Глава 36

Глава 36

Я выкладываю глазунью на тарелку и перехожу к фруктам и ягодам, которые мою, нарезаю и сбрасываю в чашку, и ставлю ту рядом с тостами.

Бросаю взгляд на настенные часы.

Черт. Надо уже выходить.

Быстро ополаскиваю руки, и в этот момент на живот ложатся две большие ладони и вжимают меня в твердое тело.

— Куда-то торопишься, — шепчет он мне на ухо таким соблазнительным голосом, что между ног мгновенно разливается тепло.

— Ты меня напугал! — выдыхаю я шумно и, посмеявшись, качаю головой, позволяя сердцу, упавшему в пятки, вернуться на место. — Я не слышала, как ты встал. Разбудила?

— Нет, — говорит Глеб хриплым ото сна голосом и зарывается лицом мне в шею.

В нос сразу ударяет запах геля душа и свежесть мяты.

Когда он успел принять душ? Я даже не слышала.

— Тогда садись ешь. — Я беру клубнику и бросаю ее в рот, бормоча неразборчиво: — А мне уже пора.

— Я хочу другой завтрак. — Глеб сжимает мою талию и, лизнув шею, трется о мою задницу стояком.

Я мычу и проглатываю ягоду, пытаясь увернуться от ощущений, которые слишком быстро охватывают тело и норовят добраться до самой сердцевины. Его прикосновения приводят к сексу. Я знаю это. Но даже если бы я очень захотела, у меня сейчас и правда нет времени на столь заманчивое предложение.

— Тебе придется обойтись традиционным завтраком. — Я изворачиваюсь и вставляю клубнику между губ Глеба. — Мне нужно к врачу.

Глеб запрокидывает голову и стонет.

— Ты не можешь оставить меня в таком положении.

Я привстаю на носочки, целую его в подбородок и одновременно убираю его руки с моей задницы, которую он уже вовсю массировал.

— Мне придется это сделать, — шепчу я и, когда Глеб опускает голову, чмокаю его в губы и выскальзываю на свободу.

Поправив на бедрах платье, я ставлю завтрак Глеба на стол и съедаю еще одну ягоду.

— Тебе ко скольки сегодня на работу?

Глеб потягивается с громким зевком, и я не могу не смотреть, как восхитительно он смотрится на кухне с взлохмаченными волосами, в одних боксерах. С этой кучей рельефных мускул и кубиков. Боже, он ночует у меня третий день, а я уже привыкла к его сексуальной утренней неряшливости.

— К одиннадцати, — наконец отвечает он и встречается со мной взглядом, который тут же вспыхивает, поймав меня с поличным.

Ну нет, он ходячая сексуальная ловушка.

Я быстро допиваю кофе и ретируюсь из кухни.

— Тогда у тебя еще есть время понежиться в кровати.

Я тянусь к нему через барную стойку, чтобы быстро поцеловать, но Глеб хватает меня за шею и, подтянув к себе, целует жадно и глубоко. Так, что пальцы на ногах подгибаются, а внизу живота все болезненно сжимается.

— Глеб, — хнычу я не в силах оторваться от него, чем заслуживаю его гортанный рык.

Он нехотя отрывается от моих губ, но напоследок прикусывает нижнюю губу и оттягивает.

По коже пробегает волна колючих мурашек и собирается тяжестью внизу живота.

— Я предпочел бы потрахаться с тобой в кровати, — произносит он глубоким низким голосом, полным желания, но я заставляю себя не вестись на это.

— Ты такой пошляк!

Я бью его по плечу, но вместо того, чтобы отпустить меня, Глеб целует снова, с еще большей потребностью забрать мое дыхание себе и заставить мою матку плакать от несправедливости.

— Вечером я покажу тебе, насколько могу быть пошлым, — шепчет он у моих губ и нарочно облизывает подбородок, прикусывая скулу.

— Глеб! — я взвизгиваю сдавленно из-за хватки на шее и хлопаю его по руке, после чего он наконец отпускает меня. — Ты сумасшедший, — усмехаюсь я и качаю головой, чувствуя, как верхняя часть ребер вспыхивает тупой болью в том месте, где я вжималась в край столешницы.

— Из-за тебя.

— Даже не думай приближаться ко мне. — Я выставляю ладонь, замечая, что он собирается выйти из-за барной стойки, а потом практически выбегаю из кухни, получая шлепок по заднице.

— Мне не нравятся твои облегающие платья, — произносит он задумчиво, медленно следуя за мной.

— И почему же?

— На эту задницу должен смотреть только я.

Я вскидываю бровь и бросаю озорной взгляд через плечо:

— Надо же. Как все запущено.

Я наклоняюсь и достаю сапоги на стильном треугольном каблуке. Но нарочно оглядываюсь и оттопыриваю попку для лучшего вида.

— Не дразни меня, — предупреждает он рычащим тоном, сощурив глаза и сложив на груди руки.

— Почему нет? Один-один, — подмигиваю и выпрямляюсь, чтобы надеть сапог.

— Кстати, почему я записан у тебя в телефоне «И.С.Б.Ч.»?

— Ты лазил в моем телефоне? — Я хмурюсь.

— Просто было интересно, как я записан.

Я застегиваю сапог и выпрямляюсь, чтобы посмотреть на него и улыбнуться, после чего отвлекаюсь на второй сапог.

— Это какая-то болезнь? — продолжает он мозговой штурм.

Я не тороплюсь с ответом.

Выпрямляюсь и открываю шкаф.

— Ага. — Я улыбаюсь и накидываю пальто. — И она не лечится, — протягиваю я и, послав воздушный поцелуй, открываю дверь.

Глеб кривит губы, качая головой.

— Я буду выкачивать из тебя оргазм за оргазмом, пока ты не расколешься.

— Попытайся. — Я улыбаюсь, представляя все возможные способы его грозного заявления.

А потом он спохватывается:

— Подожди! — Я останавливаюсь. — А что с ключами? Мне надо скоро уходить.

— Просто захлопни дверь. Хорошего дня, И.С.Б.Ч. — на последней букве я не сдерживаюсь и начинаю смеяться. Пусть помучается в догадках. Не буду повышать и его без того высокое самомнение.

И прежде, чем я закрываю за собой дверь, слышу его ворчание. Но это лишь делает мою улыбку шире.

Мне давно не было так хорошо.

Улыбка не спадает всю дорогу до самой парковки. А когда сажусь в машину и трогаюсь с места, на дисплее магнитолы высвечивается имя входящего абонента.

Стас.

В последнее время я на каждый его звонок реагирую слишком остро. Разумеется, Тарас не остановился и подал еще одну апелляционную жалобу, и теперь все мы были в очередном ожидании. Хотя Стас изначально успокаивал меня, что никакие жалобы судья уже не рассмотрит серьезно. Это проигрыш, который кое-кто не собирался принимать.

Я не соврала, когда сказала Глебу, что нас развели. Это формальности, которые я собиралась выдержать до конца. Но мой счастливый билет на массаж скорректировал планы. Но, клянусь, мы были осторожны!

Я щелкаю по экрану и перехожу на громкую связь.

— Привет. — Выворачиваю со двора в арку.

— Готова принимать поздравления?

Боже!

Руки тут же охватывает дрожью, хотя я знаю, что уже все хорошо. Стас бы не стал издеваться.

— Не шути со мной, Багров! Говори давай. — Я съезжаю на обочину в арке.

— Решение суда вступило в законную силу. Ваш брак расторгнут.

Я откидываю голову назад и прикрыв глаза, выдыхаю последние тяжелые мысли о своем БЫВШЕМ МУЖЕ.