Глава 5. Ламбада

В приподнятом настроении выхожу из кабинета Вениамина Петровича и, довольная собой, шествую до ближайшей кофейни. Заказываю любимый моккачино, возвращаюсь к машине и, прикурив сигарету, смакую тепло полуденного солнца. Красный Мальборо и кофеин – привычный завтрак вот уже четыре года. Осталось просмотреть рабочую почту, ответить заказчикам и добить пару иллюстраций для готовящихся к изданию «шедевров» современной литературы. Впрочем, многие книги благодаря моим обложкам неплохо продавали себя, даже если содержание оставляло желать лучшего. Очередь расписана на два месяца вперёд. Так это только иллюстрации, а ещё дизайн сайтов, разработка рекламных билбордов и прочей дребедени, которая пестрит из каждой дырки.

В общем, на доход не жалуюсь.

Тут телефон голосит, а на экране высвечивается «Мамуля». Вздохнув, репетирую бодрое приветствие и принимаю входящий.

— Привет, мам!

— Доча, — в её голосе волнение. — Что у вас случилось с Андреем?

Да блядь.

— А что случилось? — уточняю, чтобы знать, как успокаивать суматошную маму.

— Андрюша написал, что заедет сегодня забрать ключи от дачи, — жалуется она, едва не плача. — Говорит, продавать собирается. А у меня ж там теплица, цветочки...

После смерти Димы мама нашла себя в садоводстве, как бы стрёмно ни звучало. Ездят с отцом на дачу Андрея через день, облагораживают ландшафт и соединяются с природой. А что там, час на электричке, и вот тебе благодать. Оба на пенсии, и уж вместо того, чтобы сидеть в квартире, пусть лучше развлекаются за городом. Андрей с барского плеча позволил родителям заниматься участком, всё равно простаивал без дела, а его мать на дух не выносит земляные работы.

А тут, видите ли, продавать решил. Припёрло.

Сука.

— Мам, не переживай. Я накоплю, и через полгодика-год куплю тебе такую дачу, что и не вспомнишь про свою теплицу в этой рухляди.

— Но как же...

— Мам, — повторяю с нажимом. — Правда, не бери в голову. Мы с Андреем разводимся, но ты, пожалуйста, не нервничай. Это по обоюдному согласию, понимаешь? Так получилось, кризис в отношениях, а я не говорила, чтобы лишний раз не дёргать вас с папой, — тараторю, не позволяя матери слово вставить. Вру напропалую. — Завари себе ромашку, включи «Великолепный век» и выдохни. Я заеду на следующих выходных, обсудим всё, хорошо?

— Марго, — шепчет мама. — Как же так?

— Ну, вот так. Бывают в жизни огорчения.

— А, может, вы вдвоём приедете? — не унимается она. — Посидим, поговорим по душам? Мы с отцом подскажем чего-нибудь? Оно, знаешь как, развестись всегда успеется, а вот семья...

— Мама! — не выдерживаю и повышаю голос. — Уже всё решено! Да хрен с ней, с этой семьёй, я счастливой хочу быть, а с Андреем задыхаюсь, ясно?

Приходится наврать с три короба, иначе не отделаюсь. Нужно убедить родителей, что сама жажду развода, а то ещё вздумают мирить, а я не собираюсь ставить родню в известность насчёт измены мужа. Нечего им стрессовать на пустом месте.

— Маргош, ну ты подумай ещё, пожалуйста. — Мама в своём репертуаре. — Взвесь всё хорошенько, ладно? Андрюша ведь неплохой муж.

Угу. Только трахает то, что не нужно.

— Подумаю, мам. Давай созвонимся позже? Мне заказы доработать нужно. И не смей ничего говорить Андрею на эту тему! А то обижусь.

— Да поняла уже, — удручённо откликается мама. — Доча, обязательно позвони мне, как появится время, хорошо? Я пока папе не буду рассказывать.

— Хорошо, мамуль. Чмоки в обе щёки!

Отключаю телефон, швыряю на пассажирское кресло и упираюсь лбом в руль.

Господи, да что ж за дерьмо такое. Всё и разом! Ещё вчера просыпалась счастливой женой, а сегодня почти разведёнка, которая чуть не переспала с бывшим начальником мужа в отместку. Ну, были у нас скандалы с Андреем. Ну, частенько в последнее время. Но зуб даю, что малышка Крис появилась в нашем браке задолго до чёрной полосы.

Опять звонок. Задолбать решили?

Нехотя перевожу взгляд на мобильник и вижу... Стешку.

— Да, заюш, — бурчу, не отрываясь от руля.

— Ты как, Рит?

Ненавижу, когда зовут Ритой. Но, видимо, подружка Алекса мстит за Стешку. Ну какая она Стеф? Маленькая, на голову ниже меня, волосы русые, глазёнки невзрачные – серые. Единственная яркая чёрта на лице – потрясающие пухлые губы, которым по-доброму завидую. Мои хоть и полные, но такого красивого изгиба не имеют. Грязной мыслишкой проскальзывает, что, видимо, ротик Стешки вытворяет недурные фокусы, раз она цепляет Алекса, потому что предыдущие пассии Сваровского отличались броской внешностью и характером хищниц.

— Лучше всех! — иронизирую, зачем-то выставив большой палец.

— Мне жаль, — лепечет Стеша с искренним состраданием. — Представляю, что ты чувствуешь.

— Не представляешь, заюш. Вот если Сваровский сходит налево, тогда набери и обсудим впечатления, — парирую я.

— Ой, нет! Не хочу даже думать. У нас всё хорошо, слава богу. Мне кажется, дело движется к предложению.

Воодушевление Стешки отчего-то выбешивает до скрипа в зубах. Наверное, в другой момент порадовалась бы за сладкую парочку, но, когда собственная любовь превратилась в долбаный могильник надежд, хочется, чтобы страдали все вокруг.

Да уж, Марго. Эгоистка в тебе набирает обороты. Ладно, если речь идёт о других, но ты ж отношения Алекса пытаешься хоронить.

— Что там? Колечко нашла? — вяло интересуюсь.

— Нет, но... Алекс в эти выходные позвал к себе домой, хочет с родителями познакомить. Это ведь что-то значит?

— Определённо.

— Думаешь, хороший знак?

— Ещё бы, — фыркаю. — Он ни одну девчонку не таскал к родителям, так что бей в колокола и выбери наряд посимпатичней. Его мать любит оценивать избранниц по внешнему виду, чтобы всё с иголочки и в лучших традициях глянца.

Чистая правда. Любовь Васильевна – статная женщина, воспитанная аристократичным шиком и воспевающая моду Присциллы Пресли. Обожает высокий начёс, выразительную обводку вокруг глаз и платья с воротничком.

— Эм, — Стешка тушуется. — А ты могла бы... ну… помочь с образом? Хочу понравиться.

— Куда денусь, — ворчу, отлипая, наконец, от руля. Прикуриваю новую сигарету и высовываюсь в окно. — Сфоткай всё, что имеется, а я прикину.

— Рит, а давай ты лучше заедешь на днях? Посидим, поболтаем, заодно и наряд выберем.

— Не вопрос. Скинь дату и время, а я гляну, что у меня по графику.

— Договорились! — восклицает Стеша с неподдельным восторгом. — Тогда до встречи!

— Ага, на связи.

Всё, больше болтовни не вынесу. Прочесав мельком запланированную работу, решаю, что вполне успею за ночь добить макеты и, отписавшись заказчикам о сроках, выруливаю со стоянки по направлению к дому.

***

К вечеру тоска становится до того невыносимой, что хоть на стенку лезь. Всё в квартире давит грузом брошенности на плечи, и даже любимое занятие не спасает. Думала, что не хватит времени, но в итоге управилась за семнадцать серий «Секса в большом городе».

На часах десять. Поразмыслив, быстро собираюсь и вызываю такси до популярного клуба «Дикий кайот», славящегося жаркими танцами, крепкими коктейлями и полным отсутствием субординации у барменов. То, что нужно!

Народу в вечер понедельника хоть отбавляй. Сука, страна неработающих, что ли? Или все на фрилансе и в разводе?

— Космополитен, пожалуйста, — делаю заказ, насмотревшись на четвёрку подружек из сериала.

Бармен лихо намешивает коктейль и с игривой ухмылкой передаёт мне в руки. Притуляюсь с краю барной стойки, изучаю дрыгающуюся толпу и беспощадно жалею себя – одиночку в шикарном платье и без намёка на личное счастье. И в который раз интуиция Алекса безошибочно подсказывает ему, что мне настолько хреново, что готова завыть в голосину, пока по ушам долбят басы.

«Пикассо, надеюсь, глупости не делаешь?» — осведомляется в сообщении.

Ну, смотря что считать глупостью.

«Если надираться в Кайоте принимается, то се ля ви, майор!»

«Марго, время видела?»

«Не веди себя, как моя соседка, пожалуйста.»

«Если хочешь напиться, зови меня, а не шатайся по клубам в одиночку. Я не горю желанием подавать тебя в розыск, как без вести пропавшую!»

Бля, а то я не предлагала.

«Алекс, не зли. Я тебе доступно объяснила с утра, что нуждаюсь в компании, а ты продинамил. У тебя там романтик со Стешкой, вот и занимайся своей жизнью, а мою оставь в покое. Мне не пятнадцать, чтобы контролировать мой досуг!»

Больше не читаю смски от Сваровского, закинув телефон в сумочку. Повторяю заказ и окончательно растворяюсь в шумной музыке клуба. Когда включается замиксованная «Ламбада» Скриптонита, а десятый Космополитен исчезает в желудке, не выдерживаю и направляюсь в толпу. Исполняю до того страстный танец, что мужчина рядом присвистывает и завлекающе разводит руками, приглашая на парный номер. А почему нет? С отчаянным рвением принимаю ухаживания, тесно прижимаясь к симпатичному брюнету с горящими глазами. Какой-то трезвой частью мозга успеваю провести параллель со Сваровским: парень очень похож на него.

Твою мать, какой бред.

Не замечаю, как один трек сменяет другой, и вот мы уже сливаемся в страстном поцелуе посреди танцпола, не обращая внимания на тычки локтей от скачущего народа. Целуется незнакомец потрясно, дух захватывает, а внизу живота разгорается желание. В охватившей страсти парень берёт меня за руку и тащит по направлению к туалетам.

Блядь, да ладно? Я правда собираюсь потрахаться в кабинке?