Глава 7

Позже я узнала, что доктора Ильинского арестовали и обвинили в умышленном убийстве. Пока были доказаны три случая, но, возможно, число жертв убийцы в белом халате увеличится. Никите же, как оказалось, предъявить было нечего. Вскоре в больнице появились адвокат младшего Харитонова и высокая худая женщина с идеальным макияжем и в стильном брючном костюме. Как я узнала позже, это была мать моего бывшего жениха. Женщина смерила меня пренебрежительным взглядом, словно я была мусором под ее ногами. Затем поджала губы и обернулась к капитану. – Господин полицейский, я могу забрать сына? – сухо спросила у него красотка. – Вы адресом не ошиблись, гражданочка? Здесь не детский сад, – поддел ее фразой Жигалов. – Вас забыла спросить, – процедила сквозь зубы блондинка. – Иван, отпусти ребенка, видишь, за ним мама пришла, – продолжил в том же духе Павел Григорьевич. Капитан серьезно посмотрел на Жигалова, тот еще раз кивнул, давая понять, что Никиту нужно отпустить. – Сейчас протокол составим. Подпишет его Никита Денисович, и тогда может быть свободен, – сухо произнес капитан Федоровский. – Какой еще протокол? Никита ничего подписывать не будет, – резко заявила дамочка. – Тогда проедем в отделение, предоставим вашему сыну место в камере и время подумать, – холодно сообщил полицейский и напомнил. – Если вы не в курсе, то ему инкриминируется попытка убийства Дениса Аркадьевича. – У вас нет доказательств, – угрюмо выдал Никита, который, кажется, пришел в себя. – Подпишу я ваши протоколы, лишь бы больше не видеть ни вас, ни новоявленную госпожу Харитонову. – Кого? – озадаченно спросила блондинка. – Супругу этого лежащего овоща, – выплюнул фразу бывший жених и гневно посмотрел на меня. – Какую еще супругу? Что ты мелешь, Никита? Это не может быть правдой. Мы же тогда не получим… – прошептала женщина, но на полуфразе ее остановил сын: – Замолчи! Думай, что и при ком говоришь, – прошипел он, схватил мать за руку и вывел в коридор. – Паш, ты уверен, что на этого мажора ничего нет? – спросил капитан, как только закрылась дверь. – В случае с покушением на убийство старшего Харитонова ничего нет. Договор на словах с доктором Ильинским к делу не пришьешь. Можно еще, конечно, порыть, но не факт, что что-то и всплывет. – А с аварией что скажешь? – А тут мы можем закрыть Никиту на хороший срок. Мои люди практически распутали клубок интриг мамаши нашего мажорика. Ирина Борисовна Тимченко, родив в девятнадцать лет сына, тут же продала его отцу ребенка. Куш получила немаленький, но любые деньги когда-нибудь заканчиваются. И тогда мать-кукушка опять пришла за ссудой к Харитонову. Тот, насколько я понимаю, выгнал бывшую любовницу. На этом дело бы и закончилось, если бы Тимченко не познакомилась с Булатом Черным. Вместе они придумали план, по которому Ирина Борисовна должна была получить все деньги Дениса Харитонова. – Нехилое желание, – хмыкнул капитан. – Она задурила голову Никите, возможно, солгала, что Денис выгнал ее без гроша в кармане, забрав новорожденного сына. А избалованный мажор поверил, как последний дурак. Он, как маленький ребенок, строил козни отцу. Даже решил жениться на девушке, в которую влюбился Денис, – посмотрел дядя Паша в мою сторону. Боль от предательства близкого человека почти прошла. Сейчас меня волновало лишь здоровье мужа. И больше ничего. – Но весь план Никиты и его матери рухнул в один момент, – продолжил Жигалов. – Марта застала жениха с другой. И это перевернуло всю историю на сто восемьдесят градусов. Денис помог Марте и сумел привлечь ее внимание. Сближение Харитонова и Марты еще больше разозлило Ирину Тимченко. Тогда возник план с ее похищением и выдворением в Ростов. – Но я сбежала из поезда и рванула к дяде Паше, – вклинилась я в монолог Жигалова. – И привезла Григорьевича в Москву. За что вам, Марта, огромное спасибо от всего отдела. Петровка этого не забудет, – пафосно выдал капитан. – Это он тебе зубы заговаривает, дочь. Надеется, что я раскрою пару-тройку висяков, – фыркнул мой названый отец. – А что, плохо разве помочь старым друзьям? Посидим за чашечкой кофе, вспомним прошлое… – Хорошо, зайду я на Петровку. Передай Климову, пусть ждет. – Спасибо, Паш. Ты же понимаешь, что мы можем годами смотреть в эти бумажки и ничего не найти. Тебе же хватает четверти часа, чтобы подсказать, в какую сторону нужно двигаться и где искать преступников. – Да все я понимаю. В любом случае заехал бы к вам. Помог бы, чем могу. Но сейчас для меня важно только дело Дениса Харитонова. – И что там дальше было? Мажор устроил аварию родному отцу? – догадался капитан. – Все так. Но что самое интересное, все было сделано руками Никиты. Опять же глупый поступок, сначала безоговорочно поверил матери-кукушке, потом согласился собственноручно испортить тормоза у автомобиля отца. На поверку Никита оказался избалованным великовозрастным ребенком, которого обвели вокруг пальца. – Так почему мы не арестовали Никиту? Судя по всему, у тебя есть улики, доказывающие его виновность в подготовке аварии. – Есть. Но нужно выйти на Булата. Кажется, вы давно хотели засадить его за решетку на пару десятков лет. Вот я и хочу посодействовать вам в этом вопросе. – Булату Черному самое место в тюрьме. Однако он постоянно выходит сухим из воды, умело подставляя других и оставаясь при этом в стороне. Мы были бы благодарны за помощь. – А Никите ничего не грозит? – неожиданно для себя спросила я. – Все же он сын Дениса. Когда муж очнется, то будет переживать за него, – тяжело посмотрела я на все такого же спящего Харитонова. – Еще как грозит. Неизвестно, что может прийти в голову преступникам. Но не переживай, запахнет жареным, обеспечим ему охрану в стенах КПЗ, – по-своему успокоил меня Жигалов. – А сейчас за Никитой следят. Именно он должен вывести нас на Булата. * * *Мне разрешили остаться в больнице. Для меня даже поставили кушетку в палате Дениса. Но большую часть времени я сидела около спящего мужа. Я разговаривала с ним обо всем, что только могла придумать. Иногда мне казалось, что Денис реагирует на меня, но он так и продолжал спать. Это, конечно же, не сильно радовало меня. Два раза в день в палату заходили главный врач клиники Николай Валерьевич Тимирязев и лечащий врач Олег Юрьевич Лидов. – Показатели улучшаются, – обрадовал меня сегодня утром главврач. – Скоро ваш супруг очнется. – И после будем готовить Дениса Аркадьевича к первой операции на позвоночнике, – добавил доктор Лидов. – В Москву прилетел на пару месяцев замечательный спинальный хирург. К доктору Каримову, как всегда, очередь на оперативное вмешательство. Но мы смогли записать господина Харитонова на две операции. Очень надеемся, что сегодня-завтра наш пациент выйдет из комы, как раз к приезду Владислава Григорьевича. – Что с позвоночником Дениса? – испуганно спросила я. – Ничего непоправимого. Тем более так вовремя приезжает доктор Каримов, – заверил меня Олег Юрьевич. – Не переживайте, продолжайте разговаривать с супругом, прикасаться к нему. В том, что Денису Аркадьевичу легче, есть и ваша заслуга. – Кстати, Марта Ивановна, у нас возник вопрос с оплатой, – неожиданно сказал главный врач клиники. – Последний платеж не прошел. Вы можете выяснить, в чем дело? Какое-то нехорошее чувство поселилось в груди. Что опять приготовил для нас Никита? А то, что это его рук дело, я не сомневалась. – Я все узнаю, – пообещала я. Когда врачи вышли из палаты, я позвонила дяде Паше. Тот быстро взял трубку и подтвердил мои опасения: – Счета Дениса заблокированы. Мажор постарался. Он пришел в банк и сообщил, что со счетов отца, который лежит в коме, уходят деньги. – Но каким образом это произошло? – в недоумении спросила я. – Скорее всего, у Никиты были карты отца, он сам же и снял с них деньги. А после пришел в банк и потребовал заблокировать счета. – Насколько я знаю, Денис забрал все карты сына. Тут что-то другое. – Получается, мажор залез в дом отца и украл карты. Так что пока нам придется искать средства для оплаты лечения твоего супруга. Часть денег я могу тебе дать. И советую сходить в ЧерновКомБанк, я договорюсь, чтобы Алекс Чернов тебя принял. Он наверняка поможет старому другу. – Дядя Паша… Папа, – впервые назвала я Жигалова отцом, – тут такое дело, денег понадобится немало. Как только Денис выйдет из комы, ему предстоят две операции на позвоночнике. Сумму я не знаю, попытаюсь узнать, насколько глобальная она. Мужчина некоторое время помолчал, видимо, переваривал мое первое «папа». А затем хриплым голосом продолжил разговор: – Может быть, к тому времени счета Дениса разблокируют. Попытаемся это сделать, как только Денис выйдет из комы. Но обещать я такое не могу. Это все к Чернову. Что может, Алекс сделает. Он и так чувствует за собой вину, что его работник заблокировал счета Харитонова. – Тогда я сейчас найду лечащего врача и уточню сумму, необходимую на операции. – А я пока договорюсь о встрече с Черновым. Да, Марта. Скинь мне платежки, которые остались неоплаченными. Сегодня же все оплачу. И не ходи никуда без охраны. Не рискуй собой. Ваш мажор точно вышел на тропу войны. – Хорошо, пап, – прохрипела я в трубку. – Спасибо тебе. – Не реви, дочь. Со всем справимся, – заверил меня Жигалов. Сначала я нашла главного врача, вернее, он попался мне в коридоре. Я объяснила ситуацию с блокировкой счетов и попросила платежки. Через четверть часа папа Паша все оплатил. Пока можно было выдохнуть. Но вопрос с оплатой операций так и висел надо мной, как дамоклов меч. Нужно было оплатить сразу обе операции и часть денег за реабилитацию пациента. Иначе доктор Каримов не соглашался брать Дениса. А сумма там была немаленькая. Конечно, меня заверили, что деньги нужно будет перечислять, только когда спинальный хирург назначит дату операции. Но и это станет возможным лишь после того, как Денис выйдет из комы. – Я бы вам посоветовал, Марта Ивановна, найти деньги уже в ближайшие дни, – сказал доктор Лидов. – Еще пока ваш супруг спит. А после стараться быть рядом с Денисом Аркадьевичем. Ваше присутствие хорошо на него влияет. Лишь в автомобиле на пути в ЧерновКомБанк я вспомнила о счете, который мне оставил Тамир. Но могу ли я потратить те самые деньги на лечение Дениса? Усталость накатила на меня. На душе было тревожно. Что бы сказал мой старый друг, если бы узнал, что я вышла замуж за мужчину почти вдвое старше меня? Когда-то Тамир был влюблен в меня, но мое сердце было глухо. Для меня Тамир Валай всегда оставался лишь другом. За это я корила себя. Но любовь – она либо есть, либо нет. Когда же Тамир умер два года назад, мой мир изменился раз и навсегда. Я физически ощутила потерю близкого человека. Пару недель я просто не выходила из дома, винила себя в холодности, в невозможности полюбить хорошего парня. И когда узнала, что Тамир оставил мне крупную сумму денег, я сначала хотела вернуть ее отцу Тами. Но мужчина остановил меня. – Мой сын так решил, и так будет. Для меня эта сумма не критичная, а тебе когда-нибудь пригодятся эти деньги. Не смей отказываться от того, что оставил тебе Тамир, – сухо отчитал меня тогда мужчина. И я оставила все как есть, но постаралась забыть о счете и карте, что лежала в потайном кармане сумки. * * *Когда я приехала в головной офис ЧерновКомБанка, Алексей Алексеевич Чернов сразу же принял меня. Он вышел из-за стола и приветливо сказал: – Добрый день, Марта. Проходите, пожалуйста, – сказал брюнет, показывая на зону отдыха: три кресла, небольшой круглый столик и стоявший позади высокий цветок в глиняном горшке. – Можете называть меня просто по имени, Алекс или Алексей. Мы с Денисом дружим уже не первое десятилетие. Рад за друга, что ему наконец-то повезло стать вашим супругом, – с улыбкой добавил мужчина. – Еще бы Денис из комы вышел, было бы просто замечательно, – тяжело вздохнула я. – Будем верить, что это событие произойдет сегодня-завтра. – Хотелось бы верить. Алекс, я хотела попросить у вас денег в долг, – с места в карьер начала я. – Скорее всего, у меня не хватит заплатить за обе операции и реабилитацию Дениса, – выпалила я. – Хочешь сказать, что у тебя есть часть нужной суммы, – с удивлением произнес Алексей, непроизвольно переходя на «ты». – Есть, лежат на счету в вашем банке. – Откуда? Извини, что интересуюсь, но мне казалось, что Денис был влюблен в обычную девушку, у которой за душой только двушка в старом районе, и то квартира принадлежит не только ей одной, – голос Чернова звенел, словно натянутая струна. От пристального взгляда мужчины мне стало неприятно, но я сдержалась. Это была вполне нормальная реакция человека, не знающего нашу с Тамиром историю. – Сейчас все объясню. Мне непросто говорить об этом, но я все же попробую, – начала я рассказ о безответной любви моего старого друга. – После смерти Тамира я была не в себе, даже винила себя в его преждевременном уходе. И эти деньги кажутся мне лишними, я думала, что недостойна их. Но отец Тимира не согласился принять их обратно. – И правильно не согласился. Дело в том, что я знаю немного больше о Тамире Валае. Вы неправы, Марта. Тамир прожил на пару лет больше, чем ему предрекали врачи, – ошеломил меня Чернов. – Я не знала этого, – протянула я. – Оскару было тяжело говорить о болезни сына, мало кто знал правду. Но сейчас мы не об этом. Все было как раз наоборот: это вы скрасили последние годы жизни Тами. Хороший парень был. Жаль его. – Мне часто не хватает его, – глухо призналась я. – Вот и выбросьте из головы тот бред, что вы недостойны денег, которые оставил вам Тамир, – уверенно проговорил Чернов. – Можно на «ты». Вы же уже обращались так ко мне, – с грустью улыбнулась я. – Хорошо, Марта, как скажешь. А сейчас о деньгах. Безусловно, я помогу тебе. Оплачу все, что нужно будет Денису. К сожалению, у работника банка не было выбора. Никита пришел с доказательствами того, что деньги с карты снимались в то время, когда его отец уже лежал в коме. Паршивец пожаловался, что за несколько дней до аварии отец женился на молодой вертихвостке. И пока старик лежит в коме, она тратит чужие деньги направо и налево. Поэтому счета и заблокировали. – Ну и гад же Никита. Все перевернул в свою пользу. Только не пойму, откуда он взял карты Дениса? Насколько я знаю, муж забрал у него все свои карты, закрыл счета. – Этот прохиндей мог и выкрасть карты, – предположил Алекс. – Как только Денис очнется, мы начнем процедуру разблокировки счетов, но это может занять некоторое время. Поэтому я предлагаю тебе сразу оплатить операции, реабилитацию и еще что там нужно для лечения Харитонова. Так что тебе нет необходимости тратить деньги со счета Тамира. – Нет. Я уже все решила. Пусть те деньги послужат хорошему человеку, – мой голос дрогнул. За эти дни я изменилась, в сердце поселилось ранее неизвестное мне чувство. Мне не хватало Дениса. Я скучала по его тихому голосу, сильным объятиям, страстным поцелуям. Хотела просто видеть улыбку мужа, его нежный взгляд, чувствовать тепло его души. Быть рядом. Любить его… – Марта, все хорошо? – тихо спросил Чернов. – Да. Вспомнила Дениса, – призналась я. – Не знаю, каких богов благодарить за то, что на моем пути встретился Харитонов? – Это ты о младшеньком? – усмехнулся Алексей. – И о нем также. Именно сравнивая Никиту и Дениса, я поняла, кто из них мой мужчина – тот, кого я смогу полюбить, – прошептала я. – Любовь – великое чувство. Оно меняет нас к лучшему. Как все закончится, приходите с Денисом к нам в гости. Думаю, вы с Мариной сумеете найти общий язык. У нас также все было непросто, – задумчиво произнес Чернов. – Я был уверен, что Марина меня предала, она считала, что я ее бросил, когда особенно был ей нужен. Нас развели на годы. Но настоящая любовь способна выдержать многое. – Не могу не согласиться, – улыбнулась я. – Сейчас для меня важно лишь то, чтобы Денис поскорее очнулся. Все остальное второстепенно. – Вы с Деном хорошая пара, – отметил Алекс, вглядываясь мне в глаза. – Что же, беги в клинику. Но сначала спустись в отделение банка. Подойди к оператору Ольге Владимировне Кольцовой. Она проверит счет, оставленный Тамиром, чтобы не возникло проблем при переводе денег за лечение. – Хорошо. Я все поняла. – Кстати, а кто оплатил текущие платежи? – поинтересовался Чернов. – Я проверил счет Дениса, кажется, там успела пройти только часть платежей из клиники. – Сегодня все оплатил папа Паша… Павел Григорьевич Жигалов, – пояснила я. – Еще одна интересная история, – хмыкнул Алекс. – И как такая интересная личность, как Жигалов, стал твоим отцом? – Когда-то он любил мою маму. Вернее, они любили друг друга. Но не смогли быть вместе. Это не очень веселая история… Дела в банке я завершила быстро. Ольга Владимировна все проверила и заверила меня, что с оплатой крупных платежей проблем не будет. На подходе к клинике у меня заболело сердце. Что-то толкало меня вперед, заставляло спешить. Я пулей пронеслась по коридорам, распугивая пациентов, но мне было не до них. Влетела в палату Дениса и с ужасом увидела невысокую рыжеволосую девушку, которая ставила капельницу моему Харитонову. За мной следом ворвался охранник. Он быстро сориентировался, схватил незнакомку за руку, в которой та держала шприц, и отвел его от капельницы. Затем оттащил мнимую медсестру от постели больного. В палату ворвались еще два охранника, опять начался бедлам. – Привет, – тихо сказала я Денису. – Прости, что оставила тебя на несколько часов. Нужно было съездить в банк. Сейчас не будет проблем с оплатой счетов клиники… – начала я рассказывать события сегодняшнего дня, не обращая внимания на крики за моей спиной. Я все говорила и говорила, как привыкла уже все предыдущие дни. И не сразу заметила, как открылись глаза любимого. – Марта, – прошептал Денис, с нежностью глядя на меня.