Глава 54

Кьяра

Следующие несколько дней у меня уходит на осознание. Я наконец начинаю чувствовать себя. В смысле, ощущать себя новой Кьярой. Той, у которой есть выбор и свобода. Я все еще осторожна в отношениях с Аароном, со своей свободой и попыткой научиться быть взрослой.

Несколько дней назад мы с Аароном посетили первый сеанс психотерапии. Там я выяснила, что внутри меня живет испуганная девочка лет шести. Она впервые осознала, что жизнь не такая легкая и безоблачная, как кажется. В этом же возрасте я узнала, что женщина — это существо, призванное обеспечивать мужчине лучшую жизнь. Никакой другой значимой роли у нее нет. Как и свободы.

Поначалу мне было страшно раскрываться постороннему человеку. Но Фрэнсис — мой психотерапевт — оказалась очень терпеливой и располагающей. А еще я попросила Аарона сходить со мной. Сначала он пытался убедить меня в том, что будет лучше, если я посещу специалиста в одиночку, но потом все же согласился.

А после терапии он долго обнимал меня у мотоцикла и просто… дышал. Надсадно, тяжело. Мне даже казалось, я слышала скрип его зубов. Отстранившись, я посмотрела ему в лицо.

— Прости, что тебе пришлось выслушивать все это, — произнесла хриплым от слез голосом.

— Ради тебя я готов терпеть что угодно. И ты должна понимать, что это только начало. Вы с терапевтом достигли лишь вершины айсберга. Впереди еще много работы. И некоторые моменты ты должна будешь прожить сама, без меня. Но знаешь, что?

— Что? — спросила испуганно, потому что перспектива одной столкнуться с призраками прошлого не просто пугала меня, а наводила такой ужас, что волосы на голове вставали дыбом.

— Теперь ты намного сильнее. И я уверен, что ты справишься. Ради меня. Ради нашего ребенка. Ради всех нас.

— Я люблю тебя, Аарон, — выдохнула и снова прижалась к своему мужчине.

По возвращении домой он заварил мне травяной чай, а сам ушел во двор, попросив дать ему немного времени переварить новые подробности моей жизни в коммуне. Потом я слышала, как он с остервенением бил грушу в гараже. После прыгал на скакалке и отжался столько раз, что я уже хотела идти проверить, жив ли он.

С улицы Аарон вернулся полностью мокрым от пота, но его взгляд уже прояснился.

— Знаешь, — произнес он, появившись на кухне, — я тут подумал. Давай поженимся в эти выходные.

— Так быстро? — шокировано спросила я и чуть не выронила деревянную лопатку, которой перед этим помешивала соус в сотейнике.

— Я слишком тороплюсь? — спросил он и, наполнив стакан водой, залпом опустошил его.

Я подошла к своему мужчине и прижалась всем телом. Вдыхала смесь ароматов: пота, самого Аарона и его туалетной воды.

— Кьяра, я весь мокрый.

— Хорошо, — ответила я и прижалась еще крепче. — Хорошо, что мокрый. И хорошо, я согласна.

На подготовку к байкерской свадьбе у нас ушло ровно семь дней. Пока клуб готовили к празднованию, пара “старушек” взяла меня в оборот и помогала мне готовиться к торжеству. Оказалось, жена Грозного — президента клуба — гинеколог. Она даже успела за эту неделю затащить меня на прием в клинику, в которой работает. И теперь у нас на холодильнике висит снимок нашего малыша. Правда, пока на нем, кроме черно-белых пятен, ничего распознать невозможно, но нам с Аароном это не мешает рассматривать его в течение долгих минут.

Сегодня тот самый день. С самого утра Аарон, поцеловав меня, уехал в клуб. А спустя час после его отъезда к нам домой приехали “старушки” клуба и визажист со стилистом. Они мгновенно заполнили собой пространство и начали готовить меня к важному событию.

Через несколько минут за мной должен заехать мой жених. Все женщины спустились вниз, чтобы дать мне пару минут наедине с собой.

Я стою перед зеркалом в полный рост и рассматриваю себя. Волосы на концах немного завиты, сверху несколько прядей собраны заколкой, к которой крепится небольшая фата. Нюдовый макияж. Только глаза выделены немного сильнее, но визажист сказала, что макияж водостойкий, так что я могу смело плакать и при этом оставаться такой же неотразимой.

На мне короткое белое свадебное платье с мягким корсетом и юбкой до колена. Она пышная и настолько легкая, что я ее почти не ощущаю. На ногах байкерские ботинки белого цвета, а поверх платья на мне кожаная куртка с нашивкой клуба и надписью “Старушка”.

Когда Аарон подарил мне эту куртку, я расплакалась. Это был настолько трогательный момент! Он вручил ее вместе с помолвочным кольцом со словами:

— Только необыкновенная девушка была способна растопить мое сердце. Только потрясающая девушка смогла заставить меня улыбаться. Только ты заставила меня влюбиться. Выходи за меня, Кьяра.

Я плакала, смеялась. Аарон надевал на меня куртку, а на палец — кольцо. А потом кружил меня и смеялся. Целовал так жадно и нежно, что я плавилась в его руках.

Подняв голову, быстро моргаю, чтобы загнать назад непрошеные слезы, жемчужинками повисающие на ресницах. Дышу и машу руками на свое лицо.

Когда сентиментальный порыв проходит, опускаю взгляд на свой живот и становлюсь боком к зеркалу. Только попав к врачу, я по-настоящему осознала, что стану мамой. Не счесть, сколько раз я уже попросила прощения у своего малыша за то, что стремилась убить его, как только узнала о своем положении. Какая же я была дура! Ведь ребенок — это благословение! Это продолжение меня и моего любимого мужчины. А я… Но больше никогда не совершу такую ошибку! Никогда!

Слышу рев мотоциклов за окном, и мое сердце разгоняется. Бросаю еще один взгляд на себя в зеркало и поглаживаю живот.

— Ну что, малыш? Идем сдаваться твоему папе? — спрашиваю, улыбаясь собственному отражению. — С сегодняшнего дня мы все должны быть невероятно счастливыми, слышал?

Улыбнувшись еще шире, судорожно втягиваю носом воздух и покидаю нашу с Аароном спальню. Иду к лестнице, и из меня вырывается нервный смешок, когда я слышу, как на улице газуют мотоциклы.

— Прекратите немедленно! — выкрикивает Лея, жена одного из байкеров. — Здесь респектабельный район!

— Где Кьяра? — раздается голос Аарона, и мои внутренности буквально начинают дребезжать, когда я подхожу к ступенькам.

Останавливаюсь на верхней и хватаюсь за перила. Жена Грозного кивает на лестницу, и Аарон поворачивает голову в мою сторону. Стоит нам столкнуться взглядами, внутри все скручивает горячим узлом.