Глава 11

На следующий день в клинику приехал Роман Осковский. Он нерешительно зашел в палату и застыл в паре шагов от порога. Мне показалось, что парень был слишком бледным, а под глазами появились тени. – Привет, Ром, заходи. Я ждал тебя, – сказал Харитонов, увидев в дверях молодого человека. – Здравствуйте, Денис Аркадьевич, – ответил Ромка, перевел взгляд на меня и невесело улыбнулся. – Привет, Марта. Узнал, что ты перевелась в другой вуз. Жаль. Ты была из немногих, с кем я общался. Хотя… Сейчас я думаю, что лучше бросить учебу. Зачем мне вышка? – Что за настроение, Роман? – жестко поинтересовался Денис. – Да выбора у меня не так много. Нужно же на что-то жить… Мать, вон, загремела по полной. – Перевестись на заочку, – предложил Харитонов. – Возьму тебя к себе. С твоими мозгами я быстро найду тебе работу. – Спасибо, Денис Аркадьевич, – кажется, с облегчением сказал парень. – Я буду рад поддержке. – И прекращай уже, сын, величать меня по имени-отчеству. Пусть мы и разошлись с твоей матерью, но для меня ты навсегда останешься моим ребенком. – Я все понимаю… папа, – с трудом произнес Рома. – Но после того, что сделала мама, моя жизнь перевернулась с ног на голову. Мне сложно вернуться к прежнему. – Ты не должен себя винить в том, что совершила твоя мать, – категорично заявил Денис. – Не бери на себя ответственность за чужую вину. Яна сама виновата в нашем разрыве, ее никто не заставлял изменять мне. – Как никто не заставлял ее пытаться тебя убить, – завершил Роман мысль Харитонова. – Все я понимаю, но она моя мать. Я не могу бросить ее в беде. Я обязан ей помочь. Как же знакомы мне эти слова. Ромка повторяет мысли Дениса. Интересно, это получается случайно, или дело в чем-то другом? Я смотрела на двух мужчин, настолько похожих друг на друга, что казались отцом и сыном. Но действительно ли это так? Хотя, судя по одинаковым жестам, ответ очевиден. Ромка был похож на Дениса намного больше, чем Никита. – Ты пришел ко мне попросить, чтобы я помог Яне? – спросил Харитонов. – Да. Пожалуйста, помоги нанять хорошего адвоката. Пусть мама получит, что заслужила, но не выше этого. Какой бы она ни была, но она моя мать, и я не хочу, чтобы с ней плохо обращались. – Хорошо, Ром. Я найду адвоката и оплачу его услуги, – не сразу согласился Денис. Услышав это, Ромка встрепенулся и расцвел в улыбке, совсем как это делает Денис. – Большое спасибо, пап. Ты не думай, я все отдам. Заработаю и отдам, – заверил Осковский. – Не придумывай, – отмахнулся Харитонов, – Для меня это не такие уж и большие деньги. На заработанное ты будешь жить. – Но у тебя же теперь есть жена. Наверное, появились дополнительные расходы: наряды, побрякушки, что там еще нужно женщинам? А тут я с просьбами… Нет, лучше будет, если я отдам долг, – сказал парень, настаивая на своем. – Жена? – хмыкнул Денис и посмотрел на меня. – Жена оплатила две мои операции. А ты говоришь, наряды, побрякушки… Ромка перевел удивленный взгляд на меня. – Васнецова, ты подпольный миллионер? – шутливо спросил мой бывший сокурсник. – Какие миллионы, Осковский? Сейчас у меня ни гроша за душой нет, – рассмеялась я. – Но да, были деньги. Только я не хотела их тратить. Они и пошли на операции Дениса. – И запомни, Рома, Марта теперь – Харитонова, – с улыбкой произнес муж, глядя на нас. – Кстати, Денис, а Рома – твой сын? – вырвался у меня вопрос, уж больно похожие мужчина были передо мной. – Сын, – ответил Денис, удивленно посмотрев на меня. – Только примерно такой же, как и Жигалов – твой отец. – И ты туда же, – опять улыбнулся парень. – Помню, меня спрашивали друзья, почему я родного отца то папой зову, то дядей. – Я был бы счастлив иметь такого сына, – хрипло проговорил Харитонов. – И ты, пап, был для меня лучшим отцом. Не только заботился и любил, но и наказывал, когда это было нужно. Я тогда обижался за это. Но сейчас понимаю, что было за что наказывать. – Это да, ты рос сорвиголовой. И куда только все делось? Сейчас спокойный рассудительный парень. Интересуешься компьютерами и программированием. Это радует меня. И не смотри удивленно, Ром. Следил я за тобой, помогал, как мог, издалека. Все же не чужой ты для меня. – Извините, что вмешиваюсь, а давайте вы сделаете тест ДНК? – произнесла я, понимая, что это шанс для этих мужиков узнать правду. – Тест… Но тогда Яна была замужем. На тот момент мы с ней уже расстались, – задумчиво протянул Харитонов. – Вы так давно знакомы? – спросила я, ревность опять поднимала свою голову. – Да, мы учились в одной школе, а потом у нас скоротечный роман был. Но закончилось все тем, что Яна выскочила замуж. – А я согласен на тест, – поддержал меня Ромка. – И дело не в деньгах или наследстве. Я свое сам заработаю. Дело в другом… Не похож я на отца… Вернее, того человека, кто записан в моем свидетельстве о рождении. Ни на его родню, ни на мамину. А на тебя, наоборот, похож, – с надеждой посмотрел он на Харитонова. – Что же, пока Денис лежит в клинике, мы и провернем операцию под названием «Узнай, чей сын Рома», – вынесла я вердикт, глядя на довольные лица мужчин. На следующий день у Дениса и Ромы взяли анализ, и мы стали ждать его результат. Роман стал чаще заходить в клинику. Он рассказывал о событиях прошедшего дня и делился планами. Сказал, что подал в деканате заявление для перевода на заочку. Скоро все должно было решиться. – И все же жаль, Марта, что мы не будем учиться вместе. Может, ты вернешься и переведешься на заочку ко мне в группу? – с надеждой поинтересовался друг. – Извини, Ром, но нет, – расстроила я его. – Прыгать из одного вуза в другой я не буду. Напрыгалась уже. – Кстати, правильно ты сделала, что ушла из той группы. Читал я групповой чат. Столько грязи давно не видел. И они никак не успокоятся, все продолжают тебя обсуждать. Сборище идиотов, а не золотая молодежь. – Пусть они остаются в своем серпентарии и так же поливают друг друга ядом, – зло произнесла я. – Я не хочу иметь ничего общего с друзьями Никиты. * * *Через пару дней Денис завел разговор о своем прошлом. – В последние дни я часто вспоминаю свою прошлую жизнь. Как мне, тогда еще совсем мальчишке, выпало счастье стать отцом. Мне был всего двадцать один год, когда Ира принесла новорожденного малыша и потребовала за него кучу баксов и квартиру в Питере. Если честно, то сумма для меня была неподъемная. И откуда Ирина решила, что у меня есть такие средства? Я тогда еще учился и только начал создавать свою фирму, – объяснил Харитонов. – Но я не мог позволить, чтобы ребенок рос в детском доме. И я решился: влез в долги, продал, что мог, родители продали дачу, пришлось пойти на поклон к дяде. Общими усилиями мы выкупили у Иры сына. Это был сложный период в моей жизни. К счастью, тогда родители помогали с Никиткой, один бы я не справился. Нужно было и учиться, и фирму поднимать. – Ты же сделал тест ДНК? – Да, почти сразу. Никита – мой сын, – уверенно произнес Денис. – Поэтому мне и так больно от его поступков. Упустил я сына. Зря доверял его воспитание сестре, знал же ее вздорный характер. Я, конечно, не оправдываю себя, но я работал как проклятый, поднимал фирму. Нужно было отдавать долги. Мне тогда помог отчим Алекса Чернова, он был двоюродным братом моей матери. Сложный был человек, но поверил мне, дал денег не только на выкуп сына у Ирины, но и на развитие бизнеса. Я выкрутился и отдал всю сумму долга в течение пяти лет. Я с головой ушел в учебу, в работу. Конечно, Никитке я, наверное, уделял немного внимания. Но выбора у меня тогда не было, нужно было зарабатывать деньги… Я убеждал себя в том, что сыну в будущем понадобиться деньги. Они и понадобились… Только все… И после моей смерти… Как же дико это звучит… Харитонов немного помолчал, вглядываясь в пейзаж за окном. Я понимала, мужу непросто дается этот разговор. Но если Денис завел его, значит, он ему нужен. – Я так и не женился, – наконец продолжил он. – Даже когда мы жили с Яной, я больше десяти лет тянул с женитьбой. Так что ты стала моей первой женой, – невесело улыбнулся мне Харитонов. – Это же хорошо, что я первая твоя жена? – осторожно спросила я. – Это замечательно, – рассмеялся муж. – Мы будем учиться всему вместе: как быт налаживать, как отношения в браке строить, как детей рожать и воспитывать, – неожиданно завершил Харитонов. – Ты же подаришь мне сына или дочку? Я озадаченно посмотрела на мужа. Как-то о детях я пока не думала, не до того было. Но, с другой стороны, Денису уже сорок один год, так что малыша надо бы рожать в ближайшее время. Но мне же еще доучиваться… Мысли табуном поскакали вперед меня. – Что, такой сложный вопрос? – тревожно поинтересовался Харитонов. – Нет. Несложный, – покачала я головой. – Детей хочу, наше с тобой продолжение, малыша, похожего на тебя. Очень хочу… – Но ты беспокоишься об учебе, – понял меня Денис. – Да. – Когда ты забеременеешь, то можешь взять академку или перевестись на заочку, как Рома. Все решаемо, родная. – Решаемо, – улыбнулась я любимому мужу. – Я мечтаю о девочке с твоими глазами. Буду покупать ей красивые платья и туфельки, дарить кукол и всякие премудрости к ним. Недавно видел рекламу кукольного домика, обязательно купим такой малышке. Осталось только родить ее, – протянул Харитонов, довольно улыбаясь. – Действительно, раз ты уже выбрал домик для кукол, то дочку точно надо рожать, – хихикнула я в ответ. * * *Дни бежали все быстрее. И, наконец, настал момент, когда Денис получил результат теста ДНК. Он долго не решился открыть конверт, а когда сделал это, то не сдержался и выругался себе под нос. Однако он сразу взял себя в руки и передал мне лист бумаги. – Прочти, пожалуйста. Я все верно понял? – спросил Харитонов. Я пробежала взглядом по строкам и улыбнулась. – Я же говорила вам, что так и будет. Ромка – твой сын. Тест это подтверждает. Денис облегченно выдохнул и откинулся на подушку. – Знаешь, я себя чувствовал плохим отцом. Рома мне был намного ближе Никиты, и, конечно же, тот обижался. Я винил себя в том, что не могу найти подход к собственному сыну, зато с пасынком нахожу его с полуслова, – признался муж и добавил. – Хотя все же есть большая нестыковка. – Какая? – Осталось еще понять, как получилось, что Роман – мой сын. Если посчитать по срокам, то в момент зачатия Ромыча мы с Яной уже больше года как расстались. Не могла же она быть беременной больше четырнадцати месяцев. – Значит, есть другое объяснение, – уверенно сказала я. – Тест не лжет. А вот человек вполне может. – Ты о чем? – В фильмах видела и в книгах пишут о том, как женщины умудряются забеременеть от нужного им мужчины. Например, могу опоить его чем-то. – Это же в кино и книгах… – начал говорить Харитонов, но застыл. – Что-то вспомнил? – Кажется, да. Был один момент. Я был на дне рождения общего с Яной друга. Почти не пил, потому что все мысли были о предстоящих экзаменах. Отмечали мы на даче у родственников именинника. И наутро я проснулся с дикой головной болью и ничего не помнил о том, как завершился вечер. – Ты спросил друга, что произошло? – Спросил, но тот как раз накануне выпил немало и просто ничего не помнил. Еще у пары товарищей спрашивал, но результат был тот же. С того дня я стараюсь вообще не пить в гостях. Не хочется, чтобы наутро память отшибло. А потом этот случай вылетел у меня из головы, через неделю в моей жизни появился Никита. И все перевернулось с ног на голову. – Яна была на той вечеринке? – уточнила я. – Была. Но ко мне не подходила. – И все же умудрилась забеременеть от тебя именно той ночью. Кажется, все сходится. – Как бы хотелось поговорить с этой стервой, – резко произнес Денис. – Я, конечно, ей благодарен за сына. Но почему она не сказала, что Ромка – мой? Мы же жили столько лет вместе. Я считал его приемным сыном, а он мой! – все больше заводился Харитонов. – Нужно поговорить с Жигаловым. Может, он найдет возможность организовать встречу с Яной, – предложила я, только муж, кажется, не слышал моих слов. – Я бы сказал ей все, что думаю о таком способе зачатия детей, – мрачно выпалил мужчина. Затем посмотрел на меня. – Ты что-то сказала? – Да, я предложила связаться с Жигаловым. Возможно, он договорится о встрече с Яной, – повторила я. – Было бы замечательно… Но куда я со своим постельным режимом? – недовольно ударил он кулаком о край постели. – И все же я спрошу, – настойчиво произнесла я. – Может быть, папа что-то придумает. Я оказалась права, нам в который раз помог Павел Григорьевич. С помощью следователя он организовал видеозвонок из следственного изолятора, где сейчас находилась Яна Николаевна Осковская. На встрече присутствовали следователь и адвокат, которого опять же оплатил Харитонов. С нашей стороны с Денисом были я и Жигалов, который и принес планшет для видеосвязи. Видимо, чтобы картинка была более крупной, чем с простого телефона. Яну Николаевну было сложно узнать, перед нами предстала бледная худая женщина в грязном серо-синем спортивном костюме. Вместо приветствия она резко спросила: – Что ты хотел, Харитонов? – Узнать, как так получилось, что Роман оказался моим сыном, – мрачно проговорил Денис, также не удосужившись поздороваться с бывшей. – А он и не твой сын, – фыркнула Яна. – Тест ДНК говорит обратное. Девяносто девять процентов, Яна. Рома – мой сын, – припечатал Харитонов. – Как ты провернула все это? Чем опоила меня, что я не помню о моменте зачатия сына? Зачем ты вообще на это пошла? Ты же тогда была замужем. И почему не сказала мне правду, когда мы жили вместе? – Как много вопросов, Денис. Слишком много, – протянула женщина и скривила губы в улыбке. – Все ему расскажи… – Вам лучше ответить, Яна Николаевна, – посоветовал ей адвокат. – Мои услуги оплатил для вас именно господин Харитонов. Так что будьте любезнее. – Хорошо, – недовольно согласилась Осковская. – Я все расскажу. Но не уверена, что ты поймешь, Харитонов. Ты же у нас всегда был правильный. Выкупил ребенка у Ирки, заплатил ей кучу бабок. Зачем ты тогда повесил на себя это ярмо? Ну, вырос бы парень в детском доме, что такого? – с пренебрежением выдала она и поджала губы. – Никогда не любила твоего отпрыска. Денис с трудом сдержал себя в руках, сейчас ему было невыгодно ссориться с бывшей сожительницей. – Ближе к делу, Яна, – остановил он ее мрачным взглядом. – Что ты скажешь о Роме? – Да не знала я, чей он сын, – в запале воскликнула женщина. – Мне тогда позарез нужно было забеременеть. Марк сказал: или я рожаю ему наследника, или он выбрасывает меня на улицу. У меня не было выбора! – зло прокричала она. – За неделю до того дня рождения я узнала, что муж бесплоден, но не в курсе этого. Тогда я решилась завести ребенка на стороне. Первым был ты. Я добавила в твой бокал легкий наркотик, ты и забыл обо всем. Сначала забыл, что мы уже год как расстались, а потом утром забыл о прошедшей ночи. – Стерва же ты, Осковская, – выплюнул фразу Денис. – После тебя я решила подстраховаться и в ту ночь переспала еще с тремя нашими общими знакомыми. И они ничего не помнили утром. – И оно стоило того? Тебя же все равно выкинул из дома твой Марк. – Этот гад сделал тест ДНК и узнал, что сын не его, – сдулась как шарик Яна. – Что я должна была делать? – Ты могла хотя бы рассказать, что я могу быть отцом твоего сына, – мрачно произнес Харитонов. – Я же считал Ромку своим, хоть и не знал правду о его рождении. – Если бы ты узнал правду, то оставил меня еще раньше, – глухо сказала женщина. – Ладно, это дело давно прошедших дней. О сыне я позабочусь, даже не думай. А за содеянное ответишь по закону, – проговорил Денис и обратился к адвокату и следователю. – Вадим Аркадьевич, Илья Тимурович, спасибо, что помогли организовать этот звонок. Для меня было важно услышать ответы на свои вопросы и увидеть лицо Яны в этот момент. – Были рады помочь вам, господин Харитонов, – ответил следователь. – Выздоравливайте. – Постараюсь, – кивнул Денис. – Всего хорошего, Денис Аркадьевич, – сказал адвокат, и связь прервалась. Харитонов устало прикрыл глаза. Видимо, непросто ему дался разговор. – Как ты? – осторожно спросила я. – Нормально, – глухо ответил мужчина. – Рад, что узнал правду. Жаль, что столько лет даже не догадывался о том, что Ромыч – мой сын. Но мы наверстаем все, время у нас есть. В тот же вечер в клинику пришел Рома. Парень переживал, не знал, что сказать новообретенному родителю. – Заходи, сын, – улыбнулся ему Харитонов. – Нам есть о чем поговорить. – Есть, пап, – согласился молодой человек. – Я рад, что все открылось. Еще фамилию и отчество поменяю, и так будет правильно. Ты же не против? – осторожно поинтересовался он. – Я буду рад этому, – решительно проговорил Денис. – Жаль, что с Никитой так вышло, – неожиданно произнес Роман. – Жаль, – тяжело вздохнул Харитонов. – Но каждый строит сам свою судьбу. Я, конечно, помогу Нику, чем смогу. Но наказание он получит заслуженное. – Это все мать Ника. Я не раз видел, как она приезжала к нему в универ, – сообщил Роман. – Как бы ни была виновата Ирина, но Никите нужно было свою голову иметь на плечах. Не пойму я, разве я был плохим отцом? Почему собственный сын решил убить меня, чтобы получить наследство? – Нет, пап. Ты был хорошим отцом. Делил любовь и заботу между Ником и мной, хотя и считал меня неродным, – вспомнил Ромыч. – Хотя Никита и был недоволен этим, но ты поступал правильно. Мы оба получали наказание, когда оно было заслужено. Да и подарки мы получали те, которые хотели. – Рад это слышать, Рома, – хриплым от волнения голосом произнес Денис, но быстро взял себя в руки. – И все же что-то я упустил в воспитании Никиты. Возможно, я редко бывал дома, был занят работой, а Ник чувствовал себя обделенным моей родительской любовью. Не знаю… – Извини, но я выскажусь, – решительно проговорил Ромыч. – Да, Никита часто был недоволен тем, что ты задерживаешься на работе. Он не раз мне высказывал, что я лишаю его внимания отца, который обязан любить его, а не меня, приемыша. – Это в каком возрасте было? – устало спросил Харитонов. – В десять. – Жаль, ты не сказал мне этого раньше. – Да и тетя Люда постоянно приходила или звонила Нику. Она его убеждала, что он самый умный и лучший мальчик в мире, что такого замечательного ребенка отец должен осыпать подарками. Постепенно Никита уверовал в ее слова. Он считал, что все остальные дети – никто рядом с ним. Лишь он настолько важен, что все должны подчиняться ему, – гневно произнес Ромка, но резко остановился и замолчал. – Продолжай, Ром, – попросил Денис. – Я не хочу, чтобы тебе стало хуже. Наверное, я зря затеял этот вечер откровений, – пошел на попятную парень. – Я в порядке, сын. Пожалуйста, продолжи, – требовательно попросил Харитонов. – Хорошо. Я продолжу. К шестнадцати годам Ник еще больше изменился. Он считал, что только его мнение правильное, а все остальные лгут или чего-то не понимают. Для него существовал только он сам и никто больше. Он стал расчетливым, мелочным и корыстным, готов был скрывать свое настоящее «я» от тебя, папа. Ведь именно от тебя он получал очередной дорогой подарок или крупный перевод на карту, – все говорил и говорил Ромыч. – Когда же мы встретились в универе, Никита сначала потребовал, чтобы я перевелся на другой факультет, сказал, что мне не место среди программистов. Но я не стал его слушаться, как было не раз в детстве. Тогда меня начала игнорировать почти вся группа, так Никита решил меня проучить. – Верно, я слышала нечто подобное, – согласилась я и улыбнулась другу. – Только я все сделала наоборот. Стала больше общаться с тобой. А ты оказался интересным человеком и хорошим другом. – И мне с тобой нравилось общаться, Марта, – ответил улыбкой парень и посмотрел на отца. – И все же не нужно было все это вываливать на тебя, пап. Не хотел тебя волновать. – Ты все сделал правильно. Жаль, что раньше не решился мне все рассказать, – посетовал Денис. – Лет в четырнадцать я попытался тебе все рассказать, – покачал головой Ромыч. – Но в комнату влетел Никита и обвинил меня в краже его компьютерной игрушки. Ты, конечно, не поверил ему, игру быстро нашли. Но разговор был прерван. После Никита пригрозил, что если я тебе скажу хоть слово, то он сообщит тебе, что моя мать изменяет тебе… Прости, и этого я не хотел говорить. – Точно вечер откровений, – мрачно произнес Харитонов. – Получается, и Яна изменяла мне уже давно, и сын скрывал свое истинное лицо. Ужасный из меня вышел родитель и муж. – Ты замечательный муж, – заверила я любимого. – Не придумывай ерунду. Если женщина неверна мужу, это не значит, что в этом вина мужа. – Это ты у меня правильная, – грустно улыбнулся Денис. – Но в чем-то ты права. Оказывается, я и не знал Яну. Наверное, поэтому и не решился жениться на ней за десять лет. Мы недолго помолчали, каждый задумался о чем-то своем. – Ладно с Яной, – махнул рукой Харитонов. – Но с Никитой я провалился как отец. Нужно было мне задуматься еще, когда Ник поступил на журналистику. Казалось, он так мечтал об этом, но проучился пару месяцев и бросил, заявив, что будет поступать в следующем году. Ник тогда заверил меня, что хочет пойти по моим стопам, стать хорошим программистом. Он действительно ходил на курсы и поступил вместе с вами уже на программирование. – Возможно, в то время Никита уже общался с матерью, – предположила я, – и именно она предложила ему стать программистом, чтобы он смог заменить тебя в холдинге. Хотя, если честно, я не заметила у Ника большого интереса к программированию. – Соглашусь с Мартой. Никита еле сдавал экзамены, пару проектов за него делали его друзья. Он просто заранее распределял, кто и что будет делать. Платил Ник неплохо, и желающих заработать было немало, – озвучил Рома то, что точно не стоило говорить. – Замечательно. За мои же деньги сын бездельничал и создавал видимость учебы, – горько отметил Денис. – Дорогой, может, пора заканчивать вечер откровений? – спросила я, заметив, что муж побледнел. – Черт, простите, я не хотел, – в который раз выпалил Ромка. – Все нормально, сын, – заверил его Харитонов. – Ты лучше скажи, что у тебя с переводом? – Я перевелся на заочку. Даже получилось попасть на бюджетное место, – радостно сообщил парень. – Кто-то из студентов забрал документы как раз в тот же день, когда я пришел с переводом. Мне даже сказали, что рады получить в свои загребущие руки такого перспективного ученика. – Я рад за тебя, Рома, – с гордостью сказал Денис. – В тебе я уверен. Знаю, что тебе еще в детстве нравилось программирование. Ты и пацаном у меня постоянно что-то спрашивал. – Нравится, пап. В этом можешь не сомневаться, – серьезно ответил Роман. * * *Прошло еще три недели, и Денису сделали вторую операцию. Харитонов медленно, но упорно двигался к полному выздоровлению. Я разрывалась между санаторием, где муж проходил реабилитацию, и Москвой. Скоро должен был начаться учебный год, и я хотела еще раз вспомнить сложные моменты программирования, чтобы в сентябре не ударить в грязь лицом. Неожиданно нас порадовало известие, что Людмила Маркова уехала в Питер. Вернее, сестру Дениса туда увез бывший муж, которого вызвал Харитонов. Роберт заверил шурина, что теперь он уже не отпустит от себя любимую женщину. На что Денис сказал: – Да хоть прикуй ее к себе, я не буду против.