Глава 19

Первый простой шаг, если изменивший муж действительно раскаивается и хочет вернуть семью, – он избавляется от своей любовницы.

Увольняет ее, убивает, высылает из города, перестает обеспечивать и вычеркивает из своей жизни.

Но Стас…

Он так искренне удивился моему вопросу, будто я только что озвучила самую глупую вещь на свете.

– Ясно, – безэмоционально реагирую на его «зачем?».

И, правда, зачем? Нет, я не иронизирую. Я все понимаю. Ему так удобно, иначе бы сразу развелся со мной.

Дома – жена, на работе – любовница. С женой можно устраивать званые ужины для партнеров, а с молодой любовницей проводить веселые выходные на модной базе отдыха. Устал от одной бабы, бежишь к другой. Поссорился с одной, всегда утешит вторая.

Удобно ведь? Зачем тогда менять привычный образ жизни – надо просто одну истеричку успокоить и все. Проблема решена.

И в слова «пережил самую ужасную ночь в жизни» я тоже верю. Только Стас страдал бессонницей не из-за меня и моих чувств – про них он будет думать в последнюю очередь. Бедненький муж переживал исключительно за себя и свой комфорт.

Вот и сейчас он цепляется не за меня, протягивая руки, чтобы лишний раз коснуться или обнять. Он цепляется за старую жизнь, за свой распорядок дня.

– Полина – первоклассный специалист, и за ней закреплено много больших проектов, – пытается оправдаться, но выглядит при этом так глупо...

Молчу. Мне просто нечего сказать – я, в отличие от Стаса, все решила, поставила точку и морально готовлюсь, что моя прежняя жизнь перевернется с ног на голову.

Жаль, что он это пока не понимает и продолжает давить.

– … Я не могу уволить ее просто так, Лер, – это уже не жалобный тон, а нытье какое-то, – Она – дочка Орлова. Это он попросил устроить ее к нам взамен на жирные заказы…

– Стас, – мягко прерываю этот поток пустых оправданий, – Мне это все неинтересно. Собери, пожалуйста, свои вещи в ближайшие дни и уезжай.

– Лерочка…

А дальше все происходит слишком быстро. Через секунду передо мной появляется Стас, он тут же падает на колени и своими ручищами удерживает на месте. Так что ни на миллиметр не сдвинуться.

Детский сад.

– Прекрати, – начинаю вырываться, потому что вся эта драма мне противна, – Ты только хуже делаешь. Не понимаешь, что мне больно?

– Я уволю ее, обещаю, – бормочет мужчина, прижимаясь всем телом к моим ногам, – Я на километр ее к себе не подпущу. Отправлю работать из дома, а, как сдаст все проекты, уволю на все четыре стороны. Это все для нас… Нашего бизнеса и семьи… Так бы я ее…

Мне уже все равно. Уволит он Полину или нет, отправит работать из дома или еще куда-нибудь – восстановлюсь, вернусь в фирму и сама уволю ее, не дожидаясь «жирных заказов» от Орлова.

А пока надо как-то выбраться из захвата Стаса, потому что этот цирк вот-вот могут увидеть наши дети.

– Делай что хочешь, – шиплю на него, продолжая вырываться, – Увольняй, живи, женись… Только отвали!

– Ни за что, – как обезумевший, мотает головой мужчина, – Не отпущу и никому не отдам…

– Стас! – то ли стон, то ли плач, – Отпусти. Нас дети увидят…

– Давай уедем на Мальдивы, а?

Замираю на месте и понимаю, что он не слышит и даже не собирается слушать. Ему плевать на меня, на мою боль, на переживания. Ему важно, чтобы я отступила, сдалась, улыбнулась и напялила обратно розовые очки.

Вот и сейчас он чувствует, как мое тело расслабилось, и начинает новую атаку. Поднимается на ноги, покрывает поцелуями шею, плечи, дышит прямо в ухо…

Становится невыносимо. От его прикосновений к горлу подкатывает тошнота, и я понимаю, что вот она – окончательная точка невозврата.

– Хватит! – кричу слишком громко, но только так Стас, наконец, обращает на меня внимание.

Теперь его очередь замереть на месте и удивленно смотреть на меня.

– Лер, ты чего?

– Чего? – уже не просто кричу, а ору на весь дом, – Я развожусь с тобой, Стас. Развожусь! Как ты не понимаешь, что после всего мне противно не то, что с тобой целоваться, стоять рядом!

Вот сейчас он меня услышал. Покраснел, часто задышал, будто я его ударила по лицу, весь собрался.

– Никакого развода не будет, – еще одна жалкая попытка возразить.

– Будет.

– Нет.

– Я просто подам заявление и все. Твое разрешение мне не нужно.

– Я найму адвоката и не дам тебе уйти.

– Так я тоже найму, – злобно усмехаюсь и все-таки нахожу силы подойти ближе, чтобы смотреть почти бывшему мужу прямо в глаза, – Стас, нас ждет не просто развод. Этот дом, машины, квартиру в городе… – делаю паузу, чтобы насладиться шокированных взглядом мужчины, – Фирма… Мы все будем делать пополам. Не думай, что я отправлю тебя в счастливое и свободное плавание со всем, что мы наживали вдвоем.

– Молодец, Лерочка, – спустя долгие секунды реагирует он, – Только ты ни фирму, ни этот дом и, тем более, развод не получишь.

В его голосе и угроза, и насмешка надо мной. И эта «Лерочка» звучит скорее издевательски, чем ласково.

– Вот она, твоя настоящая сущность, Стас, – продолжаю смотреть ему в глаза, – Хитрая, манипулирующая…

– А ты как хотела, – широко улыбается муж, – Я всегда был таким.

– Верю, – киваю и отворачиваюсь, всем видом показывая, что разговор окончен.

На душе осадок, а в голове четкий план. Мне нужен адвокат. Срочно.

– Я поеду по делам, – произносит Стас за спиной, – А ты пока успокаивайся и настраивайся на конструктивный разговор. Завтра на свежую голову все обсудим и помиримся окончательно.