Глава 13

Дамир Я приезжаю к дому тестя рано утром, надеясь, что он окажется дома. Владимир Алексеевич —единственный человек, который может помочь мне достучаться до Эвы. Она, как упрямая кошка, готова царапаться до последнего, лишь бы не дать мне приблизиться, но я не позволю ей уйти. Я не могу отпустить ее навсегда. Телефон звонит как на повторе. Сообщения летят сначала от Инны, потом уже и от ее врача, которая, судя по телефонному номеру, принимала у нее роды. Нехотя поднимаю трубку, пока торчу в душной неподвижной пробке. Но не потому, что очень горю желанием общаться, а потому, что хочу сделать тест на отцовство и решить вопрос с Инной раз и навсегда… – Дамир Русланович, это Анастасия… – Я увидел ваш номер, не представляйтесь. Что случилось? – холодно бросаю врачу. Та не в котором замешательстве, но быстро собирается и говорит: – Ваша… Эм, мать вашего малыша, Инна, она все время рыдает. Это не мое дело, но если у нее пропадет молоко, то вашего ребенка некому будет кормить. Вы конечно… Я перебиваю ее. – Мне, блядь, приехать ее за ручку подержать? – Нет, н-нет, – тут же пасует врач. – Тогда почему вы мне это говорите? Я с самого начала просил вас не разводить лишнюю драму. Инна рожает для меня ребенка, я – женатый человек. Что тут не ясно?! – Все, все… Мы же с вами все обсудили, – тяжело дышит, заметно нервничая. – Меня интересует тест на отцовство. Когда его можно сделать? – Ну… Мальчик слабенький. Я думаю, примерно через неделю, – словно юля, говорит врач. Я ей ни хрена не верю. Кажется, что Инна уже всем влила в уши свой яд о том, что у нас с ней была безумная любовь. По факту – был всего лишь случайный секс, ошибка, за которую я теперь безумно тяжело расплачиваюсь… Сердце хреначит, гулко ударяясь в ребра. – Вы же врач. Точнее можно? Или у вас все сроки в стиле «пальцем в небо», м? – теряю терпение. Она собирается, быстро говорит, что тест можно будет сделать через два дня. Но и этот срок для меня кажется смертельным… Растираю щетину руками и смотрю вперед на двигающиеся авто. – Эва, только выслушай меня, девочка, – шепчу сам себе…. **** Машина мягко притормаживает у ворот, я выхожу, резко хлопаю дверью, выдыхая пар в холодный утренний воздух. Дом двухэтажный, с резными ставнями, как на старых дачах, только ухоженный. Владимир Алексеевич всегда был человеком основательным. Таким же, как его дочь. Но вместо тестя мне открывает дверь его жена. Галина. Взгляд у неё пронзительный, цепкий, будто за секунду успела меня просканировать с ног до головы. Уже знает, зачем я здесь. – О, а вот и наш блудный зять! Сто лет тебя не видела, Дауров! – тянет она с нотками ядовитой любезности. – Чем обязаны такому раннему визиту? Или жену потерял? Я сдерживаю порыв закатить глаза. Терпеть не могу эту женщину. – Владимир Алексеевич дома? – голос выходит холодным, как утренний воздух. – Ой, незадача… Я же должна была тебе позвонить, да забыла! А Володя сегодня рано уехал. Навестить знакомого. Вы, наверное, договаривались, а я вас подвела? Я сжимаю зубы. Тесть мне ничего не говорил. – Когда он вернётся? Галина лениво пожимает плечами, оглаживая дорогой халат. – Даже не знаю… Но, Дамир, скажи-ка мне: а чего ты так переживаешь за моего Владимира? Я смотрю, у тебя своих забот хватает. Ты вот деньги на клиники дорогущие предлагаешь, а сам… Семья-то у тебя трещит по швам. Мои пальцы непроизвольно сжимаются в кулак. Я ненавижу её голос, этот маслянистый, липкий тон, от которого хочется отряхнуться. – Ты о чём? – голос выходит низким, ровным, но внутри уже закипает гнев. – Да ну брось, Дамир. Ты что, не знал? – Галина делает шаг вперёд, хитро улыбаясь. – Эвелина ушла от тебя. Снова живёт в квартире своей мамочки. Ну а там, сами понимаешь, молодая женщина одна… Кто знает, не появился ли кто рядом? Я не сразу понимаю смысл сказанного. Холодный металлический привкус злости проступает на языке. Галина наблюдает за мной с явным удовольствием, выискивая реакцию. И находит. – Ты врёшь, она должна была ночевать здесь! Я привез ее сюда, – голос мой звучит глухо, но напряжённо. Меня внутренне передергивает. – Зачем мне врать? – она мило улыбается. – Врет она! Может, тебе стоит посмотреть на других женщин? Наша Эвелиночка – девушка, конечно, красивая, но упрямая, сложная. Да и детей она тебе так и не смогла родить. Может, не судьба? Не лучше ли просто… – Закрой рот, – рычу я, резко перехватывая её за запястье. – Не смей говорить о моей жене. Ни слова! Её улыбка гаснет. В глазах пробегает страх. – Ты… – Слушай сюда, – я наклоняюсь ближе, прожигая её взглядом. – Следи лучше за своим мужем. Выкачиваешь из него деньги, а сама хозяйкой в доме себя чувствуешь. Думаешь, я не знаю, что ты провернула с квартирой? Думаешь, Владимир ничего не узнает? Ошибаешься, Галя. Узнает. И скоро. Её глаза вспыхивают злобой. Попал в точку. – Ты мне не указ! – огрызается она. – А ты мне не ровня, чтобы тявкать, – отрезаю жёстко. – И запомни: ещё раз откроешь свой рот про Эву – пожалеешь. Галина бледнеет, но продолжает держать себя в руках. Видно, что зла, но я уже не слушаю. Разворачиваюсь и выхожу за ворота. В груди пульсирует бешеная злость, но под ней, глубже, – ужас. Я не знал, не чувствовал… Где она? Почему ничего не сказала и поехала в квартиру матери? Старый дом, где жила Елена Олеговна, мне никогда не нравился. И если бы я знал, что моя жена поедет в этот гадючник, то никогда не позволил бы ей… Я хватаю телефон и набираю номер Эвы. Длинные гудки. Потом короткие. Сердце проваливается в пятки. Я звоню снова. Снова. И снова. Тишина. – Где ты, Эва?! Эва! – срываю голос, прокричав ее имя в трубку, но мне отвечает только автоответчик. Где она?