15.

К Уману опасно соваться. За всё это время они с женой не очень-то интересовались моей судьбой. При нынешнем раскладе, допускаю, что Генрих велел им не совать нос в дела дома. И куда ехать? Сразу в полицию? Они вызовут моего мужа и тогда дурка мне точно гарантирована.

Не знаю куда лучше отправиться. Не крякнуть бы за рулём. До Питера далековато ехать, да и куда ночью сунешься. А вот в придорожном отеле, думаю, можно остановиться даже без паспорта. Утром на свежую голову уже соображу, как избежать встречи с мужем и отомстить ему так, чтобы яйца у него посинели и отсохли. Со здоровьем сложнее. Тут потребуется гораздо больше времени.

Наши ванные комнаты с Генрихом делит общая стена. Черпая воспоминания из прочитанных романов, прикладываю стакан дном к стене. Пока тишина. Но вскоре хлопает дверь. Снова берусь подслушивать.

— Можем теперь не шептаться, — рокочет Генрих, и я вздрагиваю от хлопка.

Голубки решили отметить победу шампанским в ванной.

— завтра же сожгу форму. Ненавижу её, — жеманно тянет Алиса.

Струя воды ударяет о дно джакузи. Мы любили там полежать с Генрихом, и тоже частенько забирались в неё с шампанским и фруктами.

Знакомое шипение заставляет меня покраснеть. Генрих обожал поливать мою грудь сливками из баллончика и облизывать её. Чего я, собственно, жду? Оргазмических стонов? Выхожу из ванной и извлекаю сумку из-под кровати. Включив в комнате тихую музыку, поворачиваю ручку двери и выскальзываю в коридор. Держась за стену, добираюсь до лестницы. Страх придаёт мне сил. Моя кровь сейчас сплошной адреналин. Не задерживаясь в гостиной, выхожу в коридор. Там меня ждёт ещё одна лестница. Гараж расположен в цокольном этаже.

Сердце замирает, когда я вижу свою белоснежную красавицу. Мой немецкий внедорожник мне всегда напоминал яхту. Машина делалась под заказ, и Генрих попросил укрепить машину так, чтобы и без того крепкий автомобиль, стал неуязвимым для случайностей на дорогах.

Муж моей машиной сам не пользовался, у меня в салоне было слишком много «девчачьих» штучек. От ароматизатора до поселившегося у заднего стекла белоснежного медвежонка с сердцем в лапах. Поэтому ключи от машины я всегда держала при себе.

Щёлкаю брелоком и вздрагиваю. Для полнейшей тишины звук слишком громкий.

Сиденье в машине высокое, и я карабкаюсь на него точно старая развалина.

Закрываю дверь, блокирую её на всякий случай. Пристёгиваю ремень. Голова и так кружится, а тут еще грядущая свобода добавляет скорости всей этой карусели.

Запускаю с кнопки двигатель, и огоньки на торпеде загораются, весело подмигивая мне. Включаю передачу и приступаю к самому решающему этапу побега —нажимаю кнопку открытия ворот. Шуршание роллетов для меня сейчас как звук Железа по стеклу. Сжимаю руль до побеления костяшек. Выруливаю из гаража.

Стоит появиться воротам в поле зрения, нажимаю вторую кнопку. Ещё раз... Ещё раз. Ощущая чей-то пристальный взгляд, смотрю на дом. Генрих полностью одетый стоит на крыльце, сложив руки на груди.

— Далеко собралась? — кричит мне.

Вот и пришло время испытать мою яхточку. Сцепив зубы, я выжимаю педаль газа и, с грохотом снеся ворота, я вылетаю на улицу. Из глаз искры, в голове словно мины взрываются, но меня уже не остановить. Форы у меня от силы пару минут.

Примерно столько же до развилки на шоссе. Время пошло на секунды!