Глава 22

Кьяра

Добегаю до диванов и резко торможу, сталкиваясь взглядами с Аароном. Чувствую, как мои щеки покрываются румянцем. Куда я бежала? Что собиралась сделать? Броситься в объятия Аарона? Искать в них защиту? Мне становится неловко за свои порывы, и я сжимаю перед собой руки, сплетая пальцы в замок.

— Так вот она какая, Кьяра, — произносит сидящий напротив Аарона мужчина. — Молли, свободна. Присаживайся, Кьяра.

Я продолжаю пялиться на Аарона, как и он — на меня. Протягивает руку, в которую я тут же вкладываю свою кисть. Он тянет меня к себе, и я опускаюсь на диван рядом. Перевожу взгляд на мужчину напротив.

Огромный, татуированный байкер в черной футболке и кожаной жилетке с кучей нашивок, на одной из которых написано “Президент”. Интересно, что это значит? Средней длины черная борода скрывает его шею и губы. Но внимательный взгляд темных глаз производит неизгладимое впечатление. Айк крупнее Аарона, но если спросите меня, все же большую силу я чувствую именно в последнем. Она у него природная, в то время, как сила Айка как будто ненастоящая. Возможно, это только мои впечатления, но они таковы.

— Кьяра, это Айк, президент этого клуба, — представляет его Аарон, а я киваю.

Неосознанно жмусь к Аарону. Сейчас мне хочется, чтобы он обнял меня. Прижал к своему боку и позволил спрятаться за его широкой спиной от всего мира. Мое сердце колотится, как ненормальное. То ли от таких фантазий, то ли от страха, который до сих пор сковывает мое горло стальным обручем.

— Что ж, история интересная, — произносит Айк и ставит на столик между нами пустой стакан. — Кьяра, виски?

— Она не пьет, — отвечает за меня Аарон.

Кивнув, Айк на половину наполняет свой стакан и откидывается на спинку кожаного дивана.

— Что дальше? — спрашивает Айк.

— Я хочу остановиться у приятеля, который живет в нескольких милях отсюда, — отвечает Аарон.

— Он из наших?

— Нет, среди наших они и будут искать. Мне сейчас нужно спрятать Кьяру и подумать, что делать дальше.

— Ты планируешь накрыть этот гадючник?

— Не собирался. Но теперь понимаю, что, пока коммуна существует, они будут искать нас с Кьярой. Будут следовать по пятам. А я не собираюсь прятаться и вести подпольный образ жизни. Так что…

— Если будет нужна помощь, мы готовы.

— Спасибо.

— Когда собираешься выезжать?

— Сейчас. Не хочу подвергать клуб риску.

— Ты же знаешь, проблема любого из братьев — наша проблема.

— И я благодарен за это. Но хочу минимизировать потери. К тому же, новая война вам сейчас ни к чему.

— Святоша, кто, как не ты, понимает, что эта война неизбежна? И уж лучше мы сразу в нее ввяжемся, чем потом будем разгребать последствия и трупы братьев.

— Я сообщу, когда решу, что делать дальше, — кивнув, Аарон встает и тянет руку Айку.

— Я провожу. И братья сопроводят вас до места назначения.

— Это может привлечь внимание.

— Это может помочь остаться в живых, — безапелляционно заявляет Айк.

Мы вместе выходим из кабинета Айка и идем к бару. За стойкой сидит Молли и воркует с барменом, а потом опрокидывает в себя стопку алкоголя.

— Молли, сделай так, чтобы Кьяру не узнали на байке, — кивает на меня Айк.

Она тут же соскакивает со стула и, взяв меня за руку, ведет за собой. Я успеваю только поймать взгляд Аарона, как мы скрываемся за поворотом. А через пятнадцать минут я выхожу в бар, сама едва себя узнавая. Молли накрасила меня, и мне это не нравится. Ни ощущение макияжа на лице, ни то, как он преобразил меня. Густые стрелки, длинные ресницы, которые, кажется, смыкаются под тяжестью нескольких слоев туши. Темно-красная помада.

Также я переоделась в одежду, которую дала мне Молли, перебрав кучу нарядов в своей комнате. Теперь на мне тонкий бежевый прозрачный гольф, на который нанесены рисунки, похожие на татуировки Молли. Если не присматриваться, кажется, будто этими рисунками усеяно все мое тело. К счастью, под этим гольфом у меня спортивный лифчик бежевого цвета, но я все равно почувствовала себя голой. Когда я отказалась выходить в таком виде, Молли одолжила мне кожаную куртку. На моих ногах теперь красуются кожаные штаны в обтяжку и ботинки, похожие на те, которые носит Аарон.

— Ну вот, совсем другое дело, — смеется бармен, когда мы с Молли показываемся из-за стойки.

А я высматриваю среди множества мужчин Аарона. Хочу понять, понравится ли ему мой новый образ. Если понравится, может, и я к такому привыкну.

Когда наши взгляды встречаются, я не дышу в ожидании вердикта. Аарон медленно обходит других людей, приближаясь ко мне. И чем быстрее сокращается расстояние между нами, тем сильнее колотится мое сердце.

Встав почти вплотную, он внимательно осматривает мое лицо. Молча. Это нервирует еще сильнее.

— Тебе нравится? — не выдерживаю я.

— Нормально, — коротко бросает он и поворачивает голову. — Выезжаем! — произносит громче и, взяв меня за руку, ведет на выход.

Нормально? Просто нормально? Может, стоило позволить Молли накрасить мне губы той красной помадой, которая поярче? Я от нее отказалась наотрез. А вот Аарону могло бы понравиться.

— Спасибо, — произношу обними губами, когда наши с Молли взгляды сталкиваются. Она подмигивает и поднимает большой палец вверх, после чего Аарон затягивает меня в толпу байкеров, и моя помощница скрывается из виду.

Возле клуба несколько мотоциклов стоят в ряд, и на некоторых из них уже сидят мужчины. Когда остальные подтягиваются, Аарон надевает на меня шлем. Пока застегивает, не смотрит на мое лицо, а мне очень хочется поймать его взгляд. Во мне вибрирует неуверенность и страх, что он отвергнет меня вместе с моим новым образом.

— Когда приедем на место, смой это, — наконец произносит он.

— Тебе не нравится?

Аарон несколько секунд молча смотрит на меня, как будто раздумывает, озвучивать ли то, что у него на уме.

— Нет, — коротко отрезает он, а потом, развернувшись, надевает свой шлем и садится на мотоцикл.

Мое настроение тут же падает на несколько градусов. Хотя я сама не понимаю, по какой причине. В конце концов, этот макияж нанесли не для того, чтобы поразить Аарона. Он нужен был для маскировки. И мне самой он все еще не нравится. Но почему-то так сильно хотелось получить одобрение Аарона. Как будто от того, понравилось ли ему, зависит, оставит ли он меня возле себя.

Заняв место за спиной Аарона, прижимаюсь к нему всем телом. И ловлю себя на мысли, что сейчас впервые полноценно чувствую его перед собой. А еще наслаждаюсь. Вибрацией мотоцикла подо мной, присутствием Аарона и тем, что впереди нас ждет дорога. А, значит, у меня будет полное право прижиматься к его широкой спине и немножко фантазировать о несбыточном.