Глава 5. Тёмная вода

Милана

В «Мяте Лаунж» мятные стены, потолки и даже мебель. Много зелени и круглые жёлтые лампы с мягким светом. Народу практически нет. Оно и понятно! Средний чек в этом заведении близится к пятизначной сумме. Мы однажды были здесь с Максимом, отмечали первую годовщину свадьбы. Глазами нахожу тот самый столик у окна, и сердце сжимается от тоски по прошлому. Я бы всё отдала, чтобы муж ещё раз привёл меня сюда. На своих ногах.

— Выбирай, что хочешь, Мил, — Денис Александрович осторожно касается моей ладони, но спешно убирает руку. А у меня кожа горит от его пальцев.

На языке колются заготовленные слова с просьбой не звонить после работы, но я никак не могу выдавать их из себя. Застряли комом в пересохшем горле. Сглатываю слюну и утыкаюсь взглядом в меню, лишь бы не встречаться глазами с начальником.

К нам подходит официант. Наобум выбираю первый попавшийся салат из жареных баклажанов и кофе, а Денис Александрович заказывает мясной стейк.

— Ты быстро всему учишься, — он первый начинает разговор. — Систематизировала нашу клиентскую базу, навела порядок в документах от поставщиков. Думаю, ты отлично справишься с должностью моего секретаря. Сможешь приступить завтра?

— У меня вторая работа, Денис Александрович, — осторожно замечаю я.

На губах начальника появляется однобокая улыбка.

— Денис, — поправляет меня он и расслабленно откидывается на спинку кресла, положив руки на подлокотники. Я невольно глянула на массивные золотые кольца на указательных пальцах.

— Денис... — отзываюсь глухим эхо.

— Мил, ну сколько тебе платят в аптеке? Сорок? Пятьдесят? Я компенсирую.

— Я не уверена, что...

— Перестань, — он мотает головой. — Я знаю, что тебе нужен гибкий график. И деньги. А мне нужен толковый человек. Я готов платить достойную зарплату. И у тебя появится время для твоих... дел.

Как необычно из его уст прозвучало слово «муж». Денис правда хочет помочь от чистого сердца? Или это очередной показательный поступок, чтобы я сравнила его власть и состояние со сломленностью и беспомощностью Максима? Так сказать, оценила и выбрала. В любом случае, со мной это не сработает.

Кручу колечко на безымянном пальце. Хм, уволиться из аптеки? Заманчиво. Даже слишком. У меня было бы больше времени, и тогда точно можно отказаться от услуг медсестры. Не без удовольствия уже воображаю, как прогоняю Алёну и не ищу замену. А ещё я бы не валилась с ног, и Максим больше не злился, что я пропадаю целыми днями. Мы проводили бы больше времени вместе и, возможно, наш разваливающийся брак реанимировался.

— Что скажешь? — напоминает о себе Денис. Видимо, слишком долго молчу после такого щедрого предложения.

— Это не будет... неловко? — поднимаю на него взгляд, встречаясь с его тёмными, почти чёрными глазами. В них пробегает смешливая искорка.

— Не будет.

— Тогда я... я...

Ну же, Милан, чего ты мнёшься? Хотела же повышение. Разве ты не устала? Соглашайся. Это буквально твой шанс вспомнить, что ты женщина, а не ломовая лошадь. Соглашайся... Это только работа. Ты не делаешь ничего постыдного. Максим обязательно тебя поддержит...

— Согласна, — выдавливаю из себя тихо, прислушавшись к уговорам внутреннего голоса. Но в груди отчего-то сдавливает болью.

— Прекрасно, — Денис коротко кивает. — Тогда сегодня пиши заявление.

— Но мне всё равно нужно отработать две недели, подготовить аптеку к ревизии... Я не могу приступить прямо завтра. Только через два дня, как обычно...

Денис хитро прищуривается, словно что-то задумал. В этот момент к нам возвращается официант с нашим заказом, и я, чтобы как-то унять волнение, принимаюсь разбирать салат на составляющие. Денис, видно приняв какое-то решение, выдаёт ровным тоном:

— Через два дня у меня запланирована командировка в Москву. Я хочу, чтобы ты, как мой личный помощник, полетела со мной.

Не вопрос, а приказ.

— А...

— Все расходы за счёт фирмы, — продолжает он невозмутимо. — С твоей второй работой я решу вопрос. Оставь номер директора.

— Но...

— Мил, я же сказал, что всё решу.

— Но что я мужу скажу? — всё-таки вставляю своё слово, и вся сжимаюсь под пробирающим до мурашек взглядом начальника.

— Правду? — усмехается Денис, делая глоток кофе. — В конце концов, я же тебе не за красоту зарплату платить собираюсь.

Да уж, точно не за неё. Хотя выгодную сделку мне предложили, кажется, именно за неё. Меня разрывало от чувства, что Денис этим предложением не только помогает, но и ловит меня в ловушку. Свою ловушку. Чем больше он проявляет интерес, тем выше моё искушение поддаться возможностям, которые может дать этот мужчина...

На телефон приходит уведомление. Взглянув на экран, шумно выдыхаю. Снова банк. Господи, это закончится когда-нибудь? Ну почему это случилось именно с нами? Теперь мои сомнения окончательно улетучились. Я должна схватиться за протянутую руку Дениса, чтобы вытащить и себя, и мужа. Честно ли это по отношению к Денису? Наверное, не очень. Но мне выбирать не приходится.

После обеда Денис подвозит меня до дома. Прошу его остановить возле парка, чтобы не спровоцировать новый порыв ревности у Максима, если тот вдруг снова увидит машину босса. Ну, и чтобы не выдать себя раньше времени, если Максим там с Алёной... Нет, даже думать не хочу.

Прохожу по главной аллее, любуясь архитектурой футбольного стадиона, прокручиваю в мыслях, как скажу мужу о командировке, и вдруг слышу знакомый смех. Обернувшись, замечаю... мужа и Алёну.

Какого чёрта?

Они едят сладкую вату. Точнее, ест Алёна, заливисто смеясь, а Максим с улыбкой за ней наблюдает и что-то говорит.

Мой муж выбрался из квартиры. Улыбается. Не мне.

Какого чёрта? У них что, какой-то конфетно-букетный период? Почему это выглядит как свидание восьмиклассников?

Тут Максим замечает меня, и его улыбка затухает. Бог мой, неужели я помешала? Жалость-то какая. Вздёрнув подбородок, решительно направляюсь к сахарной парочке. В груди всё клокочет от злости. Алёна, проследив за взглядом Максима, тоже перестаёт смеяться, но всё так же улыбается.

— Здравствуйте, Милана Алексеевна! — она приветственно вскидывает ладонь, как школьница.

— Гуляете? — я имитирую радость, но так, чтобы в ней читался сарказм.

Однако Алёна, видимо, далека от такого понятия, поэтому без запинки тараторит:

— Ага! Вот удалось вытащить Максима Андреевича на свежий воздух. Вы пораньше смогли освободиться, да?

Не пойму, она издевается или реально тупит. Зато Максим безошибочно считал моё настроение.

— Типа того, — улыбаюсь ей криво, на что Максим возводит глаза к небу. — Алён, вам домой не пора?

Она удивлённо хлопает ресницами.

— Так ведь мой рабочий день ещё...

— Алён, — Максим трогает её за локоть. — Раз моя жена освободилась, ты можешь идти домой. Всё в порядке.

Сегодня меня как никогда раздражало то, что Максим, обращаясь к Алёне, ей тыкал. Меня вообще после найденных следов помады на рубашке раздражала Алёна. Я злилась на неё и на себя, что не могу собраться. Что у неё получилось уговорить Максима на прогулку, а у меня нет. Что с ней мой муж улыбается, а на меня рычит и ласкает лишь тогда, когда я сажусь на него сверху.

Алёна, наконец, соображает, что ситуация обострена, и ей бы лучше ретироваться. Смущённо попрощавшись, она уходит, а я получаю от мужа очередную порцию холода.

— Это что сейчас было? — строго спрашивает он.

— Это ты мне скажи, — склоняю голову набок, указав себе за плечо. — С ней, значит, прогуляться ты не прочь, а я гожусь только для домашней обслуги?

— Странно слышать от тебя претензии к сиделке, которую ты же и наняла, — хмыкает Максим с напускным спокойствием. — По-моему, ты ей за это и платишь, чтобы она выгуливала меня, как собаку, по расписанию. Вот я и выгуливаюсь. В чём проблема?

— У тебя с ней есть что-нибудь? — выдаю раньше, чем успеваю подумать.

Да уж. О том, чтобы внезапно уличить мужа в измене, можно забыть. Теперь если и есть что-то, Максим ни за что не подаст виду.

Бровь мужа поднимается, а во взгляде появляется искреннее недоумение. Прямо как тогда, на балконе. Он долго массирует точку на переносице, прежде чем спросить:

— Ты издеваешься?

Забавно. Я хотела задать тот же вопрос.

— Я видела твою рубашку в корзине для белья, Максим. На воротнике помада. Что мне думать?

Он сузил глаза.

— Давно ты копаешься в грязном белье?

— На вопрос ответь.

— У меня с Алёной ничего нет. Рубашку я испачкал случайно, когда ткнул ею Алёне в лицо. Она хотела записать меня в группу поддержки, а для этого нужно было фото. Она решила, что я соглашусь на этот бред, за что и получила рубашкой в нос, — Максим пятернёй ерошит волосы и пожимает плечами. — Вот. Ответил. Тебе этого достаточно?

Чёрт. Нифига не достаточно. Какая-то нелепая чушь. Но я и сама не знала, что должен был ответить муж, чтобы я поверила.

Вздохнув, перевожу взгляд на проходящих мимо людей. Они живой рекой обтекают нас, громко говорят, смеются, о чём-то спорят, и никто даже не подозревает, что в эту самую секунду посреди аллеи тонут два человека в их суете.

Я тону. Мой брак всё больше напоминает булыжник на шее, утягивающий меня куда-то в трясину разочарования. И неожиданно командировка с Денисом кажется каким-то просветом в тёмной воде. Может, нам с Максимом надо соскучиться друг по другу? По-настоящему. Может, в разлуке и был секрет нашего брака? Когда Максим улетал, а потом возвращался из рейса и был таким жадным до любви и моего тела.

— Я уезжаю в командировку в Москву. На неделю, — говорю, не глядя мужу в глаза. Но затылком ощущаю его испытующий взгляд. Он молчит, и я продолжаю: — Меня повысили до личного помощника директора. Денис Александрович хочет, чтобы я сопровождала его на конференциях.

— Вот как, — голос Максима поражает леденящей невозмутимостью. Но я кожей ощущаю, как он раздражён. — А что со второй работой?

— Он сказал, что решит.

— Вот как, — повторяет Максим, и я всё же заглядываю ему в глаза. Лучше бы этого не делала. В них нет ничего, кроме северного холода.

Хочется выкрикнуть: «Давай же! Останови меня! Попроси остаться!». Но я молчу, и Максим тоже. Он, кисло усмехнувшись, проезжает мимо меня в направлении дома. А я плетусь за ним, украдкой вытирая слёзы обиды.

Денис и правда всё решил с моей второй работой. Уж не знаю как, но директор лично позвонил мне и сказал, что согласен подписать моё заявление без отработки. Два вечера к ряду я слонялась по квартире рядом с мужем, при этом чувствуя себя невидимкой. Призраком, которого Максим со всей жестокостью равнодушия игнорировал. А я и не пыталась выпросить внимания.

Лишь когда я собирала чемодан, муж как-то горько вздохнул и уехал на балкон курить сигару. Конечно, провожать меня в командировку он тоже не стал. Я и не настаивала.

В гостинице Денис забронировал два соседних номера. Мы прилетели уже вечером, кухня не работала, и Денис вновь пригласил меня где-нибудь поужинать вместе. Я согласилась. Чувство вины кусало меня за это, но я не смогла найти причину, чтобы отказаться.

Впрочем, почему ужин с начальником должен быть постыднее следов помады на рубашке? Как я не поверила Максиму, что это случайность, так и он не поверит мне, что это лишь работа. Тогда зачем отказываться?

— Ты прекрасно выглядишь, Мил, — Денис взглядом пробегается по моей ничем не примечательной красной клетчатой рубашке и чёрным джинсам после того, как я смутилась роскоши выбранного им ресторана.

Такие обычные слова, но так приятно их было услышать. Сам же Денис тоже в джинсах и белой футболке, которая плотно обтягивала его широкие натренированные плечи. Однако массивная золотая цепь на груди ярко демонстрировала его статус, тогда как мои поношенные кеды абсолютно не вписывались в убранство ресторана. Я не рассчитывала, что ужин будет в таком месте.

Мимо нас в сторону туалетов прошла пара девиц, разодетых в пух и прах. На их фоне я определённо терялась. Но, кажется, не для Дениса. Он весьма однозначно даёт понять взглядом, что клетчатая рубашка на мне выглядит привлекательнее любого вечернего платья.

Я, воодушевлённая атмосферой, ненавязчивой музыкой и обществом приятного мужчины, соглашаюсь выпить. Денис заказывает дорогущее белое вино к рыбным стейкам.

— Завтра после конференции можем посмотреть город. Что скажешь? — Денис мягко улыбается.

— Можно, — киваю я, расслабившись от второго бокала вина.

— Как продвигается терапия мужа?

Неожиданный вопрос заставляет меня ойкнуть. Поставив бокал на стол, прислоняю ладони к горячим щекам.

— Ну... Не так успешно, как нам бы хотелось.

— Если хочешь, я могу поговорить с приятелем. У него в родственниках есть толковый врач, — Денис вилкой накалывает кусочек рыбы. — Может, он подскажет что-нибудь?

— Может... — неуверенно веду плечом. — Чёрт, не знаю... Я уже ни в чём не уверена. Кажется, будто из нашего положения нет выхода. Максим злится на отсутствие результатов, перестал пытаться, а я... Я просто не знаю, что ещё могу для него сделать, чтобы он снова в себя поверил.

Чёртово вино развязало язык и вынуло наружу то, что я так отчаянно в себе подавляла.

— Мил, — Денис, отложив приборы, складывает перед собой руки и наклоняется ближе ко мне. — Скажи честно, ты не устала?

— От чего? — прикидываюсь дурочкой, но это не спасает меня от прямого ответа начальника.

— От своего брака.

Устала ли я? Очень. Просто безумно. Но от брака или от постоянного стресса из-за нехватки денег и депрессии мужа, я не знала. Я вообще уже ничего не знала. Кроме того, что у меня кружится голова от вина, а сидящий напротив мужчина почему-то притягивал своей лёгкостью в общении и источающей силой.

Поддавшись порыву, наклоняюсь к Денису и целую его в губы. И этот поцелуй стал для меня глотком свежего воздуха в душной мрачной комнате, из которой, как ни крутись, выхода не находилось.