Глава 16

НАДЯ Я уже говорила, что Майкл Неро целуется так, что мозги плавятся? У меня, конечно, опыта нет, но отчего-то я сомневаюсь, что поголовно все парни так могут и умеют. Про Алекса я думала, что он восхитителен во всём, а оно вон как обернулось… В задницу Горячева! Майкл целует меня, дразня, то очень мягко прикасается, нежно, бережно, то вдруг его губы буквально сминают мои, язык проникает в мой рот и ласкает. Его руки легко распахивают на мне халат, и вот уже его длинные пальцы выписываю на ключицах узоры, отчего я начинаю дрожать, и кожа покрывается мурашками. Я не могу сдержать стон удовольствия, когда горячая ладонь Майкла накрывает мою грудь. Я не доверяю своим ногам и вцепляюсь в мужские плечи. – Надя… – жарко шепчут его губы мне в ухо, и следует поцелуй в шею и ниже. – Dolce la mia ragazza. Я не знаю, что он сказал, но от его слов и волнующих поцелуев, осторожный прикосновений схожу с ума. Вот вам и парадокс жизни – не знала и не ожидала, что буду таять от прикосновений не того парня, о котором мечтала. Майкл на миг отрывается от меня, делает небольшой шаг назад, но руки с моей талии не убирает. Пальцем поднимает он мой подбородок, и наши взгляды встречаются, я вижу голод в его глазах. Он хочет меня. И его желание взаимно. – Огонёк, у тебя самые красивые глаза, которые я когда-либо видел. И вся ты прекрасна. И я хочу тебя, малышка. Но я не хочу, чтобы ты потом жалела. Не хочу видеть разочарование и боль в твоих глазах. Я понимаю, что сейчас тебе хочется просто забыться и вытеснить воспоминания о сегодняшнем, но я не готов стать временным вариантом. Сглатываю и хрипло спрашиваю Неро: – О чём ты говоришь? Ты… Смотрю в его тёмные глаза, скольжу взглядом по сосредоточенному лицу и выдыхаю: – Ты предлагаешь отношения? Он на миг закрывает глаза, потом смотрит на меня так странно, словно видит перед собой кого-то особенного, прислоняется лбом к моему лбу и произносит: – Если честно, сам от себя в шоке, огонёк, но да, с тобой, либо серьёзно, либо никак. Решение принимать тебе. Я качаю головой, потому что не знаю ответа. – Я… – начинаю, но он прикладывает палец к моим губам, заставляя умолкнуть. – Подумай на холодную голову, малышка. Не тогда, когда тебе плохо, или когда ты горишь в пламени страсти, – произносит он. Я цепляюсь за его руку и всё-таки говорю довольно резко: – Майкл… У нас с тобой вообще всё неправильно. С самого начала всё пошло не так, как у обычных и нормальных людей. Он усмехается, согласен со мной. – И знаешь, пусть и дальше всё идёт не как у людей, – продолжаю мысль и крепче сжимаю его ладонь, прижимаю к своей груди. Неро смотрит напряжённо, его взгляд темнеет от желания. – Уверяю тебя, что не пожалею. А ещё, это тебе придётся подумать, нужна ли тебе такая замороченная девушка как я… Потом беру его чуть шершавую ладонь и целую. Его запах необыкновенный. Руки сильные. И то, как он втягивает воздух от моей простой и такой неловкой ласки и хрипло выдыхает моё имя, что можно рассудок потерять. – Будь со мной, Майкл… – прошу его, почти молю. – Я хочу забыть чужие руки, хочу забыть сегодняшнее недоразумение. И хочу познать тебя… Или это слишком много? Майкл тут же поднимает меня на руки и быстро относит в спальню. Бережно опускает на кровать, нетерпеливо сдирает с себя всю одежду, а после избавляет меня от халата. Я полностью обнажена перед ним и позволяю парню рассмотреть меня, хотя чувствую неловкость. Мои руки дрожат в порыве прикрыться, но сдерживаю себя. Майкл замирает на несколько мгновений. Просто стоит у кровати и смотрит на меня. И какой у него взгляд… А буквально горю, глядя с какой жадностью и голодом он меня рассматривает. – Огонёк… ты… нереальная… Какая же красивая, – хрипло произносит Неро и от его появившейся от желания хрипотцы по моему телу пробегает волна дрожи. – Ты ведь не представляешь, как прекрасна, да, малышка? – Майкл… – произношу его имя. Ещё никто и никогда не говорил мне таких слов. И никому я не доверяла… всю себя. Лежу и смотрю на него. Широкая грудь, сильные руки, развитые мышцы, а то, что ниже талии… Его татуировка… – Раздвинь ноги, – говорит он вдруг таким хриплым, почти рычащим голосом, что я снова вздрагиваю. Я колеблюсь, чувствую, как лицо краснеет, но всё равно делаю, как он просит. Я широко раздвигаю ноги. Майкл издаёт громкий стон. – Perfezione, – произносит он, глядя на меня. Я хочу свести ноги вместе, но Майкл, вдруг опускается на кровать, удерживает мои колени и произносит: – Нет, не двигайся, огонёк. Он проводит ладонью по моим ногам, при этом смотрит, смотрит и смотрит… туда… Облизывается даже. Потом устраивается между моих широко разведённых ног и вдруг погружает в меня два пальца – очень осторожно. Я ахаю, широко раскрыв глаза. Он начинает ласкать меня кончиками пальцев. Другая его рука гладит мой живот, губы целуют бёдра… И вдруг он заменяет пальцы ртом. Он берёт меня за бёдра, прижимая к себе ближе. То, что творит его язык, его губы не описать никакими словами. Меня накрывает какое-то необыкновенное ощущение – это цунами из сладострастного наслаждения, которое растекается от живота по всему телу. Я закусываю ладонь, чтобы не издать стон, но вскоре забываю обо всём, кроме того удовольствия, которое доставляет мне Майкл. Не сразу понимаю, что с моих губ срывается даже не стон, а всхлип, полный мольбы о большем. Прогибаю спину, как кошка, и хватаюсь за его волосы, прижимая к себе ещё ближе, чтобы острее… Словно он меня не только руками и губами ласкает, словно души касается… Мир вдруг вздрогнул и поплыл. Тело моё сильно вздрагивает, и я ощущаю, как влажно подо мной… Майкл отрывается от меня и одаривает меня своим гипнотизирующим тёмным взглядом. – Надя, ты такая сладкая… Твой аромат и вкус совершенно сводят меня с ума… Он вдруг снова прижимается ко мне между ног и вдыхает мой запах. – Невозможная… – произносит со стоном. И его стон, переходит в рык голодного зверя, жаждущего вкусить горячей, свежей, сочной плоти. Неро укладывается на меня сверху. Тяжесть его тела заводит ещё сильнее. – Майкл… – выдыхаю его имя и кладу одну руку на его сильное плечо, другой путаюсь в тяжёлом шёлке его волос. – Speranza… Ты моя speranza, огонёк… Он водит головкой члена по моим бёдрам, но не проникает внутрь. Я невнятно бормочу, что хочу его, что не могу ждать, что сейчас… Неро целует меня в шею, ласкает губами и языком мою грудь: то прикусывает, то втягивает в рот, обводит языком соски. Он полностью владеет мной, даже больше. В данный момент он превращает меня в первобытную, дикую кошку. Я нетерпеливо подаюсь бёдрами ему навстречу. Всё моё существо сейчас напоминает сплошной оголённый нерв, мне хочется ощутить его в себе. Пальцами вцепляюсь в его плечи. С вызовом, мольбой и страстью заглядываю в глаза парня и произношу умоляющим голосом: – Возьми же меня, Майкл. Его лицо сильно напряжено и сосредоточено. Медленно проталкивая головку внутрь, он смотрит на меня неотрывно. – Надя… – произносит он со стоном и медленно погружается в меня. * * *Он осторожно двигается, а я не могу ждать и сама подаюсь к нему бёдрами, чтобы получить его в себя полностью и… вздрагиваю от боли. С силой впиваюсь ногтями в его плечи, и невольно крик слетает с моих губ. Майкл тут же замирает и приникает к моим губам в поцелуе. Ласково целует, успокаивая. И когда боль уходит, он вновь двигается, но всё ещё слишком медленно. Тепло разливается по моему телу, и я издаю стон. Его трепетная нежность вызывает в моём теле волну удовольствия. С его губ срывается низкий стон, на коже выступают капельки пота. Он всё ещё слишком медленно двигается, заполняя меня и растягивая. – Mio Dio… Надя, как же хорошо в тебе… – его голос больше походит на рычание. Но почему же он сдерживается? – Майкл… – хнычу я. И он всё понимает. Целует мою шею, ключицы и делает вдруг резкий толчок. И начинает быстро двигаться. Невозможно быстро. – Ты просто с ума меня сводишь, – произносит он хрипло. От его сумасшедших толчков у меня дыхание перехватывает. Сильно, сладко, больно, но невозможно прекрасно. Капельки пота с его напряжённого лица падают на мою подпрыгивающую грудь. Я пальцами цепляюсь за его плечи, шею. Ногти впиваются в его плоть. Как же хорошо… – Ох… Майкл… – выдыхаю со стоном. – Ещё… пожалуйста… Сильнее! Моё тело дрожит и вздрагивает в предвкушении яркого финала. В голове пустота, мир просто прекратил существовать. Есть только я, он и наша фееричная страсть. Но мне нужно больше. Перекрикивая громкие шлепки наших мокрых тел, Майкл с рыком выдыхает: – Блять! Надя-а-а… Я скоро кончу, малышка… И вдруг он резко выходит из меня. На мой удивлённый взгляд и неудовлетворённый и болезненный стон, он берёт меня за лодыжки и кладёт мои ноги себе на плечи и говорит: – Хочу быть в тебе как можно глубже, огонёк. Своим крепким телом, едва сдерживая дикий порыв ворваться в меня бешеным рывком, он со стоном медленно входит в мою разгорячённую плоть на всю длину. Я ощущаю его так глубоко, что в голос стону и закрываю от удовольствия глаза. И теперь всё, нежности кончились. Майкл начинает вколачивать в меня свой твёрдый и горячий член от кончика до самого основания. Он будто касается моего сердца. Кровь пульсирует, мышцы влагалища сжимаются вокруг его твёрдости, я всего его принимаю в себя, словно моё тело создано именно для Майкла Неро. Я так хорошо ощущаю, как его крупная головка касается меня там, глубоко внутри, касается чего-то очень чувствительного, заставляя теряться, забывать себя, уплывать на волнах экстаза. – Посмотри на меня, огонёк… – с рыком просит он. Нет, приказывает. Открываю глаза и смотрю на парня. Его дыхание становится всё чаще, глаза чернее ночи, и не передать словами как мне нравится, как он сейчас смотрит на меня: с мольбой, отчаяньем, диким-диким голодом. Вены и жилы на его шее напряжены. Лицо сосредоточено. – Малышка… Сладкая моя. Ты моя… – выдыхает он судорожно и резко. И толчки Майкла становятся сильнее, и начинает он двигаться ещё быстрее! Это уже чистый трах – дикий, безумный. Но мне нравится. Звук влажных шлепков и наши стоны звучат как музыка. Майкл крепко сжимает мои бёдра и кажется, вколачивается в меня ещё сильнее, начисто стирая мой разум. Он громко стонет, рычит, дёргается, с каждым движением приближает меня и себя к сумасшедшему оргазму. Я горю и плавлюсь. Мы жадно глядим друг на друга и во взгляде Майкла столько всего, что меня просто сметает чувством собственницы. Хочу, чтобы так глубоко, страстно и отчаянно он смотрел только на меня одну. Всегда. И вдруг я вздрагиваю в конвульсиях. Меня накрывает сильное, сумасшедшее состояние – словно дыхание у меня исчезло, сердце остановилось, мозг взорвался. Это больно, страшно. Но одновременно приходит и ощущение безмерного, безграничного счастья. И дыхание возвращается, и сердце стучит сильно и громко. В голове пусто, я не могу ни мыслить, ни анализировать. Но вот в горле образовывается комок из сильнейших эмоций и ощущений, таких мощных, каких я никогда в жизни не испытывала. Слёзы брызгают из глаз. – Ай… Майкл… Майкл… Как же мне хорошо… Что ты со мной сделал… – произношу скулящим стоном. Он целует меня – крепко, влажно, сильно. Позволяет мне успокоиться, гладит мои лодыжки и хрипло произносит: – Ты так сильно кончила, огонёк, что я едва сдержался. Хочу доставить тебе максимум удовольствия. Я избавлю тебя от любых плохих воспоминаний. Веришь? – Да. Он губами и языком собирает слёзы с моего лица, потом опускается и ласкает мой живот, переходит на мою грудь. Потом мнёт её ладонями, наслаждаясь упругостью и размером. – Моя девочка. Ты только моя. Моя Надя… Он стонет от удовольствия. Сжимает мою грудь руками, зарывается в неё лицом, произносит хрипло: – Ммм… Какая же ты… сладенькая… сочная… Я же теперь постоянно тебя трахать буду. Мне кажется, тобой невозможно насытится, огонёк. Он говорит и его член всё ещё во мне. И я чувствую его жар, его пульсацию. Между ног очень мокро. И там такой градус, что, кажется, можно расплавить даже камни. Потом он выходит из меня и говорит: – Малышка, встань на колени и локти. Я удивляюсь, но делаю, как он просит. Майкл подкладывает мне под живот подушку и произносит: – Приподними попку выше… Да-а-а… Вот так… Какой вид… Ты просто кровь с молоком. Он проводит пальцами по моей плоти, а потом… Так глубоко он ещё не входил в меня. Майкл крепко берёт меня за бёдра и одним движением врывается в меня и сразу начинает быстро двигаться, словно он повторно лишает меня девственности. Майкл кладёт руку мне на спину, заставляя сильно прогнуться. И я ощущаю его член ещё глубже. Как такое возможно?! – Ма-а-айкл… А-а-а-а-ах! Как хорошо-о-о… – громко стону во весь голос, не в силах сдерживать новую порцию сильных чувств и эмоций. И чувствую приближение нового оргазма. – Да-а-а! – ревёт он бешено. Из его груди вырывается то ли хрип, то ли рык, похоже на настоящее звериное рычание. Невозможно, но он двигается ещё быстрее. – Майкл… – хнычу я. Ещё чуть-чуть… – А-а-а-а! – вырывается из меня крик и стон, когда достигаю сумасшедшего оргазма, родившегося из сильного яркого наслаждения и сладкой боли. Моё тело становится невесомым, разум в обмороке. Я уже не понимаю, кто я и где я. Зато понимаю, что мне нереально, фантастически хорошо. Он же вколачивает в меня свой член, словно в агонии. Рык, хриплые стоны срываются с его губ. Его бёдра неконтролируемо дёргаются, продолжая вбиваться в моё тело просто с бешеной, сумасшедшей, нереальной скоростью. Член сильно пульсирует и вдруг он бешеным зверем выкрикивает: – НАДЯ-А-А-А-А-Р-Р-Р! И вместе с криком он кончает. Извергает в меня горячее, просто обжигающее семя. – Oh, mio Dio. Quanto sei bella, – как в забытьи произносит Неро. А потом падает на меня сверху, подминает под себя и укрывает своим телом как одеялом. Майкл часто и тяжело дышит. Его сильное сердце громко и сильно бухает в груди. Мы долго лежим, счастливо опустошённые, не в силах поверить, что на нас обрушилась такая безудержная страсть. Моё тело одновременно и болит, как после очень качественной тренировки на фитнесе, но при этом блаженствует, словив нереальный кайф. – Огонёк, я не сделал тебе больно? – вдруг спрашивает меня Майкл, прижимая к себе ещё ближе. – Больно? – удивляюсь его вопросу. Потом лениво поворачиваюсь к нему, устраиваюсь в крепких и уютных объятиях и оказываюсь лицом к лицу к Майклу. Обвожу кончиком пальцев его брови, линию носа с лёгкой горбинкой. Обрисовываю его чувственные губы, трогаю подбородок и провожу пальцами по сильной линии челюсти с вечерней щетиной. – Ты не сделал мне больно, – говорю с улыбкой. – Ты сделал меня… счастливой. Это было… Сглатываю и глядя в его серьёзные глаза произношу: – Это было прекрасно, Майкл. Ты такой… потрясающий. Беру в ладони его лицо и мягко касаюсь губами его губ, но он тут же перехватывает инициативу и уже целует меня так по собственнически, так чувственно, что я тут же таю. Господи, да какой там Алекс Горячев! Да на черта он мне вообще сдался? О чём я вообще думала, мечтая и грезя о белобрысом подонке? Майкл Неро – вот пример настоящей мужественности и порядочности… Кстати, о последнем. Меня вдруг накрывает волна страха, даже ужаса. И как я сразу не подумала? Я от этого крышесносного секса весь ум растеряла. Толкаю Майкла в грудь, прерывая поцелуй, смотрю в его глаза и выдыхаю: – Ты кончил в меня! Его глаза подёрнуты страстью, он не сразу соображает, что именно я имею в виду. – Да, огонёк, – произносит он с улыбкой. – Сама мысль, что моя сперма в тебе возбуждает и… Хватаю его за нос, заставляя очнуться и быть серьёзным. Он хмурится и убирает мою руку от себя. – Надя, какого чёрта? – Ты. В меня. Кончил. Ты совсем идиот? – рычу ему в лицо. Он вздыхает и убирает руки за голову. – Я ничем не болен. Можешь быть уверена. Но если желаешь, я могу предоставить тебе справку и… – В задницу твою справку! – зверею я и ударяю кулаком по его каменному прессу. От моего жалкого удара его кубики лишь сильнее проявляются. – Эй, ты чего завелась? – недоумевает он. Приподнимается на локтях и смотрит с удивлением и непониманием. – Что случилось? Объясни. Неро реально не догоняет. Издаю нервный смешок и с ловкостью коровы на льду вскакиваю с кровати. – Куда делись твоя проницательность и рассудительность, а? – шиплю сквозь зубы, рывком поднимаю с пола халат и с остервенеем надеваю его. – Ты понимаешь, что я теперь могу залететь? Почему ты не воспользовался «резинкой»? Я была в такой эйфории, что все мысли вылетели! Но ты! Указываю на него пальцем и даже ногой топаю. – Ты обязан был подумать о защите! И вот что теперь будет?! Неро несколько минут смотрит на меня с таким удивлённо детским выражением на лице, будто ему только что сообщили, что Деда Мороза не существует. Но потом его лицо расслабляется, и он с улыбкой произносит: – Ах, ты об этом. Ничего страшного. Если ты забеременеешь, я буду очень рад. И ты не должна волноваться. В таком случае я женись на тебе. Ребёнок родится в браке, как положено и ты не… – Ты рехнулся?! – рявкаю я, разрушая его лирическое настроение. – Какой ребёнок? Какой брак? Мне учиться нужно, Майкл! Учиться, а потом хорошую работу найти! Какие дети? А ты? Тебе разве не нужно закончить универ? Или ты так и останешься неучем без диплома? И каким тогда будет твоё будущее? Ты вообще о чём грезишь сейчас? Спустись с небес! В его глазах я вижу зарождающиеся искры ярости. Выдыхаю и договариваю мысль предельно спокойным, но ледяным тоном, чтобы он прочувствовал всю серьёзность ситуации и мой гнев: – Майкл, у меня есть отец, но он не интересуется моей жизнью. Он вообще никак не помогает мне и никакого участия в моей жизни не принимает с тех самых пор, как не стало мамы, и у него появилась новая семья. Я живу в маминой квартире, она досталась ей от родителей. Я живу на те средства, которые она скопила для меня. Больше у меня ничего нет. Майкл, как я буду растить ребёнка, м? У тебя самого ничего нет, что ты дашь нам? А ещё я прекрасно знаю, как самые близкие люди могут предать. Поэтому не нужно громких слов. Вдруг чувствую, как по моим ногам стекает его сперма. Неро смотрит на мои ноги, потом поднимает на меня мрачный, ожесточённый взгляд и говорит тоже холодным, просто арктическим тоном: – В каждом слове ты не права. С момента, как мы оказались в одной лодке, я ещё ни разу тебя не подвёл. Зря ты думаешь, что я не смогу обеспечить тебя и возможного ребёнка. И с учёбой всё у тебя получилось бы, огонёк. Поднимается с кровати, хватает свою одежду и выходит из спальни, на ходу бросает: – Дура ты. – Сам идиот! – не остаюсь в долгу, отталкиваю его в дверном проходе и иду в ванную. Нужно скорее вымыться.