Глава 35

После совещания Кирилл подходит ко мне и отводит в сторону.

— Зачем ты это делаешь? Почему хочешь сломать мою карьеру и жизнь? Неужели так ненавидишь? — Кирилл смотрит с укором.

— Я понятия не имела, что у тебя есть акции. Не слишком ли много тайн у тебя от жены? — я не могу сдержать усмешку. — Хотя, Алису ты не особенно прятал.

— Она была мне помощницей, пока ты не спровоцировала нас, — Кирилл старается говорить спокойно. Он начинает оправдываться. Сейчас ему меньше всего нужен развод со мной.

— Так залетела она от тебя намного раньше, чем начались, как ты выражаешься, мои провокации, — напоминаю ему.

— Ну не сдержался я, не сдержался! — начинает заводиться Кирилл. — Я — мужчина. Нормальный мужчина, которому мало одной женщины. Я тебе сотни раз говорил, это выше нас. Для мужчин это нормально.

— Ты даже не скрывал своей связи с Алиской, — обида неожиданно закипает в душе и рвется наружу.

— Я не лицемер. Я надеялся, ты сможешь понять меня. Да, мне мало одной женщины. Особенно когда эта женщина приходит с работы и постоянно талдычит что устала.

Разве? Не припомню, чтобы я хоть раз пожаловалась на усталость. Но спорить с Кириллом бесполезно.

— Я попросил у тебя прощения, я пытался сохранить нашу семью. Так почему ты хочешь уничтожить меня?

— Не хочу я тебя уничтожать. Я развестись с тобой хочу и все, — интересный у Кирилла подход к проблеме развода.

— Я влез в дикие долги, купил акции, чтобы попасть в совет директоров. А ты отжимаешь у меня половину. Ты же не просто так устроилась сюда на работу. Нашла пути и пролезла.

— Меня уволили из Университета. Поставили условие — или я ухожу сама, или меня увольняют по статье. Тут, как я понимаю, тоже подсуетились твои родители.

— Не знаю, — закатывает глаза к потолку Кирилл. — Я за их действия не отвечаю. Но раз уволили, значит ты не соответствовала занимаемой должности.

— Ну да, семь лет соответствовала, и вдруг перестала.

— Я спросил тебя, как ты устроилась к нам на работу?

— В принципе, я не обязана тебе отвечать. Но я отвечу — меня пригласили, и я согласилась.

— Кто пригласил?

— А вот это — не твое дело, — отрезаю я.

— Ты без мыла везде влезешь, — шипит Кирилл.

— Мне казалось, ты недавно говорил, что любишь меня? И последние дни ты мне это доказываешь наглядно. Любовницу домой приволок, позволяешь ей меня оскорблять, и жизнь мне твои родители постарались максимально осложнить.

— Я тебя не оскорбляю, — парирует Кирилл.

Надо отдать Кириллу должное, он даже дурой меня ни разу не назвал. Только истеричкой. Впрочем, возможно в его устах это не оскорбление, а мой диагноз.

— Ты не говорил мне, что купил акции. Для меня это было неожиданностью.

— Я не обязан докладывать тебе обо всех своих шагах. И я не собираюсь делиться акциями с тобой. Будем судиться. Долго. Я тебе это обещаю.

— А не проще разойтись миром? Ты не бедный человек, если можешь позволить себе покупать акции.

— Да, я не бедный. Но это не дает тебе право требовать с меня отступных.

— Я требую только то, что мне положено по закону.

— Несмотря ни на что, я не хочу с тобой разводиться. Мы еще можем все вернуть.

Не могу сдержать смех:

— Прекрати, — прошу Кирилла. — Мне это не надо. И тебе тоже. Тебе нужны твои акции и спокойная жизнь. Ты посеял ветер, теперь пожинаешь бурю.

— Проблемы? — к нам подходит Воронов.

— Нет, Александр Олегович, никаких, — поспешно произносит Кирилл.

— Никаких, — подтверждаю я.

— Улаживаем семейные разногласия, — Кирилл пытается говорить уверенно и спокойно.

— Милана Витальевна, нам надо подписать несколько бумаг в отделе работы с персоналом и заключить договор. Сделаем это сейчас, потом я буду занят, — то ли Воронов хочет избавить меня от общества Кирилла, то ли это правда. Но я благодарна Александру Олеговичу.

— Да, конечно, — продолжать бесполезный разговор с Кириллом мне совсем не хочется.

Кирилл уже не раз объяснял мне, что мужчины полигамны, что я не поддержала его желания иметь две семьи и вообще я сама не знаю, чего хочу.

Ведь так хорошо иметь под боком любящую хозяйственную жену, и страстную любовницу для остроты ощущений.

Интересно, а будущим ребенком Кирилл планирует заниматься? Или думал, что я стану еще и нянькой его отпрыску? А что? Было бы так удобно всем! Со мной он детей заводить не спешил, а с Алисой все получилось спонтанно.

— Вы в порядке? — спрашивает меня Воронов пока мы ждем лифт. Очевидно, у меня все на лице написано.

— Да, — поспешно киваю я. — Вы знаете, что Алиса Шаронова беременна от моего мужа?

— Нет. Так глубоко мы не копали, — признается Воронов. — Но я не удивлен. Она из тех, что идет к цели напролом. Срок, видимо, небольшой? — зачем-то уточняет он.

— Судя по их поведению да, — хмыкаю я. — А что, это важно?

— Уже нет. Беременную нельзя уволить.

— Вы собирались уволить Шаронову? — мне бы этого очень хотелось. Я стала кровожадной.

— Да, мы рассматривали такой вариант. В коллективе должна быть здоровая атмосфера.

Слишком неопределенный ответ. Если станут увольнять всех, у кого случаются служебные романы, работать будет некому. Я не верю Воронову. Мне постоянно что-то недоговаривают, врут, скрывают то, о чем я должна знать. Хотя, возможно, в этом есть свой резон и мне не надо лезть не в свое дело. Мне бы для начала с мужем развестись.

Подъезжает лифт и наш разговор прерывается.

В отделе по работе с персоналом все бумаги уже готовы. Я подписываю их, на некоторых ставит подпись и Воронов.

— Ну вот, теперь вы полноправный член нашей команды, — жмет он мою руку.

Мы выходим в коридор:

— Вы мне обещали предоставить содержимое ноутбука Кирилла, — напоминаю Воронову.

— Помню. Вы можете забрать флешку у меня в кабинете хоть сейчас.

— Спасибо, — не знаю, надо ли мне копаться в грязном белье Кирилла? Скорее всего ничего нового я не узнаю. Но я решила довести дело до конца и попытаться понять, как давно у Кирилла связь с Алисой.

— Я хотел попросить вас о небольшом одолжении, — прерывает мои размышления Александр Олегович.

— Разумеется. Буду рада помочь, — я согласна на любую услугу в благодарность за то, что для меня сделал Воронов. Пусть даже он действовал в своих интересах. Спокойно работать в Университете мне точно не дали бы.

— После окончания Университета к нам на постоянную работу придет Рощин. Возьмите его под свое крыло.

Чувствую, как мои глаза округляются.

— Что, простите? — переспрашиваю я. Наверное, я выгляжу очень глупо. О чем он? Что хочет от меня Воронов?

— Максим Рощин сейчас подрабатывает в нескольких местах. После завершения учебы он приступит к работе в лаборатории на постоянной основе. Будет заниматься компьютерным обеспечением. Я уже говорил — он разносторонний и талантливый молодой человек. Но, как и любой молодой человек, легкомысленный и плохо организованный. Он нуждается в опытном наставнике.

Это я буду наставником? Знал бы Воронов правду, не предложил бы мне такого. Еще вопрос, кто кого и в чем будет наставлять.

— Вас что-то смущает? — голос Воронова выводит меня из ступора.

— Нет, — энергично машу я головой. — Хотя да. Да. Смущает, — я пытаюсь подобрать нужные слова. Но они разбегаются от меня без оглядки, и я мямлю какую-то чушь: — Чему я могу научить Рощина сверх того, что дала ему на занятиях в Университете? У вас масса более опытных сотрудников, чем я. Поручите это им.

— Меня об этом попросил Максим. Сказал, вы хорошо на него влияете. Понимаете, у него был очень сложный период в жизни. Не хотелось бы, чтобы он снова сорвался.

— Откуда вы знаете, что за проблемы были у Максима? — удивляюсь я.

— Он мой племянник, — пожимает плечами Александр Олегович. — Сын моей старшей сестры. Он что, не сказал?

— Я убью его, — тихо шепчу я.

— Максима? — удивляется Воронов. — За что?

— За все хорошее.

Ну почему все вокруг меня если не врут, то и не говорят правду до конца?