21

Даниил

Успеваю сунуть раскладушку и стойку для капельницы в кладовку, а лекарства в стеллаж. Утро сегодня явно выдалось прохладным, и я, накинув куртку, выхожу к воротам. С облегчением выдыхаю. Гайцы приехали без полиции, так что в дом ломиться они не имеют право. А шуму-то наделали, мигалка, сирена. Перед перцем на внедорожнике выпендривались? Смотрю на респектабельного мужика, неспешно вылезающего из добротной немецкой машины.

Я уже знаю, что это Женин муж. На сайте их компании видел его на фотографии.

Генрих поднимает воротник на чёрном пальто, его трясущиеся руки издалека бросаются в глаза. Окинув меня цепким взглядом, он подходит ко мне. Смотрит, явно прикидывая, за сколько с меня можно будет получить информацию.

Из патрульной машины не без труда вылезает круглый как шар гаишник. Я его знаю в лицо, он меня иногда тормозит на дороге.

— здорово, капитан! — приветствую стража порядка.

Он, прищурившись, сдвигает фуражку на затылок.

— Куприн, что ли?

— он самый. У вас отличная память. Чем обязан такому раннему визиту?

В разговор вмешивается Женин муж. Оглядев мой незатейливый двухэтажный дом, он не стремится к рукопожатию, но считает должным представиться.

— Я Генрих Майер. Вчера моя психически больная жена угнала машину из дома.

Как вы понимаете, авто мы нашли, а жену нет.

— Почему я должен это понимать? — задаю вполне логичный вопрос.

Капитан опирается плечом на ворота.

— Тебя хозяин автосервиса сдал.

— что значит сдал? Вы как вообще со мной разговариваете? — дёргаю ручку калитки, чтобы уйти.

— Подождите, — восклицает Генрих. — Мы не так выразились, вы не так поняли.

Просто тот механик сказал, что Женя потеряла сознание, и вы забрали её к себе домой.

Вот говнюк Димон! Интересно, за сколько он меня сдал? Пожимаю плечами.

— Я оказал той женщине первую помощь. Она выпила горячего чая, вызвала такси и уехала.

— А почему она не вернулась за машиной? — ухмыляется капитан.

— Понятия не имею — разговор в таком ключе начинает утомлять. — муж этой женщины утверждает, что она сумасшедшая. Так что все вопросы лучше к нему.

— Вас Даниил, кажется, зовут? — уточняет Генрих

— Даниил, — соглашаюсь я.

— Я готов хорошо заплатить вам за малейшую информацию о Жене, — Генрих лезет во внутренний карман пальто за портмоне.

— Но мне действительно нечего вам сказать. Женщина и правда показалась мне странной. Она всё время молчала.

Генрих недоверчиво смотрит на меня. Выдерживаю его взгляд, мысленно желая придушить эту тварь. Генрих отсчитывает десять пятитысячных и протягивает мне.

— спасибо, что не бросили умирать мою жену на дороге.

— Уберите деньги. Я — врач, и это моя прямая обязанность.

— Не хотел вас обидеть, — Генрих не спешит убирать деньги. — Вы сказали, что Женя вызвала такси. Она воспользовалась вашим телефоном?

— Нет. У неё был свой.

Генрих растерянно смотрит на меня.

— У Жени точно был телефон?

— На рацию аппарат точно не походил. Извините, у меня через сегодня важная встреча. Совершенно нет времени на разговоры.

Докучливый капитан вставляет свои пять копеек:

— Учти: Дело серьёзное. Скоро подключится полиция.

— замечательно! В таком случае, эта странная женщина скоро найдётся.

— Почему она вам показалась странной? — Клещом впивается в меня Генрих.

— По-вашему это нормально приехать ночью в такую глушь и рухнуть посреди дороги?

— Она что-нибудь рассказывала вам?

— нет — я придерживаюсь выбранной версии. — Она молча выпила чай, дождалась такси и уехала.

Генрих протягивает мне визитку.

— Если что-то вспомните или Женя снова объявится здесь, позвоните мне, пожалуйста. Не в полицию, не в больницу, мне! — припечатывает последнее слово Генрих.

— Непременно! Всего доброго! — захлопываю перед их носом калитку. Нельзя нам здесь оставаться с Женей. С этого хлыща станется выставить здесь наблюдателей.

Женя слишком опасна для него. Никогда не видел столько страха в мужских глазах.