Глава 12

- Бабушка…бабуля… - шепчу, тихо, одними губами, еле-еле, даже не шепчу, скриплю, по другому не получается. – я…это я… Аля. Я… жива…

Произношу только это и отключаюсь. Сил нет.

Всего каких-то несколько часов назад была эйфория. Я ушла от Златопольского.

Я уехала. Я смогла.

Это оказалось… на самом деле не так уж и сложно. Наверное.

Нет, Марк не убрал охрану, не снял наблюдение за мной. Он улетел на свой форум, куда-то в Сингапур по-моему, но звонил и писал каждый день. Охранники возили меня в больницу, где по-прежнему оставалась бабушка.

С ней всё было в порядке.

С ней вообще всё было в порядке. Ни в какую больницу ложится не нужно было, да и «скорую» вызывать. Бабуля просто поняла, почувствовала, что я что-то не договариваю. Она у меня такая.

Её могли бы уже и домой отправить, но в клинике Товия Сергеевича нам было проще и удобнее. Со всех сторон. Во-первых я могла пройти обследование у врачей не привлекая внимания. Во-вторых… мы продумывали план, и говорили совершенно спокойно и открыто – охранники не заходили в палату, а подслушивать разговоры из коридора было проблематично.

- Я почему-то уверена, что твой Марк всё-таки возьмётся за ум, - говорит бабушка, отправляя в рот кусочек манго. Корзины с фруктами по заказу Марка приносят через день.

- Перестанет изменять? Не поздно ли? – усмехаюсь горько. Мне совсем не хочется любимых фруктов, даже ананас…

- А ты думаешь, он продолжает? – кажется, бабуля удивлена?

- А ты думаешь, нет? – спрашиваю, и сама себя ненавижу. За надежду, которая почему-то теплится внутри.

Да, он уже изменил. Все уже случилось.

Прощать я не намерена! Но если он и сейчас продолжает – это… это меня просто убьёт.

Мне хочется верить, что он хотя бы раскаивается! Что он… что он осознал, что натворил! А если это не так, то…

Нет, ну разве может быть ещё больнее?

- Я не про измену. Я про развод.

- Что, про развод? – не понимаю ход её мыслей.

- Ты же хотела развод? Ну… думаю, он уступит.

Не знаю, почему она так решила, и совершенно не понимаю, почему эта мысль не приносит мне радости.

Развод. Я его хочу! Да! Больше всего на свете. Хочу свободы. Мечтаю о ней. Мечтаю вернуться в дом бабушки и…

И считать, что этого в моей жизни просто не было. Не было встречи с Марком. Свадьбы не было. Любви…

Ничего.

- Я не могу ждать пока он уступит. И вообще…

Я хочу исчезнуть. Вот такое простое желание. Исчезнуть, раствориться, как будто меня и не было.

Пролетают дни. Марк уже должен вернуться, когда бабушка предлагает вариант.

- Уедешь к моей давней приятельнице под Питер. Я с ней уже договорилась.

- Марк меня найдет.

- Там не найдет. Там большое имение с охраной. Посидишь какое-то время, потом будем решать.

- Как я могу сидеть там? А если… мне же в больницу надо?

- Аля, неужели ты полагаешь, что я об этом не подумала? У моей Тамары дочь – акушер-гинеколог, так что будешь в надёжных руках.

- А если… если он…

- Что ты как попугай, «а если, а если…». Если что-то случиться – тогда и будем думать. Пока вопрос в том, как туда добраться и как провести твою доблестную охрану.

Самолет и поезд мы отметаем сразу. Билеты по паспорту, отследить просто.

На попутной машине тоже не очень вариант. Так же могут найти.

Но бабуля не даром автор детективов.

- Была у меня такая серия. Там героиня убегала от мужа абьюзера. И вот я ей устроила бешеный трип по городам и весям. Электрички, автобусы, маршрутки… Главное, стараться внимание не привлекать. Или, наоборот, привлекать.

Кто же знал, что я привлеку внимание не охраны Златопольского, а провинциальных грабителей…

В день «ИКС» - день моего освобождения или побега - как назло, портится погода. Морось противная, пасмурно, всё тает. Так хотелось на Новый год снежной сказки!

Еще тогда хотелось, в прошлой счастливой жизни. До того как я узнала, что у меня, оказывается, ветвистые рога.

Не знаю, бывают ли рога у женщин, или только мужчин рогоносцами называют? И вообще, почему так? Правда, желания «загуглить» не вызывает.

Хватит того, что я чувствую себя женщиной, муж которой предпочел других. Любимый муж. Муж, которого я на самом деле боготворила. Растворялась в нём. Забросила всё. Учёбу, желания, стремления. Просто хотелось быть рядом с ним и всё.

Нет, я планировала вернуться в универ, и Марк обещал помочь – я ведь взяла академический после второго курса. Думала сначала уйти на заочный, но Марк уговорил взять паузу.

Зачем я повелась на его слова? И бабушка головой качала, тоже считала, что я это делаю зря. Я не послушала.

Зато вот, теперь, хлебаю полной ложкой. Образования нет. Денег своих нет. Ничего нет.

Только я. И ребёнок, которого я жду. Моя девочка. Моя малышка…

Вот ради неё стоит быть сильной! Ради неё стоит жить дальше.

Вещи я с собой почти не беру, запихиваю в большой модный рюкзак от самого популярного у гламурных див бренда только пару смен белья, пару теплых лосин на смену, пару водолазок из кашемира, носки. Мало ли…

Нет, я планирую добраться за сутки, даже быстрее. Хотя бабуля уговаривает ночь переночевать еще у одной её знакомой под Вышним Волочком. Я держу этот план в уме, но надеюсь, что не придется им воспользоваться.

Денег у меня почти нет. Есть карта, но снимать с неё мне страшно – Марк сразу получит оповещение, и охрана будет меня сторожить еще бдительнее. Бабуля даёт наличные.

В спальне, в шкатулке лежат ювелирные украшения, которые дарил Марк. Их довольно много. Он любил дарить драгоценности, хотя я сама не очень понимала еще их прелесть. Мне нравилось только помолвочное кольцо. И тоненькая цепочка с кулончиком в виде цветка. Аленький цветочек. Я не снимаю её. Не могу оставить. И кольцо тоже… Надо, наверное, но я не могу.

Да и правильно – охранники могу заметить, это будет подозрительно.

Ладно, может потом в клинике оставлю у бабушки, чтобы она передала.

Еще одно событие выбивает из колеи.

Мне звонит Дина. Плачет. Сразу обвиняет меня во всех грехах…

- Ты и твой Марк, вы… всю жизнь мне испортили! Твой… Я не виновата, что он имел всё, что движется! Да! Имел! И до тебя, и во время. И вообще… Он тебе наверняка рассказал, что это было один раз, что всё случайно.

Я бросаю трубку. Она звонит еще раз. Пишет, умоляя выслушать, не блокировать. Не отвечаю. Зачем? Только хочу отправить её в чёрный список как получаю длинную простыню сообщения.

Читаю, и мне опять тошно. Мерзко.

Господи, я же считала, что мы подруги! Её, Дину, считала своей подругой! Мы как-то сразу после того вечера – нашей с Марком помолвки - стали общаться. Она звонила, приглашала в кафе, пройтись по магазинам, в кино, в театр. Вечерами Марк был занят – только сейчас я задумываюсь, чем именно? – и я с удовольствием посещала премьеры с Диной и её мужем.

Сейчас она пытается представить всё так, как будто мой Марк уговаривал их с мужем меня везде таскать, чтобы у него у самого было время таскаться…

Но это еще не самое низкое. Дина признаётся, что в тот вечер они с Риммой специально привели меня в ресторан.

Нет, я не настолько наивна. Я уже и сама догадалась, что в это местечко мы в тот вечер пришли не просто так.

Но всё равно, читаю и… сгибаюсь пополам, чувствуя во рту отвратительный привкус желчи.

В ванной спазмы давят, выкручивают, глотаю воду из-под крана, чтобы было не так больно. Марк говорил, что её можно пить, у нас свой артезианский источник.

У нас. У него, конечно.

Моего тут нет ничего. Даже милые мелочи, которые я покупала в дом, дарила Марку – это всё… чужое.

Хочу удалить сообщение Дины, но видимо я все-таки мазохистка. Читаю.

Оказывается, Марк имел серьёзный разговор с её мужем и теперь… в общем, у мужа Дины большие проблемы с бизнесом. И он собирается развестись, считая, что в его бедах виновата его жена.

В конце Дина внезапно меняет тональность сообщения. Просит прощения.

За всё. У меня. Ха!

Марк негодяй, подлец, и может быть и хорошо, что я всё о нём узнала.

Да уж, очень хорошо…

Как раз об этом накануне мы говорили с бабушкой.

Мне хочется вернуться в то время, когда я не знала. И не знать. Я отчетливо это понимаю.

С другой стороны… я ведь всё равно бы узнала когда-то да? Удар был бы еще сильнее. Так что…

Всё к лучшему.

Из клиники я выбираюсь быстро, без проблем. Сажусь на метро. Мне нужно добраться до автобусной станции. Автобус едет не совсем в нужную сторону, но потом я пересяду на другой, который идёт куда надо.

Через несколько часов я оказываюсь в небольшом кафе. Автобус сломался. Нас высадили. Все ждут, когда пришлют другую машину. Кто-то предлагает подбросить до станции. Я думаю. Можно было бы чуть поменять маршрут.

- Привет, ты чего такая красивая одна?

Холодок струится по спине… Сердце замирает, потом несется со страшной силой.

И правда, почему я такая красивая и одна?