Глава 5

Первокурсников оказалось на удивление мало. И, как выяснилось, поступивших заклинателей –  действительно всего трое, включая меня!

Неудивительно, что куратор –  один на всех. Интересно, за что это бедному Роану так “повезло”?

Я вспомнила, что творится в первые дни учебного года в СМАМе, и хмыкнула. Да там на одном факультете может быть несколько десятков первокурсников. А здесь…

Если подумать, это логично. Мало того, что человеческая страна сама по себе густонаселенная, так еще в Сайлару едут учиться со всего континента. У тех же гоблинов или троллей вообще нет своих академий. А у гномов учебные заведения есть, но не магические –  маги у этой расы не так часто встречаются.

Здесь же нет никого, кроме эльфов, а они народ немногочисленный, да еще и долгоживущий. Поколения сменяются медленно. За столетия своей жизни большинство пар рожают обычно двоих наследников, с двухсот-трехсотлетней разницей в возрасте. В общем, детей одного года рождения бывает совсем не так уж и много –  на всю страну. Да еще и не каждый едет учиться магии в столицу. А некоторые и вовсе выбирают ту же Сайлару.

Как оказалось, три-пять новобранцев на каждом факультете в год здесь считается нормой, а десять –  уже очень много.

Нам на всех достался общий длинный стол, на который бесшумно опустились тонкие фарфоровые тарелки, серебряные приборы и высокие хрустальные кубки.

Я заглянула в свою тарелку. И кому пришло в голову класть в такую помпезную посуду банальную овсянку?

А вот перед Сеней опустилась прямо на землю объемистая миска с сырым мясом, так что моему питомцу жаловаться не на что. Но он все равно упорно косился на проклятого кролика, который меланхолично жевал неподалеку.

“Столовой” оказалась очередная лесная поляна, только очень просторная. Интересно, как они тут выкручиваются в плохую погоду?

Хотя… наверное, здесь просто не случается плохой погоды. Местные погодники все контролируют. Зимы не бывает совсем, а дождь идет только тогда и там, где и когда ему идти велено.

Вообще-то, насколько я знала, Дивнолесье –  это не только, собственно, лес. В эльфийской стране есть и самые обычные поселения с домами из дерева и даже камня. И городки попадаются, вполне похожие на человеческие. Но Стародрев –  столица, средоточие древних эльфийских традиций. А академия –  сердце столицы. Поэтому здесь все… настолько вот традиционное.

–  Даже не думайте в это лезть! –  Роан, сидящий между мной и Аэннис, в свою тарелку смотрел с не меньшим отвращением, чем я. Но нотаций все равно не прекратил. –  Поумнее вас эльфы пытались разобраться. К тому же это небезопасно. А я за вас отвечаю.

История с вивернами в самом деле оказалась странной.

И, наверное, по мне было заметно, что я уже решила разобраться с ней.

Я, конечно, не драконица.

Но мне не нравится, как относится ко мне большинство эльфов. А ведь мне здесь еще учиться, и не один год! И как перешибить этот их всеобщий снобизм?

Хорошо бы они все мне были чем-нибудь обязаны. Может, тогда они перестанут фыркать и морщить носы?

Нет, можно, конечно, пойти и длинным путем –  постепенно завоевывать всеобщее уважение отличной учебой и… как там еще его завоевывают?

Но лучше же получить все сразу, правда? Всего-то надо сделать что-нибудь такое… великое. Чтобы все заметили. Например, решить серьезную проблему, с которой сами эльфы справиться не смогли.

Ну не люблю я долго ждать, и смирение точно не входит в число моих добродетелей. Как и терпение.

Да и просто –  интересно же!

Мама называет это “искать приключений на дурную голову”. Вообще-то она говорит не про голову, конечно…

–  Мы проведем расследование! –  с энтузиазмом объявила Аэннис.

Мда… зря я все-таки насчет детективов ей рассказывала.

А с другой стороны… союзница мне вовсе не помешает.

–  Еще чего не хватало! –  ой, лучше бы он ел… –  Я сам за вами прослежу!

Так, значит, задача номер один –  отделаться от куратора…

Не рассказать, что не так с вивернами, Роан никак не мог. Потому что здесь об этом знают все. И мне бы тоже в любом случае рассказали, хотя бы чтобы я усвоила, что делать при нападении. Раз уж мне предстоит здесь жить.

Виверны –  дикие хищники, похожие на драконов в полном обороте, только меньше в несколько раз. Да еще лап у виверн всего по две, как у птиц, а не четыре, как у драконов.

Собственно, считается, что драконам они доводятся очень отдаленной родней. Примерно как современные обезьяны –  людям.

Да и водятся эти ящеры в основном как раз в драконьих землях. Хотя и там нельзя сказать чтобы их было очень много.

А в Дивнолесье они и вовсе –  редкий охраняемый вид. Какой-то своей магии у виверн нет, охотятся они обычно на мелких лесных зверей и птиц, разумных без повода не трогают. В свою очередь, сами они к большинству видов магии иммунны, а стрелой их чешую не пробить. Так что на них сроду никто не охотился. В общем, жили всегда мирно и друг другу не мешали.

Уверена, эльфы бы их и в качестве верховых животных приспособили. Ушастые вообще любят нестандартных скакунов выбирать –  то на лосях катаются, то на оленях, то на крупных птицах. Увы, приручить виверн обычно не удается даже заклинателям.

Первый инцидент случился около полутора лет назад. Виверна явилась к окраине поселения и напала на один из домов. Принялась яростно терзать крышу и стены когтями, рвать зубами –  и в итоге попросту разнесла дом по досточке. Жильцы едва успели разбежаться.

При этом, по свидетельству очевидцев, самому зверю приходилось несладко –  он обламывал когти, даже, кажется, зуб себе выбил, особо яростно во что-то вгрызаясь. А потом виверна исполнила нечто вроде дикого победного танца на руинах –  и улетела.

Что это было –  никто не понял.

А спустя пару месяцев уже к другому поселению вышла целая стая виверн…

На этот раз были пострадавшие среди эльфов, и только чудом удалось избежать жертв. Поселение было попросту уничтожено. Животные вели себя, будто обезумели. Более того –  по свидетельствам очевидцев, некоторые из них выдыхали огонь, у других с когтей сыпались разноцветные искры, третьи одним взмахом крыльев поднимали такой ветер, что неосторожных сшибало с ног.

К слову, в нормальном состоянии эти звери и в стаи-то не сбиваются, они хищники –  одиночки.

После история стала повторяться –  не особенно часто, обычно раз в несколько месяцев, но нападение могло случиться где угодно, даже посреди Стародрева. В столице звери ломали ветки на жилых деревьях и сминали любые постройки. А иногда нападали и на эльфов. Агрессивно и как будто без какой-то даже цели –  из чистой злости.

Переписка со специалистами из Тареды –  страны драконов показала, что странности творятся только с дивнолесскими вивернами.

Разумеется, эльфы защищались. И лишь поэтому до сих пор никто не погиб.

Беда в том, что предугадать место следующего нападения было совершенно невозможно. В этом не было никакой системы, никакой логики.

Пытались отследить места гнездования хищников –  и это даже удавалось. Находили какую-нибудь совершенно обычную виверну-маму с детенышем, которая вела себя нормально, ловила зайцев и никого больше не трогала.

Ее тоже не трогали. У остроухих есть свои правила. Эльфы уважают право всякой твари на жизнь и никогда не убивают просто так, ради удовольствия, из бессмысленной мести или на всякий случай.

А в какой момент и почему виверны сбиваются в стаи, что с ними случается, откуда в них берется магия и почему они нападают, так и оставалось загадкой. Предполагали, что это какая-то болезнь, но что могло стать ее причиной и как ее остановить?

Несколько раз удавалось захватывать кого-то из обезумевших виверн. Их исследовали. Животные были совершенно здоровы, никаких отклонений. И никакой магии! Более того –  после поимки они бесились около суток, потом несколько дней были вялыми, сонными, мало на что реагировали, а потом совершенно приходили в себя. Становились самыми обычными хищниками, которые предпочтут любое поселение разумных обойти десятой дорогой.

Вот за что я все-таки эльфов уважаю, при всем их снобизме и высокомерии. Несмотря на все убытки, им и в голову не пришло попросту уничтожить всю дивнолесскую популяцию виверн. Очень может быть, что люди именно так бы и поступили.

Эльфы же все еще пытаются понять, что происходит с вивернами и как им помочь. А для себя пока просто разработали общие правила на случай нападения. При виде летящей стаи полагается бегом покинуть любое жилье и помочь убраться подальше детям и домашним животным. Не пытаясь спасти никакие ценности, иначе времени может не хватить и кто-то пострадает. Просто бежать подальше и поднимать тревогу.

Казалось бы, при чем здесь я и моя фамилия?

На самом деле сообразить, в чем дело, оказалось совсем несложно.

Как я уже говорила, виверны иммунны к большинству видов магии. И от заклинателей у них тоже есть защита. Не такая, как у разумных, но есть.

Единственным известным заклинателем, которому удалось установить контакт с виверной, был некий Лариус Мейранос из рода Алых драконов, увы, ныне давно почивший. Он вообще специализировался на вивернах и написал о них подробнейшее исследование. Насколько я знаю, в курсе по рептилиям для заклинателей работа Мейраноса входит в список рекомендуемой литературы.

Собственно, он же был и единственным известным заклинателем-драконом. У этой расы такой талант –  большая редкость. Даже несмотря на то, что ментальный дар в той или иной мере свойственен всем драконам.

Об этом вообще-то не принято говорить с кем-то кроме своих, но драконы умеют даже обходить ту самую ментальную защиту, которой обладают представители разумных рас. Конечно, у них есть свои строгие законы насчет того, к кому и в каких случаях можно применять воздействие.

Но заклинатель –  это еще и любовь ко всему живому и совершенно особенный склад ума. Мало слышать, нужно еще понимать и принимать. А драконы в большинстве своем слишком эгоистичны для этого.

Надо полагать, эльфы надеялись, что, возможно, появившаяся в кои-то веки новая заклинательница-драконица сможет понять что-то, чего не удалось увидеть местным специалистам.

И впрямь, шаг отчаяния. Этакая соломинка.

Драконы-то, конечно, родственники виверн, но большинство из них не так уж и много знают об этих животных. Как люди обычно куда больше знают о кошках или собаках, чем о мартышках. Несмотря на теоретических общих предков.

А то, что единственному известному дракону-заклинателю удалось установить с виверной контакт, вовсе не значит, что такие же таланты будут у любого дракона-заклинателя. Выборка маловата для выводов.

И на экзамене, надо полагать, виверна появилась не случайно. Для меня, наверное, и готовили, чтобы проверить, стоит ли надеяться на что-то. Скорее всего, это была одна из тех самых, пойманных при нападении, все еще вялая после периода буйства –  уж слишком спокойно себя вела, пока все вокруг паниковать не начали. Да и потом просто попыталась сбежать.

А все-таки эльфы даже не знают, насколько им со мной повезло. Еще фыркают и носы задирают!

Я, конечно, не Лариус Мейранос. Но у меня, как и у многих заклинателей, есть своя маленькая слабость. Только у меня это не один конкретный вид, а вообще… монстры. То есть те, кого обычно называют монстрами –  самые опасные из хищников этого мира. Почему-то они всегда казались мне особенно трогательными. Ну невозможно же, когда зубки с локоть, стальные когти, ядовитые шипы, каменная броня и все прочее –  а ты на него смотришь и видишь, что он кушать хочет, играть и еще в траве покататься, а то спина чешется.

В общем, меня еще в детстве вечно не могли выгнать из монстрятника при Сайларской академии магии. Мой Сеня тоже оттуда родом. И, между прочим, виверна там тоже была. Всего одна и довольно пожилая. Но знаете что? Я с ней отлично ладила.

–  Надо пообщаться с целителями, которые исследовали пойманных виверн, и выяснить, какие именно проверки проводились. Вдруг что-то упустили? Найти очевидцев нападений…

Я загибала пальцы, перечисляя, что можно сделать для начала. Соседка слушала меня с горящими глазами, почесывая кролика, которого вопреки моим протестам и предупреждениям все-таки притащила с собой.

До сих пор ей и в голову не приходило как-то лезть в “дело виверн”. Но сейчас она горела энтузиазмом, рассчитывая проверить свои способности.

Мы сидели в своей комнате –  только тут и можно оказалось скрыться от вездесущего ока куратора-третьекурсника. Войти сюда без нашего разрешения никто не мог.

–  И на место сходить! –  подхватила Аэннис. –  Ну, в Стародреве же тоже нападения были. И, по-моему, восстановить не все успели.

–  Точно! –  я щелкнула пальцами. –  Может, свежим взглядом заметим что-то, на что никто не обратил внимания. И еще надо выяснить, куда увели ту зверюгу с экзамена...

–  Одно меня смущает в ваших блистательных планах, девы…

Ехидный голос раздался с неожиданной стороны, и мы с Аэннис едва не подскочили на своих кроватях.

Мда… скрылись одни такие.

Окно у нас было распахнуто настежь –  погода прекрасная, воздух свежий, ароматы лесные… и эльф на карнизе.

Войти-то Роан без разрешения не мог. А вот подобраться снаружи и усесться на нашем окошке ему, как оказалось, ничто не мешало. Как он вообще туда пролез? Это не люди, это эльфы родственники обезьян, вот точно говорю!

–  И что же? –  моя соседка уже пришла в себя и воинственно встопорщилась, сложив руки на груди.

–  У вас завтра лекции с утра начнутся, –  насмешливая реплика Роана оказалась почему-то полной неожиданностью.

Мы с Аэннис переглянулись.

Ой. О том, что никто нам внеплановых каникул ради очень важного расследования не предоставит, как-то мы и впрямь не подумали.

–  Да-да, преподаватели очень черствые эльфы, –  с деланным сочувствием покивал Роан. –  Они обычно почему-то хотят, чтобы студенты учились, а не…

Договорить нашему куратору не удалось. Потому что воздух вокруг него вдруг заискрился, замерцал, а потом в мельтешении серебристых сполохов прямо перед его лицом материализовалась сердито молотящая крылышками фея.

–  Леди Миллисент, я не… –  кажется, Роан даже слегка втянул голову в плечи. Впрочем, оправдаться ему все равно никто не дал.

–  Нааа-руу-шитель!!! –  неожиданно громогласно рявкнула фея, и подхваченный искристым вихрем третьекурсник мгновенно просто-таки сковырнулся с карниза, беззвучно ухнув вниз.

Мы с Аэннис дружно вскочили и кинулись к окну –  только чтобы полюбоваться колыщущимися нижними ветками. Подруга даже кролика выронила и об Сеню чуть не споткнулась.

–  Так ему! –  злорадно прокомментировала она.

–  Думаешь, он там не убился? –  с сомнением уточнила я. Роан, конечно, зараза, но если он свернул шею под нашим окном, выйдет некрасиво.

–  Неа, Миллисент не даст, –  беззаботно махнула рукой боевичка. –  А нечего было нас подслушивать!

–  Потому что это ты должен пойти в управу и все решить! –  хорошенькая, совсем юная эльфийка топнула ногой. –  Раз нас не смогли защитить, нам должны вырастить новую ветку! Или вообще новое дерево! Само оно еще два года будет восстанавливаться, а где мы с тобой станем жить?

–  Но мои родители… –  юноша напротив нее неуверенно топтался и явно мечтал оказаться где-нибудь подальше.

–  А я не хочу жить с твоими родителями!

–  Но я же жил на твоем семейном дереве, а твоя мама…

–  Ты что-то имеешь против моей мамы?!

Семейный скандал набирал обороты, и не обращать на него внимания было уже невозможно.

Даже при том, что зрелище, ради которого мы сюда пришли, само по себе впечатляло.

Выяснить, где случилось последнее нападение виверн –  как раз когда изловили “нашу”, ту, что была на экзамене, –  большого труда не составило. Аэннис, хоть сама и не из столицы родом, быстро нашла каких-то давних знакомых и расспросила.

Даже хорошо, что Роан нам напомнил про завтрашние занятия –  так что мы решили не терять времени даром. Все-таки у нас впереди почти целый день! Да и ночь вдобавок.

Одно плохо: сам третьекурсник, кривясь и фыркая, в итоге увязался за нами. Он за нас, видите ли, отвечает, и если мы по дурости, к примеру, полезем виверне в пасть, его за это по головке не погладят. Я так и не поняла, неужто в самом деле все воображают, будто парень всего на пару лет старше нас способен удержать от приключений целый курс новичков? Но, похоже, остроухие –  народ дисциплинированный. Судя по тому, что за остальными первокурсниками Роан с видом великомученика не таскается.

Даже странно, раньше у меня такого впечатления совсем не было. В СМАМе студенты-эльфы приключаются наравне со всеми.

Место нападения оказалось неподалеку от академии. Вообще-то я даже не заметила, когда “академические” деревья закончились и начались обычные “городские улицы”. Лес и лес, те же звериные тропинки и чаща кругом.

Вот только это конкретное жилое дерево оказалось словно срезанным сверху. На нижних ветках по-прежнему стояли домики-комнаты, а вот верхушку будто кто-то яростно выламывал и крушил, заодно разнося по досточке все, что на них было построено. Хотя почему –  будто? Именно это виверны и делали.

Я покосилась на ссорящуюся парочку. Кажется, нам повезло наткнуться на свидетелей.

–  Надо их допросить, –  я толкнула Аэннис в бок.

–  Спятила? –  зашипел на меня Роан. –  Им не до тебя уж точно!

Я только отмахнулась. Легенду бы стоило придумать заранее, конечно, но ведь времени не было. А может, просто сказать правду? Ну, почти правду.

–  Скажу, что я студентка-заклинатель… курсовую пишу про аномальное поведение виверн…

По лицу Роана отчетливо читалось его мнение о моей идее. Ну, в целом, да, есть вероятность, что пошлют меня с моей курсовой… ромашки в поле собирать. Они же эльфы, вряд ли мне грозит что-то серьезнее ромашек. Надеюсь.

Аэннис бросила взгляд на Роана, на меня и закусила губу. А когда я уже собиралась шагнуть к парочке, подруга жестом остановила меня. А сама как-то вдруг выпрямилась, сдвинула брови, напустив на себя очень суровый вид –  и решительно подошла к нашим свидетелям.

–  Светлого дня вам! Я из городской управы.

Остановить ее Роан не успел. Так что ему оставалось только, закусив губу, наблюдать, как меряют Аэннис недоверчивыми взглядами молодые супруги.

Я бы на их месте тоже меряла. Эльфы, конечно, вечно юные и все такое, но даже я, часто видя представителей долгоживущих рас, давно на глазок отличаю своего ровесника от трехсотлетнего старца… ладно-ладно, в триста они еще вовсе не старцы никакие. Говорят, в самом расцвете сил. Только меняется в них что-то –  движения, взгляд, мимика. В общем, чаще всего не спутаешь. По крайней мере, если внимательно смотреть. И моя соседка выглядит, честно говоря, той, кем и является –  практически девчонкой. Совсем несолидно.

…С другой стороны, кто сказал, что в городской управе должны работать сплошь многоопытные сотрудники? И вообще, практиканты –  они везде бывают. Надо же как-то того опыта набираться!

Так что, чуть помявшись, оставшаяся без дома парочка все же заговорила.

Одновременно заговорила.

–  А документы… –  это начал молодой муж.

–  Так нам все-таки помогут восстановить жилье? –  а это уже жена, которая тут же бойко продолжила. –  Вы же видите, здесь нет никакой возможности строить заново! Нам нужно отдельное дерево. Желательно не на какой-нибудь окраине. В конце концов, это недосмотр стародревских властей! Кто-то ведь должен был нас защищать. Домик, между прочим, был совсем новый. Мы только поженились! Это безобразие!

Едва взглянув на возлюбленную, эльф благоразумно закрыл рот и не стал продолжать. Как-то обреченно-привычно.

На наше счастье! Документов-то Аэннис никаких не могла предъявить.

Зато моя подруга моментально сообразила, что подробности стоит выпытывать именно у словоохотливой хозяйки разрушенного дома –  а не у ее недоверчивого мужа.

–  Для начала мы бы хотели оценить ущерб и… эээ… обстоятельства, –  важно сообщила она, невольно покосившись на меня.

Мы с Роаном как раз подтянулись поближе –  интересно же! Даже надменному третьекурснику интересно, как бы он там ни фыркал. Вон, уши навострил.

Сеню я, конечно, заранее попросила держаться поодаль и не пугать нам свидетелей. Все-таки такие крайние меры убеждения, как Сеня, стоит применять только в особо запущенных случаях.

Молодые супруги тоже дружно уставились на нас.

–  А… не обращайте внимания, –  Аэннис махнула рукой, демонстративно отвернувшись. –  Стажеры! Так вы собирались рассказать мне о нападении…

–  Да что там рассказывать! –  склочно возразила ее собеседница, тут же, впрочем, снова включаясь в разговор. –  Все как обычно –  налетели и все разрушили!

–  Хотелось бы немного подробнее… вы ведь были дома в тот вечер? Или…

–  Конечно, мы были здесь! Нам невероятно повезло, что успели выйти. Мы праздновали наше новоселье –  только вдвоем, понимаете? Тамис подарил мне невероятный букет из настоящих звездоцветов и раздобыл лучшего темнорского вина. А когда стемнело, мы решили прогуляться под звездами, как в дни наших первых свиданий… и вот тут все и случилось! Мы и с дерева спуститься не успели, как затрещали ветки, стало темно, что-то ревело… а потом нам на головы посыпались обломки нашего нового дома! Его просто разорвали в клочья, понимаете? В клочья! Будто эти твари нарочно старались ни щепочки от него не оставить! И не оставили. Вы должны с этим что-то сделать. Не понимаю, почему высокий лорд до сих пор бездействует. Я напишу прошение. Я буду требовать! Дом был совсем новый!

…Вырваться из цепких рук Миэни Лумиэли оказалось куда сложнее, чем разговорить ее. Она даже не обратила внимания на то, что одна из “стажеров” –  человек. Ей было не до того.

Миэни Лумиэль упорно требовала, чтобы мы составили подробную опись всего погубленного имущества и материалов, из которых был сделан дом. Причем, по-моему, ценностей в нем прибывало с каждым новым повторением. Меня поначалу еще мучили немного угрызения совести, что мы напрасно обнадеживаем эту семью, но на третьем перечислении уничтоженных бесценных статуэток и фамильных драгоценностей совесть сама собой упала в обморок.

В реальности пострадал на дереве только домик-комната молодоженов, а все остальные стояли на своих местах. И выглядели они ничуть не лучше, чем наши, общежитские. По их виду я бы сказала, что вряд ли семья Лумиэль так уж богата. Да и на кой вивернам их драгоценности? Не сороки же они все-таки.

Кстати, Тамис, муж Миэни, похоже, в глубине души рад вынужденному переезду с семейного дерева супруги.

Да и она вряд ли успокоится, выложив все какой-то юной практикантке. Все равно наверняка сама заявится в управу.

–  Ну и что мы узнали? –  К общежитию возвращались все той же компанией. Аэннис пинала прошлогодние листья под ногами, опустив голову. Никаких выводов из первого опроса свидетелей сделать не удалось, и подруга слегка приуныла.

Лично я точно узнала, что высоким слогом эльфы изъясняются только в разговорах с людьми и прочими иноземцами, а между собой могут пыхтеть, тараторить и нести чушь, как любой человек или гоблин. Я, в общем-то, всегда это подозревала.

Однако сказала, конечно, о другом.

–  Ань, ну ты же не думала, что мы сейчас все поймем с ходу? Если до нас никто не понял, значит, это не так просто. Надо выяснить подробности еще хоть одного нападения. Тогда можно будет подумать, что между ними общего. В Стародреве ведь были и другие такие случаи?

–  Туда вас точно никто не пустит и разговаривать с вами не станет, –  фыркнул Роан. –  И смотреть там уже не на что, все восстановили. Это вам не Лумиэли.

–  Так ты сам интересовался нападениями виверн? –  я вычленила главное.

–  Еще чего! Просто это было дерево моих… знакомых. Очень влиятельной и богатой семьи.

Вот… жук! И молчал же!

–  И что? –  тут же жадно уточнила Аэннис. –  Там было так же? Один дом и выломанные верхние ветки? Пострадал кто-нибудь?

–  Ничего общего, –  парень чуть дернул плечом. –  Там было сломано несколько нижних ветвей, перекосилась пара домов. Звери вытоптали и изрыли всю лужайку под деревом. К кроне даже не поднимались.

–  Ты сможешь нас туда проводить? –  уцепилась я.

–  И не подумаю. И смотреть вам там не на что. Ветви отрастили новые, лужайку выровняли и заново засадили.

Мы с подругой переглянулись и одновременно вздохнули. Что ж, никто не обещал, что это будет легко.

К тому же у меня все еще остается мой аргумент на самый крайний случай. Сеня бывает очень убедителен! Роан его, правда, не очень-то боится… ну так мы с Сеней пока и пугать не старались. Наоборот, вели себя исключительно мило. Мы и вообще-то милые, хорошие. Главное от нас информацию не утаивать.

–  Ну и ладно! –  я повернулась, демонстративно обращаясь только к подруге. –  Во всяком случае, у нас точно есть еще один ценный свидетель. И даже участник! – тут я сделала эффектную паузу. –  Та виверна!