Глава 20

Суд над леди Террийской и леди Левадовски состоялся через неделю. Обеих дам загодя лишили громких титулов. И самих леди не было на суде, их представляли мужья. Но и заговорщики успели подготовиться.

Лю еще дважды навестил Ванессу ночью, и эти свидания становились все горячее. Записку Марисоль передали графу Варни, гонец почти сутки скакал без остановки. Эдж пришел в бешенство и едва не наделал глупостей. Он без конца перечитывал послание любимой:

«… скажи это на моей могиле…»

Ну, уж нет! Он успеет. Сделает все для этого. И армия Эдженейтиса Варни Талиса ускоренным маршем направилась к крепости Три Башни, которая располагалась всего в двадцати милях от столицы, изменив первоначальный план главнокомандующего.

С юга ей навстречу двинулась армия маршала Траута, который, скрипя зубами подписал от имени Первого министра разорительный для империи мирный договор. Маркиз шел к столице, но миновать Три Башни не мог. Это был самый широкий мост через реку и самый надежный. Лучшая переправа для груженых повозок обоза и пушек. Не говоря уже о тысячах пехотинцев.

На другой стороне реки возвышалась неприступная крепость. Дальше дорога разветвлялась, но главной транспортной артерией оставался имперский тракт. Двадцать миль до главных ворот столицы, по прямой.

Тот, кто завладеет крепостью, получит и ключи от империи. Поэтому оба спешили, и граф Варни и маркиз Траут. Но Эджена подгоняла любовь. Он бы рванул в эту крепость один, через созданный им портал, родовая магия Талисов это позволяла, и птицей вознесся в башню, где заточили Марисоль. Но армия не могла остаться без главнокомандующего.

От Калвиша пока вестей не было. Но Эдж надеялся, что подмога прибудет вовремя. Главное продержаться до прихода резерва. А, значит, добраться до Трех Башен первыми, захватить крепость, освободить Марисоль и остановить маркиза на том берегу реки. Не забывал Эдж и о данном Калвишу слове. Карин Левадовски тоже в Трех Башнях. Женщин надо спасать.

Граф Варни перечитывал записку Марисоль, ложась спать, и с этого же начиналось его утро. На сон отводилось пять часов, не больше, и то лишь потому, что солдатам и лошадям надо отдыхать. С рассветом лагерь стремительно сворачивали, и начинался новый бросок к Трем Башням. Надо прийти туда раньше Траута и удержать переправу…

Слухи о стремительном продвижении бастарда к мосту само собой доходили до Гарса. Герцог прекрасно понимал, почему бастард туда так рвется. И рассчитывал отдать приказ о казни Марисоль быстрее, чем первые солдаты Варни окажутся на мосту.

Леди не повезут в столицу, здесь стало неспокойно. В гарнизоне назревает бунт. Гарс опасался, что повозку с женщинами, направляющуюся на площадь, где выстроен эшафот, по дороге отобьют. Крепость для такого мероприятия как казнь двух высокрородных заговорщиц была гораздо надежнее.

Надо лишь послать гонца с приказом. И почтового голубя коменданту крепости. А лучше пойти туда самому, порталом. Это, конечно, огромный риск, водные порталы, которые создает Верховный маг та еще гадость. А в Трех Башнях это какое-то болото. Пруд со стоячей водой. Потому что им давно уже не пользовались. Сущая мерзость!

Лучше уж посуху, на лошадях. Всего-то двадцать миль. Потому и не пользовались порталом. Одно дело дальние расстояния. Другое – когда верхом за час можно доскакать. Но час промедления в такое неспокойное время дорого может стоить. А Гарс не намерен был отдавать бастарду свою жену. Пусть уж лучше Марисоль никому не достанется.

«Сегодня все закончится», – с торжеством думал героцог Террийский, поднимаясь по монументальной лестнице, ведущей к входу в палату ста лордов. Орган управления империей. Окна огромного зала, где заседали лорды, выходили на реку, поэтому в палате ощутимо пованивало. Но запах тухлятины старались не замечать, к тому же маги из Тайного Бюро постоянно чем-то окуривали зал.

Потолки в нем были высоченные, по всему периметру палату опоясывал балкон, который находился на высоте почти трех метров. Там были тайные ложи, в глубине. Иногда Гарс лично не присутствовал на заседаниях, а только слушал, спрятавшись в ложе. Еще чаще так делал Верховный маг. А уж император и вовсе появлялся на заседаниях только в ложе. Вид слабоумного Талиса действовал на лордов палаты угнетающе.

Но сегодня Гарс взошел на трибуну. Предварительные прения уже прошли, и незачем было тянуть аж неделю. Но ждали каких-то лордов из второго и третьего десятка, и Валенисий Первый вдруг заупрямился. Вообще на него не похоже. Сказал, что ему было видение, и призрак покойной матери осудил казнь двух благородных леди.

Полная чушь! Какой к демонам призрак?! Верховный надавил, и император сдался. Но неделя проволочки! В то время как Варни стремительно продвигается к мосту!

И вот Гарс на трибуне. Обвинительное заключение зачитано.

– Исходя из всего вышесказанного, лорды, приговор очевиден: смертная казнь. Сегодня же его приведут в исполнение. Возражения есть? – палата молчала. – Возражений нет. Тогда я запечатываю указ и передаю приказ в крепость.

– Есть возражения! – раздался вдруг голос с балкона.

Гарс оторопел. Женщина в палате ста лордов?! Немыслимо! Недопустимо! К тому же этой женщиной была леди Ванесса! Она сейчас спускалась к трибуне, на которой стоял Первый министр!

Зал словно взорвался. Лорды вскочили, затопали ногами, закричали:

– Вон!

– Кто ее сюда впустил?!

– Убирайся!

– Что за глупые шутки?!

И, перекрывая весь этот гвалт, раздался звонкий голос леди:

– Я Ванесса Чарминг Талис! Урожденная принцесса крови!

Наступила тишина.

– Я имею полное право здесь находиться! – продолжила Ванесса. – И вот доказательство!

Она подошла к короне Талисов, лежащей на высокой мраморной тумбе рядом с трибуной, как символ власти. Корону мог надеть только Талис. Остальные на ней присягали, но руками не касались. Даже лорды крови.

Ванесса уверенно взяла корону и надела ее на голову. Зал дружно ахнул:

– Талис!

– Принцесса крови!

– Ваше высочество!

– Удивительно!

– Как же похожа, Боги!

Гарс онемел. Кто ее надоумил, эту выскочку?! И как провел сюда?!

На самом деле Ванессе помог Лю и несколько лордов из палаты ста, которые сочувствовали Эджену Варни и уже присягнули ему. В частности виконт Поль Стратенберг из Министерства Землевладения. Который встал и сказал:

– Мы должны выслушать прицессу крови, лорды.

– Да она же бастард! – очнулся Гарс. – Незаконорожденная дочь Георга Третьего и какой-то леди Чарминг!

– Выходит, вы в курсе, ваша светлость? Вы скрывали от нас происхождение своей невесты? Леди Ванесса недавно была представлена обществу как будущая герцогиня Террийская. И только вы знали, что женитесь на Талис.

Лорды снова вскочили и заорали. Гарс растерялся. Неожиданный поворот. А эта выскочка стоит рядом в короне! В то время как он, герцог Террийский, пока не смеет коснуться этой короны и пальцем! Только когда Ванесса передаст мужу родовую магию, он сможет эту корону надеть.

– Сойдите с трибуны, ваша светлость, – сказал все тот же виконт Стратенберг. – И пусть говорит леди. А у нее, похоже, есть, что сказать.

Гарс взорвался: да это же заговор! Но лорды уже кричали:

– Пусть говорит!

– Мы хотим услышать, что скажет Талис!

– Наконец-то представитель правящей династии говорит связно! – по залу прокатился смешок.

И Гарс вынужден был подчиниться. Он сошел с трибуны и сел рядом с графом Левадовски, лицо у которого было кислое.

– Что это за фарс, а? – повернулся к Первому министру граф. – Как она здесь оказалась, эта леди?!

Герцог, молча, пожал плечами. Ванесса меж тем, не снимая короны, поднялась на трибуну. И заговорила уверенно, в ее голосе ясно звучали повелительные нотки. И лорды притихли. В палате наступила тишина, слышно было лишь звонкий голос Ванессы:

– Милорды, у империи нет наследника. Тот, кто имеет все права на корону объявлен вами вне закона. Я Ванесса Талис. Я готова стать королевой-консортом. Родить принца крови. Который унаследует трон. Но мужа выберу сама.

– Королева-консорт! – одобрительно загудели лорды. – А это выход… Консорт… Она не будет править… Мать императора…

Гарс вскочил:

– Леди не должна выбирать мужа сама!

– А почему им должны стать именно вы? – раздался голос со среднего яруса. Это был один из сторонников Эджена.

– Потому что я Первый министр!

– И метите в императоры?!

– На троне должен быть Талис, и никто другой! – поддержали лорды третьего яруса мятежный второй.

– Голосуем за королеву-консорта! – вскоре дружно скандировал зал.

Гарс призвал палату правящих к тишине. Он уже понял, что проиграл. Нельзя дать заговорщикам развить их успех.

– Спокойствие лорды! Вы забываете, что император у нас пока есть!

– Но он же слабоумный!

– Необходим указ, объявляющий Ванессу Чарминг принцессой крови. А пока она леди Чарминг. На это нужно время, лорды.

– Но приговор герцогине Террийской и графине Левадовской не будет сегодня приведен в исполнение, – вмешалась Ванесса. – Я как Талис его отменяю.

– Вы пока не Талис, леди, – всерьез разозлился Гарс.

– Тогда подождем указа.

– А какое отношение имеет к этому казнь моей жены и графини Левадовски?

– Корона на моей голове, – Ванесса выразительно коснулась пальцем центрального рубина. – А я измены этой короне не признаю.

– А я Первый министр!

– Исполнение приговора откладывается, – сказали с трибун. – Я как лорд палаты ста накладываю вето.

– И я.

– Я тоже…

Ванесса сверкнула глазами. Словно солнечный луч ударил с трибуны в зал, где сидели лорды. Которые аж отшатнулись. Ванесса ликовала. Она победила! Пусть не окончательно, но сегодня приказ о казни герцогини Марисоль и ее подруги не полетит в Три Башни. Армия Эджена уже на подходе к крепости. Ванесса дала брату время. Лю наставлял: веди себя увереннее. Ты – Талис!

И хоть ноги у леди дрожали, а сердце билось в груди, как птица в силках, голос был тверд.

Герцогу Террийскому не удалось собрать под указом о смертной казни полную печать. Магия лордов крови указ не утвердила. Там появились отметки о том, что наложены вето. Комендант крепости откажется приводить приговор в исполнение. Ему ведь тоже жизнь дорога. Лорды крови есть лорды крови.

– Заседание окончено, – угрюмо объявил герцог Террийский. И с ненавистью посмотрел на Ванессу: – А вас я прошу пройти со мной, графиня. Вы пока живете в моем доме. И оставьте корону Талисов здесь. Она пока не ваша.

Ванесса покорно сняла корону и положила ее на место. А вот и расплата! Ехать леди некуда, кроме как с герцогом, хотя Лю предлагал сразу после заседания побег.

– Я выдержу, – сказала ему Ванесса. – Не убьет же меня герцог. Я его последняя надежда. Без Талисов печати на разломе падут, ты мне сам сказал это, Лю.

– Я буду рядом, – пообещал он. – И буду действовать.

Его светлость буквально толкнул Ванессу на сиденье и, сверкая глазами, сел напротив. Карета тут же тронулась.

– А как же приличия? – не удержалась Ванесса. – Я незамужняя леди и в одной карете с мужчиной! Без сопровождающих!

– Какие к черту приличия?! – взревел Гарс. – После того, что ты сегодня выкинула?! Отвечай: кто тебя надоумил?!

– Вы забываетесь, милорд! – сверкнула глазами Ванесса. – Я – Талис!

– Ты дура малолетняя! Кто позволит тебе править?! Что ты понимаешь в политике, девчонка?! Как ты попала в палату ста?!

– Это мой секрет!

– Снюхалась с этим мальчишкой?! С Кемптоном?! Я велю казнить всех твоих компаньонок! Которые позволили вам с негодяем встретиться! Твой Лю такой же вор, как и Варни! Крадет чужих женщин! Ночью, тайком проникая в их спальню! Подлец! – бушевал Гарс. – А тебя сегодня же отведут в мои покои! Раз не хочешь по добру – я буду действовать силой!

– Вы меня и пальцем не тронете! Не посмеете! Иначе я никогда не дам согласия на брак! И вы не получите мою родовую магию! Вам никогда не надеть на голову корону Талисов!

– Куда ты денешься, – уже гораздо тише сказал Гарс. – Послушай, девочка. Тебя обманули. У этого мальчишки Кемптона любовниц, как грязи. И я предоставлю тебе доказательства. На него в Стертонхолле устроили позорный аукцион. Я приведу свидетелей. Да та же графиня Левадовски не станет этого отрицать. Ты не того выбрала.

– Прошлое не имеет значения, – храбро сказала Ванесса.

– Ты права – забудем все. Не сегодня, так завтра. Ты поймешь, что лучшего мужа, чем я тебе не найти. Подумай о своем народе… – Гарс невольно поморщился. Ох, как же он не любил этот народ! А проще говоря, быдло. Этих баранов, которым нужны какие-то свободы. Да что они будут делать со своими правами? За них должны думать лорды. – Если наследника не будет, печати падут. Начнется Хаос. Всех ведь демоны сожрут.

– Тогда отдайте империю моему брату, если вы так любите народ, – насмешливо сказала Ванесса.

– После того, как он украл у меня жену? А если я ревную?

– Если бы вы ее любили, не приказали бы казнить.

Все доводы Гарса разбивались об эту детскую логику. Вот дрянь!

Первый министр тяжело вздохнул:

– Мне сейчас не до тебя. Армия Варни на подходе. Надо послать войска на подмогу маршалу Трауту. Часть столичного гарнизона, а это несколько тысяч человек. Как только заговорщиков переловят, я вплотную займусь нашей свадьбой. Победителей не судят. Кстати, раньше у меня был лишь один предмет для торга – мальчишка Лю. А теперь еще и твой кровный родственник есть, – насмешливо сказал Гарс. – Ты ведь любишь брата? Раз ты ему помогаешь.

– Эджен вас разобьет!

– Держи карман шире! – простецки сказал Гарс. И пригляделся к юной леди: – Ба! А ты как ожила! Этот блеск в глазах, вздымающаяся грудь, румяные щечки… А я-то думал, что брачное ложе это скука смертная. Но ты же не будешь лежать, молча, как моя нынешняя жена? Такой темперамент!

Ванесса невольно вжалась в спинку сиденья. Вот теперь он ее по-настоящему пугал.

– Я и не таких ломал, девочка. Сегодня… Нет, завтра ночью. Мне надо подготовиться к таинству брака, – оскалился Гарс. – Кое-кого навестить. Да, нас пока не обвенчают, но ведь браки совершаются на небесах, а их плоды ногами топчут грешную землю. Я про детей. Мы вполне можем поменять события местами. Сначала дети, а потом законный брак. Тебя запрут под замок. И в твоей комнате неизменно будут присуствовать три горничные. Ну как, горничные, – усмехнулся герцог. – Агенты Тайного Бюро. Попробуй с ними поиграть. Мы кажется, приехали. Выходи! – он грубо схватил Ванессу за руку.

«И почему я не согласилась на побег? – в отчаянии подумала она. – Вот ведь скотина! А еще герцог! Лорд крови!»

Ванессу заперли. С балкона она видела, что резиденция его светлости окружена солдатами из столичного гарнизона. Реку бороздили на скоростных лодках патрули. Леди Чарминг надежно охраняли.

Но и Лю не бездействовал.

На следующий день в столице вспыхнул мятеж. То, что случилось на заседании палаты ста, выплеснулось за ее стены усилиями стронников Эджена Варни. Явление еще одного Талиса. Точнее одной. И на улицах начали строить баррикады.

Взорвалась протестом часть столичного гарнизона, те отряды, командиры которых присягнули Эджену. Их поддержали сторонники Ванессы.

– Хотим королеву-консорта!

– Империи нужен наследник!

– Мы не хотим умирать! – скандировали на улицах.

Слухи распространялись стремительно. О том, что в случае падения династии императоров крови разлом откроется. И на поверхность полезет хтонь. Чудища всякие. Демоны. Которые станут всех подряд убивать. И вместе с мятежными солдатами взбунтовался народ.

Поэтому Гарсу Террийскому стало не до Ванессы. Он не мог послать на помощь маршалу Трауту своих солдат. Столичный гарнизон оказался скован вспыхнувшим бунтом. Лю и сэр Загис постарались на совесть.

Хаос уже начался. В солдат империи летели камни, в мастерских прекратили работать, почти все торговцы закрыли лавки. И Гарс с тревогой ждал вестей. Дорога от Трех Башен до ворот столицы была свободна. И если бастард возьмет крепость и разобьет Траута, то Варни уже ничто не помешает сесть на трон.

И плохие вести не замедлили себя ждать…

… Марисоль устроили свидание с Карин. Обе леди были уверены, им дают попрощаться. Они со дня на день ждали исполнения приговора. В том, что Гарс добьется своего, леди не сомневались.

Да кто ему может помешать? Только Эджен Варни, поэтому Марисоль с утра до вечера смотрела в окно и прислушивалась. Кто придет первым? Она догадывалась, что и армия с юга торопится к Трем Башням. От этого зависела их с Карин жизнь. Если крепость возьмет маркиз, то первым делом он выполнит приказ герцога Террийского. Прикажет отрубить головы государственным преступницам.

– Обнимемся, Карин, – сказала Марисоль подруге. – Возможно, что из этой комнаты нас поведут на эшафот. И мы больше ничего не успеем друг другу сказать. Умрем с честью. Как леди.

– Я не позволю завязать себе глаза, – мужественно сказала Карин. – Хочу до последнего вздоха видеть небо. Ты как?

– Вся дрожу, если честно. Пытаюсь собрать остатки мужества. Мне страшно, – призналась Марисоль.

– Мне тоже. Мы возьмемся за руки, слышишь? Там, на эшафоте. Как будто мы на той высокой башне, с которой собирались прыгнуть. И я пойду к палачу первой.

– Нет, я, – она улыбнулась сквозь слезы. – Ведь я же герцогиня.

– Леди, пора, – раздался голос стражника.

Они подумали, что пришел последний час. Никто не сказал леди о том, что случилось на заседании палаты. И о неожиданном появлении там Ванессы. Комендант крепости просто хотел выслужиться перед бастардом, если вдруг победа останется за ним. Потому и устроил подругам это свидание.

Но на его уста наложена была печать молчания. Пока еще империей правил Первый министр, и ссориться с ним коменданту Трех Башен тоже не хотелось. Пытаясь таким образом усидеть на двух стульях, он боялся того момента, когда выбор все же придется сделать.

Марисоль собралась. Гордо вскинула голову и постралась унять бившую все тело дрожь. И в это время за окнами раздались выстрелы. Из-за реки ударили пушки. Какая-то из армий подошла к мосту. И судя по отчаянным крикам, счастье улыбнулось двум леди. Завязался бой, а в солдат маршала Траута солдаты империи не стали бы стрелять.

И Карин, и Марисоль бросились к окну. Отсюда, из этой комнаты для свиданий в главной и самой высокой башне хорошо было видно мост. Его пытался защищать малочисленный гарнизон крепости. Леди оставили в покое, потому что коменданту теперь было не до них, и они смогли остаться у окна, под которым решалась их судьба.

Уже понятно было, что шансов у коменданта нет. Переправа проходила стремительно. Да и нападавших в разы больше. Вскоре ожесточенный бой завязался уже на этой стороне реки.

– Карин, смотри! – отчаянно закричала герцогиня.

Потому что на мосту появился всадник. Он казался огромным, и лошадь под ним впечатляла. Голова мужчины была обнажена, темные волосы намокли от пота и слипшиеяся пряди прилипли ко лбу, видимо шляпу ветром снесло или даже пулей. Но всадник отважно мчался по мосту в самую гущу сражения.

– Эджен! – отчаянно закричала Марисоль. Будто он мог ее услышать. – Тебя же убьют! Я здесь! Я жива!

Но его хранила любовь. Эджен Варни раскидал имперских солдат, орудуя и клинком, и твердой рукой, которая держала повод. Его огромный конь таранил грудью врагов, и время от времени пускал в ход копыта, рискуя сбросить всадника. Оба были охвачены горячкой ожесточенного боя.

Под главной башней, у входа, Эджен соскочил с коня, вся морда которого была в крови и пене, под конец животное охватило настоящее бешенство, и кинулся внутрь, обнажив шпагу. Его встретил трясущийся от страха комендант:

– Ваша светлость, мы сдаемся!

– А куда вам деваться? – презрительно сказал Эдж. – Где она?! Жива?!

– Ее светлость наверху… там… – комендант махнул трясущейся рукой в сторону лестницы.

Эдж стремительно взлетел по ступенькам.

– Он успел… – просияла Марисоль, услышав шаги. Слишком уж тяжелые для обычного человека. – Карин, ты слышишь! Эджен, он здесь! Успел…

Но это был еще не конец. Гарс так просто сдаваться не собирался. Верховный маг торопливо готовил портал.