добьюсь всего сама.

— Мне нужна техника! Компьютеры и принтеры. И завтра будь добр мне их дать. — отчеканила я, надевая фартук, и начала накладывать и греть еду сыну, убирать стол, чтобы ребенок мог нормально поесть.

Как только микроволновка пропищала, усадила Олежку ужинать.

Сама отчаянно продолжала делать вид, что спокойна, а внутри пылало от обиды и негодования.

Катя сразу убежала, как она сказала «делиться с подружками новостью, от которой они офигеют». Вадим еще побуравил меня взглядом, но тоже ушел.

Новое платье было жаль, но сейчас мне было важнее собраться с духом, чтобы выстоять против Вадима, дав ощутимый отпор.

Он не угомонится. Продолжит давить. Он всегда так делал.

Да и я не хочу, чтобы он видел мои слезы. Не дождется!

Спустя полчаса, закончив на кухне, я поднялась, взяла домашние вещи и пошла в ванную на первом этаже, чтобы переодеться…

Я замерла перед зеркалом, изучая себя.

Мне нравился мой новый образ. Я выглядела дорого. Блестящие, лежащие аккуратной волной волосы. Легкий макияж, делающий мои глаза ярче. Удачное платье подчеркивало талию и округлые бедра, делая мою фигуру аппетитной.

Улыбнулась сама себе… И в этот момент в ванную вошёл Вадим.

Встав скалой, он смотрел на меня, словно изучая вновь.

Наши взгляды встретились в отражении зеркала.

Он по-прежнему был зол. Желваки ходили у него на лице.

Я опустила голову, включила воду и потянулась к дозатору, чтобы сделать безразличный вид, и намекнуть ему убираться прочь. Но не успела я намочить рук, Вадим сделал шаг ко мне… Его сильные руки сграбастали меня в объятия, больно сжав грудь, и притягивая к себе.