8

- Господин, Денисов, - к нам подошел один из сопровождающих, -  я извиняюсь, но будет лучше, если вы немедленно вернетесь в отель. Мы соберем ваши вещи и привезем их немного позже.

   Окинув недовольным взглядом прибывших, Сергей строго посмотрел на говорившего.

- Администрация обещала мне, что мы будем здесь одни.

- Приносим вам еще раз свои извинения. Мы не знаем, почему здесь появились кочевники. Возможно, у них что-то произошло, раз они изменили свой маршрут. Не переживайте, администрация возместит вам ущерб. И я вам все же настоятельно посоветую уехать отсюда как можно быстрее, а еще, закрыть лицо госпоже Шаповаловой.

Я видела обеспокоенный взгляд нашего охранника бросаемый на  нежданных гостей и решила не рисковать, а сделать как он велит. Скользнув назад в палатку, я нашла шеш и повязала его на голову, закрыв полностью лицо и оставив только щелочку для глаз. Все это у меня заняло не более нескольких минут, вот только когда я вышла, то оказалось, что палатка окружена чужаками. Несмотря на то, что они нам вежливо улыбались, по моей спине прошел холодок страха. Возможно, это из-за тех оценивающих взглядов, которые они бросали в мою сторону. Мне тут же захотелось спрятаться у Сергея за спиной. Впрочем, он это тут же сам сделал, бросая хмурые взгляды на непрошенных визитеров.

Как только я была задвинута за спину, в ту же минуту заговорил мужчина сделавший несколько шагов вперед и остановившись напротив Денисова.

- Салям Алейкум.

 Приветствие — это все что я поняла. Дальнейший разговор пошел на непонятном мне местном диалекте.   Хорошо хоть, что один из сопровождающих нас работников отеля знал этот язык и тут же принялся нам его переводить.

- Идир Каюм извиняется за то, что нарушил ваше уединение и просит  отужинать с ним и его людьми.

 Вцепившись двумя руками за рубашку Сергея и прижимаясь к его спине, я решила слегка выглянуть из-за плеча, чтобы получше рассмотреть говорившего. Но, мало того, что ночная темнота мешала это сделать (слабый свет нескольких фонарей поставленных недалеко от нашей палатки почти не давал света), так еще и на голове незнакомца был тюрбан, закрывающий не только его волосы, но и все лицо.

 Задвинув меня назад себе за спину, чтобы я не отсвечивала, бывший одноклассник, вежливо, но при этом непреклонно, попросил передать странному кочевнику наш отказ.

 - Скажите ему, что он не нарушил наше уединение, так как мы уже собирались уезжать, так что ему не за что извиняться.

 - Прошу прощение еще раз, но я все же посоветовал бы вам принять его приглашение, а в  отель вы сможете отправиться сразу после ужина.  Кочевники очень гордый народ и воинственный.  Ваш отказ  его сильно оскорбит. И тогда я неуверен, что мы сможем вас защитить. Слишком их много. Я по рации уже вызвал подмогу, так что думаю и часа не пройдет, как они будут здесь.

 Я чувствовала по напряженной фигуре Денисова, что ему абсолютно не нравиться, как развиваются событий, но выбора нам не оставили.  Кивнув головой, что принимает приглашение, Сергей решил уточнить еще один момент.

 - Моя невеста устала. Возможно ли увезти ее  в отель, пока я буду ужинать с Идир Каюмом?

 Сопровождающий с сожалением посмотрел на нас отрицательно покачав головой.

- Они окружили оазис и никого не выпустят из нас. Лучше и не пробовать, чтобы не вызывать ненужную агрессию. Мне кажется, они что-то от вас хотят, но сообщат об этом только в конце ужина. Таковы их устои.

 Тем временем, на границе оазиса и пустыни уже разожгли несколько костров и начали ставить палатки. Нового освещения мне хватило, чтобы отметить, что лицо было закрыто не только у главаря, но и у всех остальных его людей.  Нас проводили к уже установленному довольно большому шатру у входа в который, прямо на песке, было расстелено несколько ковров. На них нам и предложили присесть.   Рядом же разместился Идир Каюм и тот наш сопровождающий, который переводил речь кочевников. Пока у дальних костров, судя по тому, что я видела, начали готовить еду, около нас заиграли барабаны, отбивая четкий ритм.

 И пяти минут не прошло, как нам принесли чай.  Первую чашку предложили Сергею, вторую мне, нашему переводчику ничего не дали, а вот главарь тоже взял свою чашу. Наливали всем напиток из одного металлического чайника. Если бы не это, то я не стала бы его пить, боясь, что туда могли, что-то подсыпать или подмешать.  Но после того как кочевник сделал несколько глотков, я так же последовала его примеру, так как от переживания в горле пересохло. Чай оказался крепким и несладкий. Я не привыкла такой пить, но сахар просить побоялась.

 Между мужчин завязался, казалось бы на первый взгляд, непринужденный разговор. Но это только казалось. У Сергея спрашивали, понравилась ли нам страна и Сахара, и куда мы дальше собираемся отправиться.  А еще советовали, какие города и памятки архитектуры  стоит посетить. 

   Я сидела рядом, почти вплотную к Денисову  и не могла не отметить, ни складку на его лбу между бровей, ни сосредоточенный, пронзительный взгляд которым он смотрел  на всех присутствующих, ни сжимающиеся в кулаки руки.

 В какой-то момент к играющим на барабанах музыкантам присоединились четверо  танцующих мужчин. В темных одеждах, с закрытыми лицами и с мечами в руках. Начинали они свой танец медленно и очень ритмично, но вот барабаны ускорились, а вместе с ними и движения воинов.  Они показывали разные выпады, а еще, то кружились, то приседали ударяя кулаками об песок, то выписывали восьмерки своим оружием. В свете костров, да еще и под звуки барабанов, это смотрелось нереально- завораживающе. Но так было только до того момента, пока я не услышала первый металлический лязг столкнувшихся мечей. Теперь, к жутко быстрой дроби музыкальных инструментов присоединился холодящий душу звук ударов метала об метал.   Я не в силах была смотреть на демонстрируемое нам представление, боясь, что кто-то из мужчин ошибется всего в одном единственном движении и тогда беды не избежать, но при этом и отвести взгляда от  опасного зрелища не могла. Сколько это длилось я не скажу, просто в какой-то миг, барабаны резко замолчали и вместе с ними остановились танцующие смертельный танец кочевники.

 Прикрыв от облегчения глаза, тут же почувствовала как их защипало, так как все то время пока длился танец я не посмела даже моргнуть.

 - Кочевники предлагают разделить с ними пишу.

 Когда я открыла слезящиеся глаза, то оказалось, что посреди ковра на котором мы сидели, поставили невысокий деревянный столик, а уже на него водрузили несколько круглых блюд. На одном было что-то вроде рассыпчатого плова с мясом и овощами, только не из риса, а из какой-то другой крупы. Какой именно я не смогла определить, возможно потому, что и не старалась. Тарелок нам не дали, впрочем, как и других столовых приборов. Еду надо было брать руками или с помощью тонких лепешек, что лежали на соседнем блюде.

 Перед тем как приступить к еде, нам  преподнесли чашу с водой.  Опять же одну для всех. Первым предложили помыть руки Сергею, потом мне, и уже только после меня Идир Каюму. Нашего переводчика опять обошли вниманием, но судя по его виду, он в обиде не был. Честно говоря, я была бы не против оказаться на его месте, так как еда приправленная песком не была для меня верхом изысканности или кулинарным шедевром. Вот только нам с Денисовым сказали, что хотя бы несколько щепоток подношения надо съесть.

 Мне пришлось все же открыть лицо, иначе есть никак не получалось.  Весело похрустывая песком на зубах, я посматривала по сторонам в ожидании, когда же уже приедет обещанное нашим переводчиком сопровождение из отеля. Его же все не было и не было. А ведь даже темнота не смогла скрыть от меня довольный блеск глаз нашего невольного хозяина, при взгляде на меня. Не нравится мне все это. И не только мне одной.

  Денисов как будто услышал мои мысли и поинтересовался у охранника, когда приедет подкрепление и мы, наконец-то, сможем отсюда убраться. Но оказалось, что он не знает, так как рацию у него отобрали, когда вели нас к шатру главаря. От услышанного последнего сообщения, желваки на скулах моего бывшего одноклассника активно заиграли.

 С каждой секундой, что длился этот странный ужин, я все больше нервничала и чтобы хоть немного успокоиться взяла Сергея за руку. Почувствовав в ответ ободряющее пожатие, я прижалась лбом к плечу моего жениха.

- Угощайтесь.

 Блюдо с  пловом унесли и вместо него поставили с местными фруктами. Вот только в меня больше ни кусочек не лезет. Как-то не пришлась мне по вкусу местная приправа, которой щедро делилась Сахара. Денисов же, взяв финик, безразлично закинул его в рот. В ту же секунду вновь ожили барабаны и вперед вышел мужчина со странным, широким обручем в руках, который он поднес к нашему костру. По кругу обруча загорелось восемь огненных точек. Отойдя на несколько шагов назад, незнакомец начал крутить предмет в руках, так что огни сливались в одну сплошную линию и при этом они не гасли. Несмотря на то, что представление было очень виртуозным, меня оно не заинтересовало. Меня, вообще, уже вряд ли что-либо могло заинтересовать, кроме возможности уехать отсюда. И вроде как нам ничем не угрожали, но вот все равно, в атмосфере окружающей нас чувствовалось опасное напряжение.

 После того как файерщик закончился свой танец и унесли фрукты,  в центре ковра поставили кальян. Затянувшись, Идир Каюм предложил вторую трубку Сергею. В этот момент я поняла, что все, игры закончены и сейчас мы наконец-то узнаем, что от нас хочет этот странный мужчина.

 - Господин Идир Каюм желает уточнить, принадлежит ли вам, господин Денисов, эта женщина?

 Услышав, что разговор будет обо мне, я замерла за спиной Сергея, не понимая, чего мне ожидать и зачем я этому мужчине.

 - Эта женщина, моя невеста.

- Значит ли, что именно вы несете за нее ответственность или есть другой мужчина, с которым можно было бы обсудить судьбу этой женщины?

 Переводчик переводил вопросы и ответы, при этом лицо его ничего не выражало. У меня сложилось такое впечатление, что он полностью отрешился от всего происходящего и делал все автоматически, как робот.

 - Нет, я единственный мужчина, который несет за нее ответственность.

- Возможно, у нее есть отец или брат, которые могут опротестовать ваши права?

- Нет.

 Услышав ответ, Идир Каюм удовлетворенно кивнул.

- Хорошо, тогда я вам предлагаю за эту женщину сто тысяч американских долларов.

 Услышав странное предложение, я испуганно сжалась , вцепившись мертвой хваткой в руку Сергея. Это что, какая-то местная шутка? Мне очень хотелось на это хотелось. Вот только брошенный в мою сторону взгляд намекал на обратное.

- Нет, я не торгую своей женщиной. Для меня она бесценна.  Ваше предложение оскорбительно и будет лучше, если мы на этом закончим наш разговор и общение.

 Поднявшись, Сергей потянул и меня за собой. Ничего против того, чтобы уйти я не имела. Главное, чтобы нам позволили это сделать.

 Странный кочевник никак не отреагировал на слова Денисова, продолжая спокойно затягиваться дымом из кальяна.

- Вы неправы, все имеет свою цену. И даже ваша невеста. Я знаю кто вы и понимаю, что первая цена вас оскорбила, но надо же было с чего-то начинать. А как вы смотрите  на это?

 На ковер у наших ног лег небольшой бархатистый мешочек, но Денисов даже не нагнулся, чтобы посмотреть, что там. Переведя брезгливый взгляд на сидящего мужчину, он сильнее прижал меня правой рукой к себе, резко поинтересовавшись.

 - Неужели у вас так плохо со слухом? Тогда повторю еще раз. Я. НЕ.ТОРГУЮ. ЛЮДЬМИ. И. ТЕМ. БОЛЕЕ. БЛИЗКИМИ.  Мы можем идти, или по правилам восточного гостеприимства, того кто отказался от неприемлемого для него предложения, будут удерживать силой?

 - Нет, конечно, но я все же посоветовал бы вам не отправляться сейчас, а дождаться утра. Сахара очень коварна, особенно ночью. Обещаю, как только рассветет, вы, господин Денисов, сможете отправиться, куда захотите. Никто не будет вас задерживать.

 Поджав губы, Сергей удовлетворенно кивнул в ответ и мы сразу же вернулись к себе в палатку.  Оставив меня внутри, Денисов выглянул наружу. Как я поняла, он хотел поговорить с нашим сопровождающим. Вот только в проеме откинутого полога, я заметила, как последнего увели кочевники.

 Вернувшись, мой одноклассник, сел рядом, притянув меня к себе.  Почувствовав его горячее дыхание на своем виске, я обхватила мужчину двумя руками за талию, прижимаясь к нему еще сильнее.

- Извини меня, Поль. Называется, хотел устроить незабываемый, романтической ужин, о котором даже внукам будет не стыдно рассказать. Не получилось. Но ты не переживай, все будет хорошо. Утром мы отправимся домой.  Ложись,  отдыхай. А я останусь сторожить.

 После всего случившегося мне было как-то не до сна, но усталость все же взяла свое и я заснула скрутившись калачиком и положив голову на колени Денисову, при этом собираясь проснуться с первыми же лучами солнца. Так и случилось. Проснувшись,  первым делом повернулась в сторону окна, отмечая, что снаружи только начало сереть. Вот только у меня почему-то жутко болела голова, как будто спала я не несколько часов, а как минимум сутки, а то и двое. Бывает такое, что после тяжелой недели, дорвавшись до кровати, спишь до посинения, а потом просыпаешься с чугунной головой. Вот сейчас была именно такое ощущение.  Еще и во рту был какой-то неприятный привкус, то ли лекарства какого-то, то ли еще какой химии.

 С трудом  я осмотрелась вокруг. Это точно была не та палатка в которой я засыпала. А если совсем уж точно, то это была даже не палатка. Так как стены были не тканевые, а из чего-то твердого отдаленно напоминающего глину, старую и потрескавшуюся. Медленно сев на кровати, я оглянулась по сторонам. И где это я?  А еще меня интересовало, почему я одна и где Сергей?