Глава 8

–  Ненавижу! –  я бросила сумку с книгами на пол своей комнаты и зло выдохнула сквозь зубы.

Шел четвертый день моей учебы в академии магии Стародрева. Наше наказание сельхозработами, после которого мы все трое еле живыми возвращались в свои общежитские комнаты, закончилось вчера. Сегодня –  первый свободный вечер, если его можно так назвать. Полагалось заняться наконец домашней работой и отработкой заданий… если бы я могла это сделать!

–  А чего ты ожидала? –  Аэннис сидела на кровати, поджав ноги. Своим длинным платьям она, к слову, так и не изменила –  уж не знаю, как она в них справлялась на физподготовке. Даже удивительно, что здесь нет, как в Сайларской академии, обязательной формы для студентов. –  Ты же вроде знала, на что шла. Ты в магической академии. На первом курсе у всех факультетов идут общеобразовательные и общемагические дисциплины. Не думала же, что с первого дня начнется практика по специальности?

Я только скрипнула зубами. Не думала. Или… надеялась?

Вообще-то, честно говоря, в этом вопросе в моей родной Сайларской академии дела обстояли точно так же. Но я об этом как-то предпочитала не задумываться. Просто считала, что учиться мне будет легко –  уже потому, что курс по своей специальности я прошла как вольный слушатель с первого по последний год обучения, и даже не один раз. Для собственного удовольствия, потому что мне нравилось и было интересно. Да еще и отдельно занималась с мастером Зуром. С детства. Вот и думала –  пусть у эльфов этот курс более углубленный, но поначалу уж точно я буду звездой. Даже без всяких усилий. И дара, и знаний более чем достаточно.

А тут… общеобразовательные дисциплины, их надо конспектировать и просто зубрить, иначе не видать зачета. Зубрить мне пока было некогда, и за три дня накопилось уже изрядно. Но это бы еще ладно.

А общемагические! Я, конечно, придумала, как их буду сдавать. Это легко. Только не подумала, что придется еще и прослушивать курс каждой из них. Совершенно бессмысленный для меня курс! И зеленеть на практических занятиях, когда абсолютно каждый вокруг может показать хоть что-то, и только я –  бездарь, на которого смотрят косо и с недоумением, не понимая, что я вообще здесь делаю.

Чтобы вернуть себе душевное равновесие и уверенность в своих силах, хотелось хотя бы разгадать тайну виверн. Увы. И здесь все тоже оказалось не так просто. Удобрения для звездоцветов, как выяснилось, использовались самые обычные, те же, что и для других цветущих растений. А как эти чудо-цветочки выводились, природники не раскрывают никому. У них там свои секреты, видите ли.

Вдобавок в местной библиотеке мне наотрез отказались выдавать литературу, рекомендованную для старшекурсников. Все экземпляры на руках, видите ли. А на чьих –  поди выясни еще!

В общем, я уже была близка к тому, чтобы начать прогуливать пары. А какой в них смысл для меня? Ну честное слово!

А ведь я всегда была в школе отличницей… и привыкла, что мастер Зур тоже меня выделяет, хоть я и была вроде как не студенткой, а “вольнослушательницей”. В общем… я привыкла быть первой и лучшей. И рассчитывала сходу стать такой и здесь. А получилось… как получилось, в общем.

–  Думаю, тебе просто надо принять ситуацию, как есть, –  важно начала Аэннис. Я, правда, упорно продолжала называть ее Аней. Как и она меня –  Лиэль.

Только завершить свою мысль ей никто не дал.

Потому что на нашем подоконнике вдруг объявился тот, кого сегодня мы никак не рассчитывали увидеть.

–  Слушайте! –  воодушевленно начал Роан, поудобнее устраиваясь на подоконнике, –  я тут кое-что выяснил. По поводу виверн. Можете не благодарить…

Благодарить нам бы и в голову не пришло. Хотя, в любом случае, мы бы не успели. Леди Миллисент всегда быстрее, чем ты мог (и хотел бы) предположить.

–  На-ру-ши-тель!!! –  раздалось знакомое со всех сторон.

И… лучше бы нам и не пытаться подскочить к окну в этот момент. Потому что сапоги Роана мелькнули прямо перед нашими носами, вот совсем чуть-чуть их не задев.

–  Некоторых жизнь вот совершенно ничему не учит, –  скорбно прокомментировала Аэннис, свешиваясь из окна вниз –  туда, куда со свистом улетел наш приятель.

–  Ага… –  вздохнула я и моргнула.

Потому что вдруг увидела близко-близко перед собой чьи-то глаза цвета текучего золота, будто заглядывающие прямо в душу.

–  Кхм! –  громогласно кашлянуло у меня в ушах. –  Ну, раз такое дело…

А в следующую секунду… я не слишком поняла, что именно произошло.

Просто вдруг оказалось, что я –  по другую сторону окна. Лечу себе вниз со свистом… прямиком в кусты и несущиеся из них проклятия.

Полет с фейским ускорением оказался предельно недолгим. Какую-то секунду мимо меня со свистом проносились ветки, а потом я как будто замедлилась в полете, на миг зависнув над распластанным в траве Роаном.

–  Ну нет! –  объявил все тот же голос осуждающе, как будто это я решила падать прямиком на парня.

И тут же меня мотнуло в воздухе, и я снова ускорилась –  чтобы мягко шлепнуться на расстоянии вытянутой руки от эльфа.

–  Серьезно?! –  Роан приподнялся на локтях, очумело глядя на меня. –  Миллисент спятила?

–  Похоже на то! –  я злобно фыркнула, пытаясь подняться. Нет, приятно, конечно, что не ушиблась, но зачем вообще было меня выкидывать из собственного окна?! Я запрокинула голову и завопила куда-то в листву,  –  Эй, я тут живу вообще-то!

–  Ха-ха! –  кисло ответили мне из поднебесья, а в следующую секунду на нас с Роаном посыпалась серебристая пыль.

–  Чокнутая фея! –  ругнувшись, парень одним текучим движением вскочил на ноги и подал мне руку.

– И, между прочим, еще даже отбоя не было! –  я продолжала пыхтеть, поднимаясь. –  Кстати, а ты-то чего в окно полез? В дверь постучать, как нормальные лю… эльфы делают –  не судьба?

Нет, понятно, раньше мы бы просто его не пустили, вот и лез. А теперь-то что? Вроде как мы даже почти подружились. Во всяком случае, карательные сельхозработы ненавидели ну очень дружно! И “виверновые” мозговые штурмы устраивали слаженно. А пускать в комнаты гостей до отбоя вроде не возбраняется.

–  Да как-то… –  он чуть смущенно пожал плечами, –  по привычке.

–  А… –  я посмотрела на него с некоторой жалостью. –  Ну, пойдем обратно, чаю, что ли, попьем… если не хочешь зайти поздороваться с Миллисент, сказать ей что-нибудь благодарное.

Тут я обернулась к дереву и вытаращила глаза. Потому что сучков, составляющих “лесенку”, на нем просто не было! Абсолютно гладкий ствол. Даже кора как будто разгладилась настолько, что вскарабкаться по ней и белка бы, пожалуй, не сумела.

–  Бесполезно, –  мрачно сообщил Роан за моей спиной. –  Она решила, что у нас свидание. Теперь назад тебя не пустит, пока мы на это свидание не сходим. Ну или что-то вроде того. У нее на этот счет строгие правила.

–  Строгие правила? –  беспомощно переспросила я, уже перестав вообще что-либо понимать.

–  Фея же. И одновременно –  комендант. С одной стороны, она должна следить за соблюдением правил общежития. А с другой –  она сводит парочки, это ее природа. За одно ей платят, другому не может сопротивляться. Поэтому ненавидит студентов. Влюбленных особенно, кстати.

–  А я-то при чем?! –  я схватилась за голову. –  Там еще Анька была, почему ее не сбросило?!

–  Ты ищешь логики в поступках феи? –  на меня посмотрели снисходительно.

–  Я все слышу! –  злобно прошипело из листвы. –  Договоритесь мне, будете до утра при луне вздыхать!

–  Пошли отсюда, а? –  я опасливо потянула Роана в сторону. –  Кстати, ты зачем шел-то?

–  А… мысль одна пришла. –  Парень чуть повысил голос, –  поэтому мы пошли гулять… романтично!

–  Самое ужасное в феях –  это их любовь к романтике, –  мрачно рассказывал Роан. –  Если фея благословила тебя на свидание, оно точно будет оч-чень романтичным!

Я пожала плечами. Да подумаешь! Ну, скажем ей, если спросит, мол, только и делали, что вздыхали при луне. Делов-то!

На ходу мы оба то и дело пытались отряхнуться –  бесполезно. У обоих одежда поблескивала мерцающим серебристым блеском. Сверкающая пыльца, которой нас щедро осыпала драгоценная Миллисент, оказалась удивительно цепкой.

–  Что за дурь вообще –  назначать фею комендантом общежития! –  ругнулась я. –  Это же как… козла назначить заведующим огородом!

Ну в самом деле! Насколько я помню, главный источник магической подпитки фей –  это счастье влюбленных. Уж не знаю, как именно это происходит и что конкретно феям нужно –  чтобы влюбленные целовались, женились, ходили за ручку или просто были счастливы вместе. Соединять любящие сердца –  это именно то, чем занимаются феи.

Но работа коменданта –  следить за тем, чтобы студенты соблюдали правила, а в общежитии не происходило ничего неподобающего. В общем, сверхзадача –  в том, чтобы мы учились, а не тратили свое время на всякие глупости!

–  Ну-у-у… –  парень пожал плечами, –  на самом деле это не совсем так. Папа как-то объяснял мне. Он говорит, студенты все равно будут влюбляться, встречаться, лазать друг к другу в окна и удирать после отбоя. Никуда от этого не денешься. Зато фея совершенно точно проследит, чтобы уж в общежитии-то порядок и дисциплина были идеальными. При этом считается, что, хм… феи соединяют только те пары, которые, ну… в общем, кто и должен быть вместе. А неподходящие пары под влиянием феи, наоборот, распадаются очень быстро. Ну, вроде как ты начинаешь ясно видеть недостатки возлюбленного и то, что между вами нет ничего общего. И не совершаешь ошибку. Можно друзьями остаться или просто разойтись вовремя. И в итоге выясняется, что среди студенческих пар большинство –  как раз такие, неподходящие. Ну, или, по крайней мере, многие. А вместе остаются только те, кому и в самом деле надо быть вместе. И получается, что в присутствии феи и с ее помощью в итоге куда больше студентов занимаются учебой, а не устройством личной жизни. Как-то так, в общем. А, и еще всякие любовные чары и дурманы поблизости от фей вообще не действуют. Ну, знаешь, студентки иногда сдуру…

–  Почему это только студентки? –  обиделась я. –  Наверняка парни дурят не меньше!

–  В любом случае у нас в академии это бесполезно. Благодаря Миллисент.

–  В общем, она нас благословила поскорее друг в друге разочароваться? –  сделала я оптимистичный вывод. –  Могла бы и не стараться, я и так знаю, что ты надутый… эльф, – запнувшись, я бросила косой взгляд на своего спутника. Ой… надеюсь, он не собирается обижаться. Вроде как у нас мир и все такое. –  Ну, то есть, я хотела сказать, ты, конечно, отличный парень… для эльфа. Просто слишком… слишком эльф.

–  Не переживай, ты тоже не в моем вкусе, –  он закатил глаза.

–  Вот и отлично! Кстати, а куда мы хотя бы идем?

Ходить по эльфийскому лесу без сопровождения Сени оказалось ужасно непривычно. Вообще-то я ожидала, что он спрыгнет следом за мной, но мой питомец так и не появился. Неужели фея способна и адскую гончую остановить?

–  Вообще-то я собирался позвать вас с Аэннис в библиотеку, –  задумчиво сообщил Роан, и я сообразила, что двигаемся мы как раз в нужном направлении. –  Понимаешь, ты говорила, что тебе не выдали книгу этого твоего… в общем, дракона-заклинателя.

–  Ага, –  я кивнула. –  Говорят, все на руках.

–  Но я точно знаю, что последний экземпляр любой книги в библиотеке никогда не выдают на руки. Если остался один экземпляр, с ним разрешают работать только в читальном зале. Тебе и этого не предложили, потому что ты… ну, может, потому что ты первокурсница. Но я-то нет!

–  Но ты же не заклинатель! –  в удачу я уже почти не верила.

–  Ну, может, я какую-нибудь… факультативную работу готовлю. Давай попробуем! В конце концов, нам все равно надо куда-то пойти. Пусть это будет библиотечное свидание!

…Библиотечное дерево было самым огромным из всех, которые я здесь видела. Со множеством деревянных площадок, установленных в кроне на разных уровнях. И каждая из них была окружена практически непроницаемым магическим полем, сквозь которое не могли проникнуть ни сквознячок, ни пылинка. При этом книжные залы и запасники располагались на верхних уровнях. Самый верхний, как мне объясняли, вообще закрыт для студентов всех курсов, и книги оттуда выдают только по специальным разрешениям от преподавателей.

А в самом низу располагались как раз читальный зал и стойка регистратора, отделенная от него парой стеллажей.

Библиотекарь при первой встрече поразил меня так, что я даже не сразу решилась с ним заговорить. Просто никогда раньше не видела онтов –  представители этой расы вообще крайне редко показываются другим разумным.

Библиотекарь, которого следовало называть почему-то исключительно по имени, походил на невысокий криво обломанный пенек. Впрочем, вполне живой еще, если судить по нескольким торчащим из него веткам с зелеными листьями. И ходил он, переступая белыми корнями и немного напоминая паука. Лицо онта я бы вообще не взялась описывать –  где у него глаза, я так и не смогла разглядеть, рот становилось видно, только когда он открывался, а нос заменял кривоватый сучок.

–  Почтенный Карратонораил, –  мой спутник учтиво наклонил голову, –  я бы хотел позаниматься в читальном зале. Мне нужен труд…

–  Лариуса Мейраноса, –  шепотом подсказала я. Даже удивительно, что Роан до сих пор не запомнил имени знаменитого заклинателя! С другой стороны, зато он помнит имя библиотекаря, а я его даже произнести не могу решиться. Может, поэтому мне и не повезло здесь в прошлый раз?

–  Лариуса Мейраноса, –  кивнул Роан. –  О вивернах.

–  Виверны, виверны, всем нужны виверны, –  проскрипел онт. –  Идите в зал. Правила знаете. Не шуметь, не мешать другим студентам, вслух не разговаривать, не есть, не пить, не спать, не использовать зелий и артефактов, не портить книги…

–  И лучше бы не шевелиться и не дышать, –  не удержавшись, шепнула я, и Роан пихнул меня локтем в бок. Больно, между прочим!

–  Благодарю вас, почтеннейший Карратонораил!

Парень снова поклонился, а потом, резко дернув меня за руку, потащил в читальный зал.

–  Вот поэтому у тебя ничего и не вышло! –  прошипел он по пути и, едва завернув за стеллаж, плюхнулся на ближайшее свободное место.

Ну и зануда!

Вообще-то мои бабули тоже всегда приходили в ужас от моих манер –  они у меня обе леди старинных родов, одна –  драконьего, другая –  человеческого. Но перевоспитать меня не удалось ни той, ни другой. Мама называет это “непосредственность и живой характер”. А бабули страдают, но вынуждены любить как есть.

Просто от своих бабушек я все эти поучения терплю –  я же тоже должна их любить как есть! А вот всяких там зануд ушастых –  не должна вовсе. Надо будет ему хоть на ногу наступить, что ли. Чтоб не был таким правильным.

Интересно, а почему его собственные хорошие манеры на меня не распространяются?

В читальном зале располагались несколько длинных столов. Над ними цепочками висели магические осветительные шары. И тишина стояла такая, что, по-моему, ночное кладбище бы показалось очень оживленным местечком. И это при том, что мы здесь были вовсе не одни –  за столами там и сям сидели студенты-эльфы, склонившиеся над книгами и конспектами –  кто по одному, кто парочками или целыми компаниями. Но если здесь кто и разговаривал, то разве что знаками. Кажется, онты тоже умеют поддерживать дисциплину!