Глава 6

Полет в Москву прошел для меня как в тумане. Я была погружена в свои мысли, вспоминала Дениса и те несколько дней, которые мы провели вместе. Я и правда не замечала этой пресловутой разницы в возрасте. Я была счастлива и чувствовала себя спокойно рядом с моим Харитоновым. Наверное, поэтому я и согласилась выйти замуж за Дениса. Хотя, по правде говоря, я не очень хорошо его знала. Но в тот момент это не имело значения. Я была уверена, что поступаю правильно. Меня тянуло к Денису как магнитом. Казалось, что именно он мой мужчина. Тот, кто станет для меня всем, кого я полюблю. Или я уже его люблю? Мне было сложно разобраться в чувствах к мужу. Да и важно ли это было? Сейчас главным было то, чтобы Денис очнулся и выкарабкался из той ситуации, в которую попал стараниями собственного сына. В Москве нас встретил начальник столичного офиса «Жигалов и Ко». Десять лет назад Павел Григорьевич создал детективное агентство. Первое время они работали в Москве, но потом дядя Паша вернулся в Челябинск, где ему было проще жить с его заморочками о чистоте и порядке. – Знакомься, Миша, это моя приемная дочь – Марта Харитонова, – представил меня Жигалов. – Марта, это один из моих лучших друзей – Михаил Коринев. – Добрый день, Марта, – серьезно произнес мужчина, спокойно реагируя на мой новый статус. – И не спросишь, откуда у меня дочь взялась? – усмехнулся Павел Григорьевич. – Мы давно присматриваем за Мариной, поэтому и Марта нам известна, – ответил брюнет, открывая передо мной дверь автомобиля. – Прошу, госпожа Харитонова. – Лучше просто Марта, – поправила я мужчину. – Как скажете. Кстати, Марина вас уже ждет. Я как мог успокоил ее, но все же встреча с сестрой убедит ее лучше. – Ты поселил Марину в свободной квартире пентхауса? – поинтересовался дядя Паша, садясь рядом со мной на заднее сиденье. – Да. Пентхаус и ту квартиру мы так и держим за тобой в надежде, что ты переедешь в Москву и у тебя будут гости, – хмыкнул Михаил, занимая место рядом с водителем. – Так что, наши мечты могут воплотиться в реальность? – Пока не знаю. Сейчас у меня есть о чем подумать. Завершим дело Харитоновых, тогда и буду решать, где дальше жить. – Твоя квартира, как всегда, в идеальном порядке. Клининговая компания убирает там каждый день, – отчитался Коринев и развернулся к сидевшему за водителем Жигалову. – Так что у нас все готово для встречи большого босса. – Спасибо, Миш. Для меня важно, что ты понимаешь мои заскоки. – Понимаю и принимаю. У всех у нас свои тараканы. У тебя они любят чистоту, – рассмеялся мужчина. – Что нового в агентстве? – Отчет по делу Харитонова готов, расскажу все в офисе. Да, майор Климентьев спрашивал о тебе, намекал, что тебя ждут на Петровке. – Пусть ждут. Я пока не намерен возвращаться в полицию, – отмахнулся от предложения Жигалов. Я молча смотрела на мужчин и размышляла о дяде Паше. Он был сыскарь от бога, мог найти преступника при минимальном количестве улик. Словно видел то, что другим недоступно. В полиции его ценили. Но потом что-то случилось, и Павел Григорьевич уехал из Москвы. С тех пор Жигалов крайне редко приезжал в столицу. Вскоре мы подъехали к высотному зданию, первые этажи которого были заняты детективным агентством «Жигалов и Ко». Кажется, несколько этажей арендовали другие компании, а верхние этажи были отданы под жилые помещения. Пентхаус же значился за Павлом Григорьевичем, хотя в последнее время помещение простаивало. А то, что рядом есть еще свободная квартира, я этого не знала. Мы поднялись в пентхаус, зашли в квартиру рядом с ним и почувствовали невероятные ароматы, доносившиеся из кухни. – Марина, – позвала я сестру, которая резала овощи для салата. – Марта, – выдохнула девушка и бросилась ко мне. – Ты где была? Что случилось? – Я же тебе все объяснил, – спокойно произнес Павел Григорьевич, стоявший в дверях кухни. – Поверь, сказал тебе лишь правду. – Я бы хотела все узнать от сестры, – резко выпалила Маришка. – Зачем ты так? – тихо спросила я. – Ладно, девочки, вы общайтесь. Я пока спущусь в офис. Если что, звоните, – невесело сказал Жигалов и направился на выход. Я с укором посмотрела на сестру, ведь можно же было как-то помягче с отцом. – Постойте, – все же Марина крикнула в спину мужчине. – Через час ужин будет готов, поднимайтесь. Лицо дяди Паши осветила улыбка. Марина сделала первый шаг навстречу, это уже что-то. – Поднимусь, – кивнул Жигалов, – заодно расскажу вам, что узнали мои люди. – Он хороший человек, – сказала я, когда Павел Григорьевич вышел из квартиры. – Кстати, представляешь, у него в Челябинске в пентхаусе все белое и идеально чистое. Порядок во всем. – И что в этом плохого? – вопросительно подняла правую бровь сестра. – И я люблю, чтобы все было чисто. – А ты умножь своих тараканов на десять. И получится культ чистоты Жигалова. С ним нашей маме было бы непросто ужиться, да еще и маленький ребенок добавил бы хаоса в размеренный мир дяди Паши. – Ты оправдываешь маму, что она скрыла меня от отца? – Нет. Тут мама была неправа. Но это их жизнь, их ошибки. Я просто прошу тебя не совершать своих. Твой отец – хороший человек. – Поэтому ты и рванула к нему, когда попала в переплет? – Верно, – согласилась я. – Как ты все это вынесла? – тихо спросила Марина. – Мне казалось, что ты немного не приспособлена к жизни. – Ну, ты прямо порадовала меня своим определением, – хихикнула я. – Но, может, ты и права. А если серьезно, то у меня просто не было выбора. Нужно было брать себя в руки и сбегать от намеченного похитителями маршрута. Мне и самой не верится, что у меня все получилось. Через час к нам поднялся дядя Паша. Судя по выражению его лица, новости были нехорошими. – Что случилось? – испуганно выдохнула я. – Никита хочет отключить отца от аппарата жизнеобеспечения, – мрачно сообщил Жигалов. – Но почему? – в изумлении спросила Марина. – Никита всем говорит о том, что отец при смерти, осталась всего пара дней, и он завладеет его состоянием, – еще больше ошеломил меня Павел Григорьевич. Я молча хватала ртом воздух, дышать было тяжело. Меня опять затрясло. Я просто не верила в происходящее. – У мажорика что, совсем нет совести? – язвительно поинтересовалась сестра. – Как можно такое говорить про родного отца? Он же всего лишь в коме. У Дениса есть шанс очнуться, – уверенно заявила Марина. – Все дело в деньгах. Пока отец в коме, Никита не может добраться до его счетов. Если только предъявит доверенность, – уточнил Жигалов. – Но что-то мне подсказывает, что такого просто не может быть. Денис не тот человек, чтобы совершить столь опрометчивый шаг. – Поддельную доверенность сляпать Никита точно может, – предположила сестра. – Но прокатит ли она у него? – Не думаю. Как я выяснил, большая часть средств Дениса Харитонова лежит на счетах в ЧерновКомБанке. Алексей Чернов в хороших отношениях с Денисом и просто так не допустит кого-либо к счетам друга. Алекс сто раз проверит доверенность, прежде чем дать ей ход. – И поэтому Никита решил отключить отца от аппарата жизнеобеспечения? Чтобы уже наверняка деньги не ушли куда-то еще. Гад все же этот мажор, – мрачно резюмировала Марина. – Мне нужно скорее в больницу, – подскочила я со стула и ринулась в коридор. – Стоять! – резко остановил меня Павел Григорьевич. – Сначала поешь, потом поедем в больницу. – Но если мы опоздаем? – не соглашалась я. – В больнице уже дежурят мои люди. Они не дадут отключить Харитонова от аппаратов, – заверил меня дядя Паша. – Ты поешь, силы еще понадобятся. Марина же подошла ко мне, взяла за руку и потащила обратно на кухню. – Марта, послушай, что тебе говорят, – попросила она, накладывая мне в тарелку жаркое и салат. – Не пори горячку. Сейчас мы все поедим, и вы отправитесь в больницу, – поддержала сестра своего родного отца. – Все очень вкусно, дочь. Большое спасибо за ужин, – произнес Жигалов. – Кстати, девочки, на ближайшее время эта квартира станет вашим домом. Здесь для вас будет безопаснее. – Это не сильно радует, но выхода нет, – невесело согласилась Марина. Через час я была в палате Дениса. Сначала у меня проверили документы, и только после этого врач разрешил находиться рядом с мужем. Харитонов лежал на постели и, казалось, просто спал. Лишь излишняя бледность говорила о том, что мужчина болен. – Привет, – тихо сказала я и взяла руку мужа в свою, слегка сжав ее. – Прости, что пропала. Я не по своей воле. Если бы ты знал, что со мной произошло. Прямо в стенах универа меня ударили по голове, а очнулась я уже в поезде, идущем в Рязань. Не знаю, показалось ли мне, но, кажется, пальцы Дениса дрогнули. – Как ни страшно мне было, но я взяла себя в руки и сбежала от похитителей, – продолжила я рассказывать о своих злоключениях. – Телефон, который ты мне купил, у меня забрали. И если бы не спрятанная в потайном кармане карта, я бы просто не знала, что делать… Я все говорила и говорила, тихонько поглаживая Дениса по руке. И опять мне показалось, что муж реагирует на мои слова. – И потом мы с дядей Пашей вернулись в Москву. Если честно, я раньше и не догадывалась, насколько влиятелен любимый мужчина моей мамы. Мы с Жигаловым переписывались около года, но он мало что рассказывал о себе. На тот момент Марина была категорически против даже простого упоминания о ее родном отце. Но сейчас, вроде бы, лед тронулся, и они начали общаться. Да, представляешь, меня дядя Паша почти удочерил. Так что у тебя появился тесть. Вам бы по-человечески познакомиться. Пора тебе просыпаться… – я запнулась на фразе, смахнула слезы со щек и продолжила. – Мне не хватает тебя, Денис. За те несколько дней, что мы были вместе, я успела прикипеть к тебе душою. Ты стал важен для меня. Пожалуйста, не сдавайся, борись. Вернись ко мне. Прошу тебя… Я тяжело вздохнула, глядя на закрытые глаза Дениса. Известие о том, что муж в коме, сломило меня. Я не могла представить себе жизнь без него. Не могла и не хотела. Он был нужен мне как воздух. Без него не будет и меня. Сейчас, глядя на лежащего на постели мужа, я поняла, мои чувства к нему изменились. В груди бушевал пожар. Мне было больно даже от простого осознания того, что любимый мужчина находится на грани жизни и смерти. Из размышлений меня вырвал звук открываемой двери. В палату вошел Никита. – Какого черта ты тут делаешь, Васнецова? – резко произнес он, сверля меня недобрым взглядом. Я постаралась быстро взять себя в руки. Не хотелось показывать бывшему жениху, насколько мне сейчас плохо. – Пришла навестить Дениса, – не сразу ответила я. – Я выясню у лечащего врача, почему в палате отца посторонние. Я же запретил доступ к нему. А тут пускают кого попало, – пробурчал себе под нос младший Харитонов, затем язвительно усмехнулся и сказал. – Навестила? Удовлетворила свое любопытство? А теперь проваливай! Тебе здесь не место, – жестко припечатал он. – Я никуда не уйду, – покачала я головой. – У тебя не получится выгнать меня. Казалось, Никита меня не услышал. Он недовольно поджал губы и смерил меня пренебрежительным взглядом. – Ты оказалась корыстной стервой, Васнецова. Но ты ошиблась, променяв меня на отца. Недолго ты была в дамках. Сейчас все деньги Дениса Харитонова у меня в руках. Так что ты должна мне ноги целовать, под меня ложиться, а не плясать около полутрупа… – зло выплюнул фразу мажор. – Не жилец мой папаша. Скоро окончательно отправится к праотцам. Там ему и место. И никто больше тебе не поможет. Хотя… – глумливо растянул он губы в усмешке, скользя по мне неприятным взглядом. – Знаешь, я могу и забыть, что ты натворила. Но за это ты будешь долго расплачиваться. Очень долго. И начнешь прямо сейчас. Прямо в этой палате, так сказать, на глазах умирающего любовника выберешь молодого и полного сил… И тогда я подумаю над тем, чтобы простить деньги, которые отец перевел за твою учебу. Что? Неужели я не ослышалась, Никита сейчас предложил расплатиться сексом за то, что подарил мне Денис? Только больной на голову человек мог такое придумать. Ну и подлец же мой бывший! Внезапно Никита сделал пару шагов, схватил меня за плечи и резко прижал к себе. – Думаю, ты согласна, Васнецова, – довольно усмехнулся парень и наклонился к моим губам, чтобы поцеловать. Этот выпад привел меня в чувство. Что это я застыла, словно кисейная барышня? Я отвернулась от приближающегося лица Харитонова и резко воскликнула: – Руки убрал! – Да ладно, неужели ты опять решила притвориться хорошей девочкой? Ну не поверю я, что ты и правда такая. Ты с отцом же легла в постель ради денег, так чем я хуже? – с обидой произнес избалованный взрослый ребенок. – Ты точно больной на всю голову, Харитонов, – гневно выплюнула, все же вырвавшись из захвата сильных рук. В этот момент в палату вошел высокий шкафоподобный качок и спокойно спросил, не отрывая сурового взгляда от Никиты: – Вам нужна помощь, Марта Ивановна? Я с облегчением выдохнула. Спасибо охраннику, что решил зайти в палату. – Если вам не трудно, Евгений, то, пожалуйста, останьтесь здесь на некоторое время. У нас с Никитой Денисовичем возникли разногласия, – завуалировала я истинное положение дел. – Проваливайте. Вам поручено охранять вход в палату отца, но никак не заходить внутрь, – грубо сказал молодой человек, сверкая злыми глазами. Он явно был недоволен тем, что его план по принуждению меня к сексу сорвался. – Вы ошибаетесь, Никита Денисович. Я охранник Марты Ивановны, – ровным тоном произнес мужчина. – Для меня в приоритете все, что касается именно госпожи Харитоновой. – Харитоновой? – удивился мой бывший, но быстро взял себя в руки и с издевкой добавил. – Это шутка такая? – Почему сразу шутка? – сухо спросила я. – Да потому что такого не может быть. Если бы отец женился, я бы знал. Так что не ври. Что только ни готова придумать, лишь бы отхватить кусок пирога пожирнее. Но заверяю тебя, ничего тебе не достанется. Все деньги и акции отца принадлежат мне. – Твой отец жив. Пусть и в коме, но жив, – уверенно проговорила я. – Но ты упорно считаешь его деньги своими. Так кто у нас меркантильный и корыстный? – Безусловно, ты. Только такая дворняжка, как ты, может прикинуться женой влиятельного человека, чтобы поживиться за его счет, – фыркнул Никита. – И вообще, проваливайте из палаты. У меня тут дело… Не знаю, что именно хотел сказать бывший, его остановил зашедший в помещение полный доктор. – Никита Денисович, почему в палате посторонние? Мы так не договаривались, – проговорил он, нервно поглядывая на нас с Евгением. – Они уже уходят, – заверил врача Харитонов и вновь посмотрел на меня. – Тебе пора, Марта. Попрощалась с любовником – и хватит. Сейчас его будут отключать от аппаратов. Это дело не для женских глаз. Так что тебе лучше оставить нас, – попытался убедить меня мажор уже более любезным тоном. – Нет. Этого не будет. Я против того, чтобы Дениса отключали от аппарата жизнеобеспечения, – твердо припечатала я, подошла к мужу и загородила его своим телом. Не больно-то хорошая защита, но я надеялась на помощь охранника. И тот действительно подошел ко мне и загородил аппараты, которые поддерживали жизнь пациента. – Вы переходите все мыслимые границы, немедленно покиньте помещение, – гневно прорычал молодой человек. – Иначе я вызову полицию. – Замечательная мысль, Никита Денисович, – раздался знакомый голос с порога палаты. – Полиции будет интересно узнать о попытке убийства Дениса Харитонова. – Кто вы такой и какого черта забыли тут? – гневно произнес мой бывший, разворачиваясь к вошедшим. – Жигалов Павел Григорьевич, майор органов внутренних дел в отставке, – сухо представился мой названый отец. – Ну а про «Жигалов и Ко», думаю, вы слышали. Никита изменился в лице, он неверяще посмотрел на моего новоявленного родителя. И немудрено было испугаться, «Жигалов и Ко» известны в столице своими громкими делами. Все знали, что они имеют контакты с полицейскими с Петровки. Если Харитонов застыл в изумлении, то его соучастник понял все быстрее и попытался сбежать из палаты. Однако он был остановлен высоким громилой, который напоминал моего охранника. – Куда-то спешите, доктор Ильинский? – с сарказмом протянул Павел Григорьевич. – У вас же были важные дела в палате Дениса Харитонова. – Вы ничего не докажете, – гневно выкрикнул толстяк. – В данном случае – да. Не успели вы помочь Никите Денисовичу в его черном деле. И мы только рады этому факту. Но вскрылись еще некоторые ваши преступления. Одно из них – убийство Петра Аркадьевича Грошкина. Там все доказано. Полиция, кстати, уже на подходе. Они жаждут получить вас себе в руки, – сообщил Жигалов, с пренебрежением смотря на убийцу в халате. Затем он кивнул одному из своих качков. – Наручники надеть и следить до появления полиции. – Спасибо, Павел Григорьевич. Опять вы спасли нас, – невесело проговорил высокий худощавый доктор в голубом халате. – Работа у нас такая, Николай Валерьевич, – отмахнулся от него Жигалов и посмотрел на младшего Харитонова. – Теперь к вам, Никита Денисович. Почему вы решили отключить отца от системы жизнеобеспечения? – А что, ему годами овощем лежать? – резко поинтересовался мажор. – Пока прошла всего пара дней. Будем надеяться, что Денис Аркадьевич в ближайшее время очнется. Так зачем же спешить? – не унимался Павел Григорьевич. – Или все сыновьи чувства к родителю атрофировались, что вы решили его убить? Деньги важнее всего? – А разве когда-то было по-другому? – фыркнул мой бывший. – Вон, даже Васнецова раньше строила из себя хорошую девочку, а как появился на ее горизонте олигарх, так и прыгнула к нему в койку. – А в любовь между Мартой и своим отцом вы не верите? – Да какая любовь? Эту тварь только деньги интересуют, – выплюнул фразу Никита. – Поаккуратнее со словами, все же вы говорите о законной жене родного отца, – остановил его Жигалов, с еле заметной улыбкой наблюдая за реакцией молодого человека. – Что? Нет. Это ложь. Она все врет! – прокричал на всю палату мой бывший жених. – Васнецова всего лишь папашкина подстилка. Она никто, дворняжка приблудная, – убеждал то ли окружающих, то ли себя Харитонов. – А я предупреждал, – мрачно произнес дядя Паша, сделал молниеносное движение и ударил Никиту в скулу. Тот не устоял на ногах и свалился на пол. Через пару минут в палату вошли два полицейских. – Что здесь произошло? – сухо спросил один из них. – На меня напали, – пожаловался сидевший на полу парень. – Приветствую, капитан Федоровский. Мы предотвратили попытку убийства, – сообщил дядя Паша. Полицейский резко обернулся и расплылся в довольной улыбке. – Жигалов, это и правда ты? Значит, все же вернулся в Москву? Майор будет рад услышать хорошие вести. – Я еще ничего не решил, Вань. Пока только помогаю приемной дочери, мужа которой хотели убить, – покачал головой Павел Григорьевич, кивая в мою сторону. – Марта Ивановна Харитонова? Я не ошибся? – учтиво спросил капитан. – Все верно, – ответила я. В этот момент Никита, который так и сидел на полу, издал очередной вопль недовольства: – Нет. Это неправда. Она не может быть женой отца. Не может.