Глава 38

Он меня отпустил.

Нет, не так.

Он! Меня! Отпустил!

Шок. И радость. И гнев. И… ступор.

Как? Как вот так вот просто?

Взял и…

«Когда ты готова вернуться? Я организую перелёт».

Нет, я, конечно, ожидала от него раскаяния, смирения, покаяния. Каких-то иных действий. Но чтобы вот так?

Отпустил.

Я должна радоваться! Я свободна! Я снова Валентина Ивановна Астафьева, вернее, я скоро буду ею. Ведь так? То, что Марк меня отпустил означает развод? И… девичью фамилию, так ведь?

Меня трясёт.

Я не верю. Жду подвоха. С той самой минуты, как увидела его возле машины такси у дома бабули. Нет, раньше. Когда увидела его на том приёме.

Неспокойна. Не могу заставить себя унять дрожь в теле и сумбур в мыслях.

Чего я вообще добивалась этой нелепой сделкой с Набоковым? Зачем я вообще решила вернуть себя?

Мне прекрасно жилось в Ялте с дочкой. Да, приходилось скрываться. Да, я не всегда могла свободно встречаться с бабушкой. Но я уже почти привыкла.

Теперь что? Всё сначала? Мне ведь опять придется прятаться! От журналистов. От любопытных.

Как я друзьям объясню то, что у меня другое имя, фамилия?

Предоставляю шок Миланы, когда она узнает о Златопольском.

Не хочу этого. Я ведь… возможно я перестану быть просто подругой, она станет относиться ко мне иначе, ведь я… супруга такого богатого человека.

Бывшая супруга.

Но, не суть…

Я хорошо знаю Милану, вероятно она никак не отреагирует на эту новость, не будет думать обо мне как о сумасбродной девице, у которой полно денег, а она устроила какой-то цирк, разведясь с мужем-олигархом. Хотелось бы в это верить.

Интересно, что скажет бабушка?

Она, разумеется, не была в восторге от моей поездки в Москву, хотя я не посвятила ее во все подробности. Нужно позвонить ей. Признаться.

Конечно, она обрадуется тому, что я теперь свободна, и что Марк все знает. Грех с души снимет.

А я? Сниму ли я этот грех?

Мы летим в Ялту на частном самолете. Для меня это не в новинку, когда мы с Марком только поженились несколько раз летали бизнес-джетами. Он все поговаривал о покупке личного, выбирал модель, активно со мной советуясь. Меня было приятно…

Он ведь и про бизнес мне много рассказывал. Не могу сказать, что я была просто… красивой игрушкой, или чем-то вроде комнатной собачки. Нет. Он даже говорил, что мне нужно будет вернуться в университет, возможно, получить еще профессию. Подумать, чем я хочу заниматься. Готов был помочь открыть своё дело.

Только вот я… Я в то время горела только им. Хотела заниматься только мужем. Любить его. Встречать вечерами. Ужинать вместе. Завтракать. Проводить время в постели. Мне было мало его. Хотелось больше.

Хотелось родить детей, строить семью, домом заниматься.

Интересно, если бы я в тот вечер не пошла в ресторан, какой была бы наша жизнь?

Я всё так же существовала бы в мире грез, фантазий, безграничного счастья и розовых пони?

А он? Марк? Продолжал бы наслаждаться своим положением сильного?

Злата спит в специальной люльке, я смотрю в иллюминатор. Под нами облака. Белые-белые облака. Как нежная перина. Мне всегда интересно, что мы пролетаем. Я люблю с высоты разглядывать землю расчерченную на квадратики, с прожилками рек, зеркальной гладью озёр.

Смотреть и думать.

Марк. Он стал другим. Изменился сильно. Стал более серьёзным, суровым, сильным.

Раньше мне нравилось просто смотреть на него, ловить его нагловатую хитрую ухмылку, взгляд полный страсти.

Сейчас…Сейчас у меня сердце замирало, стоило взглянуть в его сторону. Он…Он такой мужественный. Такой… красивый.

И он волнует меня. Снова пробуждая во мне всё женское, что так долго спало.

Я представляю нас вместе. Не могу не представлять. Особенно после тех поцелуев. Когда его дыхание сливалось с моим. Он буквально пожирал меня, заставляя дрожать. Умирать от желания сказать ему «да».

Но разве я могла?

Нет. Нет!

Он… он предатель. Ему нет прощения! Он…

Как он вообще мог жениться на другой?

Столкновение с женой Марка, с возлюбленной Набокова выбило меня из колеи окончательно.

Я не ожидала. Была сбита с толку. Мне надо было уйти, не разговаривать с ней. И о чем нам говорить? Кристина думала, что есть о чём.

- Аля, я знаю кто вы, может и вы догадываетесь кто я. Кристина.

- Догадываюсь. Кристина Златопольская.

- Нет. Крылова. Я и была Крылова, сейчас тем более. Мы с Марком развелись.

- Быстро.

- Да. Там еще какие-то формальности, возможно, но… Когда есть деньги всё решается быстро.

Это она точно сказала.

Смотрю на неё, не понимая, почему это делаю. Зачем мне с ней говорить? Зачем её слушать? И повод уйти был – Злата нагулялась и уже засыпала в коляске.

- Что вам от меня нужно?

- Мне? – кажется она не ожидала от меня такой резкости. Интересно, Марк обо мне рассказывал? Говорил, наверное, что я мягкая, белая и пушистая.

А я колючая. И не добрая с теми, с кем не хочу быть доброй.

- Аля, я случайно вас увидела, не думайте, что это был спланированный акт, просто увидела и узнала, решила подойти.

- Зачем?

- Наверное, чтобы сказать несколько слов о Марке. Хотя… честно я и сама не знаю. Не представляю, как можно вмешиваться в отношения других людей.

- И что же вы хотели сказать? – сама не понимаю зачем задаю вопрос. И, кажется, только помогаю ей, потому что отвечать на вопросы проще, чем самой придумывать что говорить.

- Наверное просить вас не быть слишком строгой и категоричной. Того Марка, которого вы помните уже нет. Он… Он на самом деле прошёл большой путь. Повзрослел наконец-то. Стал… мужественным. Сильным. И… мудрым в какой-то степени.

Ухмыляюсь, интересно в какой? Научился прятаться, а не таскаться с шалавами на виду у всех?

Болит… Это всё еще болит, как бы я не пыталась заставить саму себя поверить в обратное.

- Он любит вас, Аля.

- Я очень за него рада. Наконец-то любит кого-то, кроме себя.

- Мам, ты скоро? – Кристину окликает довольно высокий паренек. Сомнений в том, чей он сын нет, стоит раз взглянуть.

Забавная наука – генетика. Моя дочь – улучшенная копия Златопольского. Сын Кристины – улучшенная копия Набокова.

Опять ухмыляюсь, головой качая… Не повезло нам с Кристиной. Мне так хотелось, чтобы дочь на меня была похожа, и вот…

- Мам?

- Вова, подожди пару минут, поиграй пока.

- А можно не пару? Тут такая площадка крутецкая, лизилки всякие…

В нашем парке недавно сделали реконструкцию, действительно рай для детей самого разного возраста.

- Беги, играй, сынок. Я тут буду.

Мальчик быстрым знакомым жестом поправляет челку. Так делал раньше Марк. Почему-то в груди неприятно колет.

- Симпатичный у вас сын.

- Спасибо.

- Так и будете прятать его от отца?

- Что?

- Вы мне так красиво про моего бывшего рассказали, я ведь тоже могу вам, про вашего? Не скажу, что повзрослел. До сих пор не может забыть вас и всю вашу историю.

- Аля…

- Нет уж, я вас слушала, и вы послушайте. Набоков, конечно, тот еще гад, но в вашей истории он тоже потерпевший. И заслуживает прощения. И сын ваш заслуживает узнать кто его отец.

- Я вас себе другой представляла.

- Жаль, что не оправдала ожиданий. Я пойду.

- Почему же не оправдали, как раз наоборот. А насчёт Владимира… Наверное если бы он хотел быть со мной, то он давно был бы рядом.

Ах, вот оно что! Ей просто хотелось, чтобы Набоков за ней побегал! Интересно. Надо бы так ему и передать.

Я и передала. Позвонила, рассказала о встрече. Поинтересовалась, долго ли он собирается дурить…

Кристина, несмотря ни на что, мне понравилась. Я думала о её ситуации и понимала, что она сильная. Гораздо сильнее меня.

Я слабачка.

Почувствовала Марка близко и начала таять. Захотелось сдаться.

Простить…

Нет, даже не простить. Забить на всё, что было в прошлом.

Гори оно всё…

Тем самым пламенем в котором по такой ужасной и счастливой случайности не сгорела когда-то я…

Ялта встречает влажностью, жарой, ароматами моря, солнца, зелени, горячего асфальта, можжевельника. Мне нравится Ялта, очень, но сейчас прилетев, приехав в свой двор я понимаю – я хочу обратно. Хочу в Москву!

Хочу видеть этот огромный суетный город, толпы быстро идущих москвичей и застревающих между ними медленных приезжих. Хочу дышать московским августом, уже увядающим, с горьким привкусом листвы. Хочу постоянно слышать звуки шоссе и строек. Хочу бродить по паркам и кормить белок. Сидеть на набережной Москвы реки и смотреть на стальную гладь воды.

Хочу домой.

И неожиданно сама для себя вдруг вспоминаю именно дом Марка. То недолгое время, когда я там жила. Нет, сам дом я не полюбила. Он всё-таки оставался слишком пафосным. Сейчас я бы всё сделала иначе там. Взяла и…поменяла мебель, интерьеры, дизайн. Отвоевала бы себе право кормить мужа завтраком и ужином. Сделала бы во дворе детскую площадку с качелями, горками и песочницей…

Стоп.

Голова кружится. Нужно остановиться и перестать мечтать о несбыточном.

Мне никогда не приготовить пшенную кашу с раковыми шейками так, как это делал наш повар.

Значит…

- Тина, привет! Ты вернулась?

- Привет, Олег, да.

- Насовсем? – он улыбается, подходит ближе.

Его я могла бы кормить простой овсяной кашей. Он, может быть, ел бы её у меня из рук. Олег. Отличный парень. Нет, мужчина. Красивый, молодой мужчина. Интеллигентный, зарабатывает, из приличной семьи. Кажется, я повторяю это уже как мантру.

- Пока не знаю, насовсем ли.

- Может… сходим завтра, погуляем вместе? У меня выходной. Можем поехать в Партенит, или на кораблике. Ты хотела Ласточкино гнездо посмотреть.

- Давай, я не против.

Поездка получается чудесной. Я выбираю удачное время. По дороге к морю Золотинка не спит, и на кораблике сначала тоже бодрствует, но потом начинает зевать и сопеть в коляске.

Ласточкино гнездо видно, конечно, плохо. Но с другой стороны – это же тот самый известный вид, который на всех открытках, магнитиках, сувенирах. Нас с Олегом фотографируют, предлагают купить магниты. Он хочет забрать все, но я выбираю три, на остальных я получилась сильно грустная. Не знаю почему. Вроде же мне весело?

Милана приглашает в отель на праздник, вечером. Я оставляю Злату у бабушки.

Бабушка счастлива, что я могу вернуть имя, что теперь не нужно прятаться. Признается, что была у Марка, но он тогда уже и сам всё знал.

Мне опять больно. Он знал! Знал, что я жива! И не приехал! Не захотел встретиться, поговорить, увидеть дочь…

Я не понимаю его.

Не понимаю!

И сейчас… Он просто отправил меня в Ялту!

Значит… я ему не нужна?

Весь вечер я танцую с Олегом. С ним весело, интересно, он… он приятный. И пахнет от него вкусно, хороший дорогой одеколон, с нотками сандала…

Конечно, не такой, как у Марка, но…

Я не буду всех мужчин сравнивать с бывшим мужем.

Может у Олега другой одеколон, зато он не будет изменять мне перед всеми друзьями и знакомыми!

Не успеваю подумать об этом, как следом тут же крадется предательская мысль. Так ли я в этом уверена? Может… может я просто из тех женщин, которым изменяют? Может, дело во мне?

- Тина, хочешь подышать?

- Мы на открытой террасе, Олег, мы и так дышим. – смеюсь я.

- Да, но… тут полно народу, а там… воздух чище…

Он зовёт меня уединиться. Почему бы и нет?

Я знаю, что будет. Я готова. И всё же когда это происходит я чувствую, как всё неправильно.

Чужие руки, чужое тело, чужие губы…Он что-то шепчет, я не могу разобрать слов, потому что мне ужасно плохо.

Не противно, нет, Олег не вызывает никакого отвращения, не пугает. Он осторожен, нежен.

Я чувствую, что я изменяю!

Изменяю! Я!

Не Марку. Нет.

Я изменяю себе.

Я не хочу этого.

- Прости, Олег. Нет. Я не готова…

- Я подожду, Тина, буду ждать…

Я не могу сразу сказать, что ждать бессмысленно. Мне хочется дать ему шанс. И себе тоже.

Я не хочу быть заложницей своей несчастной любви к тому, кто меня недостоин.

Олег приходит почти каждый день. Легкие касания его рук. Быстрые поцелуи в щеку, или в висок.

Не получается у меня. Словно предохранители стоят. Как только приближается он – вырубает всю энергию. Я пустая. Бесчувственная. Замороженная.

Олег всё это видит. Не комментирует. В глазах его печаль и тепло.

- Тебя кто-то сильно обидел, да? Алька?

- Как ты меня назвал? – я еще не говорила, что я не Тина…

- Ну, ты же Алевтина у нас? Я подумал… Тина тебе не подходит. Ты Алька. Аленький.

- Нет. Не называй меня так. Никогда. – отвечаю резко, жёстко, даже грубо, сама себя пугаясь.

- Хорошо. Алей можно? – вижу, как сжимает кулак, но не страшно, это не для удара, это от досады и боли…

- Алей можно.

- Это отец Златы, да? Из-за него ты такая? Любишь его?

Любишь?

Такой простой вопрос. На который ответ я дать боюсь. Трусиха.

- Олег, я… наверное не надо нам с тобой встречаться. Я только жизнь тебе испорчу. Я не готова. И не знаю, когда буду готова.

- Аль, да мне всего двадцать шесть, я могу подождать. – улыбается широко и подхватывает мою девочку на руки. Она заливисто смеется. Ей нравится Олег, нравится, как он её таскает, крутит, подбрасывает вверх. Хохочет так заразительно. И я тоже смеюсь.

Что я на себе так рано ставлю крест? Ведь и правда, совсем мало времени прошло. Еще всё может быть, да?

Олег обнимает меня, чувствую губы на шее, и еще что-то чувствую. Мощное, черное, грозное. Поднимаю голову и вижу глаза Златопольского…