Глава 38

Первый рабочий день на новом месте проходит на удивление легко. Как и сказала Тамара Ивановна, все мне знакомо по работе в Университете. Отдельные нюансы очень доброжелательно мне объясняют новые коллеги. Атмосфера в лаборатории спокойная рабочая, все заняты своим делом. Если что-то непонятно — подскажут.

Рада, что сменила работу. Нельзя стоять на одном месте, надо двигаться дальше, пробовать, ошибаться и учиться на своих ошибках, чтобы не совершать их снова.

Вечером Макс ждет меня на парковке:

— Ну, что, сразу ко мне? — широко улыбается он.

Я еще размышляю, ужинать мне у Макса или нет. Наверное, делать этого не стоит. Но так хочется… Я теряю голову, а это мне сейчас совсем не надо.

— Нет. Я устала, — зачем-то вру Максу. — Да и дома дел полно. Так что ужин отложим до более благоприятных времен.

— Так и знал, — коротко кивает Макс. — Ты меня все еще боишься?

— Нет, — я усаживаюсь в машину Рощина. — Чего мне тебя бояться?

— Значит, не доверяешь, — деланно вздыхает он. — Думаешь, заманю к себе, опою шампанским и накинусь на тебя как дикий зверь…

— Хватит нести чушь, — прерываю я фантазии Максима, пряча улыбку. — Я правда устала. У меня был сложный и ответственный день. Я впервые меняю работу, да еще так неожиданно.

— Ловлю тебя на слове и буду ждать более благоприятного дня. Может, завтра? Устроит?

— Ты на удивление настойчивый молодой человек, — надо бы разозлиться на Макса, да не получается.

— Когда ты зовешь меня «молодой человек» я чувствую себя глупым подростком, — Рощин выруливает с парковки.

— Обещаю, больше я тебя так называть не буду, — снова улыбаюсь я. Мне так легко с Максом, так просто общаться с ним! Словно я знаю его сто лет. И, надо признаться, я ему доверяю. Вот только никак не могу переступить через условности и предрассудки. Наверное, потому что я слишком серьезно смотрю на вещи.

Краем глаза замечаю, что машина Кирилла все еще стоит перед офисом. Притащится он домой опять с Алиской, или придет один?

— Если передумаешь, звони, заеду за тобой, и мы отлично поужинаем, — кидает Макс мне на прощанье. — Только поужинаем, и все. Вместе это веселее делать.

— Нет, Макс, точно не сегодня, — вздыхаю я.

У меня и правда дел полно, надо постирать, приготовить ужин и завтрак, ну, и много чего еще… Понимаю, что сама себе придумываю дела, чтобы не пойти на ужин к Рощину. И зачем я это делаю? Кого хочу обмануть?

У подъезда вижу крытый фургон. В него рабочие бодро переносят коробки. Кто-то переезжает.

Стоп! Да это наши кухонные стулья и мой туалетный столик! Это моя мебель!

— Прекратите погрузку! — ору я рабочим. — Что здесь происходит?

Похоже, Кирюша решил освободить квартиру. Я не против, но я хочу знать, что увозят и не прихватили заодно чего из моих вещей.

— Нас наняли, перевозим, — пожимает плечами один из грузчиков. — А вы-то сами кто?

— Я хозяйка. Я хочу видеть, что вы забираете, — требую я. — Где ваш старший?

— Ну, я бригадир, допустим, — смотрит на меня исподлобья грузчик.

— Отлично. Я вызываю полицию. Будете с ними разбираться, кто вас нанял и зачем. А пока вы просто украли мои вещи. Вы не имели права забирать их без моего согласия. Я такая же хозяйка квартиры, как и мой муж.

— Мы документов не спрашиваем. Нас наняли — мы перевозим.

— Следующий раз спрашивать будете, — я зло начинаю тыкать в мобильник.

— Подождите, подождите, — останавливает меня бригадир. — Одна хозяйка квартиры наверху, поговорите с ней для начала, а уж потом полицию вызывайте, — недовольно бубнит он, укладывая объемную коробку в кузов автомобиля.

В моей квартире распоряжается Алиска? Вот это наглость! Я несусь к лифту. Возмущение и злость переполняют меня. Лифт едет медленно, ползет вверх как черепаха.

Дверь в квартиру распахнута. Прохожу на кухню — стол и стулья исчезли. В гостиной нет штор. Из кабинета Кирилла доносится шум и голос его мамы:

— Аккуратнее, это дизайнерская мебель, не поцарапайте!

Значит, тут хозяйничает не Алиска, а Наталья Юрьевна. Впрочем, этого стоило ожидать. Из кабинета Кирилла грузчик выносит очередную объемную коробку.

Заглядываю в спальню. Шторы тоже сняты. Комната без них и без туалетного столика выглядит неуютной. Моя косметика свалена на подоконнике. Возвращаюсь в коридор и сталкиваюсь нос к носу со свекровью.

— Зачем вы забрали мои вещи? — возмущаюсь я.

— Это не твои вещи, милочка, — губы свекрови растягиваются в узкой недоброй улыбке. — Я забираю то, что мы дарили Кириллу… и тебе, пока ты была его женой, — с нажимом добавляет Наталья Юрьевна. — Ты со своим любовником устроила погром на кухне. Вы разбили костяной фарфор Севрской мануфактуры! Он бесценен!

— Надо было за собой со стола убирать, — парирую в ответ.

— Вы поцарапали столешницу, повредили ножку у стола. Мебель в кухню покупал Кирилл, ты ни копейки за нее не заплатила! Ты собиралась заняться сексом на обеденном столе со своим любовником! Это просто отвратительно, это не гигиенично, наконец! Это кухня, семейный очаг! Ты осквернила его! Я уж не говорю об этической стороне вопроса! Столешницу придется менять. Ты сидела на ней голой задницей!

Как заумно выражается моя свекровь. Прирожденная интеллигентность так и прет наружу. Вообще-то я сидела на столешнице не снимая нижнего белья и юбки. Я просто сидела на ней и все.

Чем же мы могли повредить стол? Похоже, осколки посуды оцарапали ножки. И что? Это не конец света.

— Ты разгромила кухню, разругалась с соседкой, оскорбила Кирилла! — продолжает бушевать Наталья Юрьевна. Ей не важно, что это ее сын нагрубил соседке, что никто не оскорблял ее Кирюшу.

— А ничего, что Кирилл свою любовницу привел? — интересуюсь я.

— Это его право. Ты же своего студента-любовничка сюда без стеснения водишь. И не говори, что Кирилл первый изменил тебе. Это ложь! Ты испортила ему жизнь, теперь рушишь карьеру. У тебя нет ни грамма совести! Я всегда знала, что этим все и кончится. Ты расчетливая и мелкая интриганка!

Похоже, Кирюша обо всем успел доложить своей мамочке. Не успеваю ответить на выпады Натальи Юрьевны. В квартиру, громко топая, входит сердитый бригадир:

— Еще что забирать, или закончили?

— Закончили. С вами рассчитается мой муж, когда проверит, все ли доставлено в целости. И не смотри на меня так, — оборачивается свекровь ко мне. — Мы забрали то, что принадлежит нам.

Я не спорю. Происходящее кажется мне забавным. Не ожидала подобной мелочности от родителей Кирилла. Шторы, подаренные Натальей Юрьевной мне никогда не нравились. Без кухонного стола и стульев будет неудобно, но обойтись можно. Часть посуды осталась. Если чего-то будет не хватать — куплю. Без туалетного столика тоже переживу.

Иду на кухню и встаю у окна. Прижимаюсь лбом к прохладному стеклу и смотрю, как от подъезда отъезжает крытый грузовик, увозя часть моей жизни.

Удивительно, как быстро может развалиться крепкая, казалось бы, семья. Мне неуютно в квартире. Она становится похожей на гостиницу, куда приходишь только переночевать. Может просто плюнуть на все и уйти?

Только куда? К маме? К Максу? В отель? С какой стати мне делать это? Не я изменила мужу, не я затеваю ссоры на пустом месте. Но все равно чувствую себя какой-то скандальной бабой. Нет во мне природного благородства, нет широты души, не хочу я облегчать жизнь Кириллу. Разумеется, в глазах Кирилла и его родителей я — мстительная и расчетливая стерва.