Глава 15

Дамир Я нехотя выпускаю её руку, чувствуя, как ладонь Эвы остаётся на мгновение тёплой, но потом холод пронзает пальцы. Встаю, провожу ладонью по лицу, пытаясь взять себя в руки. Смотрю на неё – такую хрупкую, с бледными щеками. На сетчатке глаз отпечаталась вся боль, которую Эвелина пережила. Она дышит ровно, но я знаю, как сильно ей сейчас плохо. Я не могу её оставить, но должен. Я должен разобраться. Выходя из палаты, сжимаю кулаки. Злость бурлит внутри, требуя выхода. Я поклялся, что никто и ничто больше не причинит ей боли, но сам стал причиной всей этой гребаной ситуации. И если бы Эва не успела в больницу… Даже думать об этом не хочу. Мои шаги эхом разносятся по коридору. Иду на автомате к кабинету главного врача, пока я не замечаю знакомую фигуру в белом халате. Передо мной вырастает Наталья, врач моей жены и доктор, которая беременность Инны вела. Наталья тоже меня видит, но вместо того, чтобы остановиться, ускоряет шаг. Мгновенно сокращаю расстояние, а Наталья нарочно ускоряет шаг. – Наталья, нам нужно поговорить, – резко бросаю, приближаясь. – Дамир Русланович, сейчас не время, – отвечает она ровно, но я чувствую, как голос дрожит. Боится. И правильно делает. – Сам решу, когда время, – отрезаю я и, не давая ей шанса сбежать, крепко хватаю за локоть. – Отпустите! Вы не имеете права! – пытается вырваться, но я даже не напрягаюсь, удерживая её. – Право? Ты меня сейчас о правах поучить хочешь? – усмехаюсь, но голос полон стали. – После того, что ты сделала с моей женой? Тебе Инна заплатила за то, чтобы моего ребенка не было?! Она молчит, шумно сглатывает. – Я не понимаю, о чем вы! Инна – моя пациентка, такая же, как и другие. У меня закончилась смена. И вообще, я здесь больше не работаю, – выдыхает, пробуя освободить руку из моей железной хватки. – Мне плевать. Нужно разобраться. Я нашел назначения моей жены. Ты хотела угробить Эву и моего ребенка, м? Она вспыхивает. Стоит, сжав губы, старательно делая вид, что ничего не случилось. – Я не понимаю, о чем вы! Хватит меня удерживать! Я уволилась, бросила работу после ваших жалоб, что еще вам от меня нужно?! – срывается на крик. – Не делай из меня идиота, твою мать! – рыкаю. Без слов тащу ее по коридору к кабинету главврача. Время позднее, в больнице уже почти никого нет. Мы влетаем в кабинет главного врача, но в приемной пусто. Открываю двери в соседний кабинет. Наталья говорит, что я веду себя как варвар, упирается, но бесполезно. За столом сидит мужчина лет пятидесяти с недовольным выражением лица. – Евгений Александрович! Я… – Наталья говорит первой. Мужчина уже собирался уходить, но быстро переключается на нас. – Что за шум? – поднимает голову от бумаг, но, увидев меня, тут же меняется в лице. – Господин Дауров… Чем могу помочь? Мы виделись, когда приходил разбираться с Натальей в прошлый раз. И разговор мой он знает. – Я хочу, чтобы персонал, который работает с моей женой, был полностью заменён. Все назначения, который делала Наталья, нужно отменить! – говорю холодно, выпуская руку горе-доктора. Она тут же отступает на шаг, но остаётся в кабинете. – Это невозможно… Что произошло, объясните? Мы разобрались с вашей жалобой. Наталья Николаевна уволилась, – начинает было зам главврача, но я резко ставлю ладони на стол, нависая над ним. – Возможно! Ваш доктор убийца! Я требую полного пересмотра лечения. Проверьте, что вводят Эвелине и какие препараты назначены. С полным отчётом мне на стол. Сегодня же! – быстро выговариваю то, что узнал из карты Эвы. Нервы закипают, я на автомате выпаливаю все свои требования, обвиняю Наталью в том, что хотела причинить вред и сделать так, чтобы беременность Эвелины прервалась. – В назначении у моей жены препараты, от которых повышает тонус. Вы понимаете, что это значит или вам нужны еще гребаные объяснения? – мужчина моргает, словно я говорю ему какой-то бред. Заместитель нервно выпрямляется в кресле, но кивает. Я перевожу взгляд на Наталью. – Это недоразумение. Я не могла назначить ничего, что нанесло бы вред беременной или ребенку, – шепчет Наталья, нервно поправляя волосы. – Замолчи. Ты целенаправленно давала моей жене препараты, стимулирующие гипертонус, – голос тихий, но в нём звучит угроза. В кабинете воцаряется напряжённая тишина. – Евгений Александрович, это… это абсурд! – восклицает Наталья, но её глаза уже не такие уверенные. – У господина Даурова нет доказательств! Это личная неприязнь! – Доказательства? – ухмыляюсь. – Карта Эвелины уже у юриста. И завтра здесь будет проверка. Думаю, вашим руководителям понравится, если эту историю поднимут в прессе. Заместитель бледнеет. Наталья отшатывается. – Господин Дауров, но… зачем сразу предавать дело огласке? Проверки… Кхм… Давайте разберемся на месте. Все можно решить! Сейчас мы позвоним главврачу. Сергей Иванович поговорит с вами лично, он… только что был здесь, – умоляюще лепечет заместитель. – Я не собираюсь ни с кем разговаривать, – прерываю его. – Я сотру вашу богадельную с лица земли, а вас всех отправлю на нары, если хоть что-то с моей женой случится. Теперь её жизнь под вашей личной ответственностью, – смотрю прямо в глаза заместителю главврача. Они переглядываются. – Если её что-то потревожит, если что-то пойдёт не так – вам конец. А ты, – киваю на Наталью, – ищи адвоката, и радуйся, что пока я решаю все по закону. Заместитель медленно кивает. – Мы всё сделаем. Сегодня же проведем проверку, все назначения я проверю лично, – смотрит на Наталью взглядом, полным злости. Я развернулся и вышел. В груди пульсировала ярость. Но внутри, глубже, ещё сильнее пульсировал страх. Я не позволю никому её тронуть. Даже если для этого мне придётся разнести этот мир до основания.